• Тело
  • Вкус жизни
  • Отношения
  • Стиль
  • Карьера
  • Звезды
  • Вдохновение
  • Еда
  • Анонсы
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС
  1. Биатлонистка Блашко рассказала, как ей живется в Украине и что думает о ситуации в Беларуси
  2. Глава бюро ВОЗ в Беларуси: «Возможно, в 2022 году мы сможем сказать, что с пандемией покончено»
  3. «Дешевле, чем в секонде». В модном месте Минска переоткрылся благотворительный магазин KaliLaska
  4. Что сулит Беларуси арест украинской «трубы», которую в 2019 году купил Воробей?
  5. «Люди с дубинками начали бить машину, они были везде». Судят водителя, который уезжал от силовиков и сбил гаишника
  6. Требования дать «план победы» — это вообще несерьезно. Ответ Чалого разочарованным
  7. «Хватали всех подряд». Появилось полное видео действий силовиков 11 августа в магазине на Притыцкого
  8. «Самая большая покупка — 120 рублей». История Маргариты, которая работает продавцом в деревне
  9. «Политических на зоне уважают». Поговорили с освободившимся после 6,5-летнего срока политзаключенным
  10. «Произойдет скачок доллара — часть продуктов может исчезнуть». Вопросы про ограничения в торговле
  11. Экономист: Есть ощущение, что сменись Лукашенко даже на силовика, часть людей вернется в Беларусь
  12. Лукашенко поручил госсекретарю Совбеза разработать план противостояния «змагарам и беглым»
  13. Верховный суд отменил летнее решение о сутках. Районный суд рассмотрел дело заново и опять назначил арест
  14. Беларусь оказалась между Тунисом и Кувейтом по готовности к развитию передовых технологий
  15. Адвокат Статкевича отказался дать подписку о неразглашении, теперь его могут лишить лицензии
  16. Верховный комиссар ООН: В Беларуси беспрецедентный по масштабу кризис в области прав человека
  17. Поставщики сообщили о сложностях у еще одной торговой сети
  18. Жила в приюте для нищих, спаслась после теракта в США. Женщина, которая перевернула российскую «фигурку»
  19. «Магазины опустеют? Скоро девальвация?» Экономисты объяснили, что значит и к чему ведет заморозка цен
  20. «Стояла такая тишина, что можно было услышать жужжанье мухи». Как Хрущев развенчал культ Сталина
  21. Нацбанк ввел изменения для желающих открыть счета за границей, купить недвижимость или ценные бумаги
  22. Минское «Динамо» играет в гостях с рижскими одноклубниками. Онлайн матча
  23. «Они только успели поставить машину на платформу». Минчанин отказался платить за эвакуацию, и вот чем это закончилось
  24. Погибшего Шутова признали виновным, Кордюкову дали 10 лет. По делу о выстреле в Бресте огласили приговор
  25. 10 лет по делу о выстреле в Бресте. Что рассказывают родные осужденных и адвокат
  26. Журналистика не преступление. Как Катерина Борисевич готовила статью о «ноль промилле», за которую ее судят
  27. Проверка слуха: Виктора Бабарико отпустили под домашний арест? Адвокат не подтверждает
  28. Доклад о Беларуси в Совете ООН и обвинительный приговор Шутову. Что происходит в стране 25 февраля
  29. Как сложилась судьба участников групп, известных в 1990-е и 2000-е? Оказалось, очень по-разному
  30. Гинеколог и уролог называют типичные ошибки пациентов на приеме. Проверьте, не совершаете ли вы их


С возрастом привыкаешь к довольно узкому кругу людей, которых считаешь своей стаей.

С кем-то вы связаны нитями общей памяти, пройденными дорогами, выпавшими молочными зубами. С другими — радостью знать друг друга еще по почерку, по парте, кривому росчерку в тетради в клеточку, где поля — под линейку, а мечты — под копирку, и пройдет еще много времени, прежде чем вас разнесет в разные стороны, но вы все равно останетесь теми, кем были «до» — живыми, смешными, нежными, беспричинно счастливыми, безусловно любимыми, безоружными, чистыми.

С третьими — познакомились совсем недавно, уже за тридцать, за сорок, но как-то сразу основательно и прицельно: похожие шрамы, опыт, взгляды на жизнь, цели и чувство локтя.

