• Делай тело
  • Вкус жизни
  • Отношения
  • Стиль
  • Карьера
  • Вдохновение
  • Еда
  • Звезды
  • Анонсы
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС
Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Отношения


/

Когда к одной из моих знакомых приехал в гости её французский приятель, мы с ней много смеялись, вспоминая стереотипы, которые наиболее прочно связаны для нас с Францией (а особенно со словосочетанием «французский мужчина»). Тут весь набор: и «шерше ля фам» вкупе с «жё нэ манж па сиc жур», и Эйфелева башня, и непременный круассан. Ну, а на фоне всего этого великолепия он — в шарфе, с багетом под мышкой и растерянным взглядом Делона.

Взгляд француза впоследствии и впрямь оказался растерянным. Потому что только в нашей стране он узнал о том, что есть «настоящие мужчины» и «настоящие женщины», которые «должны» — друг другу и обществу.

Познакомившись с нашим понятием «нормы», он не принял его, но запутался окончательно — и теперь, когда он пытается быть «настоящим мужчиной» по белорусским меркам, его европейские знакомые смеются: «Настоящий маленький белорус!».

Обдумав сложившуюся ситуацию, двадцатишестилетний француз решил поделиться с LADY своими мыслями о «женщинах с Востока», мужских обязанностях и гендерной ситуации в нашей стране:

— Готовясь к знакомству с новой страной, я стараюсь заранее избавиться от любых ожиданий и предвзятых суждений, но Беларусь меня нешуточно удивила. И это удивление было связано, как ни странно, с очень строгим разграничением роли мужчины и женщины в вашем государстве.

Учитывая советское прошлое (коммунистическая идеология, фильмы о независимых женщинах, которые работают на заводах наравне с мужчинами), я предполагал, что сегодня белорусское общество вполне готово к идее гендерного равенства.

Я действительно не относился серьёзно к распространённому в Западной Европе стереотипу о «женщинах с Востока». Несмотря на формулировку (она происходит от французского «femmes de l’Est»), стереотип этот имеет отношение скорее к восточным славянкам.

Когда мы говорим «femmes de l’Est», в голове и рассказчика, и слушателя возникает притягательная картинка ультраженственной девушки, которая, как правило, носит роковой триптих: высокие каблуки, облегающее платье, яркий макияж… И является чем-то вроде продолжения своего мужчины. Но никак не самостоятельным существом.

К счастью, жизнь слишком многогранна, чтобы ее можно было объяснять исключительно стереотипами, а женщины слишком разные, чтобы вешать на них ярлыки.

Но реальность такова: молодые белорусские женщины, казалось бы, современные и независимые, до сих пор принимают традиционные гендерные роли и стараются им соответствовать. Представление о том, какими должны быть «настоящий мужчина» и «настоящая женщина» у вас настолько укоренилось, что проявляется даже в мельчайших повседневных моментах.

В Беларуси я узнал, что «должен есть мясо, потому что я мужчина». Или что «как мужчина, я должен посетить музей Великой Отечественной войны». Это было странно и довольно забавно.

Не буду утрировать: у меня не было ощущения, будто я прилетел на другую планету. Традиционный взгляд на женщин, как на «хрупких заботливых созданий», а на мужчин — как на «сильных добытчиков» и защитников дома, существовал и до сих пор существует в некоторых консервативных слоях французского общества.

Но у меня, как у человека нового поколения, обладающего совсем другим бэкграундом, в сознании вообще нет таких категорий как «должен» или «обязан» относительно поведения всех мужчин и всех женщин Земли. Нет никаких общих норм «женского» или «мужского» поведения, за исключением тех, которые ты выбираешь для себя сам!

Трудно сказать, какие общие нормы белорусского «этикета по отношению к женщине» (то, что по-французски мы называем «galanterie») я считаю целесообразными. Это зависит от того, с какой девушкой я имею дело, как она истолкует моё поведение и, в конце концов, в каком контексте всё это происходит.

Для меня составили примерный список «белорусских мужских обязанностей» и я готов их прокомментировать.

Помочь донести тяжёлую сумку

Да, конечно, я помогу всякому человеку донести тяжёлую сумку, равно как и буду держать зонт в дождь, например.

Открывать перед девушкой двери

Я могу открыть дверь, когда иду первым. Иными словами, когда это уместно. Но причём здесь "истинная мужская роль"? Открывая двери, я не фиксирую это для себя как непременное "мужское" правило поведения.

Делать мужскую работу по дому

Делаю ли я «мужскую» работу по дому? Да, если я в состоянии ее сделать, и не делаю, если не могу или не умею. И да, я открываю туго закрытые баночки с вареньем! (смеётся)

С другой стороны, я не чувствую, как мое тело покидает тестостерон, когда я сам глажу свои рубашки.

Платить за женщину в кафе

Я не плачу за свою спутницу просто потому, что она женщина и мы вместе обедаем. Я могу заплатить или предложить заплатить, если девушка — моя подруга, если я за ней ухаживаю, если я хочу сделать ей приятное или поздравить с чем-то. Но когда я плачу, нормально услышать от девушки в ответ: «хорошо, я заплачу за напитки», «давай разделим счет» или «ты уверен?». Также как нормально услышать в ответ просто «спасибо».

Дело в том, что платить за другого человека, особенно в ресторане — это всегда сигнал, который что-то означает. Это что-то может варьироваться от «я хочу сделать тебе приятно» до «я в тебе заинтересован» или «да, это совершенно точно свидание!». Таким образом, контекст — это очень важно, и то, что считается нормальным или распространенным в Беларуси, во Франции может считываться как часть обольщения, например.

Помочь спутнице надеть верхнюю одежду, отодвинуть перед ней стул, подать руку при выходе из транспорта

Мне бы не пришло в голову помочь девушке надеть пальто или отодвинуть стул прежде, чем она сядет. Для меня все это попахивает нафталином. И я понятия не имел, что, оказывается, мужчина должен предлагать женщине руку, когда она выходит из транспорта, пока мне об этом не сказали в Беларуси.

Зачем всё это? Могу себе представить подобное только на каком-нибудь суперпричудливом романтическом ужине.

Разумеется, я не могу говорить от лица всех француженок, но уверен, что формы поведения, которые здесь ожидаются от белорусских мужчин, стали бы для них довольно ошеломляющими.

А если, например, говорить о Швеции, где гендерные роли наименее строго распределены, там женщины и вовсе будут обижены «галантным» мужским поведением (потому что на самом деле, они не хотят казаться в данной ситуации — даже символической — слабыми и хрупкими). Одна из моих подруг там в шутку любила кричать: "Уйди! Я независима!", если я, случалось, открывал и держал дверь для нее.

Скорее всего, часть ваших читательниц сейчас думает: «Какой ужасный мужчина!». Но на мой взгляд существует бесконечное множество других повседневных и более глубоких вещей, чтобы показать или выразить заботу о своем партнере.

Я не считаю, что набор тех или иных действий определяют меня как мужчину или человека. Точнее, совокупность этих действий, если они повторяются и ожидаются систематически ото всех, — это и есть четкое распределение гендерных ролей, от которого мне не по себе (мужчина держит щит, женщина прячется за ним, сильные и слабые и т. д.). Сами по себе эти действия не хороши и не плохи, но если они так широко распространены и так ожидаемы от всех мужчин (или другие — от женщин), то это означает, что мы видим лишь верхушку очень большого айсберга. И вот на этот айсберг, конечно, очень важно обратить внимание.

Нужные услуги в нужный момент
-10%
-20%
-40%
-50%
-20%
-10%
0058953