Стиль
Вкус жизни
Делай тело
Отношения
Звезды
Вдохновение
Еда
Анонсы

Леди Босс
Наши за границей
Моя жизнь
Мех дня
СуперМама
Советы адвоката

Тесты
Сонник
Гадание онлайн
реклама
реклама
реклама

Карьера


Работа с людьми кому-то нравится, кому-то не очень. Но каково это, когда такая работа сводится не просто к разговорам или сервисному обслуживанию, а к причинению – так или иначе – боли и страданий своим клиентам?

Пять девушек, которые уже привыкли к тому, что люди входят в их рабочий кабинет, нервно подергивая глазом и на подсознательном уровне запоминая, где запасной выход, рассказали LADY.TUT.BY об особенностях своих профессий.

"Мужчины до ужаса нежны! Зашивать раны даются только лежа и с открытой форточкой…"

Катерина, 26 лет, хирург:

фото

"Ну, во-первых, мы делаем не больно, а правильно! А если серьезно, то отношение к боли у людей вне наркоза очень забавное. Женщины с порезами и ранами очень терпеливы: в большинстве своем терпят до последнего без местного обезболивания – "для ровных незаметных шрамиков". Мужчины же до ужаса нежны (за редким исключением). Айкают и ойкают при виде иголки, зашивать можно только, когда они лежат, и при открытой форточке, иначе мужское сознание как-то незаметно теряется.

Если же видимых кровопролитий нет, но имеется болевой синдром где-то внутри организма, – тут у нашего населения все наоборот. Тетеньки и бабульки (в особенности) если что-то где-то кольнуло, резануло – сразу напиваются по миллиону таблеток, потом выжидают пару часиков и ровненько в 2-3 часа ночи вызывают "скорую". Приезжают в больницу, "чтоб поискали, что там было, хотя сейчас все уже прошло, но завтра, может быть, повторится, а мне на работу". Мужики же на такие мелочи внимания не обращают. Замечают, если болит 4-5 дней, и когда уже от боли становится ходить неудобно, приходят в приемник сами и удивляются: "Как есть проблема? Как операция? Да там же фигня совсем – дайте таблетку, я домой пойду!"

А самым впечатляющим в моей работе был случай с мальчиком пяти лет. Его звали Даник. Мы с детьми не работаем, но как-то вечером в приемник прилетел с безумными глазами мужчина с мальчиком на руках и стал кричать: "Помогите, он умирает!" Оказалось, папа дома делал ремонт, мама была на работе, а малыш как-то неудачно зацепил металлическую рейку и она упала ему на ручку, оставив большую кровоточащую рану. Ну куда ж его отправлять: взялась зашивать малыша. Папа орет не своим голосом от ужаса и предвкушения что с ним сделает жена, от вида крови сына в буквальном смысле теряет сознание и мы параллельно откачиваем папу, а малыш гордо сидит на табуретке, вытирает некогда сопливый нос и повторяет, глядя мне в глаза: "Я же музчина, я буду терпеть". И это милое создание не хлюпнуло носом ни разу за все 25 минут, пока мы латали ему ручку, в отличие от причитающего папы, которому хотелось засунуть в рот кляп… Вот какие "музчины" растут!"

"Приходили из соседних офисов спрашивать, что я там с людьми делаю!"

Ирина, 28 лет, тату-мастер:

фото

"Я занимаюсь татуировками около 14 лет, и за это время научилась очень ровно относиться к чужой боли. Считаю, что человек идет на тату осознанно и должен отдавать себе отчет в том, что ему предстоит. У самой достаточно много татуировок, и я знаю, что эту боль можно терпеть. Сама выдерживаю около шести часов подряд максимум, дольше не пробовала. Клиенты же, когда хотят сделать быстро большую татуировку, способны на сеансы и по восемь часов – это крайне неприятно, но, опять же, – терпимо. Оптимально же, я считаю, сеанс в 2,5-3 часа, – это обычно вообще не напрягает.

Считаю, что боль легче переносят женщины, это заложено природой, но они же и чаще паникуют перед процедурой. Было дело, когда девушка упала в обморок еще до того, как к ней вообще кто-то прикоснулся. А когда начинаешь работу, чаще всего слышишь: "Ой, а я думал, будет больнее!" Хотя было такое, что мужчина громко матерился все сеансы и топал ногами по полу, да так, что потом из соседних офисов спрашивали, что я там с людьми делаю… А один попался – ну такой рохля: по часу-полтора только выдерживал, и при этом пыхтел, как паровоз и чуть ли не поскуливал. Но терпел же! И приходил опять.

Я, конечно, больше люблю выносливых, спокойных клиентов. Вот приезжал ко мне как-то парень из другого города: накатали ему дракона на полтела, а у него даже ни один мускул не дернулся! Просто удовольствие было работать. А вот постоянные дерганья и просьбы перекурить через каждые 15 минут – жутко раздражают!"

"Даже 14-летних мальчишек приходится иногда вчетвером удерживать!"

фото

Елена, 31 год, фельдшер-лаборант, заборщик крови:

"Делать первый прокол пальца пациенту мне и самой было очень страшно. Тренировалась на крепких мужчинах – кровь с молоком – они все понимали и терпели, если промахнулась, и надо было колоть повторно… Сейчас-то, когда за столько лет практики я уже, грубо говоря, с десяток ведер крови взяла на анализ, уже наловчилась и ко всему привыкла.

