• Делай тело
  • Вкус жизни
  • Отношения
  • Стиль
  • Карьера
  • Вдохновение
  • Еда
  • Звезды
  • Анонсы
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС
Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Блог Саши Варламова


/

В рамках авторского блога Саши Варламова мы продолжаем знакомить вас с белорусскими дизайнерами. Сегодня заключительная часть интервью с дизайнером Ольгой NovShar.

Часть первая

Часть вторая

– Я не случайно задал тебе вопрос, что у тебя было в коллекции – мода или чистое искусство (арт-объекты)? Если воспринимать показ, как инсталляцию арт-объекта, там даже был в одном случае перфоманс – автор сама вышла на сцену. Коллекция была с точки зрения моды абсолютно не модой – моды там и близко не было. Но как инсталляция арт-объекта, она была слабее, чем у Карины Галстян, у которой инсталляция была просто мощнейшая, но это была инсталляция.

И сравнивать бисквит с черным хлебом – глупо. У каждого поезда есть свои рельсы, по которым он движется, и у каждого пути есть своя точка назначения. Может, тебе – совершенно самостоятельному и состоявшемуся автору, пора собирать свои собственные показы?

– Я согласна с предложением собственного показа. Что касается Недель моды, то меня смущают даже не арт-объекты, а сами шоу. Шоу, за которыми одежда идет уже даже не десятым планом. И даже непонятно в принципе, что несет и кому адресован данный показ? Показ чего? Показ "псевдозвезд", музыки?

– Я знаю, о какой коллекции ты говоришь. Я уже несколько раз был свидетелем этих показов. Это тот случай, когда автор пытается прикрыться чужими именами.

– Как-то странно, вроде бы в авторах есть какой-то потенциал, какая-то изюминка, но они почему-то начинают бояться самих себя и прятаться…

– За чужие имена, за другие жанры. Чем больше хореографии, чем больше театра – тем меньше моды. Хотя мода присутствует, как жанр, как составляющая в театре, но мода в этом случае – в театре, на концерте, она играет вторую, третью, четвертую роли.

А на первом плане всегда должен стоять тот жанр, который заявлен в афише, в названии: либо музыка, либо драматическое искусство, актерская игра, декламация, если фигурное катание, то фигурное катание – тогда мода идет каким-то фоном, как и музыка фоном идет, они не главные в фигурном катании. Но если ты приходишь на шоу моды, то мода должна быть главным действующим лицом, а не третьим, четвертым, пятым…

– Я согласна. Перед подготовкой своего показа я постоянно бегала за кулисы и в зал – переживала за прически, макияж, а в итоге, когда я спрашивала у людей, что они увидели, то они сказали, что даже не заметили, какими были прически и макияж, потому что все время смотрели на костюмы.

– Я тоже не помню твоих причесок.

– Вы смотрели на одежду.

– Тебе нужно было шапочки африканские надеть на моделей, может быть еще какие-нибудь придумать и не переживать об этих прическах. Были настолько интересные платья!

Вот вышло первое платье, и я сказал своей соседке, что "эта девочка училась в Академии искусств" – твое образование прочиталось моментально, по первому платью. Потом, когда это платье повернулось, я увидел спинку. Второе платье подтвердило мои мысли и слова. Я потом уже ждал, скорее бы манекенщица повернулась, ведь самое интересное на спинке. И я уже ждал, скорее бы она подошла к концу подиума и повернулась, показала, как у нее спина сделана. А на спине там – ах! И мне было абсолютно все равно, что у нее на ногах или на голове.

Я не помню, что у нее было на голове, и голова была или нет – не помню. Главное, что было платье. Все, этого достаточно. Показ состоялся.

– Для меня это самое приятное и самое важное, как результат. Одежда получилась самой главной. Возможно, еще можно было что-то привнести в этот показ, я не спорю и не говорю, что он идеален, но тем не менее – это была мода.

– Начнем с того, что это была мода: не было ни одного повторения.

– Я не умею повторять. Я одежду делаю в одном экземпляре. Я ненавижу делать два одинаковых платья. У меня были очень большие страхи по поводу того, что у меня только 25 костюмов. Но в то же время я подумала, что лучше сделать 25, но они будут толковыми, чем сделать 40 и все будут одинаковыми.

– С твоим творчеством я раньше не встречался.

– Я участвовала в "Мельнице моды" давно, еще на втором курсе. Но это были первые работы, мы только начинали. Сейчас другое, восемь лет художественной жизни должны были привести к какому-то определенному результату, росту. Я из тех людей, которые все время совершенствуются, я не стою на месте. Я не сделаю такую же коллекцию во второй раз, каждый раз это будет абсолютно что-то другое.

– У тебя хорошо получается Африка. Ты, можно сказать, сегодня заявила о своей следующей коллекции, когда говорила, что "взять хотя бы какие-то горшки, кувшины, сосуды той полосы Африки, где Кения находится…". Но это тоже отдельная тема. И тема достаточно интересная и обстоятельная.

Ты нашла для себя благодатную почву. Ты берешь в качестве источника вдохновения не реальный предмет, а предмет, который стилистически выхолощен, стилистически убрано из него все лишнее. Один из основных признаков и характерных свойств такого искусства – это стилистика, минимализм в выразительных формах и средствах, когда эмоция выражается линией, не содержащей ничего лишнего. Этот уровень сродни гениальности наскального рисунка. Когда мы понимаем в этих трех линиях, что это бизон, а сзади в трех линиях, что это охотник с копьем, и мы все это понимаем, то нам не нужно детализировать нос, рот и пальцы на руках.

