• Делай тело
  • Вкус жизни
  • Отношения
  • Стиль
  • Карьера
  • Вдохновение
  • Еда
  • Звезды
  • Анонсы
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС
Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Блог Саши Варламова


Мы продолжаем знакомить читателей LADY с молодыми белорусскими дизайнерами в рамках авторского блога Саши Варламова. Сегодня – первая часть интервью с дизайнером Апти Эзиевым – человеком с абсолютно уникальной личной историей и не менее уникальным взглядом на красоту.

- Апти, ни твою внешность, ни во что ты одет ни с кем и ни с чем другим не спутаешь. Где бы ты ни оказался - везде будешь заметен. Ты "из ряда вон выходящая" личность – не как все. Также и те, кто носит твою одежду, они совершенно отличаются от остальных. Ты и плоды твоего труда – единое целое.

Ты никогда не пытался делать одежду в другом стиле - гламурную, клубную, для отдыха, офисную, нарядную?.. Или твой образ жизни рождает только то, что можно совершенно точно обозначить как самостоятельный стиль Апти Эзиева? Понятно, что как художник ты уже полностью сформировался, тебе 24 года. Но тебе же не всегда было 24, было и меньше.

Каким чудом такого брутального мужчину, как ты, занесло в моду? Что ты тут забыл, среди всех этих романтических бантиков, бубенчиков?..

– Саша, я расскажу, как это произошло. В 5 классе, в конце мая, я выходил из школы, открыл настежь дверь и вдруг увидел двух своих одноклассников. Один был в желтой шапке с черными вставками и в куртке "BEAR". Как мне понравилась их одежда! И у меня появились мысли, что это их родители так их одели. Я спрашивал у себя: а почему меня родители так не одевают?

Я шел от школы до дома через железную дорогу и думал об этом. Потом остановился и расплакался. Ну почему меня родители не могут так одевать?! Я был маленьким, но уже задумался об этом. Их одежда поразила меня.

– Но ты же не голым был тогда. Тоже был во что-то одет.

– Понимаешь, даже не одежда тогда меня поразила, а то, что они вдвоем составляли целостный ансамбль – два друга в едином целом.

- И ты от этого впечатления расплакался?

– Да, из-за того, что выглядели они лучше меня.

– Их одежда была очень дорогой? Или очень интересной?

– На мой теперешний взгляд она была обычной.

– А что вызвало слезы? Зависть оттого что у них есть, а у тебя нет? Что ты не смог, а они смогли? Или что ты не такой, как они?

– Это все вместе. Они вчера были такими, как все, а сегодня вдруг стали совсем другими.

– Они изменились, а ты остался во вчерашнем дне?

– Да. И вот я стоял на железной дороге и плакал, и дал себе обещание, что когда я вырасту, то …

– Сколько тебе было лет?

– 10-11 лет.

- Где ты тогда жил?

– На ул. Чигладзе в Минске.

– А как тебя и твоих родителей вообще занесло в Минск?

– В 1996 году в Чечне началась война. Мы жили тогда в Грозном. В первые дни военных действий отец забрал нас, и мы переехали в Минск войну переждать. Сняли тут квартиру. На те времена это было дорого – 150 $ в месяц.

– Тогда зарплата была 100$ в месяц.

– Мы сняли квартиру на месяц, а в итоге война 14 лет шла. Так и остались здесь.

– Сколько тебе было лет, когда ты сюда приехал?

– 6-7 лет.

- Тебе пришлось оставить всех своих друзей там, в Чечне.

– Да.

– Там ты общался на своем родном языке, а здесь пришлось учить другой язык. Здесь и детей по-другому воспитывают, здесь можно даже услышать, как в форточку кричат: "Игорек, иди кушать!". Наверное, в Чечне так не кричат?

– Там менталитет абсолютно другой.

-Там родители иначе ведут себя по отношению к детям? А какое твое первое впечатление после того, как ты сюда приехал. Каким тебе показался белорусский менталитет? Здесь тебе было хуже или лучше, чем в Чечне? Что-нибудь было для тебя "диким"?

– Это был промежуток между шестью и семью годами, когда ребенок из одного места переехал в другое.

– Ты смотрел свысока на окружающих?

– Я свысока не смотрел, потому что все в мире равны.

– Я имею в виду, свысока на наш менталитет, на воспитание детей. Жизнь у нас более демократична, белорусская мама может своего ребенка тряпкой кухонной по заднице шлепнуть: "Что ты тут крутишься!" А чеченская мама может чеченского мальчика по заднице тряпкой отходить?

– У нас не так происходит.

– А как у вас происходит?

