• Делай тело
  • Вкус жизни
  • Отношения
  • Стиль
  • Карьера
  • Вдохновение
  • Еда
  • Звезды
  • Анонсы
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС
Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Наши за границей


/

Денис Дудинский — солист группы DaVinci, телеведущий (Беларусь 1) и учредитель международного туристического агентства «ФарЭвей» выбирает на карте самые неожиданные точки для путешествий, открывая новые горизонты для себя, а заодно и для нас — наблюдателей.

Так, Денис уже рассказывал LADY о том, как в Эфиопии пил кровь козла вместе с вождем племени хамер, знакомил местных детей с зубной пастой и пел белорусскую «Купалiнку» у африканского костра. А в Панаме и Коста-Рике совершал восьмичасовой поход в джунгли при 35-градусной жаре, лавировал между рифами во время дайвинга и скакал — как в кино! — на лошади вдоль океана.

В этот раз Денис, в компании друзей-единомышленников, вновь отправился в Африку, но теперь — в Гамбию и Гвинею-Бисау. Стоит ли ходить в Африку гулять и правда ли, что там реки вооот такой ширины и горы вооот такой вышины — читайте в этом интервью.

— Денис, начнём с традиционного вопроса — вопроса мотивации. Почему для трехнедельной поездки вы выбрали такие… Скажем так, «неблагополучные» страны?

— Потому что мы в принципе мало что знаем об Африке. Ну, Кения, Танзания, Мадагаскар, ЮАР — это ещё для нас названия знакомые. А вот Гамбия и Гвинея-Бисау — вообще полная загадка! Интересно ведь, что там да как. Поэтому и поехали!

К тому же оказалось, что в Гамбию, самое маленькое государство на континентальной Африке, белорусам не нужна виза. Странно, но факт. Да и билеты туда-обратно стоили 400 долларов, а это прекрасно, согласитесь.

Ну, а с Гвинеей-Бисау вообще отдельная история — из школьного прошлого. В классе девятом-десятом я зашел в «Кнiгарню пісьменніка» — а я увлекался тогда очень географией. И вижу: продается сложенная вчетверо карта Гвинеи-Бисау. Почему Гвинея-Бисау, вообще непонятно. Но никаких других в магазине не было! И я, разумеется, купил тогда эту копеечную бумажную карту. А после долго водил по ней пальцем, изучал её, намечал маршрут и мечтал: когда-нибудь настанут такие времена, что я возьму — и поеду туда.

Все мы в определенном возрасте пытаемся реализовывать свои детские мечты. И хорошо, что у меня не только осталось желание это сделать, но и появились для этого возможности и хорошая компания. Лет 25 назад такая поездка казалась абсолютно невероятной, а сейчас получается всё.

— Всё-всё получилось?

— В общем-то, да. Единственное что: мы ещё в Сенегал хотели попасть — думали визы на месте получить. Не вышло — визы нам не дали. В чем причина? Сенегал считает Беларусь страной третьего мира, и мы не вызываем у них ровным счетом никакого доверия. (Смеется.)

Но я, в общем-то, их понимаю: какие-то странные люди из, как им кажется, придуманной страны «Бералус» приехали в Гамбию и просят визу в Сенегал… Действительно как-то это всё подозрительно!

— Вообще ничего про Беларусь не знают?

— Ну, это в Сенегале. А так мы были по-хорошему удивлены: в Гамбии при абсолютной информационной изоляции — 14 компьютеров и 15 телевизоров на 1000 человек! — многие, услышав, что мы из Беларуси, кивали и говорили: «Ммм… Это где-то рядом с Германией? Польша? Украина? Север?». То есть рядышком, «тепло» совсем отвечали. Это же здорово! Не каждый европеец сориентируется, отвечая на этот вопрос — отправит нас к Гондурасу какому-нибудь с большой вероятностью.

