Алина Минахорян, фото из архива героев /

Вряд ли кто, глядя фильм, обратит внимание на женщину, продававшую цветы на рынке, где только что прошелся главный герой. Немногие заметят прохожего. И уж тем более не вспомнят лицо, которое промелькнуло на пятом ряду зрительного зала в популярном ток-шоу. Но актеров массовых сцен это не смущает. Они готовы приходить на площадку ночью, мерзнуть зимой, потому что по сценарию — лето, и 12 часов своей жизни менять на 15 рублей.

«Если не заплатите, я в прямом эфире такое устрою! Встану и скажу, что ты обманываешь людей»

Сергей Оверченко представляется пенсионером силовых структур. Разговаривает артистично, сопровождая свой рассказ жестами:

— Приходилось сниматься в ролях солдат, офицеров, сотрудников милиции, полиции, КГБ, — опережает мой вопрос Сергей. — Моя основная работа — в службе безопасности одного предприятия. А съемки — всего лишь хобби, движ.

В этот «движ» его привела дочка. Увидела заявку, где требовались мужчины возраста Сергея, — и отправила фото. Роль адвоката, который поднимается по ступенькам, для моего собеседника оказалась несложной. За нее к тому же заплатили, как иронично отмечает он сам, «три копейки».

— Перед тем как идти на проект, сразу стараюсь узнать все нюансы. В том числе и по оплате. Не потому что я на эти деньги живу. Просто по жизни люблю порядок, определенность. Иногда мне говорят: «Ой, да вы еще не снялись, а уже спрашиваете про гонорар!». В таком случае отвечаю: «Я не могу задавать вопросы?». Они — сразу: «Все нормально. Это стоит столько и столько».

За один съемочный день актеры массовых сцен получают 15 — 20 рублей. Это может быть целая смена — 12 часов. Где-то платят сразу, а где-то — через месяц. Но этот «через месяц» иногда может затянуться до трех или четырех, — Сергей растягивает последнее слово. В его интонации слышится еле скрываемое возмущение.

Иногда пенсионер силовых структур снимается в проектах бесплатно. Но только если заранее есть договоренность. Это же не значит, что можно обманывать и садиться на голову.

— Бывают мошенники, которые обещают заплатить. А потом не берут трубки, удаляют страницу в социальных сетях. Мне обидно, что за мои же деньги меня, грубо говоря, имеют.

Один бригадир актеров массовых сцен — то есть, человек, который набирает людей на массовку, — должен был мне денег. И мы случайно встретились с ним на передаче, которая шла в прямом эфире. Я спрашиваю: «Ну что, когда заплатите гонорар?». Он начал лапшу на уши вешать. Ну тут пришлось сказать: «Если не заплатите, я в прямом эфире такое устрою! Встану и скажу, что ты обманываешь людей». Я понимаю, что на это не пошел бы. Но надо было запугать. В итоге вопрос решился.

Сергей готов пробовать себя почти в любом амплуа. Разве что не хотелось бы играть мертвых.

— Мне однажды знакомый говорит: «Снимали мы постельную сцену. Значит, постелили мне в гробу». Под подушку в таком случае еще принято класть бутылку водки. Я бы на это не пошел. Тем не менее раненых и заболевших играл. Меня на носилках забирала скорая, но по сценарию я потом выздоравливал. И лишь поэтому согласился.

Из минусов на съемочной площадке актер выделяет не всегда доброжелательное отношение к массовке.

— Массовку часто снимают по 10 часов на улице. Иногда в холод. Актера кутают, а мы стоим в летних костюмчиках. Однажды во время зимней съемки даже автобуса для массовки не было. А еще нам, к примеру, нельзя молоко в кофе добавить, это только для актеров. Иногда разрешают — только по знакомству. Не то чтобы я чувствую вкус этого молока. Просто приятен сам подход — вот, я уже как актер.

Иногда с нами грубо общаются. В таких случаях я могу сказать: «Почему вы рот открываете на нас? Мы что, быдло?». Коллеги по массовым сценам меня успокаивают: «Не надо, на вас обидятся и больше не возьмут сюда сниматься». А я не боюсь.

И даже грубость не отбивает охоту откликаться на очередную заявку, принимать приглашения по телефону или через знакомых. Особенно приятно, когда зовут сняться не только в массовке — в эпизодах. А от просьбы сфотографироваться он совсем сияет. Кому не понравится подобная узнаваемость?

