109 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Оловянное войско. Как учитель из Гродно преподает школьникам историю с солдатиками и солидами
  2. Еще 68,9 млн долларов. Минфин в феврале продолжил наращивать внутренний валютный долг
  3. У бюджетников заметно упали зарплаты. Их обещают поднять за счет оптимизации численности работников
  4. Россия анонсировала в марте совместные с Беларусью учения. В том числе — под Осиповичами
  5. «Прошло минут 30, и началось маски-шоу». Задержанные на студенческом мероприятии о том, как это было
  6. У Марии Колесниковой истек срок содержания под стражей
  7. «Можно понять масштаб бедствия». Гендиректор «Белавиа» — про новые и старые направления и цены на билеты
  8. На овсянке и честном слове. История Марины, которая пришла в зал в 33 — и попала в мировой топ пауэрлифтинга
  9. Первый энергоблок БелАЭС включен в сеть
  10. Минздрав опубликовал статистику по коронавирусу за прошлые сутки
  11. Где поесть утром? Фудблогеры советуют самые красивые завтраки в городе
  12. «Соседи, наверное, с ума от нас сходят». У минчан с разницей в четыре года родились две двойни
  13. Автозадачка с подвохом. Разберетесь ли вы в правилах остановки и стоянки на автомагистралях?
  14. Как заботиться о сердце после ковида и сколько фруктов нужно в день? Все про здоровье за неделю
  15. Студентка из Франции снимала Минск в 1978-м. Показываем фото спустя 40 лет
  16. «Белорусы готовы работать с рассвета до заката». Айтишницы — о работе и гендерных вопросах
  17. Я живу в Абрамово. Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать
  18. Госсекретарь США назвал Лукашенко последним диктатором Европы
  19. «Один роковой прыжок — и я парализован». История парня, который нырнул в воду и сломал позвоночник
  20. «Я привыкла быть, как все. Но теперь это не так!» Как мы превратили читательницу в роковую красотку
  21. «Если вернуться, я бы ее не отговаривал от «Весны». Разговор с мужем волонтера Рабковой. Ей грозит 12 лет тюрьмы
  22. Акции в честь 8 Марта и заседание МОК по Беларуси. Онлайн дня
  23. «Хлеба купить не могу». Работники колхоза говорят, что они еще не получили зарплату за декабрь
  24. Минское «Динамо» обыгрывает в четвертом матче СКА в Кубке Гагарина. Онлайн
  25. Изучаем весенний автоконфискат. Ищем посвежее, получше и сравниваем с ценами на рынке
  26. BYPOL выпустил отчет о применении оружия силовиками. Изучили его и рассказываем основное
  27. Синоптики объявили желтый уровень опасности на 9 марта
  28. «Молодежь берет упаковками». Покупатели и продавцы — о букетах с тюльпанами к 8 Марта
  29. «Очень сожалею, что я тренируюсь не на «Аисте». Посмотрели, на каких велосипедах ездит семья Лукашенко
  30. «Ушло вдвое больше дров». Дорого ли выращивать тюльпаны и как к 8 марта изменились цены на цветы


Мы уповали на Лондонскую неделю моды изо всех сил. Мы просто устали от минимализма в несовместимых с жизнью и здравым смыслом количествах, о чем стенали в репортаже с Нью-Йоркской недели моды. Обзор лондонского мероприятия – сродни бегству из пустой комнаты, обитой белым войлоком. Да, тут все еще весело и вполне жизнерадостно, но, кажется, над самой нонконформистской столицей моды навис туман дизайн-унификации…

Ашиш есть? А если найду?

Дизайнер Ашиш Гупта решил пройтись по теме не новой, но до сих пор актуальной и контроверсивной. Глобализация и мультикультурализм! – слова, выцарапанные желчным граффити на аристократично обшарпанных стенах добропорядочной старушки Европы. Coca Cola! – яд, бегущий по невидимым артериям планеты. Арабская вязь! – пожалуй, самая яркая красная тряпка для умученного политкорректным силосом национальной идеи рахитичного теленка Объединенного Королевства. Скандальная коллекция, уместившая в себе противоречивые культурные символы современности; но кто их будет читать, если по первому делу в глаза бросается металлизированный блеск драной джинсы и леопард, пожирающий зебру?



Но можно толковать коллекцию и без этой истеричной праворадикальной драмы: сам дизайнер утверждает, что вдохновлялся крошечными магазинчиками в этнических кварталах, их хозяевами – индусами, арабами… Этакий гетто-стиль, настоящая жизнь большого города. Тем не менее перевод одной из арабских надписей на футболках "Спасибо, что пришли" отдает легкой иронией. Британский юмор, не иначе.



