• Делай тело
  • Вкус жизни
  • Отношения
  • Стиль
  • Карьера
  • Вдохновение
  • Еда
  • Звезды
  • Анонсы
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС
Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Отношения


В февральском выпуске «Психологии навынос» продолжаем отвечать на вопросы о деньгах, которые не успели осветить в январской программе, и разбираем новые ситуации.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Посмотрев или почитав программу TUT.BY, вы узнаете:

  • рецепт успешной семейной стратегии в вопросе денег от Зыгмантовича;
  • как учить детей обращаться с карманными деньгами;
  • как выбраться из порочного круга «кредит, кредит, еще кредит»;
  • что делать, если не умеешь (стесняешься) назначать цену за свою работу;
  • «заначки» от партнера: нормальная практика или способ подорвать доверие;
  • почему мы не любим говорить посторонним о своей зарплате и что отвечать, если «неудобный» вопрос задан;
  • почему семейному человеку так тяжело тратить деньги на себя, а не отдавать все в общую копилку;
  • концепция «я буду больше отдавать в мир и больше из него получать» — фантазия или реальность?

Ответы на эти и многие другие вопросы — в программе «Психология навынос» с психологом Павлом Зыгмантовичем и журналистом Ольгой Какшинской.

— Мы продолжаем тему денег, начатую в прошлом выпуске. Пишет мужчина: «Я не умею делать накопления, хотя мне уже 43. Нормально ли это?»

— Сам факт накопления денег не является однозначно хорошим или плохим. Когда в стране инфляция, это не самый полезный навык. Если мы говорим о хорошо работающей экономике, то это тоже зависит от ситуации. Может, этому человеку и не надо копить. Может, поступающий поток настолько стабильный и неизбежно приходящий, что копить ни к чему. Но если мы говорим о ситуации, когда человек хочет уметь копить, но у него не получается, имеет смысл учиться. В этом случае надо понимать, как происходит ненакопление на психологическом уровне.

Есть две установки на сам процесс накопления. Первый взгляд: «Я лишаю себя удовольствия, потому что вместо того, чтобы здесь и сейчас что-то получить, я коплю». Естественно, этот вариант никак не поощряет накопление. Если человек так смотрит на жизнь, любое накопление — это постоянное посыпание ран солью. Другая оценка процесса накопления: «Я сейчас усиливаю свою безопасность, вкладываюсь в свое устойчивое эмоциональное состояние. Я себя ничего не лишаю, а помогаю и успокаиваю себя».

Представим, что человек обладает какой-то суммой денег. Он приходит в магазин и видит пиджак, который хочет купить. Не то чтобы этот пиджак ему был так уж нужен, но хочется, и деньги жгут руки. В этот момент он может подумать: «Если я сейчас не достану кошелек, я лишу себя удовольствия. Надо купить». Или он подумает: «Если я сейчас покупаю, я лишаю себя финансовой устойчивости и становлюсь незащищенным». Когда человек так думает, ему уже не так хочется все это покупать.

Вопрос во взгляде на происходящее. Если человеку хочется научиться экономить, нужно правильно смотреть на процесс экономии.

— Можно ли сказать, что первый взгляд связан с некоторой инфантильностью личности, когда ты не можешь себе отказать в сиюминутном удовольствии?

— Конечно. Мы говорили об этом на прошлой передаче. Когда плод развивается, он получает практически все и сразу. Все его нужды удовлетворяются очень быстро. Часть людей этот опыт «переносит» во взрослую жизнь. Тогда любое отдаление удовлетворения своего желания — это плохо. Второй взгляд присущ людям повзрослее. Они понимают, что мгновенный и немедленный эффект невозможен. Во многих случаях есть некий зазор между желаемым и полученным.

Например, моим маленьким детям сложно понять, что существует послезавтра. Через две недели — это для них что-то далекое. «Это плохо, что мы не можем поехать куда-то прямо сейчас». Две недели — это больше чем вечность. У взрослого человека есть понимание, что не всегда можно реализовать свое желание здесь и сейчас, поэтому две недели — это просто срок. А если человек остался на базовом уровне, отсрочка воспринимается очень тяжело, потому что это угроза ощущению свободы. Этот взгляд очень неэффективен для жизни.

— Какие вопросы стоит себе задать человеку, который стоит перед пиджаком или платьем в магазине?

— Прежде всего нужно сказать себе: «Это я сейчас уменьшу свою подушку безопасности. Я лишу себя запаса денег». Конечно, мы не против покупок, мы говорим о чрезмерном потреблении.