– За ребенка у нас отвечает не столько мама, сколько отец. Отец один раз рявкнул, и всё всем до конца жизни стало понятным. После этого никто просто не будет баловаться.

– Не мамы детей воспитывают?

– У нас, когда семья разводится, дети без документов остаются у мужчины, у папы. Вот в Беларуси есть такие жены, которые оставляют и свою девичью фамилию, и дописывают еще фамилию мужа. Для чеченцев было бы странно, как женщина будет оставлять свою фамилию.

– В Беларуси женщина тянет на себе всю экономику: и семьи, и всей страны. И воспитание детей в том числе.

– У нас каждый занимается своим делом: мужчина выполняет тяжелый труд.

– Что такое тяжелый труд в современной жизни? Сантехник ремонтирует краны, электрик ремонтирует проводку, есть центральное отопление, воду носить не нужно, дрова пилить - тоже. Что такого особенно тяжелого делает мужчина? Разве что скучает...

– В Чечне мужчины для своей семьи дома строят.

– Серьезно, мужчина самостоятельно, сам строит дом?

– Да, заливает фундамент, забор выставляет – все делает.

– Ну ладно, дом построил, а потом всю оставшуюся жизнь что?

– Воспитывает детей, получается.

– Раз в жизни отец строго сказал и ребенок на веки стал шелковым?

– У нас так.

– А если ребенок ослушается? Что, смерть?

– Нет, не смерть. Но худо будет.

– Худо – это как? Что такое "худо" для чеченского ребенка: "Ты мне больше не сын, и вон из моего дома"?

– Нет. Вот я в семье самый младший сын, у меня есть только один старший брат, и если я провинился, то получает за это старший брат. А он потом на мне отыгрывается.

– Старший брат наказывает всех остальных детей – братьев?

– Да. Если я, допустим, тарелку дома разбил, то отец наказывает старшего брата, а брат уже потом мне "темную" делает.

– А во время этой "темной" случаются трагические развязки?

– Не доходило до такого.

– А старшего брата кто воспитывает?

– Отец. Старшему достается больше всех.

– Старший у вас как нянька, как воспитатель, учитель для младших? И после чеченского уклада жизни, когда ты оказался в Беларуси, как ты оцениваешь белорусское "неправильное" воспитание?

– Здесь больше распущенности.

– И мужчина здесь не играет той роли, какую он играет на твоей родине?

– В белорусской семье роли делятся в лучшем случае 50 на 50.

- Какую роль здесь в семье играет мужчина? Говори, не бойся. Мы рассуждаем только о роли мужчины.

– Здесь, допустим, ребенок подходит и говорит маме, что он хочет в футбол пойти поиграть, а мама говорит: "Иди у отца спроси разрешения". У нас парень сразу пойдет к отцу спрашивать, можно или нельзя. Если нельзя, то сидит дома.

- А у нас, если мама разрешила, то к папе вообще за разрешением не стоит идти. У нас глава семьи – женщина?

– У вас мальчик привязан к маме. А у нас мальчик привязан к отцу.

- Скажи, в Чечне мальчишки не бьют девочек? Белорусские мальчишки бьют девчонок и всех тех, кто слабее их. Почему так?

– У нас мусульманская страна.

– В Коране написано, что мужчина не должен бить женщин и слабых?

– Женщина – это человек, который создает плод.

– Она святая, по Корану?

– Потому что она родила мужчину на свет. Вот момент: я был маленьким и зашел в транспорт, но в транспорте сидел человек, который на 1 день моложе меня. Он должен был как пуля вскочить, или уйти в другое место, или встать и сказать: "Присаживайтесь". А здесь такого нет.

У вас стоят старушки в транспорте, а молодые парни сидят и ковыряются в своем айфоне, делают вид, что ничего не видят. Такого быть не должно.

– Женщина в транспорте стоять не должна?

– Не должна. Я ездил навещать родственников в том году. Ехал в автобусе из Грозного в Комсомольск, и мужчины, когда в автобусе нет женщин, специально согревают места для них. А когда женщины заходят, то они говорят: "Присаживайтесь, я вам согрел место".

- Эта традиция – греть место для более важного человека, пришла из Древней Греции. У них даже была должность - председатель. Кстати, в общественных туалетах были не унитазы, а мраморные доски с дырками, на которые садились. И вот, когда по городу прогуливался знатный горожанин и ему вдруг нужно было зайти в общественный туалет, то он сначала отправлял туда своего слугу, чтобы тот садился на эту мраморную доску и теплом своего тела согревал камень. А знатный горожанин, когда туда приходил, то садился на уже согретое для него место. Этот слуга и назывался председателем.

Так было в Древней Греции.

