• Делай тело
  • Вкус жизни
  • Отношения
  • Стиль
  • Карьера
  • Вдохновение
  • Еда
  • Звезды
  • Анонсы
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС
Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Карьера


/ /

Между этими фотографиями Екатерины Синюк — всего два года. А смотрят с них, кажется, разные люди.

Справка: Екатерина Синюк — создатель и руководитель платформы «Имена». В журналистике с 2004 года. Сотрудничала с изданиями «Брестский курьер», «Вечерний Брест», «Белгазета», Naviny.by. С 2011 по 2014 была журналистом TUT.BY.

Что случилось за это время? Катя похудела на 10 кг, переосмыслила всю свою жизнь. И создала социальную платформу «Имена», чтобы с помощью текстов не просто отражать белорусскую реальность, а менять её.

Имена — это истории, судьбы и поступки белорусов, а также возможность создавать и поддерживать важные для общества проекты. Платформа финансируется читателями: в статьях есть кнопка «Помочь», нажав на которую человек может поучаствовать финансово в решении проблемы. Либо сделать разово перевод в пользу эффективной общественной организации, либо оформить ежемесячное списание с карточки.

Катя говорит о своем проекте гораздо чаще, чем о себе, и брать интервью ей привычнее, чем отвечать на вопросы журналистов. Четкость, системность, рациональность — кажется, она так натренировалась быть сильной, что разучилась плакать.

Но нет: Катя может расплакаться от усталости и недосыпа. И рассказать:

— В 2014-м в моей жизни случился переломный момент. Думаю, в жизни каждого человека однажды наступает такой период — когда всего лишаешься.

До этого всё было стабильно: любимая работа, крепкая семья, здоровье… А тут всё посыпалось. Я потеряла интерес к своей профессии: мне казалось, что я как журналист уже завершилась. Не понимала, чем мне теперь заниматься, как быть полезной? А быть полезной хотелось всегда.

Вся жизнь сосредоточилась на мыслях о том, что мне теперь делать с собой. Думала так много, что началась бессонница — я не могла выровнять день и ночь, сон и бодрствование. Начала терять вес — не специально, конечно. Мне это даже нравилось поначалу, но потом оказалось, что еще чуть-чуть — и была бы анорексия. Потому что я просто не могла себя заставить поесть.

Знаете, наверное, все устроено так сложно для того, чтобы человек мог выйти на новый уровень, понять, что для него в этой жизни важно и чем он хочет заниматься. Потому что, когда в жизни ничего не радует, ты что делаешь? Только ходишь и думаешь. Я думала-думала, о том, что выход должен быть даже из самой сложной ситуации. Так пришла идея делать «Имена».

Катя вспоминает: уверенности в том, что всё получится, не было. Наоборот — начинала с ощущением, что энергии не хватит. Сил не было, но зато была идея:

— Я поняла, что точно буду делать «Имена», когда прочитала первый текст «Таких дел». Это был материал в поддержку проекта по донорству. Текст рассказывал про встречу донора с человеком, которому он спас жизнь — до этого они никогда не видели друг друга.

Это было сильно… И все сошлось: у меня была большая база героев, о которых я писала, и список общественных организаций, с которыми работала.

Да, я выгорела как журналист: мне стало неинтересно просто отображать действительность, ничего не меняя в ней. Но я увидела благодаря российскому опыту, что есть другая форма журналистики… Активной журналистики с человеческим лицом.

Поняла, что эту модель нужно пробовать в Беларуси. Создать журнал-платформу, которая не только поднимает проблемы, но и предлагает их решение.

— За любыми масштабными идеями обычно стоит конкретная история, которая тебя срезала — и ты не смог пройти мимо. У тебя была такая история?

— Наверное, главная такая история для меня — про Олю Сукору, которая после пластической операции впала в кому. Рядом с ней осталась только старенькая мама — ни одна служба не взяла на себя уход за Олей. Я писала историю о них несколько лет назад, когда работала на TUT.BY.