Надо посмотреть на ситуацию не как на лишение себя удовольствия, а как на сохранение у себя денег и лишение себя потерь. Нужно задать себе вопросы о будущем: как вы это наденете, где будете носить, насколько вещь ноская, поместится ли она в шкафу, сочетается ли она с другими вещами, что вы будете делать дальше без этих денег, хватит ли вам потом совершить неизбежные траты?

Любое размышление о будущем всегда снижает нынешний эмоциональный запал. Важно подчеркнуть: фразы «У меня будет платьишко!» или «Классные шины!» — это эмоциональное переживание, и оно усиливает желание купить. А следующие размышления снижают привлекательность покупки: «Ну куплю я новый телефон. Какие выгоды это мне даст? Я смогу пофорсить перед товарищами. Насколько это актуально и нужно? Что я буду делать, когда кто-то принесет более совершенный телефон? Кредит уже никуда не денешь». Если эти размышления длятся хотя бы полторы-две минуты, шансы на покупку становятся сильно меньше. Поэтому специально обученные люди — продавцы — стараются не давать покупателям возможность думать.

Этот вопрос о будущем заземляет человека. Надо спросить себя, что вы теряете: возможность счастья или возможность сохранить подушку безопасности?

— Вопрос о детях и карманных деньгах. Какой стратегии ты бы рекомендовал придерживаться родителям?

— Ребенку полезно осваивать финансовую грамотность, а ее можно освоить только непосредственным участием в процессе. Поэтому сколько ни рассказывай ребенку, как правильно вести себя с деньгами, толку не будет. Надо давать ему деньги с определенного возраста — с шести-восьми лет. Сложно сказать, какая это должна быть сумма — это зависит от дохода семьи.

— За что-то давать?

— Нет, просто так, как карманные деньги. Например, раз в неделю ребенок получает определенную сумму, с которой он может поступать по своему усмотрению. Хочет — покупает шоколадки, хочет — игрушки или откладывать. При этом родитель начинает уменьшать вклады в покупки сластей, мелких игрушек, напитков. Если вы пришли куда-то, а ребенок хочет заказать себе мороженое, можно предложить ему сделать это за свои деньги. В этом вопросе главное — не перегнуть. У меня пока только старший сын получает карманные деньги, и с ним произошла огромная перемена.

Раньше, завидев игрушку, он ее хотел, и шли переговоры. Теперь все стало иначе: хочешь игрушку — покупай за свои или, если она очень дорогая, пополам. Внезапно оказалось, что многие игрушки совершенно не привлекательны, потому что за них приходится отдавать свои деньги. Ребенок учится делать выбор: он может купить что-то дешевое, но тогда ему не хватит на что-то большое.

Он может купить все же дешевое, а потом сожалеть об этом и пообещать себе в следующий раз не покупать мелочи, а копить на что-то большое. Моему сыну будет семь, а он уже начинает понимать, что такое деньги. Он понимает, что у него есть пределы его финансовых возможностей, что невозможно купить все, и он учится справляться с этими эмоциями.

При этом ребенку не надо платить за что-то конкретное. Домашняя работа делается бесплатно.

— Мы много говорили о психологии кредита и шопоголизме. Как вырваться из порочного круга кредитования?

— Покупка — это прежде всего эмоция, возможность себя порадовать. Как любое эмоциональное решение, оно спонтанное. Размышления о будущем, о котором я говорил, хороши тем, что позволяют немного затормозиться. Пауза позволяет унять эмоции. Поэтому еще хорошо делать покупки в интернете: там нет прикассовой зоны, нет запаха хлеба, правильной выкладки.

Был эксперимент, когда посетителям у входа в магазин предлагали съесть что-нибудь вредное — сладкое, с холестерином. Люди, которые это ели, покупали заметно больше, видимо, из-за чувства вины, что съели вредность.

Покупка сама по себе эмоциональна, и, как многие эмоциональные решения, это часто ненужное решение. Надо понимать, что шопинг — это один из нескольких самых неработающих способов совладания со стрессом, наряду с курением, алкоголем, едой и телевизором. Покупка никогда не повышает настроение в долгосрочной перспективе. Прогулка по парку гораздо эффективнее для совладания со стрессом.

Надо понимать, что порадовать себя покупкой не удастся. Это не то, что действительно радует человека подолгу. Вещь доставляет на короткий момент радость, но потом приводит к разочарованию, потому что не помогло.