Тяжелее всего, конечно, с детьми. Таких, кто не боится сдавать кровь из пальца, среди них практически не бывает. Сплошным потоком целый день слезы, крики, истерики… Очень тяжело все это выносить морально. Уговариваю я, уговариваю родители – толку чаще всего ноль. Так что, по опыту знаю, что с капризным ребенком надо действовать строго и решительно. А то бывают случаи, что 14-летних мальчишек приходится вчетвером держать, а они мало того что вырываются – еще могут и слова нехорошие выкрикивать на всю поликлинику.

Грудных деток очень жалко всегда. Спит себе маленький комочек в одеяльце, а его нужно разбудить, да еще и уколоть хорошенько, чтобы крови набрать. Очень часто мамы таких малышей плачут вместе с ребеночком…

Зато очень легко работать с детьми, которым родители с детства объясняют, что есть слово "надо". Они как-то сразу ребенка пытаются настроить на правильное поведение. Что это не "тетя злая, пальцы колет", а "нужно проверить, здоров ты или нет". Такие дети не орут и не машут руками так, что пробирки на пол летят. Прямо душа радуется!

Что касается взрослых, среди них тоже хватает и мужчин, и женщин, которые сознание теряют, когда у них кровь берут. Особенно все съеживаются и дрожат в ожидании момента, когда их уколют. Подпрыгивают на стуле, взвизгивают. Спрашивают, нет ли иголочки поменьше.

Но, если уж быть откровенной, я и сама очень боюсь сдавать кровь. Но надо, значит надо. Что ж поделаешь?"

"Большинство до сих пор считает, что лечить зубы – это всегда адская боль!"

Людмила, 25 лет, стоматолог:

фото

"Я бы не сказала, что мои пациенты испытывают сильную боль. Да, процесс лечения зубов не очень приятный, но терпимый. Сегодняшнее оборудование и материалы позволяют сделать все максимально безболезненным для пациента. Просто до сих пор сохранятся стереотип, что поход к стоматологу – это непременно адская боль. Чуть ли не каждый второй боится, трясется и, не успев зайти в кабинет, уже кричит: "Я только с уколом лечиться буду!" Работать с такими людьми очень сложно: все со своими "тараканами", поэтому в особо тяжелых ситуациях я просто делаю глубокий вдох-выдох и продолжаю работу.

Главное, что я поняла за 2,5 года работы в этой сфере, – это расположить к себе пациента. То есть зубной врач должен быть одновременно еще и тонким психологом. Прежде чем браться за инструменты, нужно не забыть улыбнуться пациенту, как-то отвлечь, заверить, что мучить его тут никто не будет и так далее.

Курьезов тоже хватает: очень смешно было наблюдать, как, к примеру, лейтенант милиции в форме (большой такой двухметровый дядя), как ребенок, с испуганными глазами входит в кабинет, садится в кресло, дрожит, как осиновый лист и в глазах умоляющее: "А может, не надо?.."

Зато стоматология выгодно отличается от других отраслей медицины тем, что результат работы виден сразу. Я вижу, как люди приободряются, удивляются, восхищаются и в глазах у них уже не страх, а благодарность. А сама я зубы лечить хоть и не боюсь, но не люблю. Однако, чтобы не быть сапожником без сапог, раз в полгода хожу на осмотр к своим коллегам".

"Вряд ли большинство мужчин смогли бы пережить эту боль столь же героически!"

Мария, 23 года, мастер по депиляции:

фото

"Депиляцией воском я занимаюсь профессионально около года, и за это время через мои руки прошло немалое количество девушек.

Понимание того, что ты кому-то причиняешь столь ощутимую боль, не особенно приятно, уж поверьте. Ведь все мы тоже живые люди, и порой нам очень непросто работать и при этом осознавать, что клиенты где-то внутри ненавидят нас и боятся.

Конечно, большинство этого не показывает. Кто-то, как стойкий солдатик, все терпит, как будто ничего не чувствует (это мой любимый случай); кто-то выворачивается, ойкает и повизгивает; кто-то просит сбегать покурить, потому что не может больше терпеть… Было у меня однажды и такое, что бедной девушке было так больно, что я прямо изнемогала – так хотелось скорее ее отпустить, чтобы человек перестал мучиться. Но, слава Богу, никто никогда не плакал и не падал в обморок – для меня это самые последние стадии боли, и тогда бы я, наверное, не смогла бы работать дальше, чувствовала бы себя каким-то извергом.

В любом случае я всегда стараюсь быть на позитиве, улыбаться, отвлекать клиенток разными историями, быть сдержанной и вежливой. И радостно, что львиная доля девушек все-таки приходят морально подготовленными к болевым ощущениям. А я отвлекаю себя мыслями о том, что помогаю им в какой-то мере стать лучше и красивее.

Вообще, я считаю, что все девушки – молодцы уже хотя бы потому, что решились прийти. Вряд ли большинство мужчин смогут пережить эту боль настолько же героически. Хотя я пока не занимаюсь мужской депиляцией (но желающие уже были), мне очень интересно было бы посмотреть на мужскую реакцию. И немножко позлорадствовать, видя, как они корчатся от боли. Чтобы, наконец, поняли, как тяжело дается девушкам их ухоженность".

Понравилась статья? Пусть и другие порадуются – жми на кнопку любимой соцсети и делись интересными новостями с друзьями! А мы напоминаем, что будем счастливы видеть тебя в наших группах, где каждый день публикуем не только полезное, но и смешное. Присоединяйся: мы Вконтакте, сети Facebook и Twitter.