103 дня за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. «Тут мы ощущаем жизнь». Как семья горожан обрела счастье в глухой деревне и открыла там бизнес
  2. «Проверяли даже на близнецах». В метро запустили оплату проезда по лицу. Как это работает
  3. «Готовились к захвату зданий в Гомеле». СК — об экстрадиции Тихановской и деле в отношении ее доверенных лиц
  4. Суды над журналистами, маникюр прокурора, морозы и снег. Февраль-2021 — в фотографиях TUT.BY
  5. «Пары начинались в 3 утра». Белорусы, которые учатся в Китае, не могут вернуться в вуз
  6. Лукашенко рассказал о подробностях переговоров с Путиным
  7. Приговор по делу о «ноль промилле»: полгода колонии журналистке TUT.BY и два года врачу с отсрочкой
  8. С 2 марта снова дорожает автомобильное топливо
  9. Какой будет погода весной и стоит ли прятать теплые пуховики в марте
  10. Получающих зарплату «в конвертах» планируют привлекать по «административке»
  11. «Радуюсь „мягкому“ приговору для невиновных людей». Известные белорусы — о приговоре врачу и журналисту
  12. Суд по делу «ноль промилле», новые задержания, планы по экстрадиции Тихановской. Что происходит 2 марта
  13. Виктор Лукашенко получил звание генерал-майора запаса. Предыдущее его известное звание — капитан
  14. Латушко ответил жене Макея: Глубина лицемерия и неспособность видеть правду и ложь просто зашкаливает
  15. Беларусбанк вводит лимиты по некоторым операциям с банковскими карточками
  16. Ватные палочки, серные пробки. Врач — о том, из-за чего еще слух может стать хуже
  17. Чиновники обновили базу тунеядцев. С мая с иждивенцев будут брать по полным тарифам за отопление и газ
  18. Минчанка из списка Forbes отсидела 20 суток и рассказала о «консервативном патриархате» в Жодино
  19. «Подошел мужчина в одежде рыбака». Как судили пенсионерок, задержанных на выходе из электрички
  20. Прививать всех желающих от COVID-19 начнут в апреле. Вакцина будет от белорусского предприятия
  21. «Деревня умирает! Здесь живут 4 человека — и все». История Анатолия, который работает в автолавке
  22. Был боссом Дудя, построил крутой бизнес в России, а сейчас помогает пострадавшим за позицию в Беларуси
  23. Водители жаловались, что после поездки по М10 не могут отмыть машины. Вот что рассказали дорожники
  24. «Единственным справедливым решением был бы оправдательный приговор». Заявление TUT.BY по делу «ноль промилле»
  25. Горбачев: Я не раз говорил, что Союз можно было сохранить
  26. В Витебске увольняют Владимира Мартова — реаниматолога, который первым в Беларуси честно говорил о ковиде
  27. Вот почему он стоит больше 100 тысяч евро. В Минск привезли первый Mercedes S-класса нового поколения
  28. Что известно о «собственной ракете для „Полонеза“», которую создали в Беларуси
  29. Жуткое ДТП в Волковысском районе: погибли три человека, в том числе новорожденный ребенок
  30. Убийца 79 белорусов, сжег пять деревень. Вспоминаем о Буром — в память о нем в Польше проводятся марши


/

"Валерия, дайте счастье!" – и Валерия загорается изнутри и смеется. "Валерия, драма!" – в ту же секунду по лицу льются слезы.

Так проходит фотосессия ведущей актрисы театра-студии киноактера Валерии Арлановой. Однажды увидев Валерию в фильме "Поводырь", забыть ее очень сложно, но если это вдруг случилось, ее фото в образе Богородицы из цикла Андрея Смоляка "Ожившие картины" сейчас представлено на выставке в парке Челюскинцев.

– Я ужасный социофоб, давайте уйдем отсюда и поговорим во дворе моего дома, – предложила актриса спустя пару минут интервью в кафе.

– Я люблю место, где находится мой дом, и саму квартиру. Мы с мужем смогли купить ее два года назад, и я в первый же день заснула на полу, – рассказала Валерия.