— Иногда со мной просят сфотографироваться. Случается, люди из той же массовки. И сосед говорит: «Серега, я тебя по телику чаще вижу, чем в подъезде!».

Сергей вздыхает, что «Оскар» ему вряд ли светит. Но разве в нем смысл? В конце нашей встречи Сергей добавляет, что открыт для сотрудничества. И просит: «Если познакомитесь с режиссером или продюсером и узнаете, что нужны актеры моего типажа, — вспомните обо мне!».

«Александр Домогаров жестко всех отшивал»

Евгений говорит, что массовка помогла ему стать более веселым и открытым. На съемочную площадку он не просто приходит — выходит. Из зоны комфорта.

— Мы знаем, что хорошо разбираемся в своей профессиональной сфере. Но самое интересное находится за зоной комфорта. Ты приходишь на съемки, где много людей, тебе надо с ними контактировать. Развивается коммуникабельность. А сколько новых историй узнаешь, интересных увлечений, хороших людей.

Некоторые люди, тоже хорошие, только уже для многих телезрителей, Евгения разочаровали.

— Есть российский режиссер, который со всеми разговаривает матом. Но просит не обижаться, ссылаясь на рабочий процесс. Приходишь — и как будто на стройку попал, — смеется актер массовых сцен.

Непонятно ему и поведение известного актера Александра Домогарова, которого очень любила Женина мама.

— На съемках сериала к Александру подходило много людей, просили сфотографироваться. И все четыре дня, что длились съемки, он всем отказывал в жесткой форме. Ладно, если подошел парень. А когда симпатичной девушке говорят: «Я что, обезьяна, чтобы со мной фотографироваться?». Рассказал этот случай маме. Она очень удивилась, — впервые за время нашего общения Женя выглядит очень серьезным.

— Согласитесь, сейчас много молодежи, которая вряд ли знает, кто такой Александр Домогаров. А если ты будешь так относиться к людям, тебя забудут гораздо быстрее. Вот Дядя Ваня наш веселый. К нему всегда можно подойти, поговорить, посмеяться.

С огромным наслаждением Евгений рассказывает о съемке новогоднего огонька на одном из белорусских телеканалов.

— Было празднично. Все исполнители подсаживались к нам за столики, была возможность пообщаться, понять: нормальный человек в жизни или выпендривается. Послушать, как записывают интервью с представителями шоу-бизнеса тоже интересно.

Интересно ходить и на шоу. Ты смотришь, как это снимается. В эфире спикеры могут спорить, ругаться. Но вот во время рекламной паузы люди в студии нормально общаются. Я подозревал, что так происходит. Но хотел убедиться лично. И маме рассказал: «Там все нормально. Не переживай!» — хохочет Евгений.

— Однажды произошел смешной случай. На ток-шоу пришел белорусский депутат, похожий на Жириновского. Он тоже любит поговорить, но общается без оскорблений. Всех перебивал, старался вставить свою точку зрения. И вот, наконец, слово дали ему. Тут кто-то вклинился. Депутат не выдержал и выдал: «Я здесь никого не перебивал, и вы не перебивайте». В этот момент весь зал лег от смеха.

Больше всего Евгению понравилось сниматься у поляков и казахов. По его мнению, к актерам массовых сцен они относятся лучше. Доброжелательны, платят в два раза больше и, что немаловажно, кормят. Если же снимают белорусские режиссеры, о питании чаще всего надо заботиться самостоятельно.

— Ссобойку беру на каждую съемку. Предпочитаю надеяться на себя. Некоторые знакомые не понимают моего увлечения. Ведь на еду, дорогу иногда уходит столько же денег, сколько ты получаешь за съемочный день. А кто-то, наоборот, поддерживает, спрашивает: «Когда увидим тебя в Голливуде?». Другие восхищаются: «Я тоже хочу сниматься, как ты, но не смогу». В последнем случае я отправляю человеку ссылку на группы в социальных сетях, в которых размещают объявления о поиске массовки. Говорю, чтобы не боялся. И напоминаю, что очень важно идти к своей мечте.

«Ты дешево себя продаешь, но никто не заставляет»

На интервью Ксения Андреевна (имя изменено. — Прим. редакции) согласилась не сразу. Интересно, что даже перед встречей она отказывалась сообщить свой номер. Написала кратко: «Мы друг друга узнаем».

И на самом деле. Не заметить на улице стильную женщину 60 лет с внешностью актрисы оказалось сложно.

