• Делай тело
  • Вкус жизни
  • Отношения
  • Стиль
  • Карьера
  • Вдохновение
  • Еда
  • Звезды
  • Анонсы
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС
Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Стиль


О белорусской одежде и дизайнерах не умеют писать журналисты, дизайнеры не умеют сшить вовремя и качественно, продавцы не умеют продавать одежду, а ее потребители боятся быть яркими пятнами на сером фоне. Такие претензии высказали к модной индустрии участники очередного выпуска дебат-шоу "Угол подозрения": 
 
- Виктория Наумова, творческий руководитель проекта "Большой модный маркет", шеф-редактор журнала Fashion Collection Belarus, создатель портала о моде pro-fashion.by, 
- Кирилл Поздняков, директор MSK Fashion Week, 
- Анна Кос, модный блогер,
- Александр Киринюк, стилист, визажист, парикмахер-модельер, гример и модель.
 
Представляем текстовую версию эфира. 
 


Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать аудио (26.67 МБ)

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Открыть/cкачать видео (185.40 МБ)

Есть ли в Беларуси мода?

 

Виктория Наумова: Правильнее спрашивать, есть ли индустрия моды в Беларуси. Она формируется на начальном этапе. У нас есть легкая промышленность, молодые дизайнеры и Неделя моды, но все это не работает в том виде, как это работает на Западе. То, что показывают дизайнеры на неделях моды, это просто выражение того, что они видят, это не тенденции в мировом понимании. Правильнее будет не думать, что мы можем диктовать мировые тенденции, а делать то, что адресовано именно белорусам.

 

Кирилл Поздняков: Хочется сформировать белорусский стиль. Он давно пропал, а в 60-е годы был человек, который представлял белорусскую моду на европейских неделях моды. Когда будет сформирован белорусский бренд, его будет проще продвигать на Запад. Когда кто-то понравится в Европе, талантливая молодежь сможет заявить о себе.

Что нужно делать, чтобы помочь пробиться молодым?

Кирилл Поздняков: Самая большая проблема – это финансирование. Коммерческие структуры не доверяют нашей индустрии и не хотят вкладывать в нее деньги. На моде надо зарабатывать. Дизайнерам надо научиться себя продавать, делать шоу, преподносить себя с лучшей стороны.

В чем суть недель моды? Что они дают обывателю?

Кирилл Поздняков: Неделя моды существует для того, чтобы дизайнер смог заявить о себе и себя продать.  

Виктория Наумова: Недели моды хорошо дисциплинируют дизайнеров. Творческие люди склонны менять свои взгляды, работать нерегулярно. Причина отсутствия индустрии - в том, что это нестабильно работает. На Неделе моды у дизайнеров есть срок, чтобы заказать ткань, пошить коллекцию. Возникает еще вопрос, где это можно увидеть, заказать, купить. Не каждый может позволить себе студию, но каждый может пригласить клиентов на модный маркет, это эффективная возможность продать товар.

Александр Киринюк: У меня есть собственный магазин, где я предлагаю дизайнерам выставиться с наценкой 30%. И они не очень хотят: за свои, прямо скажем, тряпки они хотят очень больших денег, которых они не стоят.

Где можно приобрести одежду белорусских дизайнеров?

Анна Кос: В Центре моды.

Кирилл Поздняков: Заходишь туда и удивляешься: почему так дорого? Очень большие накрутки. Разница между оптовыми ценами для байеров и рекомендуемой розничной ценой очень маленькая. Оптовая цена формируется так: к себестоимости добавляется 100%, для розничной цены добавляем еще 100%.

Александр Киринюк: Проблема дизайнеров – хорошие ткани. Техника исполнения даже хорошей идеи может быть ужасной. Картинка красивая, но когда выворачиваешь вещь, это просто ужасно. Если бы была нормальная изнанка, одежда продавалась бы в Германии, Франции.

Анна Кос: Даже на подиуме видишь неплохую вещь, но, сидя на первом ряду, замечаешь, что она сшита безобразно.

Кирилл Поздняков: Мы делали опрос, и ни один человек на улице не назвал ни одного белорусского дизайнера. Но они у нас есть, и много хороших. Есть только две торговые марки, которые активно сотрудничают с заграницей – Tarakanova и PaRus Jeans. Они шьют европейскую одежду и по качеству, и по дизайну.

Александр Киринюк: Но я не хочу купить джинсы, а потом увидеть 10 человек на улице в таких же. Дизайнерская вещь будет у меня одна такая, там индивидуальный пошив, ручная работа, вышивка, подход к человеку.

Кирилл Поздняков: В идеале должно существовать два направления: индивидуальный пошив и масс-маркет.

Получается, у модельера есть возможность себя показать и продать, но он не может найти деньги, чтобы найти хорошие ткани и пошить качественно.

