• Делай тело
  • Вкус жизни
  • Отношения
  • Стиль
  • Карьера
  • Вдохновение
  • Еда
  • Звезды
  • Анонсы
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС
Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Карьера


Франсуа Плас родился в 1957 году. Его отец — художник, мать — учительница младших классов. Он женат, и у него двое детей. С детства Франсуа любит рисовать и читать. Изучал визуальные коммуникации, дебютировал как рекламный иллюстратор. Сегодня — успешный автор и иллюстратор книг. Франсуа Плас посетил Минск в рамках ХХIII Международной книжной выставки, встретился с читателями и дал нам эксклюзивное интервью.

— Вы по своей натуре путешественник?

— Сейчас я больше езжу по миру ради встреч с читателями. А как путешественника больше всего меня увлекают самые отдаленные уголки планеты — Центральная Азия, Антарктика…

— С чего начинался для вас путь автора — иллюстратора детских книг?

— Самые первые книги, которые я иллюстрировал, были документальными, рассказывали о путешествиях и открытиях. Я увлекся этой темой, и она не оставляет меня до сих пор. Когда я завершил документальный проект, захотел сочинить что-то сам. Так появилась моя первая художественная книга «Последние гиганты». Это история о том, как англичан купил зуб великана, украшенный иероглифами. Он нашел страну гигантов и поведал о ней миру. В итоге люди туда приехали и все испортили. Такая в некотором смысле история колонизаторства.

— Рисунок часто становится началом целой истории?

— Так случилось с «Вымышленным географическим атласом мира» (он же — алфавит), который я создал. Например, буква «W» в книге представлена в виде реки, которая днем течет в одну сторону, а ночью — ее направление меняется на противоположное. Жители танцуют на волнах ночного прилива… Всегда в истории должен был элемент, который меняет ход повествования. В этом случае такой момент заключается в строительстве на реке часовни. Люди больше не различают время по течению и природе, они сверяются с часами на башне. Потому что время стало механическим. От этого немного грустно.

В трех частях этого вымышленного атласа несуществующего мира — невероятные животные и растения, города, строения и народы, которые я придумал, которые долго искал для каждой буквы алфавита.

— У вас есть книга без иллюстраций?

— Я захотел сделать такую книгу без рисунков («Передвижная таможня», однако она не издана на русском языке. — Прим. авт.). На самом деле, когда создаешь книгу и знаешь заранее, что в ней будут иллюстрации, то понимаешь — текст должен быть коротким и дополнять иллюстрации. А когда пишешь без рисунков — ты свободен, можешь написать 200−300 страниц… и пока хватит фантазии, пока не придешь к финалу истории, ты продолжаешь сочинять и сочинять. Я убежден, что если знаешь, что книга будет иллюстрирована — придумываешь историю, но когда пишешь книгу без иллюстраций — тогда уже рисуешь картинки у себя в голове.

— Вы часто принимаете участие в культурных акциях, мастер-классах Французского института, как во Франции, так и за рубежом. Расскажите об этом опыте.

— На эти мероприятия приходят люди, которые не обладают навыками рисовальщика. Часто я хожу в школы поработать с детьми. В Риме я создавал гигантов (героев книги), на улице подходили прохожие, они могли нарисовать моим гигантам татуировки.

— Вы работаете с детьми. Разделяете ли вы мнение, что они изначально умеют рисовать, а учить их техническим приемам не нужно?

— Дети не стесняются в плане рисования. Чем они старше, тем более не уверены в своих результатах: «ах, это некрасиво, это непохоже»…

На занятиях я говорю, что не нужно использовать, например, стиральную резинку — не надо убирать нарисованное. Предлагаю кисть и тушь, и говорю, что не надо колебаться. Часто мы делаем большой коллективный рисунок. А это значит — надо смотреть по сторонам: если сосед рисует размашисто, а ты мелко чертишь — эти части не будут гармоничны. Маленькие дети, конечно, более свободны в рисунке.

— Как считаете, дети могут иллюстрировать книги?

— Нет, думаю, это редкий случай. Потому что ребенок может сделать один, ну два хороших рисунка. Но серию — с этим сложнее, так как это длительная работа, необходимо соотнесение с текстом… К тому же в разных книгах у меня разные серии рисунков, но в то же время и сохраняется единый стиль. Как в тексте надо держать один стиль, так же и в иллюстрациях. Ребенок с таким не справится.

— Расскажите об удивительной сказке, которая стала материалом для создания танцевального спектакля. Она написана не в прозе, это завораживающий и очень ритмичный текст.

— Танцоры попросили меня создать текст к их постановке.

Я придумал персонаж — принца, который заикается. У него были самые разные таланты, но один недостаток: он заикался. И это сделало его нетерпимым, агрессивным и жестоким. Принц взрослеет и стремится к одиночеству, на уединенном острове он узнает язык природы, читает по следам и запахам. История завершается встречей с прекрасной девушкой, и они говорят на языке любви, на языке танца, на языке тела.

