/ Фото: архив героя /

От Дениса Дудинского мы всегда ждем рассказов, которые забрасывают нас в приключенческий фильм, где главный герой пробирается с мачете через джунгли, поднимается на вершины вулканов и уходит в закат — точнее, улетает на спине верного скакуна. Ну что-то такое!.. Поэтому выбор страны для нового путешествия удивил: Марокко — вполне себе туристическое место. Но оказалось, что Денис нашел приключения и там!

О покорении самой высокой точки Северной Африки, «волшебном «Спрайте» во время Рамадана и главном вопросе, который местные задают туристам, — в этом рассказе.

Денис рассказывает: чем больше читал про Марокко, тем отчетливее понимал — надо ехать.

— В этой стране есть все: океан, пустыня, горы, города, которые не поменяли свой облик за несколько столетий, и традиции, которых больше нет нигде.

А значит, не может быть речи о том, чтобы две недели валяться на пляже: нужна экспедиция, новые впечатления и полный выход из зоны комфорта.

Наша экспедиция делилась на несколько основных частей: города, горы, пустыни, океан… По каждому из пунктов Марокко удивил нас и оставил на память столько снимков, сколько ни одна другая страна.

«За годы моих путешествий я не видел ничего подобного»

— Наша встреча с Марокко началась с портового города Танжер, откуда мы сразу направились в Шефшауэн. И этот городок, который можно обойти пешком за день, по-настоящему меня поразил.

Когда смотришь на фото с этим абсолютно синим городом, думаешь: да ладно. Наверное, дело в цветокоррекции, да и синим там закрашен один туристический дворик, который все снимают для своих инстаграмов.

А когда приезжаешь, не веришь глазам: действительно, абсолютно синий город! Даже такси в нем — синие.

По легенде, евреи, уходящие от преследования, обосновались в Шефшауэне — и начали раскрашивать его в синий цвет, чтобы Бог их заметил.

Рука устала фотографировать: тебе хочется сохранить в памяти каждую дверь, облупившуюся стену, створку окна… А ведь это не город — сплошной лабиринт: ты петляешь по нему, не зная толком, куда выйдешь. Это необычное ощущение: ты как будто потерялся, но всегда можешь найтись.

И вот ты упираешься в жилой подъезд, откуда с удивлением выглядывают люди, которые тут живут: «Что тебе надо?». Взрослые смотрят выжидательно, а дети подбегают и, возмущенно лопоча что-то на арабском, начинают хлестать тебя прутиком по ногам. Все смеются, а ты, как можешь, отмахиваешься от детей… И продолжаешь снимать, потому что остановиться просто невозможно!

Удивительно то, что этот повсеместный синий обновляют не городские власти, а каждая семья — в меру своих сил и состоятельности. И от этого сочетания всех оттенков сини на фоне голубого неба просто невозможно оторваться.

Шефшауэн не единственная точка на карте Марокко, которая навсегда запомнится Денису. Из «синего» города он отправился в не менее знаковое и уникальное место — красильни Шуара:

— Я приехал в Фес ради красилен — всегда мечтал их увидеть. Как и все, готовился к невыносимому запаху, прямо «фу-фу» какой вони. Безусловно: запах есть. Но он не хуже, чем амбре в некоторых подъездах хрущевок, где смешались нотки кошачьей мочи, бомжацких недержаний и гнилой картошки, которую хранят в кладовке. А запах в привокзальном туалете какого-нибудь райцентра, думаю, будет даже похлеще, чем в красильнях Шуара.

Конечно, начитавшись о вони, уже за сто метров девочки стали зажимать носы и говорить: «Какой ужас». А когда пришли на место и освоились, только пожимали плечами — ну не такой уж и ужас, оказывается.

Тем более когда перед тобой такое впечатляющее зрелище. Мы договорились с работниками красилен (для этого нужно было сброситься всего по 1 евро), чтобы нас пустили прямо к чанам: так мы смогли увидеть все вблизи, а не с туристических балкончиков. Конечно, обстановка специфическая: при тебе эти огромные шкуры швыряют в бадьи, где они отмокают в курином помете… Экологично, конечно. (Смеется.) Но периодически этими брызгами обдает и тебя.

Работники — двухметровые, накачанные арабы в кожаных фартуках на голом торсе — приветливы, готовы показать и рассказать все, что касается выделки кожи, и при этом ничего не требуют взамен.

Но, конечно, с этой своей комплекцией, громкими голосами и огромными ножами, выглядят они устрашающе.

