• Делай тело
  • Вкус жизни
  • Отношения
  • Стиль
  • Карьера
  • Вдохновение
  • Еда
  • Звезды
  • Анонсы
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС
Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Житейские советы


Катя Пытлева,

Бренды Levi's и Victoria's Secret последовали примеру Zara, Benetton, Nike, H&M, Adidas, Mango, Puma, Uniqlo и Esprit и решили принять участие в программе Detox, организованной Greenpeace.

После того как в прошлом году международная природоохранная организация Greenpeace выпустила пугающий отчет о том, что в продукции большинства производителей одежды содержатся опасные для здоровья химикаты, многие повинные бренды начали медленно, но уверенно модернизировать свое производство.

Однако на территории Беларуси опасная для здоровья и экологии одежда этих марок продается до сих пор. Что уж говорить об одежде неизвестного происхождения на стихийных рынках и в интернет-магазинах частников?

В эфире TUT.BY-ТВ в дебат-шоу "Угол подозрения" мы постарались выяснить, насколько опасна одежда, продающаяся на территории Беларуси, какими последствиями может грозить неразборчивость, куда нести подозрительные вещи и можно ли наказать недобросовестных продавцов?



В дискуссии приняли участие: Марина Качук, кандидат медицинских наук, доцент кафедры дерматологии Белорусского государственного медицинского университета; Дарья Чумакова, сотрудник программы по экологически дружественному образу жизни Центра экологических решений; Тамара Гришина, эксперт общественного объединения "Белорусское общество защиты потребителей".

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать аудио (25.54 МБ)

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Открыть/cкачать видео

Почему многие европейские страны так переполошила исследование Green Peace? Там прошли многочисленные кампании, а в Беларуси тишина, хотя эти марки продаются и на нашей территории.
Дарья Чумакова:
Мы еще не дошли до такого уровня, когда мы ассоциируем свое здоровье с тем, что мы едим, носим, вдыхаем. В Европе это происходит быстрее, потому что у них развита экологическая маркировка. Это показатель того, что у людей есть спрос на экологические товары. Мы только подошли к этому этапу, но на данный момент экологическая маркировка разрабатывается только для обуви. Для одежды этот вопрос остается открытым.

Есть ли исследования одежды, которая продается на территории Беларуси?
Дарья Чумакова:
То, что продается на территории Беларуси в принципе аналогично тому, что продается на территории ЕС. Производители одни и те же. Мы носим эти бренды, не задумываясь о том, насколько это будет вредить нам, окружающей среде и потом опять снова нам.

Марина Качук: Аллергические заболевания растут во всем мире, а у нас особенно, потому что Беларусь не очень благоприятна по климатической зоне. У нас холодно и сыро. Мы пережили чернобыльскую катастрофу, ее нельзя сбрасывать со счетов. Поэтому аллергических патологий у нас даже больше, чем в некоторых европейских странах. 70% детей, которые рождаются сегодня, аллергики. А в процессе жизни аллергизация накапливается. Участились случаи аллергических реакций у людей. Приходят люди 70 лет с жалобами и говорят, что никогда раньше ничем не страдали. Причина в том, что мы едим, вдыхаем, носим.

Тамара Гришина: У нас были обращения, но они редки. Как таковых исследований по показателям вредности и безопасности мы не проводим. Это делают аккредитованные лаборатории и центры Минздрава. К нам же обращаются за рекомендациями и советами.

У нас есть комментарий от Екатерины, она специалист по сертификации: "Могу вас уверить, что и предыдущие годы, и сейчас требования к качеству одежды были и есть очень высокие. Процедура сертификации товаров подразумевает лабораторные испытания ввозимой продукции. Материал, вызывающий аллергию, не пройдет испытания. Но не все продавцы ширпотреба получают весь пакет документов. Кто-то игнорирует отказы и торгует этой продукцией. И многое еще зависит от степени восприимчивости". Какие основные требования предъявляются на данный момент продавцам одежды? Пообщавшись с частными предпринимателями, я узнала, что им совершенно не обязательно сертифицировать свой товар. Они могут его просто продавать.
Дарья Чумакова:
С августа 2012 года по детской одежде введен технический регламент Таможенного союза о безопасности продукции для детей и подростков. Согласно этому регламенту вся детская одежда для детей и подростков до 15 лет, продающаяся на территории Таможенного союза, подлежит обязательной сертификации. В том числе на рынках. Вся продукция, где бы она ни продавалась, обязана быть сертифицирована.