— Это история для взрослых детей?

— Для детей разного возраста, и для взрослых, конечно. Во Франции тема любви не шокирует никого (смеется). Эту историю можно танцевать, можно рассказывать как поэзию.

— Что вас вдохновляет создавать книги для детей, помимо путешествий?

— Все, что я пишу, — это всегда о том, что нас окружает. Меня трогает то, что происходит вокруг. Когда талибаны разрушили статую Будды, я так расстроился… Я хотел увидеть Будду до того, как они его разбили. И решил, что сделаю об этом книгу. Ведь не только талибаны разрушают чудеса света, мы все это делаем. И я захотел написать о том, как важно сохранять прекрасные вещи. Но как говорить об этом с детьми? Надо было сделать все наоборот: рассказать, как строили статую Будды. Хотите эту историю?

— Да, расскажите. Тем более что этой книги я не видела в переводе на русский язык.

— Маленькое королевство, очень мирное, располагалось у подножия высокой горы. Там останавливались путешественники, перед тем как отправляться покорять гору. Но когда на вершину поднимались люди, бог горы очень злился, и они падали вниз.

У короля было изображение мирного божества, и он решил сделать огромную статую такого милого бога на горе, чтобы он там улыбался, а люди больше не боялись. У короля была внучка, она любила рассматривать маленькую статую бога — копию того, которого строили на горе. Однажды принцесса уронила статуэтку, и та разбилась. Но король не разгневался.

Фото: francois-place.fr

— Это такой символ мудрого взрослого и хорошего родителя?

— Ну да. Он не стал ругаться, просто сказал: «Такое бывает, все разбивается, но вещи можно починить». Пришел работник, чтобы реставрировать модель. Он все склеил, кроме улыбки бога. Улыбка была потеряна… Тем временем возведение статуи на горе продолжалось. Король ослеп и спрашивал у принцессы «каков бог?», она отвечала, что тот прекрасен, но не улыбается. Король наощупь делает улыбку богу, улыбку доверия, улыбку матери ребенку, улыбку, которая согревает… Хотя такая улыбка видна издалека, все же ни гора, ни бог не обращены ни к кому конкретно. А вот человек, напротив, всегда обращается к другому человеку.

То есть бог «улыбается» нам и в болезни, и во время войны — постоянно. Но он не сам по себе улыбается, он просто побуждает людей улыбаться друг другу. Книга — о том, что надо обращать внимание друг на друга. И о том, что важно создавать, а не разрушать.

— В ваших книгах часто встречается стремление говорить о том, что надо человеку быть гуманнее…

— Я всегда хочу показать, что люди очень разные повсюду. Все цивилизации оставили прекрасные следы. Я считаю, что мы все — одновременно и варвары, и цивилизованные люди. Надо быть внимательными к другим, иначе мы рискуем стать просто варварами.

— Какого плана книги вы предпочитаете делать?

— Для малышей у меня есть серия карманных книг «для смеха». Но я люблю больше создавать именно философские сказки, истории.

— Вы также иллюстрируете книги других авторов. Как происходит такое взаимодействие?

— Издатель выбирает иллюстратора сам. Во Франции большая конкуренция, происходит кастинг. Порой не учитывается даже мнение писателя. Это рынок. Единственное, если текст мне не нравится, я не буду иллюстрировать книгу. Ведь это занимает много времени. А работать с тем, что не любишь… Нет.

— Что необходимо, чтобы появилась конкуренция на книжном рынке?

— Нужен сам рынок: много книжных магазинов, тех, кто будет покупать книги. Во Франции детские писатели ходят в школы, там работает программа по привлечению детей к чтению, нужно, чтобы они захотели читать.

У нас большой объем книг для детей и юношества. И это — очень важно. Много писателей, иллюстраторов, соответственно, среди них немало талантов. Можно выбирать книги на свой вкус.

— Вы всегда носите с собой записную книжку?

— Да, конечно. Особенно когда путешествую. (Франсуа показывает свои зарисовки.) Но здесь пока нет Минска. Я всего пару часов, как приехал. Хотя ваш город мне понравился: просторный, с архитектурой, порой импозантной, порой современной… А люди очень дружелюбные.

— У вас есть дети?

— Да, они уже взрослые. Оба работают.

— Что важно дать детям?

— Доверие. Чтобы они не боялись ошибиться, чтобы не боялись действовать. Ведь все можно исправить. А еще — нужно уметь развлекаться!

Если в семье все хорошо, тогда и у ребенка все хорошо. Надо, чтобы ребенок знал: родители рядом, чтобы защитить или подсказать ему что-то… Когда есть доверие к другим — тогда он уже не будет тираном. Но рецептов у меня нет! (Смеется.)

За помощь в организации интервью благодарим посольство Франции в Беларуси

Нужные услуги в нужный момент
0058044