• Тело
  • Вкус жизни
  • Отношения
  • Стиль
  • Карьера
  • Звезды
  • Вдохновение
  • Еда
  • Анонсы
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС
  1. «Банк умыл руки». Помните историю с изъятием ценностей из ячеек Белгазпромбанка? Спросили, вернули ли их
  2. В прокате — «Чернобыль» Данилы Козловского. Что с ним не так?
  3. В ФСБ России рассказали подробности «дела о планировавшемся в Беларуси перевороте»
  4. «Врач говорил: «Вам лучше второго ребенка родить». История Юрия, воспитывающего ребенка с аутизмом
  5. Школьный друг Виктора Бабарико уже 10 месяцев в СИЗО КГБ. Вот что рассказывает об этом его брат
  6. «Подобных дел в истории суверенной Беларуси не было». В КГБ сообщили подробности по «делу о госперевороте»
  7. Лукашенко обвинил американские спецслужбы в подготовке покушения на него и сыновей
  8. «Переболел COVID-19 и вернулся». История 92-летнего фельдшера, без которого в деревне никак
  9. Что происходит с ИП, которым хотят поднять налоги и взносы: теряют рынок, падает товарооборот
  10. «Дело о госперевороте», анонс принципиального решения и дочка Тимы Белорусских — все за выходные
  11. Мы вам — факт о стране, а вы нам ее называете. Тест: Беларусь, Туркменистан, КНДР или США?
  12. «Два раза смотрел потом». Лукашенко прокомментировал «шпионский» фильм «Манкурты»
  13. Свежая статистика по COVID-19 в стране: сколько новых случаев коронавируса за сутки
  14. Автозадачка на выходные. Попробуйте разгадать секрет тайного знака японских водителей
  15. Госдеп назвал ложными заявления о причастности США к попыткам устранения Лукашенко
  16. Склепы с останками ребенка и взрослого обнаружили при прокладке теплотрассы в центре Могилева
  17. Белорусская и российская стороны высказались о задержании Зенковича и Федуты. Какие вопросы остались
  18. «Ну ты же понимаешь о последствиях». Работники рассказали, по сколько сбрасывались на субботник
  19. Не до покупок. В Беларуси заметно сократился розничный товарооборот
  20. Как вовремя заметить предвестники алкоголизма? Главное о здоровье за неделю
  21. От выстрелов под Лиозно до погреба в Гомельской области. Как «покушались» на Лукашенко
  22. 12 футбольных топ-клубов Европы официально объявили о создании Суперлиги: что об этом известно
  23. Как власть услышала народ — и решила отомстить, суетливо и неразборчиво. Мнение
  24. Почему начало глаукомы легко пропустить? Врач рассказывает про опасное заболевание глаз
  25. «Шахтер» выдал абсолютно лучший старт в чемпионате Беларуси по футболу за свою историю
  26. Захарова: Запад хотел «перекрыть» информацию о готовящемся в Беларуси перевороте заявлениями Праги
  27. Где в Беларуси численность населения падала, а где росла? Посмотрели статистику по регионам
  28. В Беларуси рванули цены на курицу, свинину, картошку, сладости, пиломатериалы и туристические услуги
  29. «Все оказались в выигрыше». Эксперты — о «предотвращении переворота» в Беларуси и роли России в этом
  30. На «Гомсельмаше» рассказали про 400 вакансий, приглашение россиян на работу и зарплаты выше 3600 рублей


Вероника Уласевич / Фото: Сергей Павлов для "Имен" /

Медсестра Марина за месяц вылечила ноги Евгении Яковлевны от трофических язв, и бабушка стала лучше ходить. Веру Александровну патронажная сестра научила поднимать руки и ноги и почти отучила плакать. А Эдварду Адамовичу она выписывает рецепты по живой очереди и приносит лекарства прямо домой.

В Беларуси проживают 134 700 одиноких пожилых людей, и многие из них нуждаются в ежедневной медицинской и бытовой помощи на дому. Соцработники не вправе оказывать медицинские услуги, а участковые медсестры из поликлиник физически не успевают каждый день посетить всех тяжелобольных пациентов. Максимум — два раза в месяц, а этого крайне мало. Проблему решает медико-социальная служба Белорусского Общества Красного Креста (далее — Красный Крест) «Дапамога».