А у местных есть книги, которые приезжают из Европы, атласы — они их листают, и это дает о себе знать. Вполне возможно, что какой-то африканец точно так же случайно увидел карту Беларуси, как я Гвинеи-Бисау когда-то. (Улыбается.)

— Вы уже можете сравнивать Гамбию и Гвинею-Бисау. В чём их различия?

— Могу сказать, что Гамбия пытается держать статус страны, в которой есть хоть какие-то юридические и человеческие законы. В Гвинее-Бисау нет вообще ничего. Это просто черная дыра с людьми, которые в ней существуют…

Это отражается и на ментальности населения. В Гамбии местные сами о себе говорят: «Мы растаманы!». И действительно так: им ничего не нужно. От этого — лёгкость в восприятии мира и чрезмерное дружелюбие в общении, которое под конец поездки даже утомляет немного.

Ты на каждом углу слышишь: «Hello! How are you? Where are you from?». И в первую неделю ты охотно откликаешься — заговариваешь, рассказываешь откуда ты. Но потом это, конечно, надоедает. А они не понимают! Например, если ты гуляешь по пляжу и видишь местного, знай: сейчас он подойдёт к тебе и гулять вы будете вместе, хочешь ты этого или нет. При этом он ничего от тебя не хочет — только поговорить. Будет тебе рассказывать и показывать: здесь — это, здесь — то, тут отдыхают мои друзья, а там будет дискотека. Смеяться будет, по плечу похлопывать и травку, разумеется, предлагать. (Улыбается.)

Ну, а в Гвинее-Бисау они ощущают — в нравственном плане, в первую очередь — свою нищету и чувствуют, что находятся на задворках мира.

Делать при этом, конечно, ничего не хотят, но постепенно озлобляются. Не то чтобы они бросались на тебя с ножом в темной подворотне, но могут взглянуть недобрым таким глазом.

— То есть, «белый человек» всё ещё враг?

— Нас тоже волновал этот вопрос, когда мы собирались в поездку. Предполагали, что история многовекового рабства (даже когда рабство было отменено во всём мире, на реке Гамбия продолжалась торговля людьми) отразится на наших взаимоотношениях с гамбийцами и жителями Гвинеи-Бисау не лучшим образом.

Но нет, ничего такого. Тебя не воспринимают как насильника, угнетателя, душителя. Потому что сегодня ты… источник денег!

Схема мышления простая: «белый человек» равно «гуманитарная помощь». «Гуманитарная помощь» равно «источник финансирования».

— Были забавные истории, связанные с финансовыми вопросами?

— Да куча их было. Там тебя каждый раз пытаются раскрутить на деньги. Казалось бы, договорились на цену в 10 у.е. за какую-то вещь. Протягиваешь. В ответ:

— Нееет! Дай 12.

— Ну, окей, держи 12.

— Так мы же на 15 договаривались, кажется…

— Всё, до свидания!

И он не бежит за тобой вслед с криком «ок, извини, давай свои 10 баксов!». Ничего подобного!

Захотели мы, например, взять напрокат моторный катер — по островам погонять. Спрашиваем:

— Сколько это будет стоить?

Получаем ответ:

— Нууу… 1500 долларов!

(Явно, что сумму эту он взял из головы, придумав только что.)

— Так, а как так вообще?!

— Вот так. 1500 — и всё.

— Интересный бизнес…

— А то! Бизнеса там вообще нет — мы общались с европейцами, которые пытаются его делать в этом регионе. Например, разговаривали с итальянцем, который захотел открыть кафе в Гвинее-Бисау. Приехал к сыну, женатому на местной, и остался здесь. Захотел зарабатывать, пришел в местный муниципалитет и говорит: «Не могу у сына на шее сидеть — хочу кафе открыть итальянское». А ему говорят:

— Открывай… Мы тут причем?

— Эм… Так, а документы?

— Зачем нам твои документы?

— А налоги?

— Какие налоги? Раз в месяц к тебе будут приходить — отдашь нужную сумму. Иди работай! Там через дорогу разрушенное здание — можешь прямо в нём своё кафе делать.