Марина Качук: Дерматиты могут возникать из-за краски, а не из-за качества ткани. Если ткань синтетическая, люди, страдающие экземой, нейродермитом, практически сразу это чувствуют. Когда вещь соприкасается с кожей, усиливается краснота, появляется зуд. Любые химические вещества могут давать аллергические реакции. Но аллергия уникальна: у одного может возникнуть, а у сотни других людей – нет. Может быть аллергия только на орехи от одного дерева, на яйцо от одной курицы. Если вещества вредные, они будут вызывать аллергию не у одного из сотни, а у 80 из ста.

Тамара Гришина: Бывает, и натуральная вещь дает аллергические реакции. Был пример с шерстяной вещью, ведь шерсть тоже обрабатывается, используются химикаты для дополнительных отделок.

Марина Качук: Когда у маленьких детей начинаются аллергические реакции, сначала начинается экссудативный диатез, потом детская экзема и атопический дерматит. Мы предупреждаем родителей, что вещи надо стирать только детским порошком и потом прополаскивать два раза или вообще стирать детским мылом. Атопия в переводе означает наследственность, предрасположенность. Ребенок рождается предрасположенным к заболеванию, несмотря на то, что беременность и роды прошли нормально. Ему только месяц, он без дополнительного вскармливания питается маминым молоком, а у него сыпь. Тут начинаются проблемы: мама должна соблюдать диету. Памперсы мы таким детям тоже запрещаем, потому что на них тоже аллергия.

Покупая ребенку что-то в магазине, надо это обязательно простирать. Белье однозначно.

Чья одежда вызывает опасения белорусских экологов?
Дарья Чумакова:
Опасения экологов вызывает любая одежда, которая не маркирована знаком экологической сертификации. Любые ткани, прежде чем быть изготовленными и превратиться в одежду, проходят обработку против усадки, на приобретение каких-либо новых свойств, против сминаемости, для блеска, шелковистости. Все это воздействия химических веществ. Очень часто эти вещества не выполаскиваются на сто процентов. Когда одежда сертифицируется, смотрится, сколько остатков этих веществ, в опасных ли количествах. Опасения экологов вызывают остатки этих веществ: если на данном этапе не доказано их вреда, это не значит, что через 10 лет мы не схватимся за голову, потому что окажется, что они вызывают рак. Когда кто-то через 10 лет получит онкологическое заболевание, никто никогда не подумает на ту кофточку, которую носил в молодости.

Поэтому экологи обеспокоены теми веществами, которые разрешены для использования во всем мире. В Беларуси производят порядка 56 млн трикотажных изделий.

Наши пользователи сомневаются в красоте и модности белорусской одежды, но мало кто сомневается в ее качестве. Экологи поддерживают это мнение? Наша одежда вызывает меньше опасений, чем китайская или турецкая?
Дарья Чумакова:
К сожалению, таких исследований нет. Для этого нужны независимые лаборатории, а у нас их нет. Опять же, после того, как проведены независимые исследования, все сразу же ставят их под сомнение, насколько они легальны и правомерны. К любому производителю надо подходить внимательно.

Каким образом, глядя на одежду, можно понять, что не стоит ее покупать?
Тамара Гришина:
Не все сразу можно определить. Самое главное, чтобы была информация о товаре, был указан состав, символы по уходу. На внешний вид тоже надо смотреть. Если у вещи кривые строчки, швы вылазят, это значит, что одежда пошита не на производстве. Вообще белорусские товары я бы предпочла импортным, потому что у нас на предприятиях есть контроль, проводятся исследования. У нас есть ГОСТы, в которых указаны нормативные допуски.

В таможенном регламенте, помимо детской одежды, прописаны нормы для изделий бельевых, корсетных, купальных принадлежностей, постельного белье и чулочно-носочных изделий первого слоя. На эти группы товаров должна быть обязательная сертификация.



Кто в группе риска?
Марина Качук:
Люди, которые страдают аллергическими заболеваниями, экземой, нейродермитом. Но такие люди сами предпочитают хлопок или лен, по крайней мере, в том, что соприкасается с телом. Что касается краски, то тут не угадаешь.

