101 день за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. «Куплен новым в 1981 году в Германии». История 40-летнего Opel Rekord с пробегом 40 тысяч, который продается в Минске
  2. «Врачи нас готовили к смерти Саши». История Марии, у чьей дочери пищевод не соединялся с желудком
  3. Фанаты белорусских футбольных клубов массово объявляют о бойкоте матчей
  4. Один из почетных консулов Беларуси в Италии подал в отставку из-за несогласия с происходящим после выборов
  5. Пенсионерка из электрички рассказала подробности о задержании и Окрестина
  6. «Будет готов за три-четыре месяца». Частные дома с «завода» — сколько они стоят и как выглядят
  7. Тихановская рассчитывает на уход Лукашенко весной
  8. «Бэушка» из США против «бэушки» из Европы: разобрали, какой вариант выгоднее, на конкретных примерах
  9. Во всех районах Беларуси упали зарплаты, в некоторых — больше чем на 300 рублей
  10. Белоруска едет на престижнейший конкурс красоты. И покажет дорогое платье, аналогов которому нет
  11. 57-летняя белоруска выиграла международный конкурс красоты. Помогли уверенность и советы Хижинковой
  12. Убийца 79 белорусов, сжег пять деревень. Вспоминаем о Буром — в память о нем в Польше проводятся марши
  13. Секс-символ биатлона развелась и снялась для Playboy (но уже закрутила роман с близким другом)
  14. Показываем, как выглядит часть зданий БПЦ на улице Освобождения, ради которых снесли объекты ИКЦ
  15. «Ашчушчэнія не те». Все участники РСП вышли на свободу после 15 суток ареста
  16. «Пышка не дороже жетона». Минчане делают бизнес на продукте, за которым в Питере стоят очереди
  17. Стали известны победители «Золотого глобуса»
  18. «Первый водитель приехал в 5.20 утра». Слухи о «письмах счастья» за техосмотр привели к безумным очередям
  19. В Беларуси создали собственную ракету для «Полонеза» (ее очень ждал Александр Лукашенко)
  20. «Усе зразумелi: вірус існуе, ад яго можна памерці». Год, как в Беларусь пришел COVID: поговорили со вдовой первой жертвы
  21. Судьба ставки рефинансирования, обновленный КоАП, дедлайн по налогам, заморозка цен. Изменения марта
  22. Под Молодечно задержали компанию из 25 человек. МВД: «Они собирались сжечь чучело в цветах национального флага»
  23. В Беларуси ввели очередные пенсионные изменения. Что это означает для трудящихся
  24. Автозадачка с подвохом. Нарушает ли водитель, выезжая из ворот своего дома на дорогу?
  25. Минское «Динамо» проиграло в гостях питерскому СКА
  26. Бойкот фанатов, новый КоАП, пенсионные изменения, падение зарплат и наши красавицы — все за выходные
  27. С 1 марта заработал обновленный КоАП. Новшества затронут почти всех белорусов
  28. Чиновники придумали, что сделать, чтобы белорусы покупали больше отечественных продуктов
  29. «В киевской миграционке мне сказали, что я в первой десятке». Айтишник — о переезде в Украину
  30. Акции солидарности и бойкот футбольных фанатов. Что происходило в Беларуси 28 февраля


/

Мы продолжаем знакомить читателей LADY с молодыми белорусскими дизайнерами в рамках авторского блога Саши Варламова. Сегодня – вторая часть интервью с дизайнером Апти Эзиевым – человеком с абсолютно уникальной личной историей и не менее уникальным взглядом на красоту.

Первая часть интервью

– Апти, и чем закончился первый год твоей привольной жизни в колледже?

– Саша, тем, что я за год так толком и не узнал систему обучения. Не знал совсем ничего, как и кто там работает и учится. На первом курсе мы на портных учились. И я думал, что так спокойно, без экзаменов, все 4 года и пройдут… А в итоге оказалось, что нет.