Нам не нужна детализация предмета, мы все понимаем и так. Это уровень величайшего переосмысления. Искусство – это в любом случае, переосмысление. Объектом искусства является жизнь, но переосмысленная умом и перечувствованная душой художника, когда она подается в качестве самостоятельного, может быть даже не жизнеспособного объекта, некого результата чистого искусства.

Вот это уже называется взглядом художника.

У тебя так произошло. Может быть, благодаря тому, что ты взяла очень благодатный материал.

– Может быть, само восприятие древнего человека, когда он все это творил: скульптуры, наскальную живопись, он, прежде всего, выражал свои чувства, то, что он видел сердцем, а не глазами. А в нашем мире все принято продумывать, чуть что – задавать ненужные вопросы. Поэтому, когда начинаешь с этим разбираться, можно из трех предметов сотворить что-то нереальное.

– Из трех линий.

– Линий, направлений, цвета. Эмоции африканцев отличаются от наших, и с восприятием цвета у них так же.

Есть еще один минус у нашей Академии – очень мало психологии мы изучаем. У нас есть курс, когда с психологической точки зрения нас пытаются научить разбираться в своей профессии, и как все это влияет на людей – те же принты какие-то, сочетания цвета, но это – крохи, все вскользь. А незнание психологии может привести и приводит, как правило, к созданию пусть даже если и чего-то красивого визуально, но по сути – отталкивающего.

Это то, чему нужно учиться, пусть даже самому.

– Можно учиться, но учиться надо у тех мастеров, которые владели этим искусством. Это все великие художники, они не читали Фрейда, не читали другой литературы по психологии, но они это чувствовали на подсознательном уровне, у них настолько хорошо действовал их природный психологический и аналитический интуитивный инструмент, что он выдавал безошибочный цвет для той или иной эмоции.

Это дается не всем. Можно много читать, можно быть очень образованным человеком, но когда дело дойдет до практики – опустить руки.

Есть великолепные публицисты моды, но они не могут быть авторами произведений искусства. Тогда как авторы произведений искусства не всегда могут быть публицистами.

Это разные жанры. Поэтому, мне кажется, что человеку, который начинает осваивать философию, психологию и технику создания искусства, важно как можно больше смотреть и видеть.

А ум настолько интересен, что он сам будет выхватывать из увиденного все самое главное, и именно это будет прятать в различные комнатки и шкафчики в своей голове, чтобы потом в случае необходимости это достать и предъявить, как свое родное, но уже переосмысленное.

Вот этот интуитивный ум – или он есть, или его нет. Можно что-то воспитать: чувство вкуса, меры, но чувство искусства, чувство стилизации, перевоплощения образа предмета или живого существа внутри – этого воспитать нельзя, с этим рождаются.

– Я согласна. Что касается моего личного чувства цвета, то я очень благодарна живописи. У меня была безумно шикарные занятия по живописи и акварели в колледже.

В Академии живопись преподавалась специфическая. Там это немножко приглушали.

А акварель дает свободу цвета, смешивание цветов, работу, фактуру – и все это в голове. Я до колледжа вообще не рисовала, а занималась музыкой. Это было моим решением, не спонтанным, а самостоятельным – решение идти художественным путем.

И за 3 года из меня воспитали человека, "из обезьяны сделали человека". В самом деле, колледж был очень хорошим, и все дисциплины были прекрасны – от рисунка до композиции и живописи. Создавалась благодатная основа для всех профессий.

Академия дала определенную огранку в моделировании. Но развитие цвета и отношение ко всему, как художника – все родилось в колледже. Там больше учили, было больше дисциплин по искусству.

В Академии искусств хромает сама предметная система. У нас очень много экономики, много предметов, которые мы не должны изучать в таком количестве. Мы очень мало искусства изучали.

– Вас превращают в граждан, а не в художников.

– Да. Обидно за потерю собственного времени.

– Это следование лозунгу коммунистов, что "поэтом можешь ты не быть, а гражданином быть обязан". Какой горе-поэт это выдал на горе художникам и на радость чиновникам? Вот, собственно говоря, по Некрасову, с его примитивной поэзией о женщине, мы и живем. Хотя сам по себе он не был бы сейчас известен, если бы он был только гражданином.

– В 2008 году видела интервью с одной художницей, которая делает украшения из металла, так вот, она сказала, что художник – это тот человек, который все делает для себя. Как только он начинает делать что-то для других, то теряет свою индивидуальность и свое восприятие мира.

Это чувство индивидуальности очень тяжело удержать, когда начинаешь взрослеть, пытаешься выжить в этом мире, пытаться что-то делать свое…

Мы очень подвержены чужому влиянию, мнению, многие постсоветские художники – это люди, которые прячутся за чьи-то спины, не развиваясь, как художники.

Я очень надеюсь, что я свое ощущение красоты не потеряю и буду стремиться сохранить его.

– Время покажет. Если ты будешь работать, то в любом случае, ты не будешь стоять на месте. А если ты будешь, начиная с сегодняшнего момента, парить на облаках славы и считать, что всего уже достигла, тогда постепенно ты перейдешь в прошлое.

– Согласна. Первая коллекция – это такой толчок! К нему нельзя возвращаться. Нужно идти вперед и делать больше и больше, и никогда не убеждать себя в том, что сделал уже свой шедевр и теперь можешь отдыхать.

Ничего подобного. Шедевры еще все впереди, к этому нужно стремиться.

– Совершенно правильно, нужно оценивать свою пройденную работу, как опыт, не считая этот опыт шедевральным. А шедевр это или нет – покажет время.

Нужные услуги в нужный момент
-10%
-30%
-15%
-50%
-10%
-35%
-50%
-20%
-10%
20170619