Фото: Александр Васюкович

Уходила от них после интервью, говорила «спасибо, до свидания» и понимала — за закрытой дверью эти люди остаются одни. А годы проходят: мама стареет, уход за дочкой дается все сложнее — и самой маме уже нужна помощь…

Когда появились «Имена», я позвонила маме Оли и узнала: в их жизни все по-прежнему. Мама просто валится с ног — чтобы выносить такую жизнь нужны огромные силы, моральные и физические… А у нее их не осталось. Пять лет человек живет в четырех стенах: смотрит в одну точку и делает больше, чем может.

Сейчас благодаря поддержке читателей «Имен» Оле и ее маме помогает патронажная служба «Шаг навстречу».

Мы как платформа видим решение таких проблем, как у Оли, — в финансировании службы, которая берет на себя уход. Собираем средства на оплату труда сестер милосердия, расходные материалы, транспорт и т.д. В 2016 году читатели «Имен» собрали 25 632 рубля на работу шести сестер, которые ухаживали за 16 больными в Минске. В 2017-м году мы продолжили проект — прямо сейчас идет сбор на то, чтобы служба могла помогать еще большему количеству людей. Вот таких, как Оля, лежачих и одиноких, очень много. Они есть на каждой улице, в каждом доме, просто мы их не видим.

Фото: Аркадий Соболев, "Имена"

Вот на фото за Олей уже ухаживает сотрудница патронажной службы. Как только «Имена» стали поддерживать службу, мы сразу передали им эту семью.

Вторая история, которая не отпускала, — про женщину-ветеринара, которая собрала целый дом бездомных животных — из жалости, чтобы их не убили. Соседи жаловались на нее, а она физически не справлялась. Когда я приехала к ней домой, увидела трупы животных, умерших от инфекций, отравлений… Осуждать ее было просто невозможно, а как помочь — непонятно.

В стране ни нормальных приютов, ни культуры отношения к животным… Прошлись по возмущенным соседям с вопросом «а что вы делаете с котиками-собачками?» — и услышали: «А вот моя Мурка родила недавно — я их всех сразу и потопила». И так повсеместно: утопили, закопали, вывезли в лес…

Это была, наверное, двадцатая история о защите животных, которую я писала на TUT.BY — и все об одном и том же. Надоело, что пишешь — а ничего не меняется.

Поняла: надо не локально тушить пожары, как это происходит сейчас. Надо искать проект, который решит проблему системно. Да, сегодня нет закона, который бы в этом помог. Но есть опыт других стран — почему нельзя повторить его на уровне города, а потом страны?

Например, благодаря проекту «Америка в лицах» я познакомилась с директором приюта для животных в Айове. И он рассказал: то, что происходит в нашей стране c бездомными животными сейчас, у них было в 70-х. Больно, что отставание такого масштаба. Но важнее другое: можно отследить, как они начинали. Власти их не понимали, зоозащитные объединения были разобщены — все то же, что у нас сейчас.

Службы ЖКХ, которые отвечают за отлов, не справляются. В регионах из-за отсутствия приютов бездомных животных часто просто убивают на месте. Зоозащитники подбирают животных, кто сколько может, но не могут найти согласие между собой и недолюбливают государственных ловцов. Результат: контроля за размножением животных нет, размещать их в больших масштабах негде.

Но в Айове удалось объединить наиболее эффективные организации, вместе обратиться к властям и выработать программу, главное в которой — стерилизация бездомных животных и строительство большого приюта.

И — пусть на это понадобилось 20 лет — им всё удалось. Сейчас в Айове рай для животных.

Фото: Ольга Лойко

Мне бы очень хотелось, чтобы такой проект помощи появился у нас в Беларуси — я уверена, что это реально, и «Имена» этим займутся.

Третья больная для меня история о том, как разрушили семью Моцных — отец повесился, мать посадили, детей раздали разным опекунам…

Фото: Валерий Руднев

А один из приемных сыновей — шестнадцатилетний Саша — после этого прожил всего год. И тоже повесился.

Я до сих пор считаю, что вся ответственность за это на чиновниках, которые перегнули палку. Саша звонил мне за пару месяцев до смерти, ему так не хватало семьи, он так отчаянно переживал, что у него отняли самое дорогое, он постоянно об этом говорил.