Не знал, что в Чечне в общественном транспорте, когда хотят выразить другому человеку свое уважение, до сих пор поступают так же.

– Так должно быть везде на самом деле. Необходимо проявлять уважение к старшим. Когда старший человек идет, младший обязательно привстать должен. Везде, где бы это ни было.

– Апти, ты человек, воспитанный в абсолютно мужском духе. Что же ты делаешь в моде? Настоящий брутальный мужчина без всяких там бантиков, бубенчиков, без помады на губах, без тональника на лице, без жеманства, без лака на ногтях… Настоящий, реальный мужчина, и вдруг - в моде.

– Саша, результат моего обещания, данного самому себе, после того как я выплакался на железой дороге и для самоутешения купил леденец – петушка на палочке, что когда я вырасту, то оденусь еще лучше тех двух моих ровесников.

Немного позже я стал профессионально заниматься настольным теннисом. Мне было тогда 11 или 13 лет. В 11 классе я начал ходить к репетитору, чтобы сдать экзамены в университет физкультуры на тренера. Подтягивал биологию, химию, английский. По физкультуре в школе итоговой оценкой должна была быть "9" или "10". Этот балл был нужен для поступления в университет.

– Ты собирался стать профессиональным спортсменом?

– Да, тренером по настольному теннису. В мае физрук говорит мне, что у меня выходит оценка между 8 и 9: "Сдаешь эстафету – ставлю 9 годовую, не сдаешь – 8 годовую". Я спросил, не мог бы он меня поддержать и поставить такую оценку, которая помогла бы мне поступить. Но его "жаба заела" что ли. Я на протяжении всего обучения в школе его доставал, на физкультуре из-за плохого поведения даже приседал по 300 раз. Вот я и был наказан.

- А что именно ты не так делал?

– Вот, допустим, есть футбольный мяч, его нужно бить ногами, а волейбольный – руками. Я делал наоборот. Когда был маленький – вредничал: окна разбивал.

- Так твой физрук отнесся к пацану по справедливости? Или он отомстил тебе?

– Он сказал, что если я прыжки в высоту хорошо сдам, то будет мне хорошая годовая отметка. В понедельник нужно было прыжки сдавать, а в среду мне нужно было на тренировке сдавать на кандидата в мастера спорта.

Так вот, мне нужно было прыгать в высоту, а перекладина там была железной. Я дважды разбегался, но дважды сбивал ее. Тогда физрук мне сказал, что если я и в третий раз перекладину собью, то он поставит мне 8. Я отошел в самый дальний конец зала, разбежался, но все равно сбил железяку.

– Даже с таким разбегом все равно не удалось взлететь?

– Не удалось. Я приземлился на перекладину, сломал руку – три перелома со смещением. Была сломана правая рука, которой я должен был в среду сдавать на кандидата в мастера спорта.

– Смотри что получается. Если ты идешь поперек своего предназначения в жизни и упорно гнешь свою линию, то всякий раз тебя возвращают обратно. Ты один раз не понял, второй не понял – каждый раз возвращают обратно. Не понимаешь по хорошему, вот тебе перелом.

– Да, по-плохому меня вернули из спорта.

- Не понял – получи три перелома со смещением! Получается, тебе изначально было дано стать дизайнером. Ты махнул рукой на свое жизненное предопределение и пошел по спортивной линии, но в результате ты все равно не попадаешь в профессиональный спорт.

– Но история с этой рукой продолжилась. Я с гипсом пошел сдавать ЦТ – математику, русский, химию. Это мне позволило надеяться поступить в университет, ведь у меня был уже 1-й взрослый разряд.

И вот я беру документы и иду в приемную комиссию. Там мне говорят, что 25 августа нужно прийти на собеседование, а потом вдруг попросили показать разрядную книжку. А разрядная книжка была у моего тренера, а его нет в стране, и будет он только через 8 дней. А у меня оставалось только 2 дня, чтобы сдать все в документы, потом донести книжку было уже нельзя.

– Тренер ее специально забрал?

– Нет. Так получилась, что никто не смог мне помочь, и нужно было только ждать, когда вернется тренер. Домой было страшно идти: не знал, что сказать, отец был дома.

– Так ты и не поступил в университет физкультуры. А до этого случая с поступлением чем ты занимался в свободное время?

– Когда я учился в школе, то тусовался с молодежью на Октябрьской площади.

– Что вы там делали?

– Стояли, сидели, слушали музыку, общались, в переходах танцевали.

– Раньше это было можно?

– Не то что раньше было можно.

– Сейчас же нигде нельзя собираться.

– Да, сейчас нельзя. Но там аллея есть по улице Ленина, где можно сидеть и общаться. Мы тоже там общались, и мне "надо было хорошо выглядеть".