Поэтому в какой-то момент я услышал сверху, с балкончика, панический крик: «Денис! Денис!». Смотрю, стоит одна из девушек нашей группы, рядом с ней — работник красильни. Она колотится: «Что он от меня хочет? Зачем он ко мне подошел?!».

А мужик с ножом объясняет: «Она потерялась, я хочу отвести ее к вам».

Наша девушка не понимает и кричит: «Денис, он уводит меня куда-то, в какие-то лабиринты!».

«Ну всё, — говорю. — Мне жаль, но тебя ждет сексуальное рабство, встретимся на этом же месте через несколько лет, прощай!» (Смеется.)

Работники красильни действительно старались нам помочь и оставили впечатление людей, с которыми всегда можно договориться. Ну, а сами красильни трудно и забыть, и сравнить с чем-либо: это древняя традиция, которой нет больше нигде в мире. По крайней мере за годы моих путешествий я не видел ничего подобного.

«За 4 евро нам принесли теплое пиво, перелитое в бутылочку из-под «Спрайта»

Денис и его спутники всегда останавливались в медине — старой, центральной части города, где находятся местные рынки с характерным ароматом специй, и риады — традиционные гостиницы в марокканском стиле.

— Главное в Марокко — правильно себя настроить, быть открытым новому и не паниковать. Например, все наши, попав на первый же местный базар, готовы были скупить всё сразу: ой, чайнички! Ой, ковер!

Ты объясняешь: у нас впереди горы, пустыня, кони — какой ковер? Успокойтесь, вы все успеете! Оставьте мысль, что нужно непременно что-то раздобыть — и просто получайте удовольствие от того, что видите вокруг. Ведь волшебство в Марокко повсюду.

Например, те же риады, в которых мы останавливались… Ты никогда не знаешь, что ждет тебя внутри! Вроде бы уже зашел в дом, а попал во внутренний дворик. Вход в твою комнату — за воротами, а окна вообще выходят в гостиную на втором этаже. Ты можешь подниматься по лесенке с абсолютной уверенностью, что идешь к себе в комнату, а упираешься в стену и прислоненную к ней стиральную машину. Или обыскиваешь всю гостиницу в поисках санузла, а он в твоем же номере: просто нужно открыть люк в полу — и сразу увидишь шикарную ванну. Абсолютно не поддающаяся логике планировка!

Из-за этого возникают комичные ситуации: например, заходишь в номер, рассчитанный на двоих, видишь там шкаф и одну кровать.

Идешь вниз, объясняешь: «Мы же заказывали номер на двух человек. Нет второй кровати!». Отвечают: «Есть вторая кровать, вы ошибаетесь». Окей, давайте поднимемся — и вы убедитесь, что я не сумасшедший.

Когда мы поднялись в номер, оказалось, что нужно было открыть шкаф — и за дверцей открывался проход во вторую половину комнаты. Конечно, после этого наши туристы не упускали возможности пошутить: «Все, Денис, брысь в свой шкаф!».

То есть в Марокко ты умудряешься заблудиться как минимум трижды: на улочках медины, между этажами гостиницы и в своем собственном номере. Но и в этом есть какая-то детская радость. (Улыбается.)

Радость наших путешественников не омрачило даже начало Рамадана, хотя, как признается Денис, это была его самая трезвая экспедиция: а ведь иногда так хочется вечером выпить вина или в 40-градусную жару — бокал холодного пива.

— Вообще-то нас предупредили: скоро Рамадан, купить спиртное будет негде, затарьтесь заранее. Мы говорим: «Не надо нам тут рассказывать! Будете нас учить еще! Любой гасконец с детства академик!».

Но наступил Рамадан — и мы приуныли. Тычешься в каждый магазин, в каждое кафе — и ничего!

И вот, плутая по медине, толкаясь между местными и осликами, мы зашли в какое-то сомнительное заведение с обшарпанными столами. Без всякой надежды спрашиваем: «Do you have beer?».

Хозяин, оглядевшись по сторонам, делает загадочное лицо и говорит: «Sprite… And Coca-Cola».

Ты начинаешь ныть: нет, мы не хотим «Спрайт» и «Кока-колу», мы хотим пиво и вино!
Он мрачнеет с нажимом повторяет: «Sprite! Coca-Cola!». А потом подмигивает и приносит тебе за 4 евро теплое пиво, перелитое в бутылочку из-под «Спрайта».

За нами сидела парочка голландцев — и мы, хитрые, решили поднять бокал, подразнить их! Показываем, мол, вот какой у нас «Спрайт». А они в ответ поднимают свои бокалы с жидкостью глубокого винного цвета и улыбаются: а вот какая у нас кока-кола!