Проблема еще и в том, что, помимо чиновников и органов опеки, никто с этими семьями (семьями, где есть приемные дети. — Прим. редакции) не работает. Почему у нас нет проектов, которые могли бы дать людям в трудной ситуации нормальную психологическую поддержку? Понятно, что разбросать семью проще, чем ее скрепить… Но ведь в России, как и во многих других странах, организации психологической помощи есть — значит, это возможно.

У нас пока ничего подобного нет, но зато есть проект «Наставничество», в котором ответственные взрослые помогают подросткам из детских домов не потеряться в этой жизни. Пока проект охватывает только Минск, и ему очень нужна поддержка.

Еще одна история, которой занималась на TUT.BY, — Cтарик и горе. Как обидчивый минский пенсионер в 70 лет стал бомжом

Фото: Дмитрий Брушко

Виктор Лаврентьевич всю жизнь плохо относился к жене, к дочери, поэтому да, было неудивительно, что в старости остался один. Дочь продала квартиру, в которой он жил. Но когда человек на улице, один, он слаб и просит помощи, а всем вокруг по барабану — так не должно быть. Я искренне старалась помочь, написала историю, откликнулось много людей, но эта помощь была разовой — деньги, продукты, временное жилье какое-то. Не было системы помощи таким людям. Помню, как Виктор Лаврентьевич сказал мне в интервью: «Одно жалко — умру ведь позорно. Как собака». И знаете, через год он умер. Как собака. Его нашли под забором медики, спасали в больнице, но было уже слишком поздно. Я рыдала три дня. И поэтому, когда появились «Имена», я долго искала проект помощи бездомным. Не сразу, но нашла. Сейчас мы ему помогаем собирать деньги на работу, а сам проект — помогает сотням бездомных людей.

— Трудно переживать такие истории. А вы можете после трудного интервью/репортажа пойти поплакать кому-то в плечо, пожаловаться?

— Да, трудно. Я всегда работала с какими-то сложными, остросоциальными темами… И зачастую оставалась в этом одна — по-журналистски и по-человечески. Раньше я могла и поплакать, и пожаловаться, и покритиковать…

— А сейчас как?

— Сейчас я спокойно отношусь к сложным ситуациям, потому что понимаю — разруливать их должна я. И ответственность на мне, ведь я все это заварила.

Сейчас заменяю слёзы на спорт и латинские танцы. А людям спокойно, по несколько раз всё объясняю, если у них возникают вопросы ко мне или к тому, как функционирует платформа. Как оказалось, это более энергосберегающий способ. (Улыбается.)

Я не сразу пришла к этому, конечно. Но в какой-то момент, столкнувшись с очередными трудностями в «Именах» и по старинке решив поплакать и позлиться, поняла: это отнимает слишком много сил.

А я не могу позволить себе их тратить — силы мне нужны на «Имена». И с каждым днем все больше и больше.

Катя признается: в истории создания «Имен» есть разбежка между ожиданиями и реальностью. И ей пришлось столкнуться с тем, к чему жизнь не готовила:

— Если тебе что-то не нравится в чужом проекте, ты либо принимаешь эти правила игры, либо уходишь и создаешь свои. Но надо быть готовым к тому, что это очень трудно.

Я готова не была. И вступала в проект как журналист, не имея управленческого опыта… Да и редакторского по большому счёту! Но думала: да ну, порву на себе рубаху, буду делать крутые расследования, всем покажу, как надо!.. Все оказалось гораздо сложнее.

И сейчас, спустя полтора года существования «Имен», могу точно сказать: критиковать всегда гораздо проще, чем создавать что-то свое. Я до сих пор не знаю, хватит ли мне знаний и сил, чтобы сделать большую платформу помощи, но «Именам» помогает огромное количество людей, и поэтому я верю в то, что всё получится.

И самое главное, что меня вдохновляет: я вижу, что форма решения социальных проблем, которую мы предложили, работает. Ведь откликнулось столько людей — все они такие разные, но их зацепило!