Мама, одолжи юбку

Свежесть коллекции Erdem – в играх с возрастом. Крой простеньких форменных платьиц и бунтарская, нарочито неряшливая асимметрия – продукт для целевой аудитории тинейджеров. Мастерское исполнение, изысканные ткани и сдержанная цветочная романтика – выбор элегантных мам, пришедших на выпускной нерадивого дитяти. Два разнонаправленных вектора вдруг столкнулись – получилось для Erdem не совсем типично, но узнаваемо: попытка вырваться из рутинного творческого мышления. Уже за одно это жирный зачет.





3-in-1

Проклятие принта не ослабевает: скоро все модные коллекции рискуют быть сведенными к одинаковым предметам одежды, различающимся лишь нанесенными изображениями. Вот и Giles не стал мудрствовать лукаво – и нанес на ткань снимки модного фотографа Глена Лачфорда. В таких "портретных" платьях легко затеряться – и в этом можно запросто убедиться, глядя на некоторые выходы. Очень уж монументальное приближение задал Джайлс Дикон.



Вторая часть коллекции – дань поп-культуре, незатейливой пиктограммке ярких губ и невыносимой легкости бытия жизни высокобюджетной нимфы. В третьей части слышен писк летучих мышей, хлопанье кожистых крыльев и проклятия. Так что Джайлс, вероятно, попытался угодить всем и сразу – мудрый с точки зрения продавца универмага ход. Но странный с точки зрения дизайнера.



Ботинок, который мечтал стать платьем

Об этом мог написать Андерсен – а рассказала Мэри Катранзу.

С принтами у Катранзу история иная, менее печальная, чем в целом по палате. Во-первых, она разрабатывает рисунки сама, во-вторых, раскрашивая полотно, умудряется выстраивать силуэт – и за счет особенностей кроя, и за счет принта. Тем и живет – и, в общем-то, пока успешно противостоит этим ярким безумием инвазии минимализма.



Ловкость рук – и никакого мошенничества: на платьях уверенно умещаются ремни, перфорации, вышивки, грандиозные молнии, шнуровки. Все они ложные, но прелесть их в том, что фальшивая вышивка никогда не затянется, ненастоящая молния не топорщится, а фальш-брюлик не требует уместного времени суток.

Принтованное новаторство Катранзу с годами перестало удивлять: куда ни плюнь, все ударились в принт. Но Мэри, похоже, сдаваться не собирается: посмотрите на платья, превращенные фантазией дизайнера в… туфли-броги или кроссовки, и поймете: впереди нас ожидает веселенький коммерческий сюрреализм.

Анатомия цветка

Кристофер Кейн, как любой бизнес-игрок, прекрасно понимает, что самая продаваемая тема весенне-летнего сезона в сегменте женской одежды – это цветы. Но как дизайнер противостоит цветочному засилью. Что получается, когда одна попа пытается уместиться на двух стульях? Получается веселая игра в дипломатию: делец оставляет в коллекции цветы, художник преподносит их в виде рисунка из учебника ботаники, предварительно вымыв всю романтику и расчленив на пестики и тычинки. Все по науке и без сантиментов.





Климат-контроль

Бравая Вивьен Вествуд всегда чем-нибудь озабочена: то арестом Брэдли Мэннинга, то – вот как сейчас – проблемами стремительно ухудшающейся климатической обстановки. Чтобы обозначить свою экологическую сознательность, она крупно пишет на слово Climate на футболках, а в остальном микроклимат ее коллекции остался тем же: немножко панка, смешанного с английской чопорностью (Anarchy in the UK: "Would you like some tea?" "No"). В остальном – все как обычно для Вествуд.

Грязный грим и танцы Лили Коул. Женственные цветочные платья, в эпоху быстрого потребления претендующие быть вневременными. Коллекция Vivienne Westwood Red Label со всем своим осуждением консьюмеризма и призывом покупать меньше, но лучше, ни в плохую, ни в хорошую сторону не отличается от прошлых – и тем самым подтверждает не словом, но делом: стабильность начинается с каждого из нас. Такая патетика.

Выбор нимфы

Объемы платьев в коллекции Джона Роша навевают ностальгию по старому доброму кутюр – хоть коллекция и ready-to-wear. Все чуть-чуть слишком: и силуэты, и декор, и милая бесполезность ажурных шляпок. Все так акварельно и ностальгично, что хочется немедленно надеть одно из платьев, накупить мейсенского фарфора и очаровательно хлопать ресничками. Чистый амбьянс!



