175 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Марии Колесниковой предъявили окончательное обвинение
  2. Белорусские хоккеисты проиграли Казахстану, не забросив ни одной шайбы
  3. Лукашенко подписал указ о застройке 10 квадратных километров на севере Минска
  4. Флаги везде, «супермитинги» и «неотданная любимая». Как власть отвечала на идеи оппонентов
  5. Виновен посмертно. Верховный суд рассмотрел апелляцию по делу застреленного силовиками Шутова и его друга
  6. Что, если перед прививкой от COVID выпить жаропонижающее «для профилактики»? Ответы на вопросы о вакцинации
  7. Налоговая в суде выясняет с Тихановским, должен ли он заплатить налог с тех самых найденных за диваном 900 тысяч долларов
  8. Уволенному директору Оперного театра нашли новую работу
  9. Проездные в Минске теперь можно записывать на карту самому. Посмотрели, как это работает
  10. Прогноз: «Без урегулирования политического кризиса экономика будет терять миллиарды в год»
  11. В Минске рассматривают большое «дело студентов». К зданию суда пришли более ста человек, прошли задержания
  12. Лукашенко говорил, что «несогласных» студентов нужно отчислить, а парней отправить в армию. Где эти ребята сейчас?
  13. Белорус принял участие в «спецоперации» и лишился более 200 тысяч долларов
  14. «В соседнем городе ракета попала в жилой дом». Белоруски о жизни в Израиле во время бомбежки
  15. Израиль начал в секторе Газа военную операцию. Рассказываем обо всех предыдущих попытках
  16. «Родителям сказал, что пойду пожить к другу». Студент отсидел три месяца, услышал приговор и сбежал за границу
  17. В программе белорусских каналов на следующую неделю нет «Евровидения». Попробовали разобраться, что это значит
  18. Биолог рассказал, как вырастить богатый урожай капусты. Вот пять правил
  19. Дожди зарядили на все выходные? Прогноз погоды на ближайшие дни
  20. В Израиле в результате ракетной атаки погибла уроженка Беларуси
  21. Личный опыт. Как в Беларуси стартовало бесплатное исследование иммунитета против COVID-19
  22. «По приказу премировали людей». В лидском стройтресте рассказали, зачем раздавали деньги на 9 Мая
  23. «Патэлефанавалi з пытаннем, цi ўпэўненая я ў бяспецы маiх дзяцей». Зоркі — пра паўгода ў эміграцыі
  24. Мангал под навесом уже не в тренде. Вот как круто белорусы обустраивают свои террасы и беседки
  25. «Мы останемся без работы и зарплаты». БМЗ просит европейских партнеров не вводить санкции
  26. Как под Барановичами спасают дворец Радзивиллов — копию итальянской виллы на озере Комо (нет, не той что Соловьева)
  27. Срок действия справок и других документов продлили еще на полгода
  28. Экс-капитана Генштаба за фото документа «польскому телеграм-каналу» приговорили к 18 годам за госизмену
  29. Суарес почти 20 лет счастлив с одной женщиной (встретил ее в 15 и влюбился с первого взгляда)
  30. Возле Дома правосудия в Минске во время процесса над студентами задержана журналист TUT.BY


Мы поговорили с несколькими креативными белорусками, которые создают дизайнерские предметы интерьера из дерева. Представительницы двух небольших студий — Fajno Design и Leoni decor — рассказали нам, бывает ли творчество прибыльным, как найти любимое дело, находясь в декретном отпуске и можно ли наладить серийное производство на отечественных фабриках.

Fajno Design — команда молодых дизайнеров из Бреста, которая работает уже более 4 лет. В Беларуси прославились после недавнего участия в проекте «Мой бизнес», хотя они и не стали победителями, однако планируют продолжать работать — и не только в нашей стране, но и по всему миру.

В студии Fajno Design работают три дизайнера, мы поговорили с Мариной Ахмадовой.