Второе, что нужно делать, это внимательно обдумывать свои переживания после покупки. Вы купили. Вам это нравится? Вы правда стали чувствовать себя лучше? Есть ли для вас в этом настоящее удовольствие? Сколько оно длится? Размышление приводит к понимаю, что это не то, что нужно. Так можно работать с любой зависимостью.

Если упрощать, то выглядит это так. Мозг говорит: «Как здорово! Мы купили, весело!». И поступает вопрос: а правда весело? Неправда, вообще-то невесело. В следующий раз мозг предлагает: «Давай купим! Будет весело!». И к нему снова поступит вопрос: «Так же, как в прошлый раз?». Мозг ответит: «Точно, в прошлый раз не было весело».

В этот момент человек думает: «Я в прошлый раз покупал, ерунда какая-то, не помогло. Не буду покупать». Это способ остановиться. Понятно, что потом нужно будет найти денег, чтобы выплатить кредиты и больше в них не залезать. Но мы залезаем в кредиты, потому что хотим приобрести что-то еще. Такая настройка мозга позволяет уменьшить желание что-то купить и, соответственно, сократить потребность в кредитах.

— Есть еще ощущение, «что я, нищеброд, что ли, не могу, что ли, себе это позволить?»

— Это одна из вещей, которая подталкивает человека к покупке. Не надо поддаваться на провокации. Неправда, что человек определяется качеством своих покупок. Сказать, что если человек может что-то купить, он молодец, а если не может, то нет, это тупиковый путь. Всегда есть вещи, которые кто-то не может купить: космический корабль, планета. Это вечная гонка, которая никогда не заканчивается. Чем больше доход у человека, тем больше ему открывается вещей, на которые он может потратить деньги. У него становится шире кругозор, он многое узнает. Если он живет в формате «ну что, я не могу, что ли, себе это позволить?», то окажется, что он очень многое не может себе позволить, а раньше он даже не думал, что все это есть. Мысли «что, я не могу себе это позволить?» рано или поздно приведут к депрессии и затем в кабинет психолога.

— Читатель пишет: «Не умею назначать цену за свою работу или просить о повышении зарплаты. Испытываю при этом чувство стыда».

— Надо заглянуть вглубь. Там мы увидим стыд. Человек почему-то стыдится. Ему кажется, что назначать стоимость за свой труд, просить прибавления нехорошо. Может, человек боится отказов, но это проверяется небольшим повышением — на 10%, аккуратным вопросом. Но в неумении назначить цену за труд нет страха отказа, там есть именно стыд.

Стыд возникает для регуляции поведения людей, чтобы они не делали ничего плохого. Стыд не позволяет нам чихать, не прикрыв рот, или на людях ковыряться в носу. И это не самая плохая вещь, потому что позволяет уменьшить затраты на поддержание общественного порядка.

При этом стыд иногда становится чудовищно сильным. Когда люди говорят, что не могут назначать цену за свою работу, это классический токсический стыд. Кто-то человеку как-то внушил, что это стыдно — говорить о деньгах и просить за работу деньги.

— Это как стереотип, что быть богатым в обществе неловко.

— Нет такого стереотипа: все хотят быть богатыми. В любой белорусской народной сказке ни один герой не остается бедным. Нет такого: «Поженились они и жили бедненько, но чистенько». Наоборот, описывается пир горой, их счастливая и долгая жизнь и дом — полная чаша. Все понимают, что зажиточность — это хорошо. Но ряду людей стыдно называть цену за свой труд. Надо разбираться со стыдом. Нет такой нормы, по которой плохо называть цену за свой труд. Пока вы не разорвете эту связь стоимости и стыда, будет сложно.

— Заначки от партнера — это нормальная практика или это способ нарушить доверие между партнерами?

— Нужно уточнить, что такое заначка от партнера. Бывает, что оба партнера зарабатывают деньги, скидываются в общий бюджет, но оставляют себе какую-то сумму. Скажем, 80% от зарплаты — в общий бюджет, и из него оплачивается квартира, детский сад, продукты, подарки родственникам и другие обязательные траты. А есть еще два маленьких бюджета, которые люди расходуют, как считают нужным. Это вопрос договоренности.

Можно считать, что любая покупка выше определенной суммы делается из общего бюджета по согласованию обоих. Если сумма меньше, то каждый тратит из своей заначки. Если заначка закончилась, то ведется обсуждение, можно ли взять часть суммы из общего бюджета. В таком виде иметь значки нормально.