Первый год учишься как портной, а чтобы на 2–й курс перейти, надо сдать моделирование, вру – конструирование, технологию и рисунок. Три предмета. В итоге я под "ноль" заваливаю все. И в конце года нас в мастерской выстраивают – всю группу, и называют тех, кто прошел на 2 курс, на портного–закройщика.

– Ты в техническом халате в мастерской стоял?

– Нет.

– Как так? Все должны во время учебы в халатах ходить. Не выдали?

– Нет, мы должны были сами их шить. Но я пошел против этой системы, ходил в своей одежде.

– Решил не подчиняться?

– Нет, неверно. Не "не подчиняться", а мне разрешили как–то. Когда приходила проверка, я у других одногруппников брал форменную рубашку и надевал.

– И вот вы все стоите в ряд в этой спецодежде, а ты один – без.

– И приходит женщина, замдиректора, читает список, в нем те, кто прошел на 2–й курс. А в этом списке меня вообще нет! И в итоге вся группа так – "хоп", Апти не прошел! Меня любили, и услышать, что я не прошел…

– Тебя же полгруппы не любило.

– Не то чтобы не любили. Скажу, как есть. В группе было разделение: полгруппы из Минска, полгруппы – приезжих. С минчанами завязалась одна тусовка…

– То есть, мы приезжих этих, которые понаехали, не любим, да?

– Нет. Любим, но у них была своя почему–то движуха.

– Они в общежитии живут и между собой как–то…

– Да, сконтачили. И поэтому тут все работало двояко.

– И кульминация этого момента?

– И кульминация этого момента – меня отчисляют после первого курса. В итоге: была мастер, которая у меня с 1 курса преподавала – Лысуха Ирина Борисовна, очень хороший человек. Она говорит: "Апти, подойди лично к директору, и пусть она посмотрит, как можно тебя перевести на 2–й курс, но на два месяца с испытательным сроком". Значит, если я за два месяца не покажу свою заинтересованность в получении специальности, то меня турнут. Я очень сильно боялся идти к ней, мне было стремно, на самом деле. Она суровый, очень суровый человек.

Я к ней за 2 недели так и не сходил. Каким–то путем моя мастер договорилась с кем–то, чтобы меня взяли на испытательный срок. И мне никого больше не пришлось ни о чем просить.

– Да, Раевская – человек очень принципиальный. Ты за два месяца наверстал пропущенное за год?

– Нет, я просто начал заниматься наравне с другими одногруппниками. Я переосмыслил свою жизнь. Мама мне сказала: "Апти, все хотят забрать тебя обратно в Чечню, чтобы ты там жил". Это так тяжело на моих родных первый и второй курсы сказались.

– Все относились к твоему делу как к девчачьей работе?

– Да, но мама меня всегда поддерживала. И она сказала, что если чеченцы сейчас на тебя гонят, то ты не подведи меня, сделай так, чтобы максимально чего–то добиться в своей сфере. И тогда они по–другому запоют.

Я эти слова мамины запомнил, не хотел подвести ее. А то, если из колледжа меня выкинут, до родственников слухи дойдут, что Апти такой работой занимался, да его еще и турнули из колледжа. Для всех еще такой плюс будет – ох, как им классно станет!

Опираясь на мамины слова, я собрался.

– У тебя не стало пути назад. Если бы ты вернулся в Чечню с поражением, тебя бы заплевали.

– Это правда.

– И что произошло?

– На втором курсе я так собрался, что начал даже выделяться как–то. Даже по рисункам – мы рисовали на втором курсе. Я начал на практике шить, на 2–м курсе уже заказы начал принимать: джинсы там ребятам шил, куртки шил.

– Зауживать джинсы научился?

– Не зауживать, а шить с нуля! Покупал ткани, кроил, шил и зарабатывал по 120 тыс. на тот момент.

– А твоя первая коллекция?

– Это был 2010 год. Я сделал коллекцию в технике пэчворк, она была собрана из маленьких кусочков. В итоге в "Мельнице моды" с ней выстрелил, можно сказать.