– Соответствовать.

– Да, соответствовать аллее. И однажды я решил туда прийти в зауженных джинсах, а у меня были тогда только широкие. В итоге я занес джинсы в ателье, где мне их заузили. Я принес их домой, а мне они не нравятся – плохо в ателье это сделали…

Проходит время, и я узнаю, что в Минске есть колледж швейного производства. Я мчусь туда и подаю свои документы, там надо было сдавать аттестат и рисунок. Я рисовать не умел, вообще ничего не умел, "балдеть" только умел. Мне сказали приходить на собеседование 25 августа. Но перед тем как уйти, я спросил: "А я научусь тут джинсы зауживать?"

– У кого спросил?

– У Салук Ирины Александровны, она в приемной комиссии была. Она засмеялась и сказала, что не только этому научат: "Не волнуйся, парень!"

В итоге я пришел 25 августа, а там одни девушки. И я был один парень в группе на протяжении 4 лет. Я и 25 девушек!

– Не случилось с тобой такого, про что говорят: "Пусти козла в огород"? Один парень и 25 красоток? Или ты оберегал их?

– Оберегал на самом деле.

– Они были как сестры?

– Большинство, но не все. Половина сразу начали завидовать, не знаю почему. Но врагами не были.

– Они тебя не приняли? Остерегались? Бороды тогда у тебя не было? На Бармалея не был похож?

– Нет. Только в прошлом городу бороду отрастил.

– А часто ли в Чечне мужчины становятся дизайнерами?

– Мне до сих пор говорят, что я самый исключительный вариант.

– "Исключительный" с точки зрения гордости или с точки зрения насмешки?

– Больше насмешки, 70% где-то. Чеченец должен по идее...

- Шашку доставать, рубить, на войну ходить…

– На волка ходить с голыми руками. Сейчас встречаю ребят оттуда родом, и они говорят, мол, давай, заканчивай это дело с одеждой. Детством позанимался – и хватит.

Они говорят мне: "Переоденься, тебе надо обязательно мокасины купить, пиджак купить, брюки".

– Мужчина не имеет права быть модным в Чечне? Тебе в Чечню сейчас путь закрыт?

– Я там бываю. Но когда я туда еду, я одеваюсь совсем по-другому.

- И ты никому не говоришь, что ты - дизайнер?

– Там все и так знают, что я дизайнер. А мать и отец за меня стоят.

- А родителям твоим много пришлось из-за тебя вытерпеть?

– Первые года 3 сложно было. Пришлось такой пресс выдержать! Как это, сын позорит нацию нашу!

– Даже так? Ты выродком был для них?

– Да. Но после того как я начал зарабатывать деньги, как начали статьи писать про меня, выставляться стал, они на прежнее место сели: "Как это так, мы на него гнали, а у него все получилось?!"

– Сейчас кого ты представляешь за своей спиной: Беларусь или Чечню? Это как на Олимпийских играх: ты стоишь на 1 месте, и какой гимн звучит в момент успеха: чеченский или белорусский?

– У меня есть отец и мама. Я могу сказать, что родина – мама, а отец – Беларусь.

– Отец – Беларусь? Отец, которого ослушаться нельзя?

– Эта страна, как отец, воспитала меня здесь. Но моя родина – мама, это Чечня.

– Это правда, что в колледже ты первый год дурака валял?

– Да, сработало именно то, что я с 11 класса начал тусоваться в центре города.

- Чем же вы там занимались?

– Просто собирались. Вот, допустим, мы с тобой встретились и болтаем, общаемся непринужденно…

– Кому–то кости перемываем, пиво пьем...

– Не-не-не, я в жизни спиртное не употреблял. Ни шампанского, ни джин-тоника не пробовал никогда. Ни пиво, ни конфеты с ликером, ничего. За 24 года – ничего.

– Ничего? И тебе не было скучно?

– Нет, я всегда на позитиве.

– Но ты ж дурака валял не только летом, но и весной, и зимой, и осенью.

– Нелетом я ходил в ночные клубы.

– Весь первый курс?

– Ну да, там тусовались, слушали музыку – как-то вот так.

– Из-за клубов и занятия пропускал?

– Занятия, честно сказать, не пропускал, но спал на первых парах.

– И правда, надо же было когда–то в себя приходить. А в результате ты не научился ни джинсы зауживать, ни шить, ни кроить...

– Да, ничего.

Продолжение интервью читайте на следующей неделе

Автор благодарит Светлану Гурину за помощь в подготовке материала 

Нужные услуги в нужный момент
-20%
-50%
-50%
-20%
-20%
-10%
-30%
0058953