172 дня за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Очереди в пункт вакцинации «Экспобела» были такие длинные, что ввели предварительную регистрацию
  2. Парень, который выжил. История 23-летнего Антона, который после ДТП 43 дня провел в коме и выкарабкался
  3. В Беларуси не хватает почти 84 тысяч работников. Какие кадры в дефиците
  4. Остаться одному после 67 лет брака. Поговорили с героем, чья история любви год назад восхитила читателей
  5. «Всех разобрали, а я стою. Ну, думаю, теперь точно расстреляют». История остарбайтера Анны, которая потеряла в войну всех
  6. Пяць палацаў, якія можна купіць у Беларусі (ёсць і за нуль рублёў)
  7. Декрет «о коллективном президенте». Объясняем, о чем он — коротко
  8. «Мама горевала, что не дождалась Ивана». Спустя 80 лет семья узнала о судьбе брата, пропавшего в 1941-м
  9. Один из лидеров минского «Динамо» покинул команду
  10. Будет учтено «все происходящее в стране»: представитель ЕС рассказал, когда ждать четвертый пакет санкций
  11. Лаевский: Максиму Знаку предъявили окончательное обвинение. Его дело скоро передадут в суд
  12. «Общество заточено на «откаты». Откровенный разговор с архитектором о строительстве частных домов
  13. Эндокринолог — о том, почему сахарным диабетом болеет все больше людей
  14. Уборка, поминальная трапеза и цветы. Радуница на маленьких кладбищах Минска
  15. Эксперт поделился секретами, как легко и эффективно можно почистить газовую плиту
  16. Автозадачка на выходные. Загадка про легендарный автомобиль эпохи 70-х
  17. Какую из вакцин от ковида, которыми прививают в Беларуси, одобрил ВОЗ? Главное о здоровье за неделю
  18. «Восстановление костела — вызов для всех белорусов». Как Будслав пережил пожар в своей главной святыне
  19. Сколько стоит новый кроссовер в Беларуси и у ближайших соседей. Сравнили цены — и вот результат
  20. В Индии люди, переболевшие COVID-19, начали заражаться редким «черным грибком»
  21. Стрельба в школе в Казани: погибли 9 человек
  22. «Заходишь в город, а там стоит плач и кругом сотни гробов». История 95-летнего ветерана ВОВ
  23. День Победы, выплаты, декрет «о коллективном президенте», пожар в костеле, стрельба в школе — все за выходные
  24. «Спасите семью от развода». Подборка самых необычных объявлений о продаже авто
  25. Минздрав озвучил свежую статистику по коронавирусу в стране
  26. Арина Соболенко поднялась на рекордное четвертое место в рейтинге WTA
  27. «Баявая сяброўка». Як украінка набыла танк, вызваляла на ім Беларусь ад фашыстаў і помсціла за мужа
  28. Население Китая уже почти не растет, его вот-вот обгонит Индия
  29. Как приготовить рассыпчатый рис? Шеф-повар делится своими секретами


Саша Романова – главный редактор ресурса kyky.org. А еще, по версии Гугла и медийного пространства, журналист, экс-пиарщик и – тут просится слово "даже" – писатель.

В общем, комментаторы полжизни готовы отдать, чтоб отправить таких героев стоять у станка на заводе или кирпичи на стройке таскать.

Но у Саши вроде как есть другие планы и – снова "даже" – свое мнение. Оно самое – о мужчинах и женщинах, феминизме и шовинизме, сексе и музыке наших широт – в этом интервью. 

– Вы работали главным редактором как в печатном издании, так и на интернет-ресурсе. В обоих случаях СМИ являлись коммерческими. Возможно ли, являясь рентабельным изданием, транслировать доброе и вечное?

– То, что мы сегодня делаем, я определяю как "интеллектуальный таблоид" и стараюсь следить за тем, чтобы не стать просто "таблоидом". Это как раз подразумевает баланс между провокацией и тем самым "добрым вечным". Помогает этот баланс держать внутреннее ощущение того, как должно быть, и профессиональная чуйка, которая с опытом приходит.

Если идти исключительно на поводу у комментаторов и выбирать контент только в соответствии с тем, чего хотят они, мы далеко не уедем… А если уедем, то надо ли?

– А белорусский комментатор – это что за зверь такой?

– Задумываться о том, кто такой анонимный белорусский комментатор, я не хочу, чтобы не потерять веру в человечество и любовь ко всему живому. (Смеется.)

Но я очень радуюсь, когда комментировать тексты приходят под своими именами лидеры мнений. И пишут что-то по-настоящему дельное, пусть это может полностью уничтожить всю твою работу над текстом.

