Делай тело
Вкус жизни
Отношения
Стиль
Звезды
Вдохновение
Еда
Анонсы

Леди Босс
Наши за границей
Моя жизнь
Мех дня
СуперМама
Советы адвоката

Тесты
Сонник
Гадание онлайн
реклама
реклама
реклама

Карьера


Досье: Михал Хаброс, Временный поверенный в делах Польши в Беларуси, немного за тридцать, окончил Ягеллонский университет в Кракове. В Минске работает чуть больше года, до этого почти 5 лет работал в Астане (Казахстан). Холост, но занят. Имеет прекрасное чувство юмора.

— Как говорили при Советском Союзе — «Польша — самый веселый барак соцлагеря». Это так? Поляки умеют посмеяться?

— Да, такая пословица в Польше очень известна, особенно среди тех, кто жил при советской власти. Так и было. В Польше, как ни странно, в то время процветал такой жанр искусства, как кабаре. Причем кабаре высокого уровня, литературное, с художественными «замашками». Кстати, многие считают, современное кабаре не дотягивает до образца эпохи 60-х. А если сравнивать с другими странами соцлагеря — Польша была, наверное, самой либеральной в то время, хотя, конечно, в рамках существующей тогда системы.

— Этому способствовали какие-то национальные черты?

— Свободолюбие, а еще особая внутренняя острота ума. И упомянутое кабаре, и всевозможные виды сатиры — тому подтверждение.

— В этом можно увидеть схожесть с евреями, которые умеют смеяться в невеселой ситуации. Как вы считаете, формируются ли какие-то национальные черты, благодаря тому, что разные народы живут на одной территории, перенимая что-то у других?

— Один из самых веселых скетчей кабаре «Дудек» — именно о евреях. И этот скетч, к слову, я увидел здесь, в Минске, в театре имени Я. Купалы в спектакле «Местечковое кабаре». Очень грамотно сделано, с атмосферой…

Конечно, когда народы живут рядом, это способствует взаимному обогащению. К сожалению, история сделала поворот, и мы от этого ушли. Но еще несколько десятков лет назад здесь был уникальный мир нескольких народов, многогранный и мультикультурный, который существовал между Востоком и Западом. Люди учились чему-то друг у друга.

— Что общего у белорусов и поляков? И в чем мы разные? Такой вот банальный вопрос…

— (Смеется.) На самом деле вопрос непростой. Я бы сфокусировался на том, что нас объединяет. Это, во-первых, гостеприимство или радость общения с другими людьми. Во-вторых, у нас (как и в Европе) более устоявшийся, консервативный подход к укладу жизни, традициям, нравам. Неслучайно поляки в разных соцопросах выделяют семейные ценности как самые важные.

— Бывали ли ситуации в Минске, которые вызывали у вас недоумение?

— Бывали такие ситуации в сфере обслуживания, при общении с администрациями. Но это случается не так часто, и они могли бы произойти, мне кажется, и в польской глубинке.

— Вы имеете в виду культуру общения с «советским налетом»?

— Я думаю, это зависит не только от прошлого, но и от типа людей. Встречаются еще агрессивные официанты, вот они вызывают удивление. (Смеется.)

— Вы отметили консервативный подход к жизни как общую тенденцию — и у поляков, и у белорусов. Польша, как и Испания, имеет «крепкую католическую репутацию». Как сегодня молодежь относится к религии? Что-то меняется?

—  Жизнь общества всегда находится в движении, и все институты, в том числе и религиозные, также подвержены изменениям, меняются вместе с обществом. Религиозность, католицизм сегодня в Польше другие, чем лет 20 назад, и тем более 40 лет тому назад. И дело не только в том, что в 50-е годы костел был полуподпольным. Сегодняшние изменения, с моей точки зрения, не имеют отношения к отступлению от религии. Форма меняется вместе с потребностями человека — сейчас люди живут быстрее, иначе смотрят на мир.

