Татьяна Лемешевская / Фото: личный архив героя /

Чеджу — самый большой остров в Южной Корее с живописными морскими пейзажами, пляжами с черным вулканическим песком и мандариновыми деревьями. Райский уголок на земле, где не бывает зимы. Счастье — провести там свой отпуск, не говоря уже о том, чтобы жить. Нашему герою, гитаристу Федору Лысенко, посчастливилось работать на острове полгода. LADY узнала у Федора, чем его поразила Корея, как к нему относились местные и почему от лакшери-жизни тоже можно устать.

— Все получилось спонтанно, — рассказывает Федор. —  У меня была обычная жизнь белорусского музыканта: концерты в заведениях, корпоративы, свадьбы. В какой-то момент работы стало меньше и денег, соответственно, тоже. Случайный звонок от подруги и предложение поехать с ней выступать дуэтом в Южную Корею на остров Чеджу показался мне хорошим шансом. Пару месяцев на сборы, оформление документов, визы — и вот мы уже сидели в аэропорту в Сеуле, откуда должны были лететь на остров.

Федор рассказывает, что отправился на остров совершенно наобум, посмотрев только пару фотографий в интернете. Но то, что он увидел, его приятно удивило.

— Отель, где мы работали, стоял на вершине горы. Оттуда открывался фантастический вид на остров и море. В путешествиях я обычно останавливаюсь в хостелах или выбираю каучсерфинг, а тут сразу пятизвездочный отель. Поразил тот факт, что в отеле, магазинах, на рынке к тебе всегда очень почтительно относятся и отвешивают при встрече низкие поклоны. В городе очень чисто, хотя урн практически нет. За 30 минут хождений по городу можно встретить всего 1 или 2 мусорки. Как у них получается держать все в чистоте — до сих пор ломаю голову.

Корейцы — бешеные трудоголики. Мы же очень много «халтурим»

Трудовые отношения с работодателем были закреплены в контракте, который заключили с нашим героем на полгода.

— По контракту мне нельзя было играть в других заведениях. А еще, как позже выяснилось, загорать (корейцы — фанаты бледной кожи) и носить усы. Но легкая щетина и усы у меня появились сами по себе, и я даже не обратил на них особого внимания, — рассказывает парень. — Зато заметил это наниматель, но прямо об этом он мне не сказал. Сначала официанты стали подходить ко мне и говорить что-то вроде: «Ты раньше такой красивый был. Что с тобой?».

Потом солистка стала говорить, что я зарос. Притом никто из них не говорил мне конкретно: «Федор, побрейся!». Даже наш сеульский менеджер, доброжелательный и учтивый человек, не смог объяснить, что конкретно его не устраивает. Наоборот, многозначительно посмотрел на бороду и, проведя рукой по своей «недощетине», сказал: «Ммм, борода…». «Проблему» мы решили через пару дней, когда наш русский менеджер из Сеула связалась со мной и быстро объяснила, в чем дело. Корейцы терпят, но до поры до времени.

К рабочему времени южные корейцы относятся очень ревностно.

— Лучше не смотреть в глаза менеджера, когда в первый же рабочий ты опаздываешь на одну минуту. В них отражались все девять кругов ада и читалось: «Вам конец, ребята!». После первого отделения, и так стрессового для нас, менеджер начал свою тиранию. Прозвучали угрозы, что нас завтра же отправят назад в Беларусь. На следующее утро упреки продолжились: «Нехорошо опаздывать», — повторял он снова и снова. За полгода опозданий с нашей стороны больше не было.

По словам Федора, корейцы — это взрослые дети. Они очень доброжелательные, дружелюбные и отзывчивые.

— А еще они бешеные трудоголики. Мы же очень много «халтурим». Еще на острове я думал, что когда вернусь в Беларусь, пересмотрю свое отношение к труду.

Средний рабочий день у жителя Кореи примерно 10−12 часов в сутки, 6 дней в неделю.