Мне нравится, когда получается задевать. Казалось бы, публикуешь абсолютно нейтральный текст, а под ним приходит куча людей ругаться. Сразу понятно становится, какую тему в будущем можно докрутить.

Игра с комментатором – интересная игра. Ведь журналистика сегодня живет один день. А потому каждый день нужно делать нескучно себе и людям. И если они сегодня резвятся в комментариях, значит, мой день прошел не зря!

– А почему читателю часто бывает скучно?

– Может, потому что скучно самому журналисту?

А хочется ведь, чтобы было интересно, не глупо и не пошло. И нужно, прежде всего, вытаскивать себя на определенный уровень. Если справишься с этим, вытащишь и всех остальных! Надо как-то понять самому и дать понять другому: жизнь очень короткая. Если проводить ее с 9 до 6 в офисе, а потом сидеть у телевизора, пока не отрубишься, все может оказаться зря.

– А если пытаешься делать не глупо и не пошло, сразу почему-то становишься клоном московских изданий… Не замечали?

– Думаю, зайти и глянуть "как там" значит не клонировать, а просто сделать сверку маршрута. И это нормально, потому что, мне кажется, московская интеллигенция похожа на минскую! Мы удивляемся, восхищаемся, возмущаемся одними и теми же вещами… Используем одну и ту же технику, смотрим работы одних и тех же фотографов и читаем одни и те же книги.

– А возможно ли в Беларуси и белорусской прессе такое явление, как адекватный феминизм?

– Я давно хочу встретить настоящую белорусскую феминистку и настоящую белорусскую лесбиянку! Хоть посмотреть, как они выглядят, как ведут себя… Мне, правда, безумно интересно! Но вот сегодня даже и в пример привести некого…

– Выходит, феминизма в белорусских СМИ вообще нет? В той же России можно об Арине Холиной говорить…

– А Арина феминистка разве? Она просто веселая женщина, которая вне зависимости от половой принадлежности уважает тех, кто этого заслуживает.

– Арина недавно восстала против потенциального закона о запрете курить женщинам до 40…

– Да! Абсолютно прекрасно именно то, что после сорока, когда ты уже по идее выполнила из-под палки свою репродуктивную функцию, можно, наконец, курить и уверенно ползти к кладбищу.

– Подобные законодательные проекты, да и комментарии под статьями о них, о махровом шовинизме говорят…

– Мужчины начинают подавлять женский пол, когда тот хочет с ними бороться, воевать на своих маленьких женских кулачках и доказывать, что "у нас тоже есть яйца!".

Тогда мужчина решает показать, кто главный. Думаю, это нормальная природная ситуация.

Правда, умная женщина может повернуть ее так, что мужская агрессия выплеснется на другого мужчину. И пусть они бьются между собой в естественной среде! А ты уворачивайся и просто модерируй ситуацию, следи, чтоб крови не было.

Мне кажется, только так и можно выжить в шовинистском обществе… Правда, как мы понимаем, после 40 осуществлять эти манипуляции будет сложнее! (Смеется.)

– В ряд "женских обязанностей", а заодно и "гарантов счастья" у нас по-прежнему входят борщ, муж и дети. Как вы к этой схеме относитесь?

– Замечательно, если при этом у женщины есть возможность и время заниматься любимым делом и обеспечивать себя.

Потому что практика показывает что, если ты, условно, готов ночью вскочить и начать работать, хороший борщ у тебя получится в лучшем случае раз в месяц.

 – Если тема борща активно муссируется, о сексе в наших СМИ говорят осторожно… А слово "оргазм" вынести в заголовок, как мне кажется, равносильно тому, чтобы свастикой текст проиллюстрировать…

– Я, кстати, еще ни разу "оргазм" не ставила в заголовок! Надо попробовать, интересно же, что будет! Но могу сказать, что на слово "порно" читатель очень даже реагирует. Причем подтягивается ночью, очевидно, гуглит! (Смеется.)
Год назад на одной из конференций мы проанонсировали, что будем писать про секс. Один мужчина из зала закричал: "Ну так расскажи нам о нем сейчас!", а женщина в первом ряду прокомментировала: "Вот так вас и запомнят, потом не отмоетесь!".
Это очень показательно. Удобно ведь принять за аксиому, что секс – это что-то грязное, и не делать ничего, чтобы он у тебя был. Не посещать косметолога, спортзал и вообще забить на уход за собой, чего, по-хорошему, делать не стоит хотя бы до сорока, пока не разрешат покупать сигареты. (Смеется.)

