102 дня за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. «Желающих помочь белорусам в их „хлопотном дельце“ много». Чем заняты «Народные посольства» за границей
  2. Один из главных претендентов на «Оскар» и еще пять премьер марта. Что идет в кино в этом месяце?
  3. «Думал, что это простуда. Оказалось, нужна пересадка сердца». История Вячеслава, пережившего трансплантацию
  4. В Беларуси ввели очередные пенсионные изменения. Что это означает для трудящихся
  5. «Проверяли даже на близнецах». В метро запустили оплату проезда по лицу. Как это работает
  6. Тихановский о приговорах журналистам и активистам: Ложь и несправедливость порождают озлобленность
  7. С 2 марта снова дорожает автомобильное топливо
  8. «Подошел мужчина в одежде рыбака». Как судили пенсионерок, задержанных на выходе из электрички
  9. Лукашенко — главе КГК: Необходимо ввести ответственность и для тех, кто берет в конвертах деньги
  10. «Первый водитель приехал в 5.20 утра». Слухи о «письмах счастья» за техосмотр привели к безумным очередям
  11. Приход весны, борьба с частниками и акции солидарности. Что происходило в Беларуси 1 марта
  12. Латушко ответил жене Макея: Глубина лицемерия и неспособность видеть правду и ложь просто зашкаливает
  13. Тихановская рассчитывает на уход Лукашенко весной
  14. Под Молодечно задержали компанию из 25 человек. МВД: «Они собирались сжечь чучело в цветах национального флага»
  15. В Новогрудке кто-то расстрелял из пневматики собаку. Пес умер, волонтеры обратились в милицию
  16. МВД добилось своего: свидетели по административным делам могут настаивать на закрытых судах
  17. «Меня потом знатно полили шампанским!» Первая белоруска с COVID-19 — о том, как прожила «коронавирусный год»
  18. «Будет готов за три-четыре месяца». Частные дома с «завода» — сколько они стоят и как выглядят
  19. Экс-президента Франции Саркози признали виновным в коррупции и приговорили к тюремному заключению
  20. «Жесточайшим образом останавливать». Чиновники взялись за аптеки, которые подняли цены из-за НДС
  21. Читаете канал «Советская Белоруссия»? Говорим с его автором (нет, это не то же самое, что газета)
  22. Убийца 79 белорусов, сжег пять деревень. Вспоминаем о Буром — в память о нем в Польше проводятся марши
  23. С 1 марта заработал обновленный КоАП. Новшества затронут почти всех белорусов
  24. Витеблянину с онкозаболеванием за насилие над милиционерами дали 3,5 года колонии
  25. Виктор Лукашенко стал генерал-майором запаса
  26. Беларусбанк вводит лимиты по некоторым операциям с банковскими карточками
  27. «Личная инфляция»: лекарства и отдельные продукты в феврале подешевели, но в целом цены растут
  28. Минчанка из списка Forbes отсидела 20 суток и рассказала о «консервативном патриархате» в Жодино
  29. «Тут мы ощущаем жизнь». Как семья горожан обрела счастье в глухой деревне и открыла там бизнес
  30. Чиновники обновили базу тунеядцев. С мая с иждивенцев будут брать по полным тарифам за отопление и газ


/

Когда куратором модной выставки выступает Оливье Сайяр, то это значит, что идти туда надо обязательно. Когда модная выставка проходит в Музее… иммиграции, то это значит, что нас ждет что-то необычное.

– Где-где проходит выставка? В Миграционной службе? В ОВИР? В отделе по гражданству и миграции?

– В Музее иммиграции!

– А это точно модная выставка?

Примерно такой разговор состоялся у нас с подругой. То, что Париж – столица мировой моды, знают многие. Но немногие осознают, кем создавалась и создается французская мода. Чарльз Ворт, Эльза Скиапарелли, Кристобаль Баленсиага, Пако Рабан, Карл Лагерфельд, Аззедин Алайя считаются великими французскими кутюрье, хотя они не родились во Франции и их можно смело назвать иммигрантами. Выставка Fashion Mix – это своеобразный поклон и дань уважения тем иностранным модельерам, которые заставили весь мир говорить о французской моде. Сам музей находится во дворце Порт-Доре (Palais de la Porte Dorée), который был построен в честь международной колониальной выставки в 1931 году как колониальный музей. В этом видится какая-то насмешка истории: то, что было задумано как прославление колониальной системы, обернулось музеем иммиграции.

Worth и Bobergh, 1969 © Eric Emo / Galliera / Roger-Viollet

Над выставкой работали сотрудники двух музеев – моды и иммиграции. Первые отбирали платья, созданные иностранными модельерами, а вторые искали в архивах их документы, паспорта, визы, ходатайства о натурализации. Результатом этой совместной работы стала уникальная экспозиция платьев и пожелтевших документов. Сначала вы разглядываете скандальную шляпку-туфельку, созданную Эльзой Скиапарелли и Сальвадором Дали, а потом склоняетесь над витриной и читаете ее прошение о предоставлении гражданства, где указывается, что модный дом Скиапарелли крайне важен для Франции, потому что обеспечивает сотню рабочих мест.