— Поймите, я бы, может, и рада открыто с вами поговорить. Но представьте, прочитает коллега, которая дольше меня снимается в массовке, и скажет: «Выскочка какая!». Мне же еще работать, — объясняет свою «конспирацию» Ксения Андреевна.

Успокаивается, когда перевожу тему на более нейтральную — как появилось желание попасть в массовку.

— Я смотрела передачу Юлии Меньшовой. У нее в гостях была одна российская модель старше меня. Это первый случай, когда женщина элегантного возраста в России стала моделью. У них же такого нет. А у нас — тем более. Она поделилась, что всю жизнь работала лифтером. А потом ушла на пенсию, стала сниматься в массовке, откуда и началась ее карьера модели. Я услышала слово «массовка» — и мне тоже захотелось. Пробила информацию в интернете, проверила на «Беларусьфильме», записалась на съемки.

Ксения Андреевна вытаскивает из сумки блокнот, куда записывает все проекты, в которых принимала участие. Аккуратным почерком в нем выведены названия более восьми ток-шоу.

— Записываю название передачи, дату выхода, чтобы потом посмотреть в эфире, увидеть себя со стороны и не сделать того, что нельзя. На съемках иногда приходится тяжело. Особенно когда подряд три передачи снимают — это более четырех часов. И надо же не только сидеть, а участвовать в процессе. И не спать! Не смотреть вниз — глаза должны быть постоянно открыты, — учит Ксения.

— Сидеть надо с прямой спиной, — женщина выравнивает свой и без того прямой позвоночник. — Не чесать где-то за ухом, если зачесалось. Аплодировать вместе с человеком, который первым хлопает в массовке.

И если у тебя кашель какой-то вдруг подступил, особенно когда ты в первом ряду или во втором, сделать так, чтобы не кашлять. Ну мало ли что. Если очень хочешь покашлять, то терпишь из последних сил и ждешь, когда будут аплодисменты.

Не скрывает: участвовать в массовке ток-шоу не настолько просто, как кажется со стороны. Аплодируя, выражая эмоции, она отдает «всю себя».

— И поэтому ты немножко идешь после съемок уставший, с одной стороны. А с другой, радостный. Видите, каждый человек устроен так, что он хочет отдавать, быть полезным. Раз ты отдаешь, живешь полной жизнью — ты счастлив. А когда ты не востребован, — это радости не приносит. Таков закон жизни.

Но, наверное, и ее жизнь к этому не готовила. Есть телепроекты, которые снимаются в прямом смысле на льду. По нескольку часов. Тогда приходится утепляться.

— Допустим, интеллектуальная программа, в которой Георгий Колдун задает школьникам вопросы, снималась во Дворце спорта (телепроект «Я знаю» выходит на телеканале «Беларусь 1». — Прим. редакции). Сиденья для зрителей устанавливались на подиуме, а под ними — лед. Снимали три-четыре дня по две-три программы. Нас информировали, что нужно одеваться тепло. Пришлось укладывать на сиденья шали. Было не холодно, но немного некомфортно. А вот Георгий — молодец. Задавал интересные вопросы, шутил. И все кстати!

О негативных моментах во время съемок Ксения Андреевна старается не говорить. А если вдруг и обмолвится — сразу машет руками: «Нет-нет, это не пишите. Моя задача нести позитив». Положительные стороны она находит и в ночных съемках.

— Ночью иду не только ради денег. Порой задаешь себе вопрос: «Что тебя заставляет идти туда? Это же можно спать, — выделяет гласную актриса массовых сцен, — можно наслаждаться жизнью. Ну что-то заставляет, понимаете. Узнаешь что-то новое, интересное. И денежка не мешает.

Пока дожидается начала своей ночной смены, не спит. Общается с коллегами по площадке. Да и какой сон, когда через окно в помещение светят прожектора и кажется, что день в разгаре.

— Иногда снимаем и в холод. Но в этот момент я ощущаю себя девочкой двадцати лет. Не думаю о своем здоровье. Понимаете, я всю жизнь по роду своей деятельности привыкла: «Надо — значит надо». Никто же нас не заставляет сниматься. Какие бы условия ни были, мы говорим: «Спасибо большое тем, кто нас приглашает».

К этой работе она относится очень ответственно. И в отличие от других участников массовки, бережет реквизиты на площадке.

— Мы должны были играть людей в столовой. На подносе нести тефтелю с гарниром, потом садиться за стол и делать вид, что мы едим. Но все снимается же не одним дублем. Для второго дубля снова забираем этот поднос. И снова делаем вид, что едим. Но были люди, у которых к концу съемок на подносе осталась только граммулечка тефтели.

