Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Отношения


фото
ikypros.com

– Да, "Санта-Барбара" отдыхает! По вашей истории хоть мелодраму снимай, – не могу сдержать эмоций, выслушав откровенный и удивительный рассказ Ольги и Ильи Кирьяновых. Случайной была их встреча в монастырских стенах или счастье предначертано Книгой судеб – дороги к нему оказались извилистыми и тернистыми.

Ольга

Родилась в Витебске, детство провела в Гомеле, школу окончила в Казахстане, а высшее образование получила в Москве. Ольга – ветврач-биохимик, сейчас работает в Институте экспериментальной ветеринарии имени Вышелесского. 12 лет прожила в США. Казалось, было все: преуспевающий муж-американец и две очаровательные дочурки, большой уютный дом, хорошая работа, даже корона и титул "Миссис Вирджиния". Кроме счастья…

– На самом деле очень сложно обрести семейную гармонию с человеком другого менталитета, – говорит Ольга. – Можно постоянно идти на какие-то уступки, но душевной близости не будет. И еще я ощущала в Америке щемящее чувство одиночества. Этого не понимаешь, пока живешь среди людей, близких тебе по культуре, религии, выросших на тех же книгах, что и ты. В иконописи есть такое понятие, как обратная перспектива: все линии сходятся к человеку, и он оказывается перед неведомой светлой бесконечностью. Так и в жизни. В моем первом браке внешне было все, а внутри – пустота.

Муж долго не соглашался на развод. В 2007 году Ольга с дочками уехала в Минск, где в то время жили ее родители. Алене было пять лет, Лизе – четыре. Девочки понимали русский язык, но сами говорили только на английском.

– Бабушка в детстве меня наставляла: мол, лучше Беларуси страны нет, – улыбается собеседница. – Тогда я ее не понимала, а когда сама объехала мир и вернулась домой, вспомнила те слова.

Отношения с бывшим мужем Ольга оборвала. Уходя – уходи. Отказалась от алиментов, бесед, встреч. И зареклась иметь какие-то личные отношения с противоположным полом.

Илья

Он признается: когда уходил в монастырь, мысли были такими же.

Илюша с детства мечтал стать скульптором. Хотел поступать в художественное училище, но не решился и отнес документы в строительное ПТУ. После армии женился, родилась дочь. Душа по-прежнему тянулась к искусству. И в 25 лет Илья все-таки стал студентом художественного училища, а затем и академии искусств. Но после первого курса оставил учебу… Сбывшаяся мечта перестала радовать. Да и в семье давно не было той гармонии, которая заставляет сердца биться в унисон. Он крестился, стал часто бывать в монастыре. Задумался о жизни, по-другому взглянул на семью. Но жена уже не хотела ничего менять. Супруги расстались. Она снова вышла замуж и уехала с дочкой в Италию.

Восемь лет Илья был послушником в Свято-Елисаветинском монастыре, готовился стать монахом. Как-то Ольга отправилась с коллегами туда на экскурсию. По кельям и мастерским их вел улыбчивый бородатый парень в подряснике. Ольге Илья сразу понравился. Его тоже с непреодолимой силой тянуло к ней. Они стали часто видеться, подолгу беседовали. Казалось, знают друг друга с детства. И с дочерьми любимой женщины Илья быстро нашел общий язык. Решил просить совета у священника: "Если благословит, поженимся".

На свадебных фото Ольга и Илья лучатся счастьем. Они и сегодня будто молодожены.

– Родство душ – вот основной секрет семейной гармонии, – уверена Ольга.

Она уговорила мужа спустя десять лет восстановиться в академии искусств: чтобы стать профессионалом, одного таланта мало. Сейчас Илья уже на пятом курсе. В свободное от учебы время выполняет скульптурные работы для духовно-образовательного центра, построенного рядом со Свято-Духовым кафедральным собором. В планах – скульптурная композиция для Свято-Елисаветинского монастыря на тему восхождения Христа на Голгофу.

Тимофей

Илья обнимает жену и говорит о том, как ему повезло с ней: и умница, и красавица…

– Еще и сына родила, – добавляю, глядя на шестилетнего озорника Тимофея.

– Тиму мы усыновили, – слова Ольги стали для меня неожиданностью. – Не волнуйтесь, мальчик об этом знает. Я давно хотела усыновить ребенка. И первому мужу об этом говорила, но он не соглашался. А Илья меня поддержал.

В Национальном центре усыновления им выдали направления в четыре Дома ребенка. Они по­ехали в Борисов.

Кирьяновы хотели взять совсем кроху. Но директор предложила им присмотреться к трехлетнему Тимофею, которого в ближайшие дни должны были перевести в детский дом, поскольку в Доме ребенка находятся малыши в возрасте до трех лет.

– И шансов на усыновление у него будет меньше. Если вы решитесь взять его в семью, то он останется у нас до официального оформления документов, – добавила директор.

Илья и Ольга после недолгих раздумий согласились. Лена и Лиза с нетерпением ждали братика и вместе с родителями приехали забирать Тиму домой. Родители не скрывают: адаптационный период был непростым и для мальчика, и для них самих. Тима не знал, что такое семья, ведь в Доме ребенка он находился с первых месяцев жизни. Мать отказалась от него сразу после рождения. Самым тяжелым был первый год, но все трудности преодолимы.

– Тима все время сосал палец, засыпал, сам себя укачивая, – вспоминают родители. – Когда мы пытались его приласкать, дергался. Мальчик напоминал испуганного зверька.

Сейчас Тима все чаще радует маму и папу, он научился любить и отзываться на ласку. Осенью пойдет в первый класс.

Растить троих детей не так уж и сложно материально, считают Кирьяновы:

– Ребенку прежде всего нужна родительская любовь. А тарелку супа вы всегда найдете. Господь помогает, близкие. Когда забрали Тиму из детдома, нам все время кто-то передавал одежду, книжки, игрушки.

– Главное, не пасовать перед трудностями, не паниковать: решение придет, этому меня тоже научили в монастыре, – добавляет Илья.

– Многое нам помогли понять встречи с психологом, которые организовывает для родителей центр усыновления. Мы познакомились с удивительными людьми, – продолжает Ольга. – Воспитывая детей, нельзя ломать личность! Да, надо прививать какие-то манеры, качества, ту же чистоплотность, помочь раскрыть способности. Но сама душа ребенка – как райский цветок, который нужно сохранить в его неповторимой красоте.