Elsa Schiaparelli, 1937-1938 © Eric Emo / Galliera / Roger-Viollet

Выставка получилась очень человечная: за одеждой вы видите ее создателя и тот тяжелейший путь, который он прошел, чтобы добиться признания в чужой стране, потому что в родной стране он оказался никому не нужен. После 1918 года самыми многочисленными иммигрантами в Париже были русские. Разбитая белая гвардия прибывала в Париж разными путями – через Стамбул и даже Шанхай – и не забывала прихватить с собой фамильный бриллиант и чувство собственного достоинства. Самые везучие продавали тиары, парюры и Рембрандтов и покупали дома и квартиры. Самым невезучим приходилось осваивать профессии. Выяснилось, что графини чудесно шьют и вышивают: русские рукодельницы создают аксессуары и одежду, продают ее на благотворительных ярмарках и так зарабатывают себе на жизнь. А русские княжны умеют держать спину, красиво двигаются и прекрасно демонстрируют одежду: танцевальные классы не прошли даром. На выставке представлено несколько работ Марии Павловны Романовой, кузины Николая II, бежавшей от революции в Париж вместе с мужем князем Путятиным. Она открыла модный дом Kitmir, который специализировался на ручной вышивке и выполнял заказы для Chanel. Французский Vogue того времени писал, что ловкие русские вышивальщицы заново научили мир любоваться яркими цветами. Вы найдете марку Sonia, которую создала Соня Делоне, она же Сара Штерн из Одессы – первая художница, которой удалось организовать персональную выставку в Лувре.

Mariano Fortuny, 1912 © R. Briant et L. Degrâces / Galliera / Roger-Viollet

Также вы увидите элегантное вечернее бархатное манто с вышитыми рукавами, а под ним – страницу с отметкой, что князь Феликс Юсупов с супругой Ириной получили статус беженцев и зарегистрированы в центральном офисе русских беженцев в 1919 году. Кстати, модный дом Irfé, основанный в Париже Ириной и Феликсом Юсуповыми в 1924 году, был возрожден к жизни в 2008 году Ольгой Сорокиной, моделью и дизайнером родом из… Витебска. Вот вам и модный микс.

Русское влияние на французскую моду связано, конечно, с "Русскими сезонами" Дягилева. Над балетными костюмами работает и Наталья Гончарова, русская художница-авангардистка и дальняя родственница жены Пушкина. Позже ее нанимает модный дом Myrbor, она рисует модные иллюстрации для Vogue и получает французское гражданство только в 1938 году, прожив и проработав в Париже 18 лет.

Cristóbal Balenciaga © Spassky Fischer

Париж принял также и испанца Баленсиагу, который нашел в этом городе убежище во время гражданской войны. От этой же войны из Страны Басков бежит во Францию семья маленького Франсиско Рабанеда-и-Куэрво, которого все знают под именем Пако Рабан. Пако Рабан никогда не подавал запроса на французское гражданство: до падения режима Франко он считался беженцем, а сейчас имеет статус испанца, постоянно проживающего на территории Франции. На этой выставке вы сможете полюбоваться его известным платьем-сеткой из родоида (высокотехнологичной пластмассы).

Вы удивитесь, но самые главные французские обувщики были армянами. Они прибывали в порт Марселя, добирались до Парижа и селились в районе Бельвиль. Одним из таких беженцев, потерявших родителей во время геноцида, был Саркис дер Балян. Сегодня туфельки его работы считаются шедевром и выставлены в музее.

Вы узнаете, что популярную пряжку в виде буквы H для дома Hermès придумала Катрин де Кароли, родившаяся в Будапеште и бежавшая во Францию от коммунистов в 1947 г. "Я сказала себе, что слово "Hermès" начинается с H, а буква H такая симметричная, что могла бы стать пряжкой", – здесь прекрасны и слова, и знаменитая пряжка.

Issey Miyake © Eric Emo / Galliera / Roger-Viollet

Постепенно Париж превращается в космополитичный город, притягивающий таланты со всего мира. В 70-е для своих модных экспериментов этот город выбрали японцы: Иссей Мияке, Рей Кавакубо, Йоджи Ямомото, Джунья Ватанабе. В 80-е эстафету от них приняла "антверпенская шестерка" (Анн Демельмейстер, Дирк Биккембергс, Вальтер ван Бейрендонк, Дирк ван Сэн, Дрис ван Нотен, Марина Йи), закрепившая новую эстетику: деконструкция, асимметрия, андрогинность, oversize, "уродливая" красота.

Martin Margiela, 1990 © Spassky Fischer

Приехав в Париж, все эти великие кутюрье не отказались от своих корней, но и не навязывали парижанам местечковые народные мотивы. Выходцы из Марокко и Туниса не выводят на подиум расшитую жемчугом джеллабу, а японские модельеры не выставляют в витринах бутиков шелковые кимоно. Напротив, гениальность всех этих дизайнеров состоит в их умении переосмыслить традиционный народный костюм и вписать его элементы в глобальный модный контекст. Они делают современную и немного авангардную одежду, в которой есть тонкий намек на их связь с родиной. А сила Парижа в том, что он дает шанс каждому реализовать себя и не отвергает таланты.

-5%
-40%
-20%
-20%
-15%
-5%
-10%
-30%
-7%