Любопытно, что актерам массовых сцен не всегда дают продукты, которые соответствуют действительности. К примеру, кладут нарезанную свеклу, а в кадре она выглядит, как вяленое мясо.

Ксения Андреевна болеет съемками. Как иначе объяснить, что однажды, приехав на свою дачу, которая находится более 20 километров от Минска, она сразу же развернулась и уехала, потому что ее неожиданно пригласили в массовку.

— Это того стоит?

— А как же? Ты продаешь себя. Да, дешево. Но никто не заставляет — не иди. Иногда не нравится, как уложили волосы, сделали макияж. Тем не менее я молчу. Гримеры не любят, когда массовка возмущается.

«У массовки особенность таракана: включается свет — и никого не видно»

Предприниматель Евгений Тиханович говорит, что влюблен в съемочный процесс. Снимался в массовках, групповках, работал помощником бригадира по актерам массовых сцен.

— Человек, который первый раз снимается в массовке фильма, сам готов заплатить. Я вот уже второй год снимаюсь. Полюбил съемочную площадку за общение с людьми. Все они разные. Кто-то бывший врач, кто-то военный, летчик, подводник, бизнесмен… От них можно узнать много нового — и это очень интересно.

Массовка его вдохновила на прохождение курсов актерского мастерства. Теперь жалеет, что не оказался в этой сфере раньше:

— У меня характер заводной. Я шустрый и очень быстро впитываю информацию. Если бы кто-то посоветовал в детстве отдать меня именно в эту структуру и объяснил, как там что, с удовольствием отучился бы и остался работать. И, возможно, с вами бы тут не сидел, — не скромничает предприниматель.

— На проекты я приезжаю с открытой душой. Хочется получить адреналин, зарядиться эмоциями. Но иногда не получается. Из-за того, что в съемочной группе несостыковка. Люди ругаются, грызутся, посылают за спиной друг друга нецензурной бранью. Эти моменты очень портят репутацию съемочного процесса.

Массовка временами тоже ведет себя некорректно. Для нее характерна такая особенность таракана. Это когда включается свет — и никого нет. И на то, чтобы вновь собрать вместе 20 человек, может уйти 40 минут. Иногда некоторые записываются на съемки — и не доходят. А кто-то разбегается после обеда.

Безусловно, сниматься не всегда просто. Случается, ты приходишь и не знаешь, в какой роли будешь сниматься или в какой костюм будешь одет. Допустим, этим летом в +32 мы полдня снимались в зимних штанах, бушлате, шапке. Но это лучше, чем когда ты целый день ждешь, потому что режиссер не вводит тебя в кадр и в то же время не отпускает. Однажды я прождал так 12 часов.

Самая экзотическая массовка, с которой мне довелось поработать как помощнику бригадира, — африканцы. Они просто проходили мимо того места, где мы снимали международную конференцию. А у нас как раз не хватало людей. Я попросил их сняться. Они на русском ответили, что не против. Мы им заплатили — и все остались довольны. Я очень обрадовался, что нам повезло.

Радуюсь я и когда режиссер прислушивается к моим советам. Мне, как курящему человеку, познакомиться и пообщаться с режиссером очень легко. Одному я посоветовал присмотреться к другому фону съемки — и он пришел к выводу, что мой вариант лучше.

Я собираюсь и дальше быть частью съемочного мира. Мне без разницы, кого играть. Главное, чтобы в старости, лежа на диване, я мог увидеть себя в кино или сериале. Понимаете, это обычное желание любого человека — оставить после себя след, чтобы у твоих внуков и правнуков была возможность увидеть тебя на экране, хотя бы в маленьком эпизоде.

Бригадир актеров массовых сцен Денис Иванов: «За роль трупа тоже обычно доплачивают»

— Массовка — это люди, с помощью которых создается «жизнь» на фоне актеров: к массовке относят прохожих, людей в кафе. Для групповки же ставится более сложная задача. Их размещают поближе к главным героям, могут дать слова.

При желании попасть в массовку или в групповку есть возможность у многих. Проще всего это сделать, если вы зарегистрированы в социальных сетях. Там можно найти тематическое сообщество и следить за объявлениями. А потом уже откликаться на те, куда подходишь по типажу и возрасту. Возраст чаще всего учитывается не по паспорту, а по внешности.