— А мне надо кому-нибудь сообщить об этом?

— Кому? Иди и не морочь голову!

Вот так. Ясно, что в любой момент к нему могут прийти и сказать: «Ой, а как хорошо здесь всё устроено! А давай-ка теперь ты пойдешь отдохнешь, а работать здесь будем мы!».

— А они, местные, вообще хотят работать?

— Нет, они вообще не работают — живут, вернее, существуют, прежде всего, за счет гуманитарной помощи, которая из Европы приезжает. Всё оттуда — они даже воды питьевой своей не производят. Раз в неделю прилетают огромные самолёты с «гуманитаркой», и всё, что они с собой привозят — одежда, продукты, — продаётся прямо тут же, на улицах.

Такой парадокс: у них ничего нет, но у них всё есть. И не парятся вообще!

— А из-за Эболы тоже не парятся?

— Нет, вот к этому население относится серьёзно. Так, в Гвинее-Бисау по всему городу висят плакаты, которые призывают «не вступать в телесные контакты» и «мыть руки перед едой». Помыть их, кстати, можно тут же — на улицах стоят огромные пластиковые чаны с хлорированной водой. Казалось бы, вокруг одна большая мусорка, но вопрос санитарии их беспокоит: в городах тротуары моют швабрами, в аэропортах тебе в обязательном порядке мерят температуру, а в отелях — ежедневно меняют бельё, пусть оно рваное и с пятнами, которые уже не отстирываются…

Но я, честно говоря, думаю, что это какое-нибудь мировое сообщество их заставило. Сказало «слушайте, давайте-ка!». Потому что не верится, что они по своей инициативе могут сделать хоть что-то, решить хоть какую-то проблему.

— Почему такое скептическое отношение?

— Ну… Вот, например, пара историй о том, как там всё устроено.

Я всегда ратую за то, чтобы летать только с ручной кладью. А тут мы подустали, расслабились и на время внутреннего перелета из Гамбии в Гвинею-Бисау сдали вещи в багаж. Это было опрометчиво… Уже у трапа одного из наших коллег по путешествию догоняют и отдают кошелек со словами: «Тут ваши документы!».

— Ну, хорошо, документы… Но там и карточки, деньги были!

— Нет-нет! Только документы!

Его рюкзак приехал выпотрошенным — достали все ценное и то, что могло показаться ценным. У второго товарища рюкзак вообще не приехал, а там всё, что у него было. Мы, конечно, выручили всех «потерпевших», но приятного мало.

Когда возвращались из Гвинеи-Бисау, тоже смешное-показательное было. Подходим к стойке регистрации — назовём это маленькое окошко так — а нам говорят: «Вас нет в списке пассажиров!».

— Как это «нет»? У нас куплены билеты — вот скриншот.

— Да нету вас, посмотрите сами.

Представьте антураж: здание аэропорта — в худших традициях провинциальных советских ж/д вокзалов, жара +40, вокруг тебя — летающие, гудящие и кусачие все: клопы, сверчки, цикады и тараканы, размером с большой палец. И ты не можешь улететь отсюда!

Тем временем сотрудник аэропорта слюнявит карандаш, перебирая засаленную стопку бумаг, на которых игольчатым принтером что-то напечатано (компьютера, помним, нет). Наконец звонит «старшему» по шнуровому телефону. И пока тот разбирается что к чему работник развлекает себя как может… А именно: катапультирует таракана резинкой от денег! (Смеётся.) Это сейчас смешно, а тогда просто шок был от всего происходящего.

В итоге они вписали нас от руки — мол, есть такие пассажиры. Сели мы, 40 минут пролетели, пора выходить. Но стюардесса сообщает: «Нет, вы не выходите. У вас рейс до Касабланки».

— До какой, чёрт возьми, Касабланки? Мы в Гамбии выходим!