На самом деле, такие авантюры, мне кажется, все-таки исключение из правила, и местные относятся к Рамадану очень серьезно. По крайней мере наши проводники до заката не пили даже воду. И это притом что мы шли через пустыню. Спрашивали, как им это удается — объясняли, что просто привыкли…

Но как только темнеет, чувствуешь, как в них нарастает нервозность, агрессия. Им хочется скорее бежать домой и есть. А потом заводить будильник, чтобы встать в 3 часа ночи — и поесть еще разок.

Мы пытались разобраться в истоках этой традиции, но у местных на все одно объяснение: «Рамадан!». Это аналог нашего ответа на вопрос «почему?» — потому что!

Со временем мы переняли у наших проводников привычку отвечать на все именно так.

«А почему машина здесь остановилась?» — «Так Рамадан ведь!» — «Почему мы налог сейчас заплатили не 11, а 15 долларов?» — «Потому что Рамадан!» — «А чего мы едем 2 часа на конях вместо часа?» — «Рамадан».

«Во время восхождения задаешься вопросом: «Ну на хрена мне это?»

Путешествие по знаковым местам Марокко для Дениса и его спутников продолжилось Варзазатом. Этот город — один из центров мирового кинематографа, марокканский Голливуд: здесь снимали сцены из «Звездных войн», «Гладиатора», «Александра», «Игры престолов». Денис отмечает: место и правда необычное, но дорога к нему оставляет не менее сильное впечатление.

— Варзазат — это невероятные ландшафты и цвета, здесь можно увидеть все оттенки оранжевого. Но прелесть еще и в том, что мы ехали к городу на машинах и останавливались, где хотели. По дороге можно увидеть скалистые ущелья и каньоны, высокогорные деревушки и настоящие оазисы среди пустынь. Вот останавливаешься на таком зеленом островке — и встречаешь местного, который тоже отдыхает после долгой поездки на верблюде. Верблюд этот подходит к тебе и начинает по-верблюжьи с тобой общаться: кладет голову тебе на плечо… Его хозяин улыбается и начинает что-то рассказывать о себе.

Это только в туристических центрах арабам нужно что-то от тебя получить, выгадать, подзаработать. Как только ты выезжаешь за пределы города, встречаешь совсем другое отношение: никто не пытается тебе что-то продать, всучить, стрясти с тебя деньги. Бывает, ты сам их предлагаешь, потому что человек и правда рассказал тебе что-то полезное, чем-то помог в пути, но он отказывается. Говорит, что не станет богаче от этих денег.
У местных есть две очень мудрые фразы, которыми заканчивается любой разговор — даже торг на рынке. Первая фраза: «Если тебе у меня понравилось — расскажи другим, если не понравилось — расскажи мне!».

Вторая фраза — это вопрос: «Ты счастлив?». Если отвечаешь утвердительно, местные расплываются в улыбке и говорят: «Большего мне и не надо, теперь я за тебя спокоен».

Как много в этом… Мудрые, тонкие люди.

Между знакомствами с городами и жителями Марокко Денис совершил восхождение на гору Тубкаль — самую высокую вершину Северной Африки. Признается, что во время подъема вместо вопроса «ты счастлив?» спрашивал у себя: «Ну на хрена?»…

— Восхождение и спуск в Атласских горах заняли у нас два дня. До базового лагеря дошли все. Это каменное здание с двухъярусными нарами, где вповалку спит человек сорок. Ну как спит… Спать можно, только если взял с собой беруши.

Подъем — в 3.30. А в это время и на этой высоте уже совсем не жарко — максимум градусов 5. Кто-то из наших сразу сказал: «Да ну вас, ребята, не пойду я на вашу гору, спокойной ночи». Кто-то сказал, что возвращается обратно в лагерь, когда увидел снежные сугробы…

В общем, до вершины дошло несколько человек. А наверху — минус 10, снег и сильнющий ветер.

Конечно, весь смысл таких восхождений в преодолении себя. Каждые 20−30 метров ты останавливаешься, чтобы отдышаться и задаться вопросом: «Ну на хрена мне это? Ну что я там не видел?». А еще представляешь этих, которые остались в лагере, в тепле. Спят там себе, закутавшись в плед, а потом будут пить чаек, подставив свои мерзкие мордочки солнцу.

Но что-то происходит в тебе, когда ты все же добираешься до вершины. Какая-то минута счастья, когда понимаешь, что ты смог, дошел, все получилось. Это особое чувство — ты чуть не плачешь, обнимаешь тех, кто шел рядом.

А потом — спуск вниз. И снова это: «Господи, ну на хренааа…». (Смеется.)

