• Делай тело
  • Вкус жизни
  • Отношения
  • Стиль
  • Карьера
  • Вдохновение
  • Еда
  • Звезды
  • Анонсы
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС
Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Стиль


/

Если в Нью-Йорке мы обычно шалеем от своеобразной эстетики американского дизайна, в Милан на всякий случай берем с собой микроскоп, чтобы разглядеть самый крошечный шов – самостоятельное произведение искусства, а в Лондоне от души веселимся, то в Париже все иначе.

Здесь нужно разбираться в хитросплетениях назначений в модных Домах: все напоминает раздробленную средневековую Европу с ее удельными князьками, которые то приходят, то уходят, оставляя после себя славословия в летописях, но чаще – дымящиеся руины. Рулят всем этим в модной Франции буквально несколько человек, а дизайнеры – что ж… Это всего лишь назначенные на время селебрити, король умер, да здравствует король, который потом, конечно же, тоже умрет. Тому есть немало примеров. Но чтобы окончательно не захлебнуться в мутной пене теории теневых правительств и мыслях о тлене,– смотрим на парижский подиум сезона осень-зима 2013/2014 и те красоты, которые пронеслись по нему модным вихрем. Voila!

Он просто любил МХК

В качестве аперитива у нас Jean-Charles de Castelbajac. У него – юбка с мертвой Офелией, двойная голова и нагрудная лиса. Ну и по мелочи – принты с колюще-режущими предметами.

Офелия не просто утонула. Ее еще и плиссировали. Обидно, должно быть. Эта коллекция, несмотря на совершенно приличные выходы (а они были!), как женщина с бородой – дело вкуса, но мы вам на всякий случай показываем.

Haute Gzhel

Дизайнеры Дома Valentino Пьерпаоло Пиччоли и Мария Грациа Киури последовательно играют в вариации кодов, оставленных Валентино Гаравани. И в случае с Valentino здесь нет риска быть уличенными в чрезмерной коммерции и презрении к искусству: Гаравани вряд ли кто назовет революционером моды, всю свою творческую энергию маэстро аккумулировал в векторе женственности.

Поэтому нынешняя коллекция Дома Valentino, который принадлежит теперь катарской королевской семье, вся об эстетике хорошей девочки: короткие школьные форменные платьица с белыми кружевными воротничками, цветастые ткани, разбавляющие казенный серый, черный и синий, техника ришелье и сложные цветочные аппликации.

Одно из платьев даже похоже на гжель, но это чисто славянские ассоциации, еще раз доказывающие, что степень нелепости чего бы то ни было существует не сама по себе, а только в сознании отдельно взятой персоны. Все здесь предназначено для продажи, все – для комплектации красивого гардероба. А красивые вещицы, как ни крути, нужны всем без исключений.

Из астрала с любовью, всегда Ваша, Кавакубо

Реи Кавакубо (COMME des GARÇONS) создала коллекцию о бесконечности портновского искусства. Причудливые формы, не имеющие никакого отношения к повседневной одежде, миллионы защипов и мириады тканевых роз, узлы, формирующие неожиданные объемы рукавов, хаос лоскутов, не поддающихся исчислению, – очередная серия авангардного эпохального полотна Кавакубо в эфире.

Иногда это кажется странным – прилагать свои усилия и мастерство к тому, что носить в жизни невозможно. По крайней мере в этой, привычной для нас жизни – но где-то есть параллельная вселенная, где бесконечность портновского искусства Реи Кавакубо является эталонной.

Кавакубо утверждает, что кроем можно создать цвет – и здесь, в данном измерении, это противоречит здравому смыслу и законам физики. Поэтому реакции на ее коллекции очень предсказуемы: 95% крутят пальцем у виска, 5% одобрительно хлопают.

Saint Laurent: теперь масс-ма-а-аркет!

Эди Слиман, сделавший неплохую первую коллекцию для Дома, который многие по привычке называют Yves Saint Laurent, со второй, кажется, просто-напросто облажался. Его попытки омолодить модный Дом и охватить как можно большую целевую аудиторию могут вызвать разве что недоумение и разочарование.

Гранж сегодня в моде, верно, но нужно учитывать, что сегодняшний модный гранж – это не тот анахронизм клетчатых рубах, которые носил Курт Кобейн. У Слимана нарисовалась удивительная в своей неблагополучности коллекция: она шокирует старую гвардию, привыкшую к богемному лоску Ива Сен-Лорана и его последователей. И она не вызывает теплых чувств у молодежи, которой стоит предлагать что-то более умное и неочевидное, чем забытый true-grunge.

Попытка уместиться на двух стульях усугубляется еще и тем, что Эди Слиман сделал невероятное и дурацкое, скопировав масс-маркет-бренды, а ведь обычно бывает наоборот. От старого доброго YSL здесь остались разве что бантики, но этого крайне мало для того, чтобы ослепительная красота, бывшая незыблемым ориентиром этого Дома, заиграла с этой дизайнерской "археологией" на равных. Начав с вербальной деструкции и переименовав бренд в Saint Laurent, Слиман продолжил сокрушать устои Дома. Наверняка в надежде, что однажды его назовут революционером, но расчет в данном случае неверен.

Такими темпами Дом Saint Laurent, входящий в модный холдинг PPR, оставит социалиста Олланда наедине с его мыслями о 75% миллионных состояний в пользу налогового бюджета: масс-маркет по цене люкса продается плохо. Какая четкая стратегия, какой дальновидный саботаж!

Это монумент или надгробная плита?

Самый обсуждаемый и ожидаемый дебютант этого сезона – Александр Ванг для Balenciaga – оказался более тактичным и щепетильным по отношению к архивам Дома, пригласившего дизайнера "на царствие".

