• Делай тело
  • Вкус жизни
  • Отношения
  • Стиль
  • Карьера
  • Вдохновение
  • Еда
  • Звезды
  • Анонсы
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС
Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Блог Саши Варламова


Сегодня мы публикуем восьмую часть большого разговора с Натальей Мизоновой на тему конкурсов молодых дизайнеров одежды.

Часть первая

Часть вторая

Часть третья

Часть четвертая

Часть пятая

Часть шестая

Часть седьмая

 - Наталья, как сделать, чтобы в конечном счете то, что мы видим на подиуме, чему радуемся и аплодируем, начало "жить", и не жизнью в шкафу на вешалке, а в реальных условиях жизни? И, что видимо очень важно для творческого показа, на сцене выглядело бы сценично, впечатляло бы и зрителей, и художественную критику, и журналистов. Такой симбиоз в принципе возможен?

– Саша, самый простой и самый распространенный прием – это сделать "неимоверную голову" именно для эмоциональности восприятия коллекции во время показа, которую потом можно снять. Главное, что сама одежда останется носимой. С этой "головой" в метро не спустишься, она такая какая-то очень уж интересная голова, при достаточно ясной элегантной одежде. И вообще, образ сейчас достаточно часто уходит в пространство, на сумку, вниз, на ноги. Сейчас колготки играют очень существенную роль в костюме. Вот иногда колготки с цветами вообще являются центром, акцентом и позиционным, цветовым и прочим. Перчатки, кстати, тоже.

Сейчас в конкурсы вводят разные новые номинации, такие, как, например, театрализованные костюмы prêt-à-porter. И правильно делают, потому что сложно при помощи только головного убора и грима, чего-то там из дополнений, всего того, что мы называем аксессуарами, добиться сценического очарования. Все равно нас, зрителей, очаровывают мощные театральные коллекции. Все равно именно им дают призовые места. А как бы prêt-à-porter хорошо ни было сделано, хорошо по закону prêt-à-porter, оно просто не тянет на сцене.

Есть еще одна тонкость. Мы все смотрим на сцене или на подиуме. А все, что на сцене, то требует театра. И когда на этот подиум или на сцену выходит не театр – это только очень-очень хороший специалист "загурманит", заценит. А вообще-то народ обычный в зале чему хлопает? Конечно – театральному.

– Хорошо, а если подиума нет? Показы могут проходить и не на возвышении, а на дорожке между рядами.

– Все равно показ в зале идет. Народ пришел посмотреть, а не выбирать и не примерять.

На Лейпцигской ярмарке, к примеру, я видела, как могут убирать эту театральность из практических соображений. Как они это делают? Они набирают массу манекенщиц разных возрастов, единственное, что я думаю, что эти манекенщицы танцевали когда-то. А раз уж манекенщицы, это бывшие танцовщицы, то они среднего роста. И вот на этих манекенщицах немцы и показывают свою одежду. Ту одежду, которую будут продавать.

А зрители сидят и записывают, и фотоаппаратами щелкают… И каждый зритель видит, что ему это пойдет. Была там одна "кругленькая" девушка, и так танцевала, видно, в молодости! Но располнела. И все полные зрительницы на нее смотрят и себя в этой одежде видят.

Они выпускают этих женщин, чтобы приблизить зрителей к моде. Им одежду продавать надо, а не любоваться только ею. И это очень серьезная работа. В результате зрители приобрели себе очень много моделей из показа, записывали, где какая модель была. Во время показа можно было задавать вопросы консультантам, которые подходили к зрителям и все поясняли.

А у нас же сейчас какой выбор? У нас никто себе ничего не выберет. И этой культуры, производственной в том числе, даже культуры показа, у нас нет еще. Мы такие еще "детки". Мы такие еще неуклюжие. Мы еще не знаем, что показывать и как. Мы еще не доросли. Когда одежду проектируют мои студенты, то я им говорю, чтобы они думали куда и на кого она, эта их одежда. Я их заставляю писать возраст человека и куда в этой одежде человек пойти сможет.

– А можем мы сейчас коснуться "ансамблевости" одежды, если можно так выразиться? Можно ли считать, что показ состоялся, если в коллекцию prêt-à-porter, предположим, вошли абсолютно разные вещи, никоим образом не связанные между собой ни цветом, ни конструктивной проработкой? То есть идея, предложенная автором, постоянно прерывается, а не длится, не "протягивается нитью" во времени от модели к модели, а каждый раз обрывается. И нам представляют все новые и новые фантазии… Или все же нужно, чтобы у коллекции было некое единое цветовое и конструктивное решение?

– Все зависит от цели показа. Но все люди разные, а я такой человек, что коли сцена, так изволь гармонизировать. Вот так мне кажется. Но если цель показа, как в Лейпциге – продать, тут уже другая история.

Но ведь есть еще великая вещь – конфекционирование. И когда английская ассоциация, к примеру, выпускает свои ткани, то она не просто отдельные куски ткани представляет, она пантоны выдает модные на каждый сезон. И там у них уже все гармонизировано. И там уже все выходят в показ с одной философией цвета.

Сегодня у них, к примеру, это цвет палисадника осеннего, а завтра они назначат пустыню, послезавтра Индию или еще что-то. Но все равно у них каждая серия пантонов гармонизирована. У них этот вопрос, когда они новую моду показывают, не стоит. А у нас все время вопрос этот стоит. Потому что эта ткань отсюда, эта оттуда, а это из Костромы…

– Можно ли сказать, что неожиданностей у них в цвете коллекций нет, потому что авторы берут сразу комплект, предлагаемый в пантоне? В нем заранее все за тебя продумано, только бери и шей! А хорошо это или плохо для авторской фантазии? Можно ли свою идею воплотить в том, в чем уже за тебя продумали все? За тебя уже и ткани подобрали: и по фактурам, и по плотности, и по рисунку, и по всему…. А ты только бери и шей. Или все-таки интереснее у нас работать, когда ты сам и фактуру берешь?

– У нас трудней работать и интересней. А выбирать из всего этого многообразия у нас только очень высокий профессионал может. А так нет: вот им выдали кружево (в моде было в прошлом году), так куда денешься, я вот терпеть его не могу, а надо было куда-то его совать, хоть маленький кусочек пришить, иначе это немодно.

– Хорошо, а головной убор с кружевом, а все остальное без кружев?

– Ну, не только на головные уборы кружево. Я вот на лен кружева нашила, причем не льняного, а французского.

– Хорошо, а как потом за этим льном ухаживать, стирать его и утюжить? Надел раз, надел два, а потом нужно отпарывать лен и стирать по отдельности или в чистку отдавать?

 – А кто сейчас чего стирает? Сейчас же специальная потребительская философия внедряется, она ведь тоже не случайно зарождается, а чтобы повысить покупательский спрос на вещи. Я вот покупала тонкую-тонкую ткань… Я сказала, что она же порвется, а мне ответили: "Ну и что, вы что, больше чем полгода ее носить собираетесь?" Сейчас же ничего надолго-то не делают. Принципиально не делают.

– А это хорошо или плохо?

– Это плохо. Если быть уже на стороне зеленых и т.д., то это плохо! Мы гораздо больше тратим, чем нам нужно. А мамы наши носили суконное пальто на 10 лет сшитое.

Нужные услуги в нужный момент
-50%
-30%
-25%
-20%
-20%
-30%
-20%
-34%
-30%
-20%
-50%
0058953