А еще рассказала, как это: быть актрисой и женщиной в наших временных и территориальных реалиях.

– Валерия, детство давало вам какие-то подсказки об актерском будущем?

– Да, я научилась читать по титрам в кино. Сидела под столом-книгой, смотрела на экран и спрашивала у мамы: "Какая это буква? А это?", потом складывала их в слова. Когда мы с мамой пошли покупать мне первую азбуку, мне было два с половиной года, и меня еще не было видно из-за прилавка. А в пять лет я уже читала газеты.

– А первый фильм, который что-то изменил в сознании, помните?

– Это фильм "Девочка ищет отца" с Аней Каменковой. У детей грань между фантазией и реальностью очень размыта, и я была настолько впечатлена, что мне казалось: это я на экране. Хорошо знала и любила ранние "сказки" Нечаева, в первом классе делала на них постановки и сама же играла главные роли". (Улыбается.)

– Это детский опыт. А осознанная потребность в актерской профессии когда появилась?

– Можно сказать, что я хотела стать актрисой с рождения. Можно сказать, что я до сих пор не определилась.

Все свои ранние фильмы я называю "бессознательное творчество". И это, кстати, не всегда плохо. Микеланджело Антониони говорил, что актеры – это животные, они должны работать на инстинктах. Голова часто мешает.

Возможно, в детстве я была более уверена, чем сейчас? Я полна сомнений. Это бесконечные вопросы и ответы самой себе. Бесконечное, кошмарное самокопание".

– "Я могу быть актрисой", "я хочу быть актрисой" или "я должна быть актрисой" – какая из этих формулировок вам ближе?

– Ближе всего – не могу не быть. И да – я могу быть актрисой.

– Актерское образование необходимо, чтоб стать актером?

– Учиться необходимо, чтобы разговаривать с театром и в театре на одном языке. Играть в театре без образования невозможно, в кино – возможно, а иногда даже лучше без образования…

– Знаю, что вы не сразу поступили туда, куда хотели…

– В восьмом классе я наконец сформулировала свое желание поступать на актерский и отправила письма во все училища Советского Союза, на тот момент их было пять. Отовсюду пришли ответы, но остановилась на Горьковском. Мы с подружкой купили билеты на самолет, и… она полетела, а я нет. Родители запрещали мне заниматься этой профессией. Через два года я поехала подавать заявление в педагогический институт. Увидела сорок человек, которые неистово тянут руки, и поняла: это то, чем я буду заниматься всю жизнь, и я этого не хочу. Не хотела настолько, что приехала сдавать алгебру, когда нужно было сдавать геометрию… Или наоборот. (Смеется.)

В театральный я поступила через два года. Уже достаточно легко и спокойно.

– Тот самый случай, когда желаемое получаешь слишком поздно?

– Да, и это происходит постоянно. Я и сейчас такое чувствую. Раньше кино было какой-то магией, а сейчас приходишь на площадку и думаешь: "Ну, кино…". И ничего не чувствуешь. Думаешь, сколько тебе заплатят, радуешься хорошей компании в лучшем случае. Нет такого "лишь бы сниматься", сниматься хочется у хороших режиссеров в хороших фильмах. Но это почти недоступное счастье.

– Помните переломный момент прихода к профессионализму?

– Мне было двадцать восемь лет. Было такое чувство, что внутри огромный нарыв, меня слишком много и просто разрывает на части. Но выразить я это не могла. Я уже играла, но не умела этого делать. А потом мне предложили сыграть пьесу Ануя "Черная невеста". Я начала читать текст, почему-то разрыдалась, произошел какой-то квантовый скачок – и в одну секунду мне все стало понятно.

Опыт актера – это опыт его боли. А актерство – форма познания жизни. Одна моя знакомая говорит: "Надо впитывать только хорошее и красивое". Но я впитываю все. И плохое, и уродливое. Просто для того, чтобы ощутить себя полноценной".

– Во время фотосессии вы отметили, что тяжело играть веселых людей. Почему?