В этом году в Польше пройдет 1050-я годовщина Крещения нашей страны, а летом состоятся мировые дни молодежи с участием папы Франциска в Кракове. Это крупные мероприятия, приедут сотни тысяч людей, в основном — молодежь из разных стран. А это значит, религия остается чем-то важным.

— В советское время костел часто был пристанищем для альтернативного польского искусства, которое также подвергалось гонениям со стороны властей. Какие взаимоотношения сегодня у костела и актуального искусства, во времена, когда ни то, ни другое не запрещено?

— Сегодня взаимодействие основывается на иных принципах. В коммунистическое время костел и искусство были неофициальными объединениями и «плыли по одному течению», но я бы не сказал, что они пересекались. Сейчас костел остается институтом религии, а другие формы деятельности подчиняются основной. Так, в Польше есть несколько университетов костела, там учатся не только религиоведению или теологии, но и самым разным специальностям. Некоторые из них считаются очень престижными и имеют давние традиции, например, Люблинский католический университет.

— В Польше женщины принимали активное участие в политической жизни страны, достаточно вспомнить движение «Солидарность». Как много сегодня женщин-политиков? Какие тенденции?

— Гендерное равенство не так активно обсуждается в Польше, как в странах Западной Европы. Но оно уже присутствует. Даже судя по нашему узкому полю (внешнеполитическому ведомству) очень много польских женщин работают в качестве послов, и даже в Москве, где такой пост для женщины-дипломата считается одним из самых сложных: и в политическом смысле, и в гендерном, и психологическом. Роль женщин в политике и в культуре очень яркая.

Если говорить о теме «Солидарности» — одна из деятелей этого движения Хенрика Кшивонос (Henryka Krzywonos) сейчас является парламентарием в Сейме.

Интересный факт — нелегальную прессу «Солидарности» создавали часто женщины, и благодаря мужскому шовинизму они проработали спокойно до конца 80-х, так как власти Польши не верили, что главным редактором может быть женщина, и спецслужбы все выслеживали, кто же за ней стоит, чтобы арестовать «мифического главаря»…

Фото: Mariusz Cieszewski/ www.polska.pl

К слову, и первым пресс-секретарем первого некоммунистичесткого правительства тоже была женщина — Малгожата Незабитовска (Małgorzata Niezabitowska). И она очень контрастировала со своим предшественником, который, мягко говоря, не очень был повернут к обществу…

— В Польше для женщин-политиков есть какие-то специальные «женские» области?

— Женщины могут курировать все вопросы. Предыдущий премьер у нас была женщина — Эва Копач, сейчас — Беата Шидло. В 90-е годы правительство возглавляла выдающийся юрист Ханна Сухоцка (Hanna Suchocka). Почти все ведомства в Польше уже были возглавляемы женщинами, включая МИД. Мы уходим от представления, что женщина-министр способна заниматься только социалкой, в лучшем случае культурой или образованием.

— Если говорить об образовании, есть ли какие-то особенности в Польше? В каких условиях растут маленькие поляки? В Беларуси, например, обсуждают возможность уменьшения декретного отпуска родителей.

— Недавно у нас были дискуссии по продлению декретных отпусков — с полугода до года (женщина получает полную зарплату в это время). Речь о родительском отпуске (и для матерей, и для отцов). Затем отпуск можно продлить, однако понижается размер выплат.

Мы стараемся учитывать демографическую ситуацию, которая в последнее время в Польше не из лучших. Становится все более важным продвигать просемейную социальную политику, направленную на будущее. Это касается и декрета, и дополнительных пособий, и условий в детских садах, школах. В сельской местности, конечно, сложнее ситуация с детскими садами. Но тут вопросы образования решает местное самоуправление (если они не будут учитывать интересы населения — их просто не выберут через четыре года).

Реформы системы образования нужны. Сейчас в обществе проходит полемика — стоит ли детям начинать обучение в школах с шести лет либо стоит ждать до семилетнего возраста. И с мнением людей правительство должно считаться.

— В Израиле не зубрят наизусть, в Германии не учат исторические даты… В Польше какие особенности в школах? Я слышала, большое внимание уделяют математике, это так?