Ванг, как почтительный ученик, совершил оммаж с чувством собственного достоинства: Кристобаль Баленсиага, которого часто называют архитектором моды, обзавелся здесь мемориальными метафорическими прожилками мрамора (как на подиуме, так и принтами на тканях). Но главное – это чистота линий и аристократичность. В этом Ванг действительно преуспел.

Николя Гескьер, сам по себе откровенно неплохой дизайнер, в контексте модного Дома Balenciaga архивы изучать не любил и делал нечто гиперактуальное, порой авангардное, не претендующее на "застрять в вечности". Как одаренный, но нерадивый ученик. За это и поплатился – вместо него пришел Ванг, из молодых да ранних. От него ожидали коммерческую и осторожную в обращении с хрупким наследием Дома коллекцию – и все получилось именно так. В этом нет ничего плохого, со своим уставом в чужой монастырь не ходят.

Хотя вот Слиман, как мы уже увидели выше, с народной мудростью не согласен.

Хотя сторонники Гескьера могут злорадствовать, что Ванг выпустил на подиум ходячие могильные плиты для Кристобаля.

Хотя… Не все ли равно, что пишет пресса, если несколько выходов и впрямь изумительны и словно самим Кристобалем созданы?

Уроки рисования в Dior

Еще один прилежный ученик – Раф Симонс за партой Дома Christian Dior. В прошлом году он пришел на смену Гальяно, и пресса автоматически назначила его и Слимана идейными и эстетическими противниками. В первом раунде Слиман, пожалуй, обошел Симонса: последний был чересчур минималистичен и осторожен.

Его политика тихого хода по тонкому льду стала очевидна в этом сезоне, когда дизайнер ввел в свои по-прежнему лаконичные силуэты ранние рисунки Энди Уорхолла. В этом был его реверанс отцу-основателю: Диор некоторое время держал галерею современного искусства. Что до остального, он все так же аккуратно ввел требуемое количество нью-лук-силуэта, чтобы показать верность присяге, кое-где неожиданно проинтерпретировал его в коже, чтобы показать, что он чертовски смел и креативен… и продолжил штамповать минимализм.

Это все еще странно: креативный директор Дома Dior – минималист. Это даже необъяснимо. Но на фоне провала Слимана в Saint Laurent такая чистота линий кажется благословением Божьим. Он старается, очень старается, и в этот раз получилось куда как лучше, хотя вопрос, где находится та Долина Уродливых Туфель, откуда он взял обувь для показа, остается открытым.

С помощью Божьей

Самая лаконичная коллекция – рассуждения Сары Бертон на тему англиканской церкви и ангелов в десяти выходах – получилась у Дома Alexander Mcqueen. Мы уже который сезон наблюдаем за шагами Сары на посту креативного директора неординарного Дома Mcqueen, и пока она не дает повода усомниться в том, что ее старательность, талант и уважение к ДНК Дома не нарушают демаркационные линии.

И снова – украинский след!

Garet Pugh – еще одна чудесная страшилка современной моды наравне с Томом Брауном. Гарет дружит с Дианой Перне, мастерит чехол для водки "Абсолют" в виде летучей мышки и, кажется, совершенно доволен тем, что мир есть тьма и хаос. Потому что иначе ему не о чем было бы творить.

Но в этом сезоне Гарет обернулся к свету. Зыбкому, дрожащему и размытому, но все же свету. Он оставил свою архитектуру и графику и добавил мягкие фактуры ткани и женственные драпировки. Та женственность, которую изобрел дизайнер, уже не пугает и отталкивает, как это было с прошлыми его коллекциями, ценили которые только очень, очень редкие любители жестокого нуара. Сегодня Гарет продвигает новую идею – не несущая хаос ведьма, но принцесса из сказки в жанре dark-romantic.

Чудно было бы оставить коллекцию просто так, без комментариев, но дизайнер не удержался: "Мы нашли информацию о племени женщин Асгарда. Они потрясающие, они вдохновляют. Они живут в Карпатах и отстаивают автономию от мужчин".

Романтизированный и перевранный взгляд на современное боевое искусство-танец мы уже видели в этом сезоне: Прабал Гурунг в Нью-Йорке тоже вдохновился этими современными мифологемами. Что же стало причиной того, что не самая растиражированная периферийная история появилась в коллекциях аж двух топовых дизайнеров?.. Одна из самых красивых загадок сезона!

Почему-то Гарет снова не устоял против пакетов для мусора в качестве нетрадиционного материала для одежды и явил нам несколько драматичных платьев. Художник так видит, и потом, мало кто в мире может соорудить шуршащий вечерний выход из рулона-другого черных пакетов.

Вскрытие показало

Обыкновенно, заслышав извещение "Японская дизайнерская мысль", мирное население бежит прятаться в подвалах. Но это была, к счастью, не та ситуация, и все обошлось без щупалец, роботов-шлюх и игривых матросских костюмчиков.

У Undercover была самая веселая коллекция из котиков, глазиков, внутренностей и ребер. Согласитесь, нарисованная в стиле примитивизма вскрытая грудная клетка все-таки не так страшна, как роботы-шлюхи. Рассуждать особо не о чем, здесь – без претензий на высокую моду. Просто – забавно, радостно и немного по-детски, как и полагается хулиганскому панк-перфомансу. И здорово, что на парижском подиуме этому нашлось место.



Всё! 6 марта последняя из четырех главных Недель моды завершилась в Париже, оставив привкус шика и легкой паранойи. Есть время отдохнуть – до нашей, родной, Белорусской недели моды: там тоже одна-другая интрига да будет.

Нужные услуги в нужный момент
-15%
-90%
-20%
-60%
-50%
-30%
-30%
-20%
0056673