175 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Израиль начал в секторе Газа военную операцию. Рассказываем обо всех предыдущих попытках
  2. «Родителям сказал, что пойду пожить к другу». Студент отсидел три месяца, услышал приговор и сбежал за границу
  3. Срок действия справок и других документов продлили еще на полгода
  4. В программе белорусских каналов на следующую неделю нет «Евровидения». Попробовали разобраться, что это значит
  5. Уволенному директору Оперного театра нашли новую работу
  6. Налоговая в суде выясняет с Тихановским, должен ли он заплатить налог с тех самых найденных за диваном 900 тысяч долларов
  7. Виновен посмертно. Верховный суд рассмотрел апелляцию по делу застреленного силовиками Шутова и его друга
  8. Дожди зарядили на все выходные? Прогноз погоды на ближайшие дни
  9. Лукашенко говорил, что «несогласных» студентов нужно отчислить, а парней отправить в армию. Где эти ребята сейчас?
  10. «Мы, иностранцы, с ума сходим». Поговорили с белоруской, которая уехала за мужем в сектор Газа
  11. «В соседнем городе ракета попала в жилой дом». Белоруски о жизни в Израиле во время бомбежки
  12. Лукашенко подписал указ о застройке 10 квадратных километров на севере Минска
  13. Марии Колесниковой предъявили окончательное обвинение
  14. Мангал под навесом уже не в тренде. Вот как круто белорусы обустраивают свои террасы и беседки
  15. Возле Дома правосудия в Минске во время процесса над студентами задержана журналист TUT.BY
  16. Белорус принял участие в «спецоперации» и лишился более 200 тысяч долларов
  17. «По приказу премировали людей». В лидском стройтресте рассказали, зачем раздавали деньги на 9 Мая
  18. В Минске рассматривают большое «дело студентов». К зданию суда пришли более ста человек, прошли задержания
  19. Как под Барановичами спасают дворец Радзивиллов — копию итальянской виллы на озере Комо (нет, не той что Соловьева)
  20. Прогноз: «Без урегулирования политического кризиса экономика будет терять миллиарды в год»
  21. «Мы останемся без работы и зарплаты». БМЗ просит европейских партнеров не вводить санкции
  22. После заявления Минтруда, что ветераны не получат выплаты к 9 мая, BYSOL запустил сбор. Сколько собрали
  23. «Патэлефанавалi з пытаннем, цi ўпэўненая я ў бяспецы маiх дзяцей». Зоркі — пра паўгода ў эміграцыі
  24. Экс-капитана Генштаба за фото документа «польскому телеграм-каналу» приговорили к 18 годам за госизмену
  25. Суарес почти 20 лет счастлив с одной женщиной (встретил ее в 15 и влюбился с первого взгляда)
  26. Личный опыт. Как в Беларуси стартовало бесплатное исследование иммунитета против COVID-19
  27. Что, если перед прививкой от COVID выпить жаропонижающее «для профилактики»? Ответы на вопросы о вакцинации
  28. Биолог рассказал, как вырастить богатый урожай капусты. Вот пять правил
  29. Флаги везде, «супермитинги» и «неотданная любимая». Как власть отвечала на идеи оппонентов
  30. Белорусские хоккеисты проиграли Казахстану, не забросив ни одной шайбы


В рамках своего авторского блога Саша Варламов продолжает говорить о моде и сопричастных с нею феноменах. Сегодняшняя героиня интервью – актриса, драматург, участница дуэта "ЭВМ" Юлия Шевчук.

Мне 30 лет, родом из Кобрина, живу в Минске. Училась в БГУКИ, работала в Республиканском театре белорусской драматургии, с 2010 года - актриса Белорусского Cвободного театра. Написала 2 пьесы. Придумала фото-тренд "Мунк" (фотографии различных людей с лицом, как на картине Эдварда Мунка - "Крик" - на фоне мировых достопримечательностей). Участница трэш-дуэта ЭВМ. Устраиваю вечеринки. 

- Юлия, что вы делаете чаще - пишите музыку или поете?