— Перестаньте! У вас даже на посадочном написано: до Касабланки! Не нарушайте правила!

5 утра — нам не до шуток и не до Касабланки, и мы, как понимаете, «правила нарушили». Мы спустились с трапа, но сзади, за спиной, была истерика.

На этом дело не кончилось: в Гамбию нас не захотели пускать без виз, которые, как мы помним, белорусам не нужны! Нам удалось доказать свою правоту, но до этого состоялся диалог на грани маразма с резюме: «Ну ладно, ребята… Не нужны так не нужны! До свидания!». (Смеется.)

— С туризмом при таком подходе всё удручающе?

— Единственный вид туризма, который развит, особенно в Гамбии, — это секс-туризм. Пляжи и небольшие отельчики запружены полными, обрюзгшими, глубоко пожилыми бельгийками, голландками, британками и немками. И рядом с ними африканцы — двухметровые, трапециевидные, с бицепсами…

И вот они сидят рядышком, кормят друг друга фруктами и ходят под ручку, а он ей ещё тапочки приносит и полотенечко…

Видели и мужчину-«туриста», но только один раз: старый ворчливый дедушка-британец топал рядом с местной Наоми Кэмпбелл. Никто этого не стесняется, да и со стороны всё выглядит в рамках приличия… Ну, а что там у них происходит на самом деле — это мы как-то постеснялись уточнять. (Смеётся.)

— А вас, «белых людей», снять не пытались?

— Снять тебя пытаются на каждом шагу. Вот идешь по пляжу и слышишь приветливое такое: «Hello! Come here!». Первая мысль: сейчас продавать тебе что-то будут.

— Sit down, please, — говорят.

Садишься, толком не понимая, что происходит. И тут же тебя начинают гладить по руке, рассказывая, какой ты красивый. Ты такой:

— Стойте-стойте, подождите. Я вообще-то по своим делам шел, мне некогда!

— Ну, сходишь по делам и позвонишь мне — на тебе телефон.

Тебя держат за руку и пишут на бумажке телефон, уточняя: «Ты ведь позвонишь, да?». А ты думаешь «блииин, вот попал» — и ходишь потом по пляжу с опаской. Мало ли, может, они вернутся и еще дружбанов своих приведут, мол, «вот этому я обещана, а он от меня отказался!». (Смеётся.)

— Денис, о не лучших качествах местных мы поговорили. Но есть ведь в них что-то хорошее?

— Да, конечно! Это очень колоритные люди, с уникальным, непонятным для нас ощущением себя и мира.

Девушки в Африке, особенно в Гамбии, очень красивы — они яркие сами по себе и ходят к тому же в красочных, самобытных нарядах. Покупают материи разных цветов, шьют из них платья до пят и тюрбаны, причудливо обмотанные вокруг головы. На улицах, где много женщин, рябит в глазах от многообразия красок. Цветастые платья, а фоном — красная земля, голубое небо и ярчайшая зелень… Это потрясающе красиво.

Местные дети тоже чудесные — очень искренние, открытые, дружелюбные.

Куда бы ты ни шел — ты идёшь в их окружении, они обнимают тебя со всех сторон.

Вопреки стереотипам, эти дети ничего не клянчат, но очень благодарны, если ты хочешь сделать для них хоть что-то приятное. Подарил шариковую ручку или резинку для волос — и ты лучший друг. Между собой из-за подарков тоже никаких разборок не устраивают. Вот даришь девочке карандашик — и она обязательно даёт его всем посмотреть. Все выражают свое восхищение, передают карандаш по кругу, но, оценив его, возвращают счастливой владелице. Хорошие они!