— У меня два образования — я реставратор памятников архитектуры (Брестский государственный технический колледж) и архитектор (училась я в Брестском государственном техническом университете). Дизайном занялась с 4 курса, мы с Игорем и Денисом (также дизайнеры Fajno Design. — Прим.) еще тогда вместе делали интерьеры. Нравилось, что результат творчества сразу виден и зависит только от тебя, тогда как в архитектуре — это совместная командная работа, где очень многое зависит и от финансирования. Тем более что в архитектуре больше, чем в дизайне, надо постоянно доказывать строителям и инженерам свою профпригодность, что ты что-то знаешь, хотя и девушка.

— Женщина-архитектор сталкивается с гендерной дискриминацией чаще, чем женщина-дизайнер?

— В архитектуре женщине придется быть сильнее, умнее и грамотней в разы. Ну, а дискриминация и с дизайнерами бывает: «Нет, нам девушка не нужна». Хоть мир сейчас и прогрессивный, но проблема все же есть. Радует, что в нашей команде все сбалансировано. Сейчас к нам люди приходят за узнаваемым стилем.

— Кто повлиял на вас как на дизайнера, художника?

— Множество людей. Патрисия Уркиола (Patricia Urquiola), испанский дизайнер, это пример женщины, состоявшейся в профессии. Архитектор Заха Хадид на меня очень повлияла. Я сейчас живу в Баку (уехала к мужу в Азербайджан), тут есть огромный выставочный зал, Центр Гейдара Алиева, который построила Хадид, я часто бываю там. И это место невозможно с чем-то сравнить: это космический корабль, все белое и прозрачное, и это место ломает все представления о пространстве. Хороший пример силы мысли.

В Азербайджане еще меня вдохновляют овощные рынки, это всегда ярко и красиво, есть музей ковров — нескончаемый источник узоров, фактуры. Вся жизнь меня вдохновляет!

Я очень люблю современное искусство, там можно черпать актуальные тенденции, идеи, вдохновение. Если перечислить источники этого вдохновения, то это американский дизайнер Келли Уистлер (Kelly Wearstler) — за невероятное умение сочетать фактуры и текстуры, объемы и формы и за умение из профессии сделать огромный бизнес. Творческий союз дома Валентино, который недавно распался, Мария Грация Кьюри и Пьер Паоло Пиччоли. За такое умение работать в союзе с другим человеком, не затмевая друг друга, а наоборот, возвышая и развивая творческий потенциал. Это то, к чему бы мне хотелось, чтобы стремилась наша команда.

— Каково работать трем дизайнерам в одной команде?

— Все лучшее, что мы придумали, мы придумали вместе. У нас и политика такая, что мы все работы выпускаем под одним названием, ведь мы очень дополняем друг друга. Творческой ревности у нас нет. Хотя мы можем и поспорить, и поругаться в процессе работы. Но изначально наша дружба нас соединила, и мы всегда находим общее решение и общий язык. Хорошо, что я работаю в команде, благодаря мнению другого человека могу порой поменять и свою точку зрения. Может быть, это покажется странным белорусам.

— Почему вы так считаете?

— Думаю, что у нас в стране все очень сложно с творческими союзами и объединениями. Творческие люди варятся в своем соку, создавать что-то общее непросто. Но в этом и состоит сила — объединяясь, мы становимся лучше.

— Кто придумал название «Fajno Design»? Хотелось сделать белорусский акцент?

— Надо было как-то назваться, мы ехали на инвестиционный форум. Получилось удачно — на него хорошо ложатся слоганы, все заинтересовываются самим названием. Нас уже знают по этому слову «Fajno».

Но продавать предметы мы стали недавно, долгое время мы занимались дизайном интерьеров. Я думаю, у белорусов пока нет понимания того, что такое дизайнерский интерьер, не очень понимают, зачем им нужен дизайнер и что они сами хотят. Клиент приносит каталог гостиницы и хочет точно так же. А ты пытаешься объяснить, что качество стен зависит не от нарисованной картинки, а от финансов, работы мастеров и выбора материалов. Мебели мало с лаконичным дизайном и соотношением «цена-качество», а привозить — это дополнительные расходы.

— Но у потребителя выбора нет — покупают то, что предлагают в магазинах.

— Это палка о двух концах. Производитель думает, что людям нравится их мебель, а люди покупают по наитию или то же, что у соседа.