- Я актриса, поэтому не пою и не пишу музыку. Когда была участницей группы "Разбитое сердце пацана" - то это был треш, подтанцовка, пародия на попсовую музыку, на вульгарщину, которая часто идет со сцены.

- Пародия?

- Музыка этой группы изначально предполагала улыбку, юмор, и исполнялось все на "трасянке". А в качестве исходника мы перенимали, например, наряды и манеру одеваться на деревенские дискотеки и создавали гипертрофированные образы. Танцевальные движения оттуда же и из телевизионных шоу. И исполняли все это с очень серьезным лицом.

- А вы не боялись, что большинство людей без понимания относятся к юмору и думают, что как им показывают, так все и должно быть?

- Я очень надеюсь, что этого не случилось.

– Мне рассказывали, что к вам относятся абсолютно серьезно, не как к комедиантам.

- Если это так, то все очень печально. У нас же были очевидны и юмор, и пародия, и, не дай Бог - все это воспринималось на полном серьезе!

- Не замечали, что после ваших концертов публика начинала копировать вашу манеру и в своей реальной жизни пародировала теперь уже вас?

- Я не замечала такого, но меня всегда удивляло, что публика приходила на наши концерты абсолютно разная. И из каждого пародируемого нами стиля можно было найти в зале по несколько человек. И все они были абсолютно разными.

Приходили и "серьезные мужики" - толстые, лысые, в кофтах в продольную полоску… Приходили и в спортивных костюмах, и в шапках-петушках, и хипстеры, и люди в разных ярких париках… Все они как-то уживались вместе в одном пространстве концерта, и меня всегда удивляло, каким же образом они находят дорогу к себе подобным и к нам?

Когда по улице идет человек и слушает хип-хоп, к примеру, то его легко прочитать - понять. А другой слушает регги, и тут тоже все не сложно. Но когда люди с абсолютно разными вкусами собираются вместе!?

- Как вам удается прочитывать своих зрителей?

- По стилю и манере одеваться, собственно говоря. У людей, которые слушают хип-хоп, мне кажется, есть свое определенное направление в моде, которым занимаются рэп-исполнители совместно с дизайнерами. Это пестрые модные кроссовки, кепки, бейсболки с широкими козырьками, конкретного вида майки и много украшений - в последнее время появились цепи огромные, фенечки всевозможные.

А если это регги, то обязательно дреды и все движения "бобмарлевские", шапки вязаные, одежда цветная, яркая - и в тоже время из секонда.

– А что плохого в секонде?

- Ничего, я не считаю, что там что-то плохое. Просто в нашей стране скорее именно там и можно открыть что-то интересное, чем найти в магазине. Или на рынках, но там все грустнее.

Когда я приезжаю в Британию, то очень люблю ходить по определенным магазинам, где можно найти качественную одежду на распродажах, или секонды в маленьких городах. Там всегда удается откопать вполне приличные и очень интересные вещи, которые не отроешь у нас практически нигде.

- А что вы предпочитаете: работать с молодыми дизайнерами или ходить в секонды?

- Сейчас я бы предпочла начать работать с молодыми дизайнерами, но у меня нет такого опыта. Я иногда хожу на модные выставки в Минске, и иногда вижу там довольно интересные вещи.

- Часто ли вам по душе то, что там предлагают?

- Не часто. Мне нравятся, например, "Parus Jeans" и "Tikota", нравится их подход. Они каждую вещь делают индивидуальной, и я бы такие носила.

- Пробовали начать сотрудничество с молодыми дизайнерами по вашим сценическим костюмам?

- Идеи такие были, но и только. Если и случаются какие-то подвижки, то потом все равно все замораживается. Инициатива с обеих сторон не то, что не активная, а просто никакая. Но когда-то должно же что-то измениться!

- Вы хотите сказать, что молодые дизайнеры не интересуются тем, что происходит на сцене и в жизни у своих коллег? А откуда, по-вашему, тогда они берут новые ощущения, чувства и эмоции для своих коллекций, если не от контакта с современными музыкантами?

- Может быть, они ходят по улице и высматривают интересных людей…

– Но если люди в немалой части одеваются в секондах, то лучше туда ходить и там набираться эмоций и впечатлений?