У них ведь нет интернета, телевидения, даже радио нету. Они те самые дети, воспитанные улицей, но не в агрессии, а в постоянной коммуникации. В школы они в основном не ходят, так что как вышли из домика в 8 утра — так до ночи и играют все вместе во дворе. Не сидеть же им весь день в сооружении из шифера, жести и фанеры 3 на 3 метра…

— А расскажите, как обустроено жильё местных! И про то, где жили вы…

— В городах есть шифер, фанера, картон… На островах же — полуземлянки, слепленные из глины… Это не метафора: жилье действительно наполовину выкопано в земле кирпичного цвета, внутри лежит циновочка какая-нибудь, сверху набросаны листья и дым вьётся — значит, внутри что-то готовят…

Ну, а мы жили в так называемом отеле. Почему в «так называемом»? Потому что от всего, что нас там окружало, мы, конечно, приходили, мягко говоря, в замешательство. Мы можем жаловаться на гостиницы в нашей глубинке — протекающие потолки там, отслоившиеся обои, неисправная сантехника… Но, поверьте, это роскошные пентхаусы по сравнению с номерами, в которых мы жили.

Для того чтобы дать краткую, но точную характеристику, достаточно сказать, что унитаз здесь — предмет почти недоступной роскоши, который есть только в vip-номерах. (Смеётся.)

— Вот слушаешь это и думаешь: а как женщины, которые были в вашей компании, все эти лишения переносили?

— Стойко и с юмором! Более того, они говорили: «Ой, я думала, вообще жесть-прежесть будет! А тут ничего, терпимо».

На самом деле нам только кажется, что мы такие цивилизованные люди, приученные к горячей воде, круглосуточному электричеству и мобильным телефонам, а два-три дня — и ты ассимилируешься с местными.

В первую ночь на новом месте тебя пугает, когда соломенная крыша над тобой начинает издавать какие-то пожирающе-хрустящие звуки. А через день говоришь: «Ребята, спим дальше, это просто крыса. Хорошо, что не змея!». А через два дня: «Да это просто змея! Хорошо, что не ядовитая!». А через три: «Ядовитая? Ну ладно, хорошо, что не грабители». Ты привыкаешь и ко всему относишься философски…

Вот пример. На третий день путешествия мы пошли гулять и попали на рыбный рынок.

По ощущениям, собралось с тысячу человек. Наверху — столько же чаек. Зрелище впечатляющее: несколько сотен расписных лодок, рыбаки с уловом — огромными рыбинами — и здесь же женщины, по пояс в воде, эту рыбу разделывают. Эффектно, да…

Но дело вот в чем: всю эту рыбью требуху они выбрасывают тут же. И вся эта «радость» здесь гниет под тучей мух, а в океан стекает кровавая, шевелящаяся жижа из чешуи.

В обычной жизни вывернуло бы от такой картины, а тут сам не замечаешь, как спокойно перешагиваешь это. Только после, просматривая фото из поездки, увидели, что моя спутница шла тогда босиком! «Ну да, — говорит. — Ничего страшного. Я просто переступала. А потом ноги в океане сполоснула…»

Такие вещи ты осознаешь только по факту, вернувшись домой, а там абсолютно всё кажется нормой.

— Денис, а расскажите о четвероногих обитателях Гамбии и Гвинеи-Бисау — двуногих мы уже обсудили. Правда ли, что Африка — как это представляется обывателю — один большой зоопарк?

— Да нет, это стереотип. Животных, самых разных, очень много только в национальных парках и заповедниках.

А так… Как в Беларуси. Вот представьте: приедет к нам иностранец, попросит в лес свозить — и что мы сразу с волком и зубром там встретимся? В лучшем случае белочку увидим… А до этого придётся в засаде с фоторужьём посидеть. (Улыбается.)

Но местные прекрасно знают о наших запросах. Хотите бегемотов увидеть? Будут вам бегемоты! Но для этого нужно пройти через степи, лесополосы и полчаса по пояс в болоте. Как снимешь пиявок с ног и поднимешь глаза — так и увидишь своих бегемотов, причем очень близко. Просто: «Здравствуйте, бегемоты!».

Но хочется в этот момент, конечно, спросить у проводника, как мы дадим ходу по болотной тине, если у бегемота сегодня плохое настроение?