– Наверное, это характер. Я по жизни скорее меланхолик, нацелена на какие-то грустные моменты. Могу быть безудержно веселой, но легче мне дается грусть. Мне говорили, с возрастом на все будешь смотреть спокойнее и проще. Но с возрастом все становится еще острее и больнее.

– У актера может быть характер?

– Говорят, у актера его не должно быть, нужно, чтобы ты каждый раз наполнялся чем-то новым. Когда начинаешь играть, личность распадается на множество. Лера в коридорах киностудии одна, на сцене – другая, дома – третья. И я часто не могу сказать, кто я, что я… Сейчас нахожусь в стадии "знаю, что ничего не знаю". Только хочу узнать.

Но, справедливости ради, во мне есть одна константа – упрямство. Во благо и во вред. Этого во мне не убить.

–В вашей жизни было осознание успеха?

– Не было. Я никогда не чувствовала безоговорочного успеха. Но зато и не чувствую потолка.

Правда, помню свои ощущения от кинофестиваля, на который мы привезли фильм "Поводырь". На тот момент собой в фильме я была недовольна, после первого просмотра рыдала пять часов. И вдруг – подходят люди и говорят какие-то теплые слова. Я даже испугалась всего этого на тот момент.

– Роль в "Поводыре" знаковая для вас?

– Да, судьба всех актеров, которые сыграли в "Поводыре", сложилась неплохо. После этого фильма у меня было еще шестьдесят картин, но на улице узнают все равно по "Поводырю". В ней есть очарование молодости, честности, наивности. Часто думаю: смогла бы я ее переиграть по-другому? Технически сделала бы лучше, атмосферно – вряд ли.

– Верите в то, что любая эмоция, выплеснутая на экране, может вернуться в реальной жизни?

– Я против бездумного подхода к тому, что играешь. И мне нечасто доводилось играть отрицательные роли. Но сейчас как раз сыграла жену олигарха, у которой три драки и два убийства. Было ужасно дискомфортно, после съемок приняла душ, чтобы смыть с себя все это, а ночью все равно снилось, что я кого-то убила.

Моих героинь постоянно режут, топят, душат – вникать в это просто нельзя. Помню, стояла на виселице в фильме "Тяжелый песок" и просто давала себе установку: "Не включайся, абстрагируйся!" Правда, недавно попросила режиссера убрать сцену, где в кадре должно быть мое фото в траурной рамке. Это ужасно.

– А пьеса "Пигмалион", в которой вы много лет исполняете главную роль, имеет отношение к вашей жизни?

– Конечно. Моего мужа, режиссера Александра Ефремова, часто называют Пигмалионом. Я согласна с этим, но Саша – Пигмалион для огромного количества людей. Он педагог и созидатель по природе своей. Правда, я для Галатеи слишком строптива, не поддаюсь дрессировке. Саша повторяет часто: "Ты говоришь "нет", только чтобы сказать "нет".

Хотя для меня самой "нет" – волшебное слово. Если его сказали, даже то, что доселе было не нужно, становится для меня жизненно необходимым. Вынь да положь. Даже сам объект в отрыве от этого "нет" может быть не столь привлекателен, но в процессе добычи, назовем это так, остановиться уже невозможно".

– В паре "режиссер-актриса" не может не возникать разговоров о ролях…

– Саша сразу же начал меня снимать, потом все реже и реже, сейчас – иногда в эпизодических ролях. Кому-то может показаться, что это повод для обиды, но я понимаю, что Саша – интеллигентный человек, который сам не будет меня навязчиво предлагать продюсерам.

Может, нам и не стоит работать вместе. Все наши конфликты происходят на площадке. Что касается театра, то его обсуждение дома – это табу, хоть все полагают, что мы только о нем в быту и говорим.

– Из-за чего возникают конфликты?

– Из-за разного видения, из-за отказа от беспрекословного подчинения режиссеру. Саша в работе деспотичен, а у меня есть свои идеи и свое видение. (Улыбается.)

– Вы разные с Александром?