Историю об одной из патронажных сестер, которая изменила жизнь тяжело больных людей в Вилейке, сегодня рассказывают «Имена».

Как 92-летняя Евгения Яковлевна живет воспоминаниями и справляется с бытом

Вилейка встретила крепким февральским морозом. Медицинская сестра милосердия Марина Чаган мороза не боится. Она устроилась в местный Красный Крест месяц назад. Ее сразу предупредили: город растянут по площади, подопечных много — придется побегать. За это время Марина добегалась до того, что сбросила 6 килограммов.

— Сама я минчанка. Всю жизнь проработала процедурной медсестрой сначала в областной больнице, потом — в поликлинике, а последние шесть лет — в детском онкоцентре, — делится 42-летняя медсестра, пока идем к ее первой подопечной. — Два года назад мы с мужем купили дачу в деревне Кульшино в 10 километрах от Вилейки. Там прекрасные озера, а я заядлый рыбак. Рыбачу, как положено, на лодке, любого мужика сделаю. Мы катались из Минска в деревню, пока муж не захотел переехать. А что это за семья, если жить по отдельности? Я уехала за ним.

На новом месте Марина сразу начала искать работу. Разместила объявление в соцсетях, а на следующий день ей позвонили из Красного Креста:

— Вы не можете себе представить, сколько посыпалось предложений. Предлагали устроиться в социальную службу и работать прямо в деревне, недалеко от дома. Там чистая социалка: принести дрова, сбегать в магазин, кушать приготовить. Предлагали быть сиделкой и сутками ухаживать за одним человеком. Но я сама по себе очень энергичная, не могу сидеть на одном месте. Да и медицинскую квалификацию не хочется терять. Вот Красный Крест и подошел по всем параметрам.

У Марины 11 подопечных. К 8 из них раньше уже приходила другая патронажная сестра, но она сменила работу. Ее работа оплачивалась за счет ресурсов Красного Креста. А 3 — новые, их взяли на обслуживание месяц назад благодаря проекту «Патронажная служба в регионах». Новые подопечные более тяжелые, у них Марина бывает раз в день, за исключением выходных. К остальным подопечным приходит чуть реже, в зависимости от их потребностей. В экстренном случае они напрямую звонят медсестре и спрашивают, что делать, к примеру, если скачет давление или болит сердце.

Евгения Яковлевна — одна из новых подопечных. Она живет в частном доме на берегу Вилии.

92-летняя бабушка в хорошую погоду любит выходить на берег реки и любоваться, как лебеди сбиваются в стаи и кружатся по водной глади. Волшебное зрелище действительно завораживает.

Сегодня Евгения Яковлевна решила не выходить на мороз, чтобы не поскользнуться и не упасть. Ходить ей уже тяжело, передвигается с помощью деревянной трости.

Первым делом патронажная сестра усаживает бабушку на кресло. Потом открывает сумку-укладку весом до 10 килограммов, надевает перчатки и начинает обрабатывать бабушкину ногу физраствором. Еще месяц назад у Евгении Яковлевны гноились трофические язвы до самого колена на двух ногах, из-за них ей было больно ходить. Сейчас на одной ноге язвы зажили, вторая нога тоже вот-вот вылечится.

— Чесали ножку руками? — спрашивает Марина у бабушки.

— Не-не-не, не часала. Ножки у меня уже не те.

Весь стол усыпан тюбиками и коробочками с лекарствами. Дочка Евгении Яковлевны работает преподавателем в Минске. Каждые выходные она старается бывать у мамы, покупает ей необходимые лекарства и постоянно созванивается с Мариной, чтобы узнать о здоровье мамы. Еще у бабушки есть два сына. Один живет в деревне рядом с Вилейкой, второй — в Молодечно. Они уже сами в возрасте, им физически трудно помогать маме.

Каждый раз, когда приходит медсестра, Евгения Яковлевна рассказывает одну и ту же историю. Как она работала санитаркой в физиотерапевтическом кабинете и излечила мужчину от бесплодия с помощью примочек. А еще бабушка всегда показывает удостоверение участницы войны и фотографии правнуков — двух девочек и мальчика.