Ещё ходили к пруду, где крокодилы живут. Мы такие: «Ооо, крокодилы! А подойти их погладить можно?» — шутя добавляем. А смотритель пруда, покуривая, говорит: «Ну, иди… Гладь».

Как это: «иди гладь»? Прямо подойти и погладить эту пятиметровую зубастую штуку? Но подходишь так бочком — и гладишь! Можно даже за хвост взять!

Просто ни про защиту животных, ни про защиту посетителей там явно никто не слышал. (Улыбается.) И, видимо, их откармливают там так, что они не хотят есть «белых людей», но зубы показывают.

Есть, конечно, во всей этой истории момент самолюбования: вот заходишь ты маленькими шажочками в центр крокодилова лежбища и говоришь: «Эгей! Это я тут с крокодилами! Сфотографируйте меня!..» (Смеётся.)
— То есть «не ходите, дети, в Африку гулять» — это просто «пугалка» такая, а на практике можно даже крокодилов гладить?

— Нет, это всё весело, конечно, но опасно. Да и с крокодилами — дело случая. Кто знает, что ему, крокодилу этому, придет в голову.

А животные в Африке действительно такие, что, если не быть осторожным, всё может печально закончиться: крокодилы, гиены, павианы, змеюки гигантские типа зелёной мамбы. Последнюю, длинной в четыре метра, местные сбили палкой с баобаба, под которым мы отдыхали, книжки читали и смеялись над чем-то…

Павианов тоже видели! Гуляли по лесу и слышим дикие вопли какие-то. Спрашиваем у проводника, что это.
— А это павианы, — отвечает.

— Они далеко?
— Да нет! За этим кустом. Хотите посмотрим?

— Стоп. Это те самые огромные зубастые обезьяны?

— Да! Они агрессивные очень! Пойдемте посмотрим!

И ты, конечно, идешь и смотришь. (Смеётся.)
А там реально павианья семья. Вожак недобрый такой, дети его… И если что — до машины идти километр. А они ведь, павианы, львов разрывают! Нас шестерых — как нечего делать, при желании. Но… Если страшно-страшно и встречаться со всякими мамбами-павианами-крокодилами совсем не хочется, то всё верно: «Не ходите, дети, в Африку гулять!».

— Но пейзажи в Африке красивые наверняка?

— Да, места, конечно же, прекрасные. Именно то, что мы называем «нетронутой природой».

Пальмы, озёра, Атлантический океан — та самая Африка, которую ты хочешь увидеть. Чистейшие, богатейшие воды, полные рыбы, пляжи с черным вулканическим, розовым и белым, как снег, песком. И ни-ко-го. Туристов там, ясное дело, нет… Кроме нас! (Смеётся.)

— Денис, с учетом прекрасной природы, богатых природных ресурсов, почему, как вам кажется, эти страны находятся в таком плачевном состоянии?

— Трудно дать однозначно правильный ответ на этот вопрос, могу только поделиться своим мнением. Мне кажется, местное население — это взрослые разбалованные дети. Ведь если ребенку с самого начала его жизни во всем потакать, все отдавать, все прощать, дать понять, что все ему будет доставаться просто так, он, так или иначе, вырастет капризным, ленивым, ни к чему не стремящимся существом.

По сути, с тех пор, как ушли колонизаторы (в случае Гамбии — это Великобритания, у Гвинеи-Бисау — Португалия), эти страны заняты только тем, что разрушаются. В Гвинее-Бисау уничтожается временем всё, что было по-настоящему красиво: прекрасные здания, которые существовали еще в конце прошлого века — португальские балкончики, терраски, колонны… Сейчас на местах этих построек кучи мусора, который выбрасывается местными на улицах, как в Средневековье. Тут же, на этих кучах мусора, копаются люди, грифы, свиньи, бродячие собаки…

Здесь же гоняют в рукодельный, сшитый мамой мяч, местные дети. На фото, конечно, даже это выглядит эффектно, киношно, а в жизни — гораздо больше реализма.