— Конечно, бывает по-разному, но в основном все это время они пашут. За полгода я ни разу не видел, чтобы они собрались в рабочее время и общались в коридоре на посторонние темы. Зато когда заканчивался рабочий день, все шли отрываться, — рассказывает Федор. — Причем не в какие-то дорогие рестораны, а в небольшие придорожные кафе. Корейцы очень любят местную корейскую водку соджу и караоке. Но оно у них необычное. Это небольшие абстрагированные комнатки, с плазмой на полстены. Звук отстроен таким образом, что поющий чувствует себя суперзвездой! Попадаешь во все ноты. Часто в караоке, как и в других заведениях, можно встретить небольшой стол-гриль, куда официанты приносят легкие сырые закуски, которые можно пожарить на свой вкус.

В глазах корейской публики белорусские музыканты — зарубежные звезды

— Мне нужно было играть на гитаре в отеле и аккомпанировать солистке, — продолжает Федор. —  В день мы играли около трех часов, плюс в свободное время готовили новый репертуар. Несмотря на загруженность и шестидневную рабочую неделю, я успевал и путешествовать по острову, и ходить в тренажерный зал четыре раза в неделю, и купаться в море, и загорать.

Федор играет в довольно сложном стиле fingerstyle, и изучение новых пьес занимает порой очень много времени.

— Это инструментальный стиль, при котором гитара начинает звучать как целый оркестр. Корейцы — настоящие ценители инструментала. Не зря ведь закрытие Олимпиады в Пхенчхане проходило под гитарное соло 13-летнего виртуоза Yang Tae Hwan. Корейцы любят добрую, я бы даже сказал, детскую музыку. Хотя им очень хорошо заходила и Nirvana, и Metallica.

По словам Федора, в глазах корейской публики белорусские музыканты — зарубежные звезды, а не просто персонал, который создает фоновую музыкальную атмосферу.

— Мы могли пользоваться бассейном, сауной, игровой зоной, тренажерным залом и ели вместе с гостями, хотя любому другому персоналу, даже менеджерам, категорически запрещалось обедать с посетителями. К нам не раз подходили, чтобы поблагодарить за отличный концерт, но подойти лично и попросить исполнить их любимую композицию они не решаются. Зрители через официанта передавали нам записки с названиями песен, которые хотели бы услышать.

Ни разу не видел, чтобы на острове кто-нибудь ел собак

— Первый месяц я сильно экономил, так как поехал туда почти без денег, — продолжает парень. —  Взял только 150 долларов. Ценники на острове совсем не райские. В магазинах продукты дороже примерно в 3 раза, чем в Беларуси. Например, самый дешевый пакет молока стоит там около двух долларов. Фрукты очень дорогие: килограмм мандаринов — 4 доллара.

В первый день на острове мы с вокалисткой пошли в магазин. Она вроде немного купила — кое-что к завтраку и вещи первой необходимости. Но чек у нее оказался на 120 долларов. У меня, признаться, волосы встали дыбом от такой расточительности, но очень скоро примерно такая же сумма стандартно раз в неделю появлялась и в моих чеках.

Парадокс, но в Беларуси Федор начал скучать по корейской еде, хотя во время жизни в Чеджу больше всего мечтал о белорусских драниках и колдунах.

— Бесплатно поесть в день можно было 4 раза: один раз на шведском столе в отеле, где были все отдыхающие, и три раза в корейских столовых, где питался весь персонал. Шведский стол был разнообразным, завален королевскими креветками и красной рыбой, под конец контракта от этого уже подташнивало.

Мне же хотелось познакомиться с корейской традиционной едой. Понемногу я начинал понимать, в чем ее прелесть. Острое мясо, несоленый рис и острая корейская капуста кимчи — все ингредиенты отлично гармонировали друг с другом, но по отдельности они не уживались.