— Говорят, что надо ей уделять еще больше внимания, чем теперь, так как за естественными науками — будущее. Да, упор больше на естественные науки, с чем я не вполне согласен как гуманитарий (смеется). Эта тенденция становится заметной в последние годы: когда я оканчивал лицей, обязательным экзаменом у меня был только польский язык, а математика считалась факультативным предметом, и я к ней не подходил.

— Что родители должны обязательно давать детям? Что вы получили от ваших родителей, что помогло стать гармоничной личностью?

— Я бы сказал, что это — мировоззрение. Нужно, чтобы какой-то идейный багаж всего, что мы называем мировоззрением, был передан родителями. Пусть он потом и трансформируется, человек меняет свои взгляды, политические — либерал ли он, консерватор, социалист — но, чтобы сознательно считать себя приверженцем той или иной системы взглядов, нужно сначала иметь опору в базовой системе. Когда человек просто так живет, в вакууме, тогда те взгляды, которыми он может восхититься, будут не зрелыми, а поверхностными, в случае, если это — сильная личность, то такие идеи будут очень его искривлять, что можно проследить на примере людей, на которых влияли всякие революционеры (посмотрите вглубь истории). Берут идею, употребляют ее там, где хочется, и так, как хочется…

— Моя подруга попросила узнать: чем вас кормила в детстве мама на завтрак?

— Щекотливая тема… Потому что, когда я был в таком возрасте, что был кормлен мамой на завтрак, это были 80-е годы, самые сложные в экономическом плане в Польше. Мало что тогда продавали в магазинах, это теперь есть специальная еда для детей. Но вкус молока с кашей помню до сих пор, к сожалению…

— А какие книги были в детстве любимыми?

— Очень любил Жюля Верна «20 000 лье под водой», «Дети капитана Гранта» — эти книги я по пять-шесть раз прочитал. Они мне очень нравились.

— А сейчас есть время для чтения? Что читаете?

— Есть. Стараюсь обязательно находить время, чтобы читать, потому что литература всегда обогащает. В последнее время восхитился польской криминальной литературой. Это очень хороший пример того, что бывает, считаешь, что такая литература «вагонная», второго сорта, а оказывается, сегодня детектив пережил изменения, пример тому — произведения таких современных авторов, как Марек Краевский, Зигмунд Милошевский, Катажина Бонда …

Это очень занимательно, автор показывает атмосферу времени действия, тщательно зарисовывает историческую картину, особенности мест. Криминальные сюжеты Краевского происходят в 20−30 годы во Львове, во Вроцлаве… У Милошевского можно ощутить атмосферу Варшавы 50−60-х годов. Качество этой литературы очень высокое, а жанр криминального детектива — один из самых популярных в польской литературе, в том числе и за рубежом.

— Откуда вы родом, из какого города?

— Я из Восточной Польши, Люблинского воеводства, из маленького, но значимого в историческом плане городка Пулавы. Там я родился, рос, там живут мои родители, они сейчас на пенсии. Город замечательный, особенный тем, что в 50−60-х он активно развивался в научном плане, это город с самым большим количеством профессоров «на душу населения». Раньше Пулавы славились тем, что город бы «гнездом» княжеской семьи Чарторыйских. Здесь расположен их дворец, также находится знаменитая художественная коллекция.

— Какие семейные праздники, традиции для вас особенно значимы?

— Я из консервативной части Польши, на востоке страны жизнь более привязана к религиозному календарю, и все главные праздники — Рождество и Пасха — являются вехами для жизни человека, и это повод собираться большой семьей.

— Вы неженаты. Что Вы считаете важным в отношениях между мужчиной и женщиной, без чего не построить семью?

— Я бы сказал, что самое важное — хорошее понимание друг друга. Без этого ничего быть не может. Отношения без взаимопонимания, основанные на чем-то другом, всегда неполные.

За организацию интервью выражаем благодарность Первому советнику Посольства Республики Польша в Беларуси Мартину Войтеховскому