Это как с современным искусством — вопрос образования. Чтобы его понять, надо быть готовым к его восприятию, знать историю искусства. То же и с дизайном: нужно обращать внимание на то, как выглядят разные помещения, и думать, почему комната обставлена именно так, какие функции у нее есть. В Дании, например, 5% доходов государства поступает от дизайна. У нас — это даже не одна тысячная. И пока в этом никто не видит перспективу. Тенденцию изменения к лучшему я все же замечаю, но все происходит медленно.

— С чем связана нехватка современного дизайна в стране?

— Сложный вопрос, мы с ним сталкиваемся постоянно. Директора мебельных фабрик почему-то считают, что другой, непривычный для них дизайн никому не будет нужен, рисковать не хотят. Им не нужно знать о мировых трендах, им просто надо пустить столько-то дерева в производство, столько-то мебели отправить в магазины. Брестский ковровый комбинат в свое время не подписал контракт на производство и сотрудничество c IKEA. Видимо, для них это неинтересно.

— Креативный и интеллектуальный продукт может приносить прибыль?

— Да, и лучшее доказательство — продукты компании Apple, где дизайн сделал все. Люди их захотели, потому что это красивая вещь с красивыми интерфейсами. «Яблоки» заполонили мир именно из-за дизайна.

Наша «птичка» — не самый необходимый предмет, но эта лампа несет игривость, теплоту, детские воспоминания. Ее полюбили. А директора предприятий про наших птичек говорили: «Кому нужна ваша кура?». Оказалось, именно эти «куры» и нужны людям!

Весь мир стремится обратно, к природе, идет в экологию. А у нас, белорусов, это пока еще настройка по умолчанию. Я очень горжусь, когда мне азербайджанские друзья рассказывают о качестве наших белорусских продуктов. Мы — крестьянская страна в хорошем смысле этого слова, близкая к природе, и это наша изюминка.

— Работа дизайнера — это образ жизни?

— Дизайнер — неблагодарная профессия. Всем кажется, что это просто — поставил кресла и готово. На самом деле, если ты не работаешь в прямом смысле слова, то все равно собираешь впечатления, которые пригодятся, читаешь, вдохновляешься. Ты должен разбираться в кинематографе, в искусстве, чтобы находить там образы для работы, параллельно должен владеть всеми техническими вопросами, вопросами экологии — во всех сферах жизни должен разбираться по чуть-чуть.

Хороший дизайнер — тот, кто много смотрит, анализирует. Для этой профессии важно чувство гармонии, это надо в себе развивать постоянно. Тут даже не столько талант нужен, сколько особый взгляд на мир. Вот смотришь на картину Густава Климта «Водяные змеи II» — и понимаешь, почему она стоит 183 миллиона долларов. Там такой жизненный опыт, такой взгляд на мир — его картина просто бесценна, это невозможно повторить.

— Как дизайнера может вдохновить кинематограф?

— Узнаешь цветовые гаммы, восполняешь исторические пробелы своего образования, учишься стилизовать эпоху. Режиссёр Уэс Андерсон создает чистый пример дизайнерского кино с продуманным и узнаваемым собственным стилем. Кино — это эмоциональный и визуальный ряд, который может вдохновить. У нас есть даже пример прямого влияния кинематографа. Командой мы посмотрели фильм «Моя левая нога» режиссера Джима Шеридана. Это лента про ирландского художника Кристи Брауна, который был парализован и рисовал ногой. После этого фильма мы придумали кресло. Оно стало своеобразной одой матери этого художника — она не отказалась от трудного ребенка, поддерживала его. В фильме она появлялась в кадре в домашнем халате, и в основу для нашего кресла мы взяли принт с него.

Сейчас мне хочется сделать что-то полезное и экологичное для детей. Высшая миссия для меня — быть «компасом» хорошего вкуса для наших покупателей. Может быть, это громкие слова, но так приятно, когда обычная мама, у которой нет денег на дизайнера и дорогие предметы, посмотрит на наш дизайн и что-то сделает сама. В этом есть наша образовательная задача.

Вообще, в дизайне есть все. Психология, архитектура, дизайн — это все о жизни. Плохо, что мы разделяем все на сферы. И дизайном (особенно на постсоветском пространстве) привыкли считать что-то такое эффектное. А дизайн — это очень широкое понятие. Все, что нас окружает, — дизайн.