Если же человек приносит домой зарплату, говорит, что это 100%, а сам забирает немного себе, это проблема. Это значит, что в этой паре не все проговорено и согласовано, а это плохо. Это означает, что в отношениях есть точка напряжения, которая сама по себе, может быть, и не страшна. Но если будут добавляться другие проблемы, эта проблема выстрелит и взорвет всех. Поэтому, если появляются заначки, надо разговаривать.

Понятно, что бывают разные ситуации. Например, один партнер легко тратит деньги, а другой копит. Нельзя не обсуждать такие вещи, иначе молчание может привести к разрушению отношений. Бывает, кто-то в отношениях тиран и деспот, и от него нужно прятать заначку. Но тут снова проблема не в деньгах, а вокруг них. Лучше разговаривать заранее, не дожидаясь взрыва. Тайные заначки — это серьезная проблема.

— Почему мы не любим говорить посторонним о своей зарплате?

— Пока внутренний статус человека определяют по деньгам. В одном эксперименте людей просили оценить по десятибалльной шкале их уровень счастья прямо здесь и сейчас. Потом просили назвать их доход в месяц. Данные сравнили и не нашли никаких корреляций. Другой аудитории задали вопрос, какой у каждого месячный доход. Потом попросили оценить свой уровень счастья по десятибалльной шкале. И тут картина мгновенно изменилась. Оказалось, что простая перестановка вопросов приводит людей к осознанию своей несчастности. При этом было неважно, сколько люди зарабатывают. Одна лишь перестановка вопроса радикально снижает уровень счастья человека.

Дело в том, что до определенных пределов любой доход недостаточен. Всегда можно думать: «Я зарабатываю недостаточно, чтобы купить себе яхту. 35-метровая есть, а 128-метровую не могу купить».

Поэтому когда спрашивают, сколько ты зарабатываешь, всегда есть страх облажаться. «Я назову сумму, а мне скажут, что это мало, что я неудачник». Это первая причина. Но есть и вторая, парадоксальная. Белорусам присуще показное прибеднение.

К примеру, коллега ездил из Москвы сюда учиться, потому что здесь было дешевле. Он делился впечатлением, что все ему в Беларуси рассказывают, как им здесь плохо живется. Он верил, ведь люди так говорят. Потом один из его сокурсников позвал к себе в гости. Он увидел хороший новый дом, большую квартиру, плазму на стене раза в три больше его.

Это действительно отличительная особенность белорусов, потому что есть страны, где гораздо важнее показное потребление. Там можно купить машину, хотя жить особо негде, но квартиру мало кто видит, а машину видят все. Для белорусов важнее, скорее, квартира. Наши люди стремятся прибедняться.

— Что отвечать, если спрашивают, а говорить не хочешь?

— «Как у всех». Этого вполне достаточно, и вдаваться в подробности нет смысла.

— Следующий вопрос: почему человеку, обычно семейному, бывает так трудно тратить деньги на себя? Например, пообедать в кафе, а не столовой, купить новое платье.

— За этим стоит абсолютно нормальное стремление человека обезопасить себя и свою семью от будущего. Если человек думает, что в будущем его может ждать какая-то проблема, он будет стараться экономить, чтобы в будущем быть спокойным.

Мне кажется, это нормально, особенно для людей, которые пережили 90-е. У них были большие запасы, и вдруг они в секунду превратились в ничто. Помня это, люди стремятся экономить. Наши бабушки и дедушки, которые вышли из крестьянских подворий, даже живя в городе, не могли представить, что еду можно выбрасывать, потому что в крестьянской среде всегда была возможность голода.

Точно так же люди, пережившие 90-е в сознательном возрасте, знают, что может быть очень плохо. Люди понимают, что сегодня они потратят деньги на путешествие, а завтра они могут их не заработать. Поэтому они откладывают деньги в валюте, которая, как им кажется, не обесценится. Человек боится потратить, потому что опасается непредсказуемого будущего. Плохо это или нет? Это предусмотрительно. Люди понимают, что не нужно разбрасываться ценным ресурсом.

— Если один партнер старается бережно тратить деньги, это не жадность, а ответственность?