— Мужа астма загубіла. Трыццаць гадоў як яго ўжо няма, — вспоминает Евгения Яковлевна. — Я не сумую. Раней вязала пруткамі і кручком. А зараз рукі не робяць. Дачка ўгаворвае да яе ехаць. А мне і тут добра: мне ніхто не мяшае і я нікому не мяшаю. Буду жыць, сколькі бог адмераў. Жыццё дажываць — старасці не мінеш, моладасці не вароціш. А што зрабіць?

Кроме обработки трофических язв медсестра измеряет бабушке давление и следит за приемом лекарств. Если какие-то препараты заканчиваются, Марина заказывает талон к врачу и по общей очереди идет в поликлинику выписывать рецепты вместо бабушки. Потом медсестра идет в аптеку и покупает лекарства, приносит бабушке домой и подписывает на коробках, когда и в каком количестве их принимать. При необходимости медсестра может вызвать врача на дом.

Два раза в неделю к Евгении Яковлевне приходит соцработница. Она покупает продукты и готовит есть, прибирает в доме. Но все остальное время бабушка тоже нуждается в уходе. Марина может наносить ей дров, разогреть еду, помыть посуду и вынести мусор.

История Веры Александровны, которую болезнь лишила движения и интереса к жизни

— Я же вижу, что Яковлевна почесала ногу, там рана от ногтей. Видимо, постеснялась признаться, — Марина быстро рассекретила бабушку, когда мы вышли из ее дома. — А вчера я к ней приходила, так на ногах отек появился за выходные. Значит, утром забыла выпить таблетку. Я могу и строгость проявить, немного пожурить, чего та не выпила лекарство. Чтобы помнила, что мы для нее стараемся. Когда ты замечаешь у подопечного улучшение, когда виден результат твоей работы, потом очень неприятно, если снова все возвращается на свои места.

В 8 утра Марина садится на автобус в своей деревне и приезжает в Вилейку. Она забегает в офис за сумкой и постиранными вещами для подопечных и начинает обход. Сначала медсестра приходит к тем, кто живет недалеко от офиса. Потом идет дальше — к Набережной и в Шанхай (так местные жители называют отдаленный на 11 километров от центра кусочек Вилейки). На каждого человека уходит по часу-полтора.

— Пока бегаешь туда-сюда по морозу, время быстро пролетает. Я думала скутер приобрести, чтобы было еще быстрее, но как-то не учла, что еще на права надо отучиться. Быстрее будет взять велосипед, — на ходу рассуждает медсестра. — Я воспитана в Советском Союзе: надо ногу бабушке перевязать — ты должна расшибиться, но дойти. И этого уже не выбить.

Обедает Марина чаще всего йогуртом по дороге к подопечным. Домой приезжает к 6−7 вечера — день на день не приходится. Муж предлагал ей сидеть дома. Медсестра наотрез отказалась: «Сейчас есть повод и в парикмахерскую сходить, и маникюр сделать. А что дома? Скучно. Да и себя хочется реализовать, с людьми пообщаться». Первую зарплату она пока не получала. Предполагает, что в сумме выйдет рублей 500 — 600. «На прическу, маникюр и такси должно хватить», — шутит женщина.

— Все подопечные совершенно разные по характеру. Вот Евгения Яковлевна жизнерадостная, бойкая и позитивная, любит поболтать. Женщина, к которой мы сейчас идем, всегда плачет. Я стараюсь ей объяснить, что жалеть себя не надо. Это еще больше выматывает и делает жизнь совершенно беспросветной, — рассказывает о подопечных Марина. — В основном все они одинокие. Но у некоторых есть дети. Кто-то пестует своих родителей и относится с душой, а кто-то дожидается наследства. Но я не могу судить других людей.

У дома следующей подопечной Марина заглядывает в блокнот, чтобы вспомнить номер квартиры. Она шутит, что у нее тоже есть болезнь — цифры и имена. Квартиру открывает сиделка, которую наняли двое сыновей 74-летней Веры Александровны.

Сыновья тоже живут в Вилейке, у них свои семьи. Маму проведывают по несколько раз в неделю, привозят продукты. Готовит и убирается в квартире сиделка. Медицинских навыков у нее нет, поэтому на помощь приходит патронажная сестра Марина.