Анна Петкевич, менеджер по производственным процессам Fajno Design:

— Я мечтала заниматься именно промышленным дизайном еще со школы. Мне нравится, когда картинка превращается в реальность. За творческую часть и придумывание предметов отвечают наши дизайнеры. За мной — процесс воплощения идеи, поиск инженерных решений. Приступая к работе над новым предметом, я сначала нахожу инженерное решение — с помощью каких станков, на каком оборудовании можно сделать то, что придумали дизайнеры. Затем ищу предприятия, где можно разместить наши заказы и изготовить то, что нужно. В Fajno Design мы работаем и с деревом, и со стеклом. Когда делали головы для «птичек», столкнулись со сложностями: для головы нужно было сделать пресс-форму, а на заводе это до сих пор делается вручную — это очень долгий процесс, пришлось искать на стороне тех, кто делал пресс-форму, а потом на заводе эти головы отливали в формы.

Сейчас планируем делать обои — ездим с дизайнером по обойным фабрикам, заранее изучаем процесс работы и специфику.

— Кто вы по образованию?

— Я окончила архитектурно-художественную школу № 41 в Минске, потом получила образование по юридической психологии, сейчас оканчиваю бизнес-школу IРM по программе Executive MBA, изучаю финансы, маркетинг, чтобы уметь грамотно руководить компанией.

— Знание психологии вам помогает?

— Очень помогает! Считаю, для жизни я получила полезное образование. После школы я планировала учиться промышленному дизайну за границей, и мне было необходимо отучиться сначала здесь несколько лет. Подумала, что если хочу понимать потребителя и правильно общаться с людьми, то психология — близкий к этой цели предмет. Позже у меня был опыт работы руководителем на деревообрабатывающем предприятии, в подчинении были 30 человек, так что психология помогла мне и в этом тоже.

— Что любят современные покупатели?

— Все хотят иметь что-то уникальное, со своей историей. Это — плюс к продукту. Покупка дизайнерской вещи — всегда более эмоциональна, чем рациональна. Это не просто лампа, например, а светильник с «начинкой». Мы отталкивались от идеи, что чувства и истории воплощаются в предмете. Думаю, что это правильный подход. У наших дизайнерских вещей есть свой, особый стиль, мечтательный, яркий, который помогает развивать фантазию и творчество. О вазе в форме НЛО можно рассказывать истории про пришельцев, часы в форме Луны напоминают о звездном небе, а светильник-птичка и вовсе кажется живой. Мы планируем произвести светильники-«реснички» для детских комнат. Мама будет петь ребенку колыбельную про закрывающиеся глазки и включит нашу лампу с «ресничками».

— Сегодня в Беларуси реально заработать творчеством?

— Сейчас недостаточно просто заниматься творчеством, надо еще продвигать себя, свой продукт. Это работает в комплексе, и у нашей команды как раз такой случай: три дизайнера, два человека, которые занимаются производством и организацией работы, и пиар-менеджер. Такая команда может создать бизнес.

К слову, я замечаю, как много креативных пространств появляется в Беларуси в последние годы. Даже 5 лет назад такого не было, сейчас можно прийти, собрать команду заинтересованных в одной идее людей и работать.

К сожалению, крупные предприятия не сотрудничают с молодыми перспективными дизайнерами. Если б еще это наладилось — был бы большой прорыв. У нас умеют делать качественные вещи, но с дизайном — частые проблемы.

Скандинавский дизайн очень востребован в нашей стране, и неужели мы не могли бы делать что-то подобное? Создали такой ажиотаж вокруг нового магазина JYSK. Но там нет ничего сверхъестественного — простой, лаконичный дизайн. Ничего технологически сложного, но людям он нужен — за счет цены и за счет внешнего вида.

— Это значит, для частного бизнеса есть много свободных ниш?

— Да, и ниши не заняты в самых разных сферах бизнеса. Вроде бы игроков много, но в то же время немного предприятий следит за рынком, за тенденциями, за пожеланиями потребителя. Перспектива для частного бизнеса хорошая: все, что нужно, — это делать качественный продукт, и делать его именно для людей.