Я думаю, наши люди в реальной жизни часто подавляют в себе сексуальные импульсы, запрещают себе думать об этом, и поэтому, когда сталкиваются с темой секса в интернете, чувствуют, что их вызывают на какой-то откровенный разговор… Отсюда их буря эмоций. Ну, пусть! Будем считать одной из наших функций – поднятие мужского тонуса.

– Кстати, вы писали как-то о том, что проблема белорусской музыки – отсутствие в ней секса, сексуальных персонажей… Кажется, только Михалка тогда вынесли за рамки этого асексуального для вас болота.

– Теперь есть еще Макс Корж! Я показала своей девятилетней дочке видео "Небо поможет нам" – и поняла, кто целевая аудитория Макса. (Смеется.)

Но хотелось бы больше Миков Джаггеров. Поэтому пытаемся как-то шевелить наших рок-н-рольщиков… Заставить их запариться! Тот же Михалок, заметьте, когда-то серьезно запарился. И сделал себя!

И если бы в Беларуси все начали запариваться – работой, внешним видом, отношениями с людьми – ситуация бы серьезно изменилась к лучшему. Потрать время на то, чтобы взять ноту, написать абзац, выбрать джинсы… Пусть это отнимет четыре часа твоей жизни, но будет толк.

Повторюсь: жизнь короткая. И относиться к ней плохо, производя шлак или размениваясь на него же, нет смысла.

– Как-то в тексте среди причин, по которым можно возненавидеть белорусского журналиста, вы назвали "убийство живой речи" и "отсутствие субъективизма". Где корни этого зла?

– Убивают живую речь хорошие мальчики и девочки, которые прочитали тонны классической литературы и взяли ее за основу журналистики. Как герой в "Гранатовом браслете" Куприна, который о себе говорил в третьем лице… Так и они пытаются в третьем лице прожить свою жизнь. Все такое гладенькое, причесанное и мертвое у них в текстах получается. Головой подумать не можем, а литературного таланта нет – не выходит из больших форм делать конфету. Тут и начинается убийство всего живого, как итог – "нетленка", похожая на кладбище.

Что касается субъективизма, а точнее, его отсутствия, это ментальная черта. Посмотрите: у нас человека тяжело на интервью уговорить. Он не хочет выражать какую-то мысль от своего лица!

Мы хотим, чтоб нас никто не замечал.

Но когда эта ситуация изменится, наши СМИ начнут читать! Именно поэтому повторюсь: субъективизм спасет белорусскую журналистику.

– А еще вы писали как-то о людях, которые остаются в Беларуси, имея возможность уехать отсюда. У каждого была понятная мотивация. Какая у вас?

– У меня здесь есть работа и интерес что-то делать хорошо. Мне кажется, что я чего-то стою и могу что-то изменить. Там – не уверена. По крайней мере, придется 25 лет ждать и доказывать. Не думаю, что сегодня я на это готова. Да и, в общем, я не знаю места, где мне будет хорошо – там. А уехать ради того, чтобы скучать? Получается, жизнь здесь недостаточно невыносима, раз хочется сделать ее еще хуже.

Если есть здесь своя роль, играй ее. Потому что, если все уедут, играть вообще будет некому.

– Какие качества необходимы женщине, чтобы быть хорошим редактором?

– Необходимо прежде всего умение не соглашаться на заведомо плачевный результат, потому что ты, допустим, добрая, мягкая и готова к компромиссам. Надо уметь искусственно в себе это подавлять, потому что, увидев плохой результат в буквах, все равно начнешь ненавидеть и человека, который заставил тебя согласиться с этим, и себя саму.

– Вы как-то делали репортаж "один день на скутере". И к концу его пришли к выводу, что выбираете машину – потому что комфортно и безопасно. А что вы выбираете в работе: комфорт или адреналин?

– В работе – адреналин, конечно. Но и риски не так велики. Даже если задаешь человеку очень острый вопрос или сталкиваешь собеседников между собой, вряд ли тебе плюнут в лицо или изнасилуют в темной подворотне. Ну, я надеюсь, что нет, по крайней мере!..


– Как много работать, мало спать, но оставаться красивой женщиной?

– Пару лет назад, когда я собиралась заниматься литературой, одна московская писательница сказала: "Ты будешь писать и наблюдать параллельно, как твоя красота уходит в буквы".

И так жутко стало! Но если подумать: а куда она должна уходить? В стены кабаков и тех, кто в них обитает? Может, пусть лучше в буквы…

Наверное, выход в том, чтобы не проверять каждый день, ушла она совсем или еще осталась. А еще надо помнить, что завтра новый день. И хотя бы не отрицать такое слово, как "любовь".

 
-5%
-15%
-27%
-15%
-17%
-5%
-5%