– Мы очень разные. Но это разница не возрастная (разница в возрасте Валерии и Александра – 20 лет. – Прим. авт.), а личностная. Как-то он назвал меня человеком Луны. А сам он ведет себя, как человек Солнца. Хотя, подозреваю, он тоже может оказаться человеком Луны, только тщательно это скрывает. (Улыбается.)

– Что самое сложное в вашей работе?

– Ожидание. Частое осознание того, что ты не нужен. Бесконечное количество проб, на которых тебя не выбирают.

– Можно жить на зарплату, которую платят актерам в театре?

– Нет. И во многом поэтому люди снимаются в кино. Им нужно кормить семью.

– Есть роли, которые вы не сыграли, но хотели бы?

– Анна Каренина и Медея. "Анну Каренину" знаю только что не наизусть. Специально купила диск с последним фильмом, где главную роль исполняет Кира Найтли. На первой же секунде взбунтовалась: "Нет, мне не нравится, не мое!", но продолжила смотреть… И в итоге мне очень понравилось. Это эмоционально интересно, это трогает. Может, слишком театрально, но такая Анна Каренина может быть.

– А стать сериальной актрисой типа Арнтгольтц не хотелось?

– Честно сказать, не знаю, повезло мне или нет, но меня редко приглашают в сериалы. Чистота профессии важна, но, наверное, по итогу каждому актеру хочется узнаваемости. И иногда думается – уехала бы и я куда-нибудь серий на двести пятьдесят.

– А как это: быть красивой актрисой?

– До девятнадцати лет я вообще считала себя очень некрасивой. Однажды даже несколько месяцев не выходила из дома, потому что мне казалось, что нельзя с такой внешностью показываться людям на глаза. Но я познавала себя, и теперь не хочу быть кем-то другим. Меня все в себе устраивает. Красивая дура? Да пожалуйста. Мне нравится быть просто женщиной. Но это был долгий путь.

Что касается красоты в актерской карьере – я ее не использовала, мне было стыдно чувствовать себя красивой. И я никогда не играла того, что базируется на внешности. Если подумать, то за двадцать пять лет у меня в кино не было ни одной интимной сцены. Я никогда не играла красавиц-любовниц. Несчастных матерей, женщин в возрасте, алкоголичку, бомжа – да…

– Женская дружба в театре возможна?

– В пределах одного театра это сложно. В пределах одного амплуа – особенно. Но вот, например, я недавно пробовалась в Москве на одну роль, очень о ней мечтала. А выбрали другую актрису. Я посмотрела фильм, и мне так понравилась ее игра, что я успокоилась и написала ей на фейсбуке, что она молодец. Она была удивлена. (Улыбается.)

Даже если я стою на одной сцене с актрисой, которую по-человечески не люблю, я ее расцелую и назову лучшей подругой, если она даст мне сыграть свою роль и не испортит спектакль.

– Как происходит ваша подготовка к роли?

– К каждой роли по-разному, нет универсального рецепта. Я очень давно работаю на сцене, и все равно каждый раз – как первый. Стою за кулисами – и просто помираю со страху. Нужно быть одновременно в очень сосредоточенном и очень расслабленном состоянии, чтобы получить результат. Необходимо держать эмоции на взводе и при этом в узде. Я заранее не проговариваю про себя текст, не стою у зеркала, просто много думаю. И когда уже выхожу на сцену или съемочную площадку, все обычно становится на свои места.

– Как чувствуете себя после отыгранного спектакля?

– После спектакля еще некоторое время держится задор, а утром бывает тяжело. Умираешь. Как профессиональные спортсмены, наверное. Случается, не можешь ни говорить, ни улыбаться, ни чувствовать ничего – лицо отваливается. Постепенно собираешь себя по кусочкам.

– Между фразами "я так боюсь не успеть хотя бы что-то успеть" и "все приходит вовремя для того, кто умеет ждать" какую выбираете вы?

– Вторую! Я верю в это. Но ждать – это так мучительно. Я только учусь ждать. Очень болезненно учусь! Еще важно ждать, но при этом как бы не ждать. Не ждать активно. Отпустить желание… И это одна из самых сложных работ над собой.

-15%
-30%
-20%
-26%
-12%
-10%
-10%
-60%
-40%
-10%