– Твоя коллекция прошла в финал. Это какой год был?

– 2010.

– В 2011 году, на моей последней "Мельнице", ты показал себя в совершенно новом – брутальном амплуа. Помню, ты по дороге заехал ко мне на работу на грузовичке колледжа и в пути, в кабине грузовичка, показывал мне свои эскизы, спрашивал совета, как лучше сделать. Тогда, на 4 курсе, у тебя и родился теперешний стиль. Так ты его теперь называешь?

– Если взять, допустим, фанеру – она называется фанера, если взять швейную машинку, то она называется швейная машинка. А здесь Апти Эзиев – это мой стиль, я хочу, чтобы он так и назывался.

– То есть это не гранж?

– Ну да. Не то что я так думаю, а так оно и есть. Я его с нуля сделал. Я его придумал – стиль Апти – вот так будет правильно сказать. А никакой не гранж. Это я когда был маленький, то рассуждал, что это гранж. А так, это же я его создал. Вот "стиль Дольче и Габана" же говорят.

– Точно. Что бы они ни сделали, сразу видно – это их одежда. У нее есть особенные, отличительные черты. Вполне можно называть одежду именем автора: от Версаче, от Гальяно, от Апти… Это именная одежда.

Апти, ты хорошо знаешь тех, кого одеваешь. В твоей одежде, скажем так, не Эйнштейны ходят, не микробиологи. Расскажи о тех, кто носит твой стиль. Кто они, твои клиенты?

– Ну, во–первых, на самом деле все люди на планете равные, но каждый преподносит себя по–разному.

– Ты считаешь, что нет кого–то худшего или лучшего? А как же позиция большинства?

– На начальном этапе все люди на планете равные. Потом кто–то делает шаг вперед, а кто–то остается на прежнем месте. И те, из этих всех равных, кто сделал шаг вперед, – они смелые. Смелые почему? Несмелый человек, допустим сорокалетний, он скажет: "Да нет, я не могу это на себя надеть, мне это кажется слишком детским, молодежным…"

– Он считает, что это не его. Что тут особенного?

– А человек смелый, который идет вперед, он и в 70 лет может это на себя надеть и сказать: "Я себя в этом очень хорошо чувствую".

– Можно ли сказать, что твоя одежда для тех исследователей неизвестного будущего, кто не боится смотреть и идти вперед?

– Для тех, кто не боится выкриков из толпы в свою сторону, несмотря на свой возраст, прическу, походку, движения и жесты рук, выражение глаз и многое другое…

Для тех, кто смелый, кто не начнет придумывать себе всякое и прятаться потом за свои фантазии. Кто не станет бояться тех, кому такая одежда не подходит, кто морально к ней готов.

– Какую музыку слушают те, кто носит твою одежду? Наверняка это не попса.

– Нет, это не попса. То, что я создаю, звучит так, как если бы я слушал Ludovico, он играет на фортепиано мелодичную музыку без слов. Она затрагивает меня полностью.

– Это фортепианная лирика?

– Лирика. Да. Она на меня не давит – романтичная, добрая музыка. Я спокойно чувствую себя в ней.

– А какая еще музыка тебе нравится?

– А вторая музыка – это minimal, house, deep–house, techno – что создавалось из звуков – например, ножницами стучим – записали, потом лампочку вкручиваем – записали, швейная машинка работает – записали…

– Всевозможные ритмические и неритмические звуки и шумы?

– Да, биты всякие и ритм объединили, получили направление – техно–минимал. И когда я слушаю такую музыку, то вдохновляюсь – двигаюсь, везде успеваю, какие–то идеи рождаются. А Ludovico когда слушаю, то как будто я его музыку надеваю на себя, и плаваю в ней, как в своем особенном мире.

Продолжение интервью читайте на следующей неделе

Автор благодарит Светлану Гурину за помощь в подготовке материала 

-5%
-20%
-10%
-70%
-10%
-10%
-50%
-10%
-40%