Александр Киринюк: Дизайнер может сделать хороший продукт, если захочет, поставить хорошую цену, и эта вещь продастся. У нас есть много дизайнеров, которые не выставляются на Belarus Fashion Week: они один раз себя показали, и теперь шьют для клиентов.

С кем работает белорусская легкая промышленность, чьи товары поступают в ГУМ и ЦУМ? Почему она не сотрудничает с белорусскими дизайнерами?

Кирилл Поздняков: Очень сложно пробиться в государственную структуру. Есть коммерческие швейные фабрики, и там есть что надеть. Слава Богу, государство потихоньку начинает обращать внимание на коммерческие структуры и внедрять их подходы. Однако на государственных предприятиях собирается худсовет, сравнивает ткань дорогую, среднюю и дешевую. Худсовет говорит "дорого" и в итоге экономит на качестве и на дизайне.

Анна Кос: Модные предприятия никогда не будут работать эффективно в государственном секторе. Мода – очень мобильная сфера, за большим количеством нюансов нужно следить оперативно. Предприятиям вроде "Элемы" повезло с директорами, персоналом, но это исключения. Брестские частные швейные производят одежду, которую даже сложно купить в Беларуси, потому что они сразу шьют на СНГ. У них очень модная одежда, свадебные платья. Но это частные предприятия, которые знают, какие задания дать специалистам, ездят на выставки моды в Париж, Дюссельдорф, нанимают хороших дизайнеров.

Кирилл Поздняков: Почему частная организация может сделать качественно, недорого и массово и почему не может сделать госструктура?

Как выглядит ситуация с легкой промышленностью за рубежом?

Анна Кос: Белорусы ездят не за легкой промышленностью, а за брендами, в масс-маркет или премиум-сегмент. Там есть система распродаж, есть что выбрать, есть размерные ряды. Едут за брендами, которые у нас не представлены.

Кирилл Поздняков: Висит платье белорусского дизайнера за 300 долларов и платье от Dior, хоть и позапрошлой коллекции, второй-третьей линейки за такую же цену. Человек купит Dior. А у нас формирование цены происходит не от себестоимости, а с потолка.

Виктория Наумова: У итальянского бренда Furla будет другая себестоимость товара. Наш дизайнер сам разрабатывает конструкцию, заказывает швее, платит за ткани. А Furla разрабатывается в конструкторском бюро и отшита в Китае.

Александр Киринюк: Но и нельзя сравнивать завод и дизайнеров. Все-таки в дизайнерскую вещь вложен труд, идея, мозги, учеба. Дизайнер имеет полное право продать вещь по этой цене, потому что у него индивидуальный подход.

Кирилл Поздняков: Если я уверен, что мой товар стоит именно 300 долларов, я продвигаю себя, рекламирую. Преподнеси это таким образом, чтобы потребитель был готов отдать деньги за товар и знал, что он того стоит.

Мне кажется, рекламы и пиара белорусской моды мало.

Кирилл Поздняков: У нас нет фэшн-журналистов, которые умеют об этом писать. Один журнал и два портала пишут о моде с умом. Иногда СМИ просто не хотят писать об этом.

Виктория Наумова: Очень маленькая категория журналистов, которые могли бы об этом грамотно писать. Фэшн-журналист должен владеть темой и специализироваться на этом. Наш журнал не пишет обо всех, мы пишем только о тех, кто действительно достоин и интересен. Дизайнер должен стремиться сделать лучше, чтобы попасть на страницы журнала.

Как вы оцениваете вкусы и стиль обычных белорусов?

Виктория Наумова: У нас проблема с магазинами. Брендовых магазинов типа Mango очень мало. Если ты там одеваешься, это стыдно не потому, что там плохие вещи, а потому, что они встречаются на каждом встречном. Люди хотят одеваться стильно, но не знают, где это сделать.

Александр Киринюк: Например, женщине 50 лет, у нее 52 размер (а таких в Беларуси большинство), она хочет модно приодеться, но ей просто негде это сделать. Если она придет в "Паркинг" и спросит, сколько стоит платье, ей ответят "дорого", даже не зная, сколько у нее есть денег. Обслуживающий персонал не может качественно обслужить клиента, адекватно, культурно и тактично. Белорусы более ухоженные по сравнению с Европой. Черно-серый цвет – самый комфортный для работы. Многие работают на обычной работе, где не нужно выпячиваться и показывать свой доход. Многие женщины прячутся за черным цветом, комплексуя из-за своей фигуры, стесняясь быть ярким пятном среди черной массы.

Виктория Наумова: Белорусы одеваются сдержанно, потому что не могут купить себе много разных вещей. Если женщина что-то покупает, это должно быть универсально, сочетаться со всем гардеробом. Если бы была возможность покупать больше, если бы были магазины с недорогой модной одеждой, хорошо сочетаемой друг с другом, возможно, мы выглядели бы ярче, интереснее. 

Нужные услуги в нужный момент
-10%
-16%
-20%
-35%
-20%
-75%
-10%
-50%
-30%
20170626