В этих связях и в этих людях ценишь и бережешь не громкость имени и количество страниц в поисковой выдаче, а крепкое знание, что с ними не нужно врать. Подстраиваться под их представление о тебе, бояться из него вывалиться, не дотянуть — что отклеится ус, заблестит на жаре нос, съестся помада и некрасиво размажется по нижнему веку тушь, прости Господи.

Я всегда очень четко различаю для себя, с кем — о работе, пирогах и книгах, а перед кем — вывернуться наизнанку, к кому — приползти с выдранным клоком шерсти, попросить пожалеть. Очень чувствуется, для кого ты статичный образ, счастливый и сильный (крайне редко имеющий нечто общее с реальной тобой), а кто — готов принимать тебя и в горе, и в радости, и в остатке и в сладости, и в невыносимой легкости — и в невыразимой тяжести бытия.

Это — безопасные люди. Люди, которые знают цену доверию и боли, молчанию и активным действиям, словам и поступкам, уместным в данный конкретный момент. Люди, при мысли о которых не становится муторно от заранее известной реакции, годами разыгрываемой как по нотам: хмыкнуть, скривиться, уйти в нотацию, закатить глаза. Вот таким, из последних, проще не сказать, чем потом объяснять, продираясь через упреки, как через розарий, поминутно останавливаясь, чтобы перевести дух, не слететь с катушек от раздражения, выковырять шипы.

Ты живешь один раз, и однажды тебе перестает быть нужным, чтобы кто-то постоянно указывал тебе, что ты делаешь не так — пусть даже из самых светлых и искренних побуждений. Подобная «доброта» хуже самого токсичного растворителя — не дает никаких опор, но все больше расшатывает и мешает; звуковыми помехами врывается в твой эфир, цепко хватает за ногу чувством вины и силками «надо». «Слушай сюда, слушай меня, я тебе говорю как лучше, и чтоб перед людями не стыдно было» — и внутри мгновенно включается заглушающий «белый шум», и так жалко становится времени, потраченного впустую.

Спасибо, не надо — не надо такой доброты, такой навязчивой пелены советов со всего света, замшелой экспертности с вышедшим сроком годности, отсылок к великим книгам и авторам ни о чем. Мы теряем такт и забываем, что если не спрашивают, не просят — то и оценки твои не нужны, потому что ситуация, в которой другие варятся, имеет с тобой так мизерно мало общего: если ты во что-то сам не вложился — деньгами ли, другими ли какими ресурсами, и особенно — если не рисковал чем-то для тебя важным, не ставил на кон, не проходил вместе с тем, кому советуешь, через груз сумасшедшей ответственности и стресса, то не надо тогда лезть за праздничный стол без спроса, тянуться руками к самому сахарному калачу. Говорить потом: ой как вкусно, но можно было бы и вкуснее, запомни, Марфа: будешь в следующий раз работать с тестом — зови меня.

Как я уже когда-то писала, «у тебя есть время и право чувствовать то, что ты чувствуешь, какими бы «неудобными» и «некрасивыми» эти чувства ни были. Никто не может говорить тебе «расслабься», пока не напрягся до той же степени. Не влез в твою шкуру. Ты, и только ты знаешь, чего тебе стоит происходящее, каких сил. «Хочешь мне помочь — скажи, что ты через это уже проходил и выжил. Или просто подойди и обними меня, но не обесценивай мою боль своим «ой да ладно»».

Безопасные люди — те из твоего окружения, с которыми разговоры — не спарринг на ринге и не интеллектуальные игры на «слабо», не словесный пинг-понг «ну давай, удиви меня, переплюнь» и не волшебный коктейль из юмора и сарказма. Все это может быть, но в те спокойные и сытые времена, когда тебе в кайф, и сил поёрничать и покуражиться более чем в достатке. Но вот когда не смешно, а темно, и непонятно что за окном, и беззвездно небо — идешь не за блеском елочной мишуры, а за тем, что поддержит и напитает; к тем, кто выслушает и поймет, а главное знает: все пройдет, не всегда — бесследно, но —

«Ты точно справишься, я тебе говорю. А пока — иди сюда, дай я тебя обниму.

Обниму, мою хорошую, — и подую…"

-20%
-55%
-30%
-15%
-50%
0072143