Leoni decor — мастерская по изготовлению предметов интерьера из дерева.

Любовь Леонович — владелица студии Leoni decor, журналистка по образованию, которая еще несколько лет назад не думала, что станет ремесленником и найдет себя в создании предметов интерьера. Любовь создала собственное небольшое дело, пока находилась в отпуске по уходу за ребенком.

— Я училась в Институте журналистики БГУ по специальности «аудиовизуальные СМИ», работала с первого курса и была счастлива, что выбрала именно её. Окончила журфак и осталась на радиостанции на 5 лет. Потом, как в жизни многих женщин, случился декретный отпуск. И тогда начались сдвиги в сторону пиления. Хотя что-то делать руками мне всегда нравилось.

Как-то мы с подругой зашли в магазин, она показала картинку с красивыми звездами и оленями и сказала: «Это же можно все сделать самим!». И мы пошли, купили лист фанеры, ручные лобзики и сделали этих оленей сами. Мне понравилось возиться с лобзиком, но потом я немного забыла об этом занятии. А когда ушла в декрет, у меня как у человека деятельного наконец появилось время и мысли по поводу дальнейшего развития. К тому же в квартире был ремонт, мы все делали своими руками, я снова столкнулась и с обработкой дерева, и с выбором красок, начала в этом разбираться.

Однажды я увидела в интернете панно с тремя летящими утками из дерева. Понимая, что в нашей стране я такого нигде не найду, решилась сама их сделать. Мужу было сказано «дорогой, я хочу лобзик». Он купил лобзик, кусок древесины, фанеру, и я ринулась в дело, даже не прочитав инструкцию по работе с лобзиком. Но с третьей попытки я всё же что-то вкривь и вкось вырезала, а потом шкуркой довела до ума. Затем взяла в руки краски и кисти. Помню свое волнение — ведь я никогда не была связана с изобразительным искусством. Я решила делать абсолютно простые вещи, кто-то называет это пейзанским стилем. Мне нужны были элементарные принты — горох, квадраты, полоски, и что-то я подсматривала в иностранных блогах, что-то придумывала сама.

К слову, тех уток я все же сделала и нашла им место в доме. Потом поняла, что такие вещи могут заинтересовать еще кого-то. Сделала много предметов для интерьера, сфотографировала их и выложила в соцсети, чтобы проверить реакцию людей. Мои вещи понравились и друзьям, и незнакомым людям, и все завертелось.

Мой принцип — я не отказываюсь от заказов, пытаюсь придумать что-то, если есть сложности. Так, когда заказали первую грифельную доску, а грифельная краска стоит прилично, пришлось изобретать при помощи интернета свой рецепт.

— Кто ваша целевая аудитория?

— В основном — молодые семьи, у которых новые квартиры, свои дома, и которые видят простую красоту. Шкафы-купе им больше не нужны, они ценят ручной труд, готовы платить за него. Большинство моих клиентов — это, конечно, женщины. Именно они наполняют дом деталями и теплом.

— Ваш бизнес оформлен как ремесленничество?

— Да. Раз в год мы платим налог. Ремесленник в Беларуси продавать может только через магазины, галереи и на ярмарках. К слову, 16−18 декабря я снова буду участвовать в «Млыне».

Полтора года, как официально подрабатываю ремесленником, а ощущение — будто занималась этим всегда. Я детство провела у бабушки в деревне, там был вокруг лес, папа в отпуске вырезал деревянные ложки. Я все это видела. Это уже было во мне тогда.

Жить в городе и работать с материалами, к которым нет доступа, — это моя боль. Летом приезжаешь за город, идешь в лес, собираешь ветки, поленья, работаешь прямо на улице. Этим здорово заниматься, когда живешь на хуторе.

Хочется использовать хорошее дерево, массив, который не нужно даже красить, но приходится работать с фанерой, мебельным щитом, которые есть в доступе в стройматериалах. К тому же меня волнует момент ценообразования: всегда стремилась делать доступные вещи, а цельное дерево — это очень дорого. Оценит ли это покупатель — это вопрос.

— Творчество приносит вам прибыль?