Стоит ли опасаться, что вредные вещества накапливаются в организме, вызывают рак?
Марина Качук:
Конечно. Вы знаете, какая у нас катастрофа с онкопатологией. Чернобыль запустил аллергизацию и онколпатологию. Мы – то, чем мы дышим, что мы носим и что едим. Красители, фенолформальдегидные смолы – мощнейшие канцерогены. Просто быть не может, чтобы они были абсолютно безопасными. Дозы малой радиации никуда не ушли, и все накапливается, как снежный ком.

Green Peace начал бить тревогу не только из-за здоровья человека. Стирая вещи, человек вымывает из одежды грязные вещества, которые попадают в окружающую среду. Какова ситуация в Беларуси с производством, стиркой токсичной одежды?
Дарья Чумакова:
Ситуация в Беларуси примерно одинаковая, как в мире. Для производства одной хлопковой мужской рубашки тратится примерно 1 тысяча литров воды. Это только вода, а есть еще куча других ресурсов: электроэнергия, поля, на которых выращен хлопок. При производстве огромные выбросы в воздух, в воду. Чтобы к вам на прилавок попала одежда, ее нужно приготовить: из нее нужно вымыть химические вещества, которые использовались при производстве. Поэтому первый этап загрязнения – производство. Второй этап – когда мы свои вещи стираем сами. Мы домываем вещества, которые не домыли на производстве и которые попадают в общий круговорот воды, а потом в водоемы. После этого все аккумулируется водорослями, их ест рыба, а рыбу – опять мы.

Кампания Green Peace направлена на токсилиновые нонилферолы. Их опасность пока не доказана для человека, но она доказана для водных организмов, потому что разрушает эндокринную систему. Фактически рыба теряет возможность воспроизводства. Если такой эффект обнаружен для рыб, не исключено, что он потом обнаружится и для людей.

Допустим, у меня на руках есть вещь, которая вызвала у меня аллергию, или мне стало плохо после ношения этой вещи. Куда мне обращаться? Могу ли я кого-то наказать за это?
Тамара Гришина:
Получается, вещь человека небезопасна. Но мы проводим экспертизы по дефектам внешнего вида. Наличие примесей, вредных веществ изучают лаборатории Минздрава. Они и отвечают за эти вопросы.

Марина Качук: Аллергия не всегда проявляется в виде контактного дерматита. Сейчас появились заболевания не чисто аллергической природы, опосредованные. Допустим, женщина купила кофточку, начала ее носить, а у нее покраснели веки. Естественно, она подумает, что это реакция на косметику. Но есть женщины, которые не пользуются косметикой. Это называется периорбитальный дерматит. Еще может начаться слезотечение, тоже из-за этой вещи. Могут появиться небольшие красные пятна на лице. Сложно связать это с какой-то вещью. Поэтому когда ко мне приходят такие пациенты, я всегда уточняю, была ли куплена новая вещь. Это может быть даже цветок в доме, зубная паста, духи, дезодорант. Все настолько индивидуально!

Можно ли обратиться к экологам? Ведь анализы, чтобы протестировать одежду, очень дороги.
Дарья Чумакова:
Действительно, одно исследование может стоить от 100 тысяч, в зависимости от того, на какой элемент тестировать. Полный спектр тестов одной единицы одежды может обойтись в 2-3 млн . При этом ее полностью разрушат, то есть она к вам не вернется. Вернуть деньги можно будет, только подав в суд на производителя или продавца, если там будут превышены предельно допустимые нормы. Только в этом случае у вас будет возможность оплатить экспертизу, исследования, обращение в суд.

Теоретически можно обратиться к экологам. Мы были бы заинтересованы в случаях, когда потребители выигрывают суд против продавцов. Если потребители начнут требовать, чтобы производители изменили условия содержания опасных веществ, производители отреагируют на это. После кампании Green Peace Detox и недовольства потребителей производители обязались к 2020 году полностью избавиться от веществ, против которых выступает Green Peace.

Тамара Гришина: Вещь может вызывать аллергическую реакцию у одного человека, а у другого – нет.