Больше 20 000 человек поучаствовали в финансировании проектов, 3000 — поддержали редакцию, на сайте было оформлено почти 760 подписок всего за две недели работы подписного сервиса (это автоматическое ежемесячное списание с карточки выбранной пользователем суммы. Такая «подписка на благотворительность» — новый для Беларуси сервис, запущен «Именами» 11 октября 2017-го совместно с платежной системой WEBPAY и Студией Вадима Скротского). Это дает надежду: и как бы ни было тяжело, я буду продолжать искать ответы на свои вопросы и помощников, которые подскажут, как вывести проект на новый уровень.

— Часто истории помощи кому-либо начинаются с того, что тебе самому плохо — и ты ищешь того, кому хуже, чтобы чуть-чуть подправить мир. Это ваша история?

— Скорее, моя история про то, что с 15 лет мне была дико интересна журналистика. Повезло учиться в школе, где учительница русского языка была к тому же хорошим журналистом и издавала школьную газету — она заинтересовала меня этой профессией.

После первого моего серьезного материала про скинхедов, которые избивали детей в Бресте, возбудили уголовное дело… Помню, я звонила в пресс-службу брестской милиции с конкретным таким наездом: «Здрасьте! А почему вы ничего не делаете, чтобы детей не били скинхеды?». «У нас нет такой проблемы», — говорят. «Как это нет? Я собрала факты!». И факты действительно были: я ходила и в логово к скинхедам, и к антифашистам, и к мамам, чьи дети пострадали… Мне было 16.

С ума сойти, получается, в этой работе почти 15 лет…

— Сейчас вы в большей степени занимаетесь менеджерской работой. Не хотите вернуться к текстам?

— Хочу! Да я и пробовала вернуться — не так давно получилось сделать интервью с Алексеем Момотовым — врачом-педиатром, который добивался, чтобы дети-инвалиды в интернате получали энтеральное питание.

Фото: Александр Васюкович, «Имена»

Я хочу вернуться к написанию историй хотя бы раз в месяц. Есть даже список тем, за которые я хочу взяться… Меня до сих пор часто герои находят сами. Как правило, я адресую их коллегам, но некоторые очень упрямы: «Хотим к вам», поэтому ждут до сих пор, пока я освобожусь. (Смеется.)

Но еще я хочу, чтобы «Имена» начали работать как фонд в самое ближайшее время. Нужно создавать более качественные и разноплановые проекты, подключать к ним и бизнес-среду, и чиновников — настроить диалог. Иначе мы просто упремся в потолок.

В Беларуси много проблем, но они решаемы — с тем откликом людей, который я увидела.

Катя рассказывает: по количеству подписок на «Имена» она поняла — люди независимо от своего заработка и экономического кризиса готовы вкладываться в то, чтобы в стране что-то менялось.

— Наверное, за много лет мы все устали, что обсуждение одних и тех же проблем не выходит за пределы нашей кухни или соцсетей.

У всех нас — представителей общественных организаций, чиновников, журналистов, читателей — наследие общее. Советское. Другого нет! А значит, нет и другого опыта решения проблем. Люди считают, что им все должно государство. А у государства нет бюджета на многие вещи. И вместо того чтобы начать разговаривать с людьми, оно от них отбивается. Люди в ответ злятся. Ни одной серьезной проблемы мы так вместе не решим. Надо начинать нормально разговаривать.

Нет смысла злиться и насмехаться над тем, что происходит. Если вы смеетесь над поведением чиновников, посмотрите, как вы сами ведете себя в своих фейсбуках: «Я не буду поддерживать отряд „Ангел“ принципиально, потому что это должно делать государство», «я не буду отдавать деньги на бездомных животных — в стране должен быть госприют»… И так далее.

А государство говорит: у меня нет денег. Да, конечно, мы все имеем право знать, как распределяются наши налоги, какие блага за них реально создаются, но мы в Беларуси чаще всего перекидываемся проблемами, как мячом в детской игре «горячая картошка».

Это ни к чему не ведет! И чтобы что-то изменилось, нужно учиться новому опыту решения проблем. Когда за то, что происходит в стране, ответствен каждый её житель.

Я вижу «Имена» как платформу, которая наладит диалог между государством и обществом. Поэтому нам нужен фонд, который сможет делать качественные проекты и грамотную экспертизу, наладит взаимодействие разных структур. Когда все это будет работать, а «Имена» станут финансово стабильны, я, наверное, смогу вернуться к текстам.