«Лучшее, что может быть: скакать на лошади, без седла и стремян, вдоль линии океана»

Такого вопроса у Дениса точно не возникло, когда он приехал в город Эс-Сувейра. Хоть путешественник не оценил знаменитые торговые ряды с рыбой и морепродуктами («я больше по котлетам и пюрешкам»), он влюбился в атмосферу этого города.

— Эс-Сувейра — это невероятно прекрасно. Старинный городок с огромными крепостными стенами и пушками, оставшимися со времен сражений пиратов. С изобильным рыбным рынком и самодовольными толстыми котами. С невероятными закатами и океаном, который плещется у ног.

Я бы рекомендовал каждому приехать сюда, потому что такого не почувствуешь нигде. Это выходит за рамки наших представлений о красоте, это волшебство и сказка, как она есть. Не знаю, в чем тут дело, но именно в Эс-Сувейра есть что-то трогательное и пронзительное. Это тот случай, когда купаться в океане не хочется. Потому что куда важнее просто сидеть тут, на камнях, слушать, как кричат чайки, и смотреть на воду.

После медитативных дней в Эс-Сувейре «настало время приключений с большой буквы». Именно так Денис назвал переезд на арабских скакунах.

— У этих лошадей особый темперамент и очень интересная внешность… Они такие маленькие, худенькие, стильные девочки с большими глазами. (Улыбается.)

Во время этого путешествия мы путешествовали на верблюдах, и поэтому особенно прочувствовали контраст. Верблюд — абсолютно туристический аттракцион. Да, в течение первого часа ты глазеешь по сторонам и ахаешь: пустыня, звездное небо, я на верблюде, боже мой! Но уже скоро тебя начинает клонить в сон, и ты понимаешь, как тебе скучно.

А путешествие на лошади — это совсем другое. У тебя складываются с ней особые отношения, у вас получается сродниться, и ты сам не замечаешь, как уже через пару дней говоришь о ней, как про ребенка: «А моя-то с твоим Арчибальдом не дружит! Ты видел, что он ее обижает?». (Улыбается.)

Переживаешь, конечно, что ей нужно отдохнуть, и на привале — в аргановой роще — сразу отводишь ее в тень. А сам обедаешь каким-то консервированным тунцом с холодными макаронами и ловишь себя на мысли, что ничего вкуснее не ел. На улице +40, вкусные консервы съедены, и можно пару часов поспать в тени аргановых деревьев, пока не раздастся голос проводника: «Подъем! Нам нужно двигаться дальше!».

Поездка не изнуряет, потому что ты проезжаешь красивейшие места и знаешь: уже скоро сможешь искупаться в океане. Ну и лошадь свою искупать, конечно.

Лучшее, что может быть: скакать на лошади, без седла и стремян, вдоль линии океана.

Говоришь: «Дорогая, погнали!». И она — плясь, плясь, плясь — копытами по воде. (Улыбается.)

Лошадь уже не скачет, а летит, и ты держишься только за гриву. Понимаешь, что малейшее движение — и вылетишь из седла, но тебе все равно. А потом, когда все закончилось, обнимаешь лошадь за шею и слышишь, как проводник говорит: «Денис, ну что такое! Ну пожалей коня!». (Улыбается.)

Денис уверен: Марокко откроется только тому, кто и сам открыт для любого поворота сюжета.

— Когда человек из Европы попадает в арабскую страну и встречается с местными традициями, темпераментом, манерой общения, он сразу хочет спрятаться и кричать из укрытия: «Чего им от меня надо? В чем дело?!». Конечно, в любой стране мира хватает самых разных людей, нужно быть осторожным и не носить с собой дорогие вещи…

Но все же… Перестаньте бояться! Если хозяин кафе, где вы каждое утро пьете кофе, или владелец лавки, где вы покупаете специи, говорит «пойдем, я тебе что-то покажу» — иди! Он действительно покажет тебе что-то красивое, необычное, то, что ты больше нигде не увидишь. Петляй по «страшным» лабиринтам, торгуйся до хрипоты, кури кальян с местными, на которых случайно наткнулся в очередном переулке.

Приглашают к себе — заходи в гости и не думай, что тебя хотят пустить на органы. Слушай истории, даже если не понимаешь языка, пей мятный чай с хозяйкой и отблагодари ее, чем сможешь — монеткой, браслетом с белорусским орнаментом или добрым словом. А она в ответ скажет: «Аллах с тобой. Ты счастлив?». И ты ответишь: «Да».

-10%
-10%
-20%
-23%
-30%
-30%
-30%
-20%
-20%
-10%