Но ведь это я купила вещь, и мне навредили. Я не могу за это никого наказать?
Марина Качук:
Ко мне приходили пациенты с жалобой на кремы. У них начиналась аллергическая реакция, я писала заключение, и они возвращали деньги. Но если аллергическая реакция произошла на медикамент, купленный в аптеке, их никто не возьмет обратно. Одна женщина покрасила брови в парикмахерской, а сейчас лежит с тяжелым аллергическим дерматитом. Все индивидуально: 10 женщин покрасили, у них все нормально, а у нее так случилось. Но людям, у которых в анамнезе есть аллергические заболевания на что-то (продукт, медикамент, что-то вообще), надо быть острожными даже в выборе одежды. Они должны смотреть этикетки, состав. Надо выбирать вещи с биркой, чтобы кому-то потом можно было предъявить претензии.

Тамара Гришина: Проверить на красители можно, 5 раз потерев поверхность белой хлопчатобумажной тканью.
Дарья Чумакова: Покупая любую вещь, обязательно сохраните чек. Если вы купили детскую ночную рубашку яркого цвета, и постельное белье, после того, как ребенок в нем поспал, окрасилось, это товар некачественный, вы можете его вернуть. Окрашивание недопустимо в данном случае, потому что это детская вещь и к тому же нательная. Если продавец не захочет, вы можете потребовать экспертизу производителя.

Тамара Гришина: Должны быть контролирующие органы, которые периодически проверяли продавцов, определенную группу товаров. Почему бы не потребовать сертифицирующую документацию у человека на рынке? В сертификате должен быть отображен тот показатель, который его интересует: устойчивость к поту, окрашиванию.

Есть ли какие-то рекомендации у экологов по приобретению одежды?
Дарья Чумакова:
Надо быть предельно внимательным, смотреть, что вы покупаете и где, за какие деньги и для кого. Если есть немного объемные принты, и при сминании они дают маленькие трещины, это ПВХ-обработанные фталатом. Это вредно для растущего организма и не очень полезно для взрослого, потому что разрушает эндокринную систему. Велик шанс, что в будущем будут нарушения гормональной системы. Смотрите, кем произведен товар. Смотрите на состав. Прочитайте ярлык, не поленитесь и постарайтесь потрогать на ощупь. Часто производители пишут в составе одно, а в итоге оказывается совсем другое. Мало кто знает, что на ярлыке 100% у европейских производителей будет содержаться до 50% хлопка.

Экологи, которые ратуют за вторичное использование, поддерживают секонд-хенды. Но некоторые боятся идти в секонды, потому что одежда может навредить их здоровью.
Марина Качук:
Если вещь носил больной чесоткой, и вещь не обработана, то человек, купивший вещь, заразится. Если вещь прошла обработку, выбор зависит от человека. Честно скажу, я не знаю, проходит ли каждая вещь там обработку. Грибковых заболеваний, чесотки не так много. Заразной кожной патологии у нас очень мало. Но грибы в обуви очень устойчивы, живут десятилетиями, устойчивы к радиации, ионизирующему, ультрафиолетовому излучению. Если обувь носил человек с больными ногтями, с микозом, то другой гарантированно заболеет. Чтобы провести обработку обуви, нужен 40% раствор формалина, влажным тампоном изнутри обработать обувь, оставить в носках обуви. Затем поместить обувь пакет в пакет, плотно завязать и оставить в теплом месте на 2 часа. Потом достать и проветрить. Тогда обувь обеззаражена. Я сомневаюсь, что ее так обрабатывают.

А как надо обрабатывать одежду?
Марина Качук:
Если вещь постирать и прогладить, то ее можно носить. Но там продаются и шубы, и дубленки… Тогда надо с внутренней стороны прогладить через влажную марлю, особенно в местах соприкосновения с кожей. Я не против секонд-хенда, только надо обработать вещи, как положено. У меня была масса больных, которые покупали обувь, и даже через колготки, носки у них развивался дерматит и экзема.

Дарья Чумакова: Я бы посоветовала держать себя в руках, когда вы видите скидки, и не покупать огромное количество одежды, которая вам не нужна. Среднестатистический гражданин мира ежегодно выбрасывает 25 кг текстильных вещей. Пусть вы купите одну вещь, но вы будете ее долго носить и очень любить. По статистике 30% гардероба не носится и висит для красоты.
 

Нужные услуги в нужный момент
-60%
-20%
-30%
-15%
-15%
-40%
-20%
-20%
-15%
-10%
0056673