- Может быть и так. К сожалению, в нашей стране не очень-то от музыки и вдохновишься. То, что происходит на сцене открыто, и то, что показывают по телевизору – вообще нельзя считать хоть каким-то музыкальным уровнем, способным вдохновить на что-то там незаурядное. А вот с андеграундом все иначе, у них какая-то совсем другая жизнь происходит, и те зрители, которые приходят андеграунд послушать, и те музыканты, которую музыку андеграунда играют, они вообще не зацикливаются на том, как они выглядят.

- Почему?

- Мне кажется, они считают, что это совсем не важно. Есть группа "Кассиопея", к примеру, которая одевается в очень вычурные театральные костюмы. И музыка у них такого же стиля, и поведение на сцене соответствующее.

- Значит ли это, что когда артист выходит на сцену в совершенно обычной уличной одежде, то он собственно и не претендует ни на концертный зал, ни на соответствующую публику, и что ему важны такие же как и он - зрители с улицы? С таким же успехом он может петь в переходах и на углах?

- Мне кажется, что да. Если артисту предстоит выступать в концертном зале, на большой сцене, то, следовательно, тут и подход другой нужен - тогда стоит задумываться о том, как будешь выглядеть, и каким стоит предстать перед зрителями.

А если это маленький клуб, куда люди просто с улицы заходят, чтобы выпить и оторваться под эту музыку, то стоит ли особенно задумываются над картинкой?

- Так ведь и не все песни пишут для исполнения именно в концертных залах. Есть много хорошей музыки, которая потеряется в большом пространстве, и ее там просто не станет. Это характерно именно для Европы. Многие ваши европейские коллеги перестали ориентироваться лишь на концертные залы и все больше пишут музыку, которой не нужны особенные условия.

- Да, меня всегда удивляло, что в разных, даже в самых маленьких городках Британии, и уровень музыки, и количество музыкантов, и групп - оно ошеломляющее. Там в любом маленьком пабе может играть группа, которая кроме этого паба больше нигде и не известна, и, вместе с тем, это будут хорошие качественные музыканты. Причем могут исполняться как чужие, так и свои песни. Сама подача музыки у них совершенно отличается от нашей.

- А стоит ли учиться, чтобы потом петь только в пабе, или это вопрос сноба? И как же быть с честолюбивым стремлением вверх, к жизни среди звезд и ярких личностей? Не жаль тратить время на учебу, чтобы потом вести тихую жизнь и играть и петь только для себя и своих друзей?

- Это зависит от самого человека. Есть люди, которые стремятся наверх, но у них не получается - они ломаются, и ломается вся их дальнейшая жизнь, а малым обходиться в жизни им не интересно. А есть те, кто стремится не наверх, а к тому, чтобы просто заниматься музыкой или просто петь, и им именно это и доставляет наслаждение. Им важен сам процесс.

- В нашей стране есть места, где можно было бы петь для себя и своего круга?

- Да, есть такие места, они небольшие. Например, в Минске это клуб "Граффити". Но в целом в этом отношении у нас практически пустыня.

- А почему абсолютное большинство белорусских молодых исполнителей хотят любой ценой попасть на телеэкран? Это потому, что они настолько меркантильны, и их интересуют лишь слава и деньги?

- У нас тех, кто на телеэкране, называют звездами, хотя на самом деле ничего такого даже и в помине нет. И даже звучит это очень смешно и нелепо. Как можно называть звездой того, кто даже не свечка? И как тогда называть тех, кто виден и слышен в любой точке на земном шаре? По-моему, стремиться на экран – дурной вкус.

Очень многие почему-то не могут спокойно воспринимать, когда музыкант себе на жизнь музыкой зарабатывает, играя в пабе или кафе. Он же не ворует эти деньги, он их зарабатывает: играет, пока молод, и пока у него есть желание поделиться с другими тем, что создает его талант. Пройдет время, музыкант повзрослеет, внутренний вулкан умолкнет, тогда уже и делиться с другими будет нечем…

Продолжение интервью читайте на следующей неделе

Автор благодарит Светлану Гурину за помощь в подготовке материала.

-50%
-10%
-25%
-50%
-21%