— Конечно. Жадина — это человек, который не дает вам то, что у него есть, и то, что вам нужно. Это всего лишь оценочная категория: «Я решил, что ты жадный, потому что». Надо понимать, что человек может быть настолько напуган будущим, что боится потратить лишнюю копейку. Если это мешает жизни и из-за этого постоянно возникают конфликты в семье, это надо решать. Но решать надо не с этим человеком, а со всей семьей. Нельзя сказать: «У нас проблема, потому что ты не хочешь купить лишнюю шоколадку». Это удобная, но неверная позиция. Проблема у всех, и создают ее все. Представьте, что оба партнера экономят и не покупают лишнего. Им будет хорошо. Но если встречаются два человека с противоположными взглядами и постоянно сталкиваются, надо работать с обоими.

— Есть концепция, что чем больше ты даешь миру и открываешься, тем больше денег приходит. На тебя начинает изливаться финансовый поток, поэтому надо тратить и не думать о будущем.

— Это внедрение представления о жизни, которое очень удобно для людей, жаждущих денег. Человек стремится все понимать с человеческой точки зрения: что у всего есть душа. Мы считаем, что деньги — это одушевленные существа. Мы разговариваем с машинами.

Когда мы говорим, что деньги приходят сами, мы туманим себе мозг. Деньги сами не приходят, их дают нам люди. Даже если вам вдруг вернут долг, это деньги не из ниоткуда. Человек взял и отдал их вам, а перед этим их ему дали вы. Деньги зарабатываются, и чаще всего приходят возможности заработать. Деньги появляются не потому, что кто-то предложил заработать, а потому, что кто-то предложил, а вы сделали. Когда люди витают в облаках, они себе врут и отдаляются от доходов, потому что надо работать, а не ждать, что деньги сами свалятся.

— Ситуация, когда женщина зарабатывает больше, чем мужчина, деликатная. Как из нее выбираться?

— Очень тяжело. Во всей западной цивилизации, к которой относимся и мы, мужчина ассоциируется с деньгами, а женщина — с внешностью. Конечно, это достаточно надуманное разделение, но показатель качества мужчины и его капитал — это деньги, а капитал женщины — ее внешность. На мой взгляд, это не очень хорошо, но по факту это так. Конечно, если женщина зарабатывает больше, чем мужчина, значит, она молодец, а он нет. Внешность несравнимая вещь, а деньги — да. Поэтому мужчина будет страдать, и женщина будет страдать. Для многих эта ситуация будет неправильной.

На самом деле это не неправильно. Что делать, если он врач в районной поликлинике, а она предприниматель? У нее такая сфера деятельности, которая в принципе более доходная. Обязательно ли нужно менять что-то? Стоит ли ему уходить с работы, если он пользуется авторитетом, полезен для людей в этом месте, талантлив? На мой взгляд, это неочевидное решение. Стоит ли определять качество человека только через его заработок?

Это странная позиция, потому что она принуждает людей отказываться от работы, которая им нравится. Я знаю нескольких мужчин, которые с удовольствием работали в школах, но им не хватало денег. Мне кажется, это пещерная логика — говорить, что если бы эти мужчины остались работать в школе и их жены зарабатывали бы больше, они были бы плохими мужчинами. Эта логика отрицает свободу выбора.

Огромное количество социальных мифов давит на нас, и выбраться из них крайне трудно. Конечно, удобно, когда встроена социальная матрица: мужчина работает, а жена сидит дома с детьми. Но так бывает не всегда. Если конкретно в этой паре людям хорошо и нет экономического насилия, не надо больше ни на что смотреть.

Бывает такое, что тот, кто больше зарабатывает, начинает принуждать другого к чему-либо на основании заработка. Это экономическое насилие, которое, как и любое насилие, для семьи вредно. Если у нас такая ситуация, это большая проблема. Если такого нет, не надо ни о чем беспокоиться. Если людям хорошо, то не надо больше ни о чем думать.

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Скачать аудио (27.6 МБ)

Связь с автором: Facebook, «ВКонтакте», YouTube.

 

Больше видео вы найдете TUT и на нашем канале на YouTube. Подписывайтесь!

Смотрите также

Психолог рассказал, почему у людей с деньгами проблем больше, чем с сексом
Психолог рассказал, почему у людей с деньгами проблем больше, чем с сексом
Психолог рассказал о правилах сожительства пары экстраверта и интроверта
Психолог рассказал о правилах сожительства пары экстраверта и интроверта
Нужные услуги в нужный момент
-50%
-20%
-10%
-80%
-20%
-20%
-50%
-50%
-20%
0058953