— Расскажите, а герои ваших публикаций благодарят вас? Энергия, которая потрачена на тексты, к вам возвращается?

— Да! Вот летом к нам приехала девочка Юля из Лунинца — мы делали фотоисторию о том, как после прививки у нее произошло кровоизлияние — и она стала инвалидом.

Юля — маленькая фея, которая делает своими руками красивые поделки. Сейчас девочка передвигается на коляске, а мама пытается поставить ее на ноги… После публикации Юлиной истории люди собрали деньги на протез, который был ей необходим.

В благодарность за это Юля с мамой к нам приехали — подарили картину, которую Юля сама нарисовала. Казалось бы: где Лунинец, а где Минск! Но вот доехали. И было, конечно, очень приятно.

А бабушка-ветеран, Клавдия Никандровна, которая долго боролась с чиновниками, чтобы ее не упекли в интернат, откликнулась запиской и конфетами. Просто решила рассказать, что теперь у нее все хорошо:

Фото: из личного архива Катерины Синюк

Или вот Саша Макарчук. Он оказался полностью обездвижен после болезни, но научился управлять компьютером с помощью голоса и научил этому других людей с инвалидностью. Благодаря этому те, кто прикован к кровати или инвалидному креслу, смогли начать зарабатывать себе на жизнь!

По сути, Саша уже помог многим людям, это его нужно благодарить.

Но он решил отблагодарить нас — и сделал памятные чашки с логотипом «Имен».

Передал их не только нам, но и в дом престарелых. Этот интернат никак не связан с «Именами» или с Сашей лично. Просто он узнал про это место, где живут очень одинокие люди, и захотел их поддержать. Скоро поедет туда во второй раз.

Мы героям и читателям тоже подарки делаем. Весной решили каждому подписчику дарить арт-магнит — включатель света, сделанный руками наших героев.

Сами включатели собрали незрячие работники на заводе в Молодечно, про которых мы писали. А магниты к включателям приклеивали герои наших публикаций — и, знаете, почти все они нашли возможность приехать к нам в редакцию.

Когда я спрашиваю, что включило свет «Имен» и запустило эту огромную махину перемен, Катя задумывается…

— Сначала — мое бешеное желание что-то менять. Это потом я подумала: боже, во что ж я ввязалась? Лучше б дома сидела. Но в этот момент уже было поздно: энергию, которую ты запустил, подхватили люди, и назад уже ничего не вернешь. Проект уже запущен — это целый механизм, и шаг назад ты себе не позволишь сделать. Не скажешь: ой, ребята, я пошутила, не рассчитала силы и вообще стану блогером. (Смеется.)

Я не знаю, как все будет дальше, но понимаю, что останавливаться нельзя. да и люди, кажется, уже не позволят сделать этого… А ещё: стало так интересно, чем это все закончится!..

Как сделать так, чтобы «Имена» продолжили свою работу:

Есть стереотип: «Имена» собирают много денег, отправляют проектам, а часть оставляют себе. Это не так. Технически сервис устроен так, что все перечисленные читателями средства отправляются напрямую в организации, а сотрудники платформы получают только отчеты о том, на что эти деньги были потрачены. Все свое время редакция тратит на то, чтобы рассказывать истории, помогать проектам, взаимодействовать с бизнесом и общаться с чиновниками — и так в режиме 24 на 7.

Чтобы «Имена» работали постоянно, нужна стабильная финансовая поддержка. Для этого была разработана удобная форма — ежемесячная подписка.

Подписаться на «Имена» можно тут или нажав кнопку «Помочь» в этой статье.

На «Именах» нет рекламы, платформа не получает гранты и не претендует на государственное финансирование, чтобы сохранить независимость и автономию.

Каждому подписчику «Имен» редакция обязуется раз в квартал высылать отчет о том, сколько собрали, что потратили, каких успехов достигли. И самое главное, что реально изменилось в жизни тех людей и проектов, которым помогали.

В любой момент вы можете подписку остановить, а также просмотреть историю всех списаний и платежей.

Нужные услуги в нужный момент
-20%
-10%
-20%
-20%
-85%
-20%
-10%
-10%
-40%
-10%
0059086