— Корейская кухня очень специфическая. И поражает не столько еда, сколько способ ее подачи, — вспоминает Федор. — Например, я заказал куриный суп, а принесли мне в итоге здоровенную кастрюлю, где плавала целая курица. Тебе никогда не подадут одно блюдо на одной тарелочке. Всегда приносят много маленьких с разными маринованными вкусностями. Даже когда ты заказываешь просто пиво, то вдобавок к нему получишь тарелку с чипсами.

Я быстро привык к корейской кухне, но в то же время очень скучал по домашней, белорусской. Был момент, когда я очень захотел драников и решил их приготовить. Но картошка оказалась сладкой, а вместо сметаны был только натуральный йогурт. С молочными продуктами там дела обстоят гораздо хуже, чем у нас. У них нет ни творога, ни кефира, ни (о ужас!) сырков в шоколаде.

По словам Федора, он ни разу не видел, чтобы на острове кто-нибудь ел собак.

— Говорят, что это все причуды национальных меньшинств и просто злые байки для впечатлительных туристов, — заключил парень.

Корейцы считают остров восьмым чудом света

Федор уверяет, что жизнь на острове Чеджу вполне комфортна. Температура + 25 градусов. Небо, как в дымке: нет ни облаков, ни солнца.

— Летом, правда, очень большая влажность в воздухе. Когда мы играли вечером на улице, после концерта рубашку можно было просто выжимать. Я интересовался у своих корейских друзей, почему у них такое странное небо, затянутое дымкой. Оказывается, из-за того, что в центре острова находится потухший вулкан Халласан, возникает парниковый эффект. И остров находится как будто в теплой и в меру душной теплице.

Остров Чеджу славится своей красотой. Главная достопримечательность — потухший вулкан Халласан высотой почти два километра.

— Никто из наших музыкантов не решался на него подняться, так как дорога вверх занимала 4 часа. Из них — 10 км подъема. Тем более надо было еще угадать с погодой. Я решил, что непременно должен там побывать, и собрался сделать это в свой рабочий день. Об этом я потом пожалел. Физическая подготовка очень важна, особенно если раньше ты никогда не лазал по горам и не знаешь, что это такое. Если бы не 4-разовое посещение спортзала в неделю, думаю, восхождение закончилось бы не так позитивно. Мотивировали и корейские старички-пенсионеры, которые после привала легко и непринужденно обгоняли меня по этим чертовым камням.

Федор вспоминает, что на вершине горы его ждал удивительный вид: прямо в жерле вулкана — небольшое озеро.

— Вид был настолько фантастический, что я пробыл там 2 часа вместо 30 запланированных минут. В итоге назад я мчался, как одержимый, так как помним: опоздание на работу равносильно смерти. (Улыбается.)

Остров целиком состоит из природных достопримечательностей: на Чеджу много водопадов, лавовых пещер, красивых садов и заповедников.

— Корейцы не зря считают остров восьмым чудом света, — заключил герой.







Ты быстро привыкаешь к лакшери-жизни. Потом начинается рутина

Казалось бы, что может быть плохого в жизни и работе в одном из самых красивых мест на земле, да еще и с совсем не средней для белорусов зарплатой? Но нюансы все-таки есть.

— Сейчас я бы согласился снова туда поехать, но что-то пока меня держит здесь, в Беларуси, — рассказывает Федор. — Какой бы райской ни была жизнь на острове, рано или поздно начинается рутина. Ты начинаешь чувствовать себя, как будто в клетке. Да, зарплата хорошая, но по карьерной лестнице ты не двигаешься. Выступать в других заведениях запрещено. Фестивали, конкурсы — все проходило мимо меня. В Беларуси инструментальная музыка хоть и мало востребована, но у тебя тут по крайней мере развязаны руки. Можно поехать и в другие страны, на конкурсы, что, к слову, я и сделал: по приезде выиграл конкурс в Варшаве и получил президентскую стипендию по поддержке талантливой молодежи.

-30%
-20%
-50%
-20%
-50%
-10%
-20%
-15%
-20%
-10%
-20%