Так, от поездки в город Болама (архипелаг Бижагош, остров Болама) остались двойственные ощущения. Болама — бывшая столица Гвинеи-Бисау, а сегодня город-призрак. Что-то вроде Припяти, только без всякой радиации…

Богатые усадьбы, внутри которых растут деревья, мощённые булыжником тротуары, которые теперь полностью поглощены разросшимися корнями… А ведь когда-то там, наверное, ходили дамы в кринолинах…

«Вот тут был банк, а тут — муниципалитет», — рассказывают. И ничего не осталось от этого величия. Из всего этого можно было бы сделать туристический аттракцион, а получился приют для бомжей…

Все достижения Гвинеи-Бисау умещаются в строчку Википедии: «Страна занимает пятое место в мире по экспорту орехов кешью». Информация для размышления из того же источника: основное вооружение Гвинеи-Бисау — 10 танков Т-34. Это те, времен Второй мировой, — один из них у нас у Дома офицеров стоит. А, и еще у них есть 2 самолета «Миг-17», выпуск которых был прекращен в 68-м году.

Об армии Гамбии умалчивается. Известно только то, что там служат 800 человек, и у них есть предмет гордости — 3 катера. Размах ясен!

— Расскажите о моменте путешествия, который дал больше всего эмоций…

— Это было в Гвинее-Бисау. Мы на той самой лодочке за полторы тысячи — что ж делать — поплыли к островам. Ехать надо было далеко, несколько часов. Вдруг начинается отлив, и мы носом садимся на мель — до берега 50 км. Воды по колено, катер не плывёт, темнеет. Через час — воды уже по щиколотку. Через два — не хватило на то, чтобы руки помыть. Темнота абсолютная, а ты посреди океана на небольшом клочке суши. Вдалеке — черные тучи в свете молний, прямо над тобой — звездное небо. Поводишь по воде — а она тоже светится: планктон фосфоресцирует.

У меня была колоночка с собой — и знаете, наши «Песняры», «Ляписы», «J:Морс» в такой ситуации очень даже «заходят»! (Смеётся.)

И вот над головой — небо, заваленное звёздами, в руках — белорусская колбаса и вино (взяли с собой заначку на острова, называется), а над океаном — «Беловежская пуща» разносится.

Несколько часов мы так провели, а потом пришел прилив, и мы, нетрезвые и очарованные, двинулись к островам.

Это, знаете, такое чувство безысходности и восторга одновременно… С одной стороны — красиво невероятно, а с другой — ты никак не можешь изменить ситуацию, абсолютно бессильный перед стихией.

— То есть, оно того стоило по факту?

— Конечно! Ведь каждое путешествие — это опыт. А опыт — это как банковский счет, как седина на голове, только накапливается внутри. А потом ты достаешь тот или иной инструмент в той или иной ситуации и удивляешься тому, что он, оказывается, давно лежит у тебя в кармане.

Говорят ведь: необходимо выходить из зоны своего комфорта. А тут не то что выход, а вылет самый настоящий за эти границы. И это здорово. В такие моменты ты живёшь, ты дышишь.

Сегодня пьешь капучино в кафе, а завтра думаешь «надо мне встряхнуться!», берёшь себя в пригоршню и закидываешь как можно дальше — в Африку на три недели. А что там? А неважно, что там. Интересна не точка прибытия, а путь.

И когда ты прошел новую часть пути, можно снова в норку: рассказывать за капучино о том, как гладил крокодилов. (Смеется.)

И знаете, что самое интересное? Только благодаря путешествиям, которые выводят из зоны комфорта, понимаешь, а был ли тот самый комфорт или ты его себе придумал.

Кто его знает, что комфортнее: этот капучино или белый песок у океана?

Нужные услуги в нужный момент
-10%
-30%
-10%
-20%
-17%
-20%
-30%
-25%
20170619