— В какой-то момент я почувствовала, что могу не выходить на работу из декрета, если правильно поставить дело. Если понять, как развиваться, что нужно людям… А им нужна история, подоплека. В нашем инфантильном мире люди покупают не столько вещи, сколько эмоции. Ведь декоративные вещи — не предметы первой необходимости.

Если удовлетворять запросы людей, чувствовать клиентов — вполне можно сделать это занятие прибыльным бизнесом.

Правда, когда не отказываешься ни от каких заказов, случается, что всем нужны календари с котиками, и когда ты делаешь 50-го котика… начинается не самый приятный поток, но ты говоришь себе, что после 50-го котика ты из реек сколотишь разноцветное панно, которое тебе по душе, но его, скорее всего, никто не купит. Вот тут и начинается договоренность с самим собой — нужно ли тебе это?

— Вы по-прежнему работаете журналистом и продолжаете заниматься ручным трудом. Отказываться не собираетесь от чего-то?

— Могу отказаться от крупных заказов. Но я себя уже не представляю без этого занятия. Я и сама думала: почему? Наверное, в журналистике, тем более при работе на радио, ты не видишь результата своего труда. И от этого возникает эмоциональное напряжение. Это даже не статья и не журнал, в эфире — все незримое. А когда ты сделала руками что-то, держишь это, осязаешь, передаешь человеку, видишь, что он получает удовольствие — вот от этого кайф!

— Как относится муж к вашему бизнесу?

— У нас в семье есть слоган: «не пили мужа — пили фанеру». Любимый мужчина помогает советами и пониманием. Но я понимаю, что все надо дозировать, чтобы муж не видел постоянно только спину своей жены.

— Что особенно вас вдохновляет?

— Я вдохновляюсь всем на свете. Мое дело тренирует глаз: начинаешь смотреть по-другому на мир. У меня есть рабочий инстаграм с моими предметами, и есть личный, куда я выкладываю фотографии, по ним видно, на что я обращаю внимание, а это природа, моменты перехода сезонов — там вся красота, простота и краски мира. Хожу на выставки, но вдохновить может все что угодно — даже то, как расставлены продукты в магазине, сочетание цветов.

Считается, что умение увидеть красоту или дано, или нет. Я поняла, что глаз можно натренировать, если целенаправленно обращаешь на что-то внимание — через некоторое время ты действительно начинаешь многое замечать. И чем больше «кормишь» свои глаза, тем больше видишь.

Правильно говорят: лучшее — враг хорошего. Я заметила, что когда начинаешь что-то накручивать, придумывать — все! Это будет испорчено. Всегда надо вовремя остановиться и ничего не добавлять к простой красоте.

— Всегда ли ценят покупатели ручной труд?

— Бывают моменты с клиентами, когда в изделии есть неровный край. Кто-то понимает уникальность этих единственных в своем роде изгибов. Работая часами с куском дерева, я что-то ему дала от себя, свою энергию. Но кто-то спросит: «А почему тут неровно?». Для таких людей создан сайт Алиэкспресс, там китайцы ровно режут лазером и продают дешевле. Это все на уровне эмоциональности: либо человек видит теплоту вещи и красоту ручного труда, либо нет. Как в анекдоте: «Почему так дорого? Потому что руками. А почему так криво? Потому что руками».

А вообще, когда заняты руки, — это прекрасно, тогда расслабляется голова.

Занятие универсальное — пила и кусок дерева, и ты можешь сделать все что хочешь, в любой стране! Когда меня спрашивают в интернете, как начать пилить, я удивляюсь. Не бывает какого-то благоприятного времени, специальной подготовки. Либо тебя прет — и ты не можешь остановиться, либо ты просто не решишься на это занятие.

Почему раньше ценились бондари, например? Ютьюба не было: дед расскажет, как обрабатывать древесину, и только ты будешь это уметь. Сейчас же в интернете есть любые мастер-классы.

Мы живем в мире, когда люди отходят от любого ручного труда. Работаешь с инструментами и понимаешь, что можешь и стиральную машину подключить, и розетку отремонтировать, это все несложно. Мое занятие дает мне уверенность в том, что я руками могу сделать все. Это очень хорошее ощущение.

-10%
-20%
-10%
-99%
-99%
-40%
-20%
-20%
-30%
-40%
-14%