Что касается типажа. Востребованы обычные люди приятной европейской внешности. Ведь действие чаще проходит в России: Москве, Санкт-Петербурге, Ярославле. Поэтому самые популярные типажи — мужчины и женщины 25 — 45 лет среднего телосложения. Цвет волос не важен, если это, конечно, не военное кино. Ну, а если действие происходит во время войны, крашеные блондинки не очень подходят. Ведь такого цвета волос в то время быть не могло.

Периодически ищем людей другой национальности, которые внешне выглядят как казахи, евреи, грузины, армяне.

В групповке и в эпизодах популярны такие же типажи, как в массовке. Безусловно, если нет специфических пожеланий, как случалось у меня. Однажды для эпизода нужно было найти представителей разных субкультур. Разместил объявление в социальных сетях — и они откликнулись. Многих пригласили на кастинг. Прямо на моих глазах парень с синим ирокезом «склеил» девочку с зелеными волосами. (Улыбается.)

Пару слов о фото. Очень важно присылать именно актуальный снимок, а не фото двух-трехлетней давности. А то был случай: пригласил на съемки парня, который выслал фото с короткой стрижкой. А на площадку пришел молодой человек с дредами. Но мы-то ждали не Децла. Пришлось отправить его домой и срочно искать замену.

Откликаясь на объявления, важно оценить возможность своего присутствия на площадке: съемочный день длится 12 часов. Бывает — меньше.

Перед тем как сниматься, человек подписывает документ, в котором дает согласие на то, чтобы его лицо попало в кадр. Так называемое разрешение. И в этом разрешении указаны условия работы на площадке. Чаще всего они стандартны. Человек обязуется быть вовремя, прийти опрятным, полностью участвовать в съемочном процессе. То есть все, как у профессиональных актеров. Иногда пишут, что нельзя выкладывать фото со съемочного процесса, указывается сумма штрафа. Зависит она от бюджета проекта.

Также подписывается договор об оказании услуг, куда вносят паспортные данные человека, информацию о сумме, которую он получит на руки, и о порядке расчета. Для несовершеннолетних требуется разрешение родителей.

Покормят актера массовых сцен или нет, в договоре обычно не пишут. Надо быть готовым к тому, что питание чаще не предусмотрено — еду стоит взять с собой.

По поводу оплаты. Расценки следующие. Актеры массовых сцен без форс-мажоров и ночных смен в фильмах получают 15 — 25 рублей. На телепроектах — 15. В рекламе — 20−30 рублей. Групповка обычно зарабатывает 20−30 рублей, в рекламе — до 100.

За съемки в ночную смену платят от 18 до 50 рублей. За форс-мажор — это когда длительность смены становится больше 12 часов, — идет доплата. Зависит она от бюджета проекта. За роль трупа тоже обычно доплачивают, но это оговаривается заранее.

Больше платят и детям. Работать с ними сложнее, они быстрее устают. Было такое, что снимали юмористический проект. Мальчик не хотел стоять рядом с девочкой, а они по сценарию играли жениха и невесту. Конечно, в 5 лет слушать «тили-тили-тесто, жених и невеста» — это обидно. Мальчик расстроился, убежал, заплакал. Потом ему объяснили, что после съемок он пойдет, счастливый, домой и ему не придется жить со своей женой. Дали конфету. Это подняло ему настроение — он успокоился и уже выполнял все команды режиссера.

Стоит понимать, что расценки на съемки в массовке одинаковы для всех. Иногда просятся музыканты, которым интересно посмотреть съемочный процесс, приходят люди с актерским образованием, которые пока не получили свои главные роли. Порой пишут блогеры. Кстати, с одним белорусским блогером связан забавный случай. Хотели снять его, правда не в массовке, а в эпизоде. Так этот парень запросил гонорар больше, чем у Дмитрия Нагиева.

— Известно, что в Голливуде дорисовывают массовку, чтобы сэкономить на актерах. Насколько эта тенденция коснулась Беларуси?

— У нас тоже иногда дорисовывают. К примеру, съемки на стадионе. Приглашается 2−3 сектора, 100−200 человек. А потом при монтаже с помощью компьютерной графики «размножают». Получается, на общем плане зритель не видит, что это одни и те же люди.

Но рисовать массовку пока недешево. Предполагаю, что широко в Беларуси эту технологию станут применять не скоро. Уверен, наши актеры массовых сцен будут по-прежнему пользоваться популярностью. И, надеюсь, оплата их работы только вырастет.

-10%
-20%
-10%
-30%
-30%
-20%
-27%
-20%