Теория падающей юбки

У Симон Роша, однофамилицы Джона, весна и лето 2014 года – время драматичности, сексуальности и еле уловимой небрежности, неправильности. За это в полной мере отвечали хитро сконструированные юбки, якобы неплотно лежащие на бедрах и приоткрывающие не самые, но все же интересные места. Есть в этом какой-то уличный шик, облагороженный красивым исполнением – как и в чашках лифа, сложенных хитрым оригами. И юбках А-силуэта, разрезанных так, что сходу и не поймешь – то ли имитация баски, то ли карманы. И даже жемчуг здесь не буржуазен, а по-будуарному мил и кокетлив: а каким же еще ему быть, если он украшает… гольфики.





Точно в цель

Дэвид Кома для сезона весна-лето – 2014 вдохновился эстетикой кюдо – японской стрельбы из лука. Только настоящий сэнсей от мира моды может выцепить вдохновение в этой строгой на цвет и презирающей украшательство форме. В ней нет ничего особенного, но энергетика накрывает – так и с коллекцией, в которой нашлось место и излюбленным дизайнером корсетным модификациям, и коже, и аскезе этого атмосферного занятия. Наслоение дизайнерских приемов на чистоту японского мировосприятия дало закономерный результат: выверенность каждой линии, четкость силуэта, архитектура – и все это основано на трех с половиной цветах. Созерцание коллекции усиливает добродетели, гарантировано!





Чио-Чио-Сан VS (I Can’t Get No) Satisfaction

Еще один восточный вектор, потянувшийся в Японию, – у дизайнера L'Wren Scott, известной не только модельной и дизайнерской карьерой, но и романом с Миком Джаггером. В ее осовремененных вариациях кимоно и элементов традиционной одежды есть небольшой минус – изрядная доля опереточности. Но некоторые преувеличения не могут скрыть по-настоящему красивых цветовых сочетаний и силуэтных решений. Нет, здесь отсутствует вульгаризация и попытка поэксплуатировать достоинства проверенной временем культуры – скорее, это живой и слишком сгущающий краски взгляд женщины, которая живет в ритме непрерывного рок-н-ролльного калейдоскопа и не привыкла к полунамекам.

 

 


 

 

Чертовы куклы

Meadham Kirchhoff! Дуэт Эдварда Медхема и Бенджамина Киркоффа и их результаты трудов редко оставляют равнодушными. Чересчур кукольную эстетику показов (да и создаваемой одежды) дизайнеры умудряются оживить и накачать иронией так, что получается… панк, нашпигованный аллюзиями. Так и в этот раз: викторианские кружавчики и пеньюарчики, корсетики, ленточки (все с уменьшительно-ласкательными суффиксами, непременно!) и сверхобъемные куртки и пальто, агрессивная змеиная фактура… Для сильных духом, в общем.





В лоскуты!

Непонятно, о чем? Коллекция Duro Olowu – о лоскутных одеялах, бабушкиных ситцах, благословенных 70-х и гиперобъемах. Богема, одним словом. И презрение к глобальным модным тенденциям – пожалуй, это и есть самое примечательное в увиденном.





Сальвия, сальвия, светлого мая привет!

Jonathan Saunders is love, психоделия и цветы, цветы и психоделия! Нет, здесь, пожалуй, нет никаких намеков на 70-е или синт-культуру 90-х, но эти огромные цветы так сияют, так поражают своими размерами, что хочется съежиться до размеров пуговички и не нарваться на полицию. Дизайнер, работая с цветами, лишает их романтичности: это чистая галлюцинация. Попутно он строит практически всю коллекцию на цвете, но не забывает и о том, что одежду делают швы и ткани, в том числе. Здесь есть интересно реализованные горловины и сочетания фактур – и, пожалуй, этого достаточно. Галлюцинация – штука опасная, ее перегружать не стоит.





Noblesse oblige

От красоты коллекции Temperly London хочется зажмуриться. Алиса Темперли создала оду аристократичности – и смогла придать ее даже леопардовому принту. А это сделать очень и очень сложно, особенно если смешивать его с лиловыми цветочками. Но ведь в этом, кажется, и заключается главное достоинство аристократии: в любой непонятной ситуации сохраняй невозмутимость и уверенность в себе.







…Итак, лондонские подиумы опустели, и вся фэшн-братия перебралась в Милан. И мы – непременно – расскажем и покажем, чем порадует (или удручит) город, мужчинам известный одноименным футбольным клубом, но в женских сердцах всего мира зафиксировавшийся как столица моды.

 

-15%
-10%
-25%
-7%
-20%
-40%
-12%
-20%
-25%
-20%
-5%