— Сейчас я помажу вам ранки. Не бойтесь. Давайте, моя дорогая, на левый бок. Одной ручкой беремся, второй — помогаем. Вот так, — Марина научила женщину поднимать руки и ноги. Сейчас она может сама ухватиться за поручень функциональной кровати, с которой помог Красный Крест, и поддержать себя, пока переворачивается на бок. Медсестра уверена, что медленными шажками Вера Александровна «начинает просыпаться». Раньше ей никто не объяснял, как и что надо делать.

В свое время Вера Александровна работала в Минске и занимала высокий пост. А потом у нее развилась ишемическая болезнь сердца, обнаружили болезнь Паркинсона, началась эпилепсия, и тело стало обездвиженным. Сыновья забрали женщину в Вилейку. Здесь она живет уже полтора года.

— У нее интересное обездвиживание тела. Голова двигается, руки и ноги тоже может приподнимать. Я такого никогда не встречала, — признается Марина. — Как только у меня на руках будет карточка, обязательно схожу к врачу. Может, человека можно поставить на ноги.

Марина обрабатывает Вере Александровне пролежни, приподнимает ее и меняет подгузники. Часто женщина сама стягивает подгузник, думая, что это белье, и лежит на грязной простыне. Тогда Марина забирает грязное белье и несет на стирку в Красный Крест. Для этих целей в офисе есть стиральная машинка.

— Как ваше настроение? — интересуется медсестра.

— Одиноко мне, — из глаз женщины капля за каплей стекают слезы.

— Так, самое главное правило — не плакать. Вы же знаете, что я не разрешаю плакать.

Вера Александровна просит у Марины стакан воды и медленно продолжает свою исповедь:

— Раньше я была худая, как галинка. А тут и живот вон какой появился, и руки никогда такими не были. Во рту все пересыхает. Самочувствие вроде ничего. И дети меня смотрят, и сиделки. Сыновья у меня хорошие, они работают, у них свои семьи. Правда, хочется встать, походить хотя бы по квартире и побыть самой себе. Мне так надоело лежать.

Каждый раз Вера Александровна просит Марину разузнать, положена ли ей реабилитация и есть ли у нее шансы снова встать на ноги. Медсестра кивает головой, а сама не хочет понапрасну ее обнадеживать и не знает, что отвечать.

Эдвард Адамович, который не хочет жить без жены и не отпускает дочь в магазин без обиды

Все подопечные патронажной медсестры — это люди с медицинскими показаниями. У них есть серьезные проблемы с давлением и сердцем, они лежат после инсультов, нуждаются в ежедневной обработке пролежней и трофических язв, у них стоит диагноз "болезнь Паркинсона", а кому-то нужно перевязывать ампутированную из-за сахарного диабета руку или ногу.

— Где нужно, я могу помолчать и послушать подопечных. Самые болевые точки у них — одиночество и жалость к себе. Они чувствуют приближение неизбежного, и кто-то принимает это достойно, а кто-то не знает, куда деться от старости, — уверена патронажная медсестра Марина.

К примеру, Эдвард Адамович перестал бороться за жизнь четыре месяца назад, когда умерла его жена. Их кровати стояли напротив друг друга, и они могли пересматриваться, что-то обсуждать, а иногда даже ругались в шутку для разнообразия. Бабушка всегда дразнила мужа, что переживет его. Договорилась: легла спать, а наутро уже была холодной.

— Яшчэ не памёр, — невнятным хрипом встречает медсестру 90-летний дедушка. — Каб мне нічога не балела, быў бы здаровым.

Эдвард Адамович совсем хрупкий. У него болезнь Паркинсона, и он уже пять лет не встает. А раньше работал в колхозе, не боялся физического труда. Сейчас дедушка с поддержкой садится, приподнимается, чтобы сходить в туалет, лежит без памперсов, а в остальном нуждается в ежедневном уходе.

— Он в жизни никогда не был в больницах. А потом сделали две операции на желудке, непроходимость была. Потом случился этот Паркинсон. Сказали, что он всегда заканчивается в горизонтальном положении. Я кинула работу и забрала родителей к себе. А что было делать? — задается риторическим вопросом дочь Елена.

Марина любит приходить к дедушке. Здесь видно, как дочь его бережет и ухаживает за ним. Но она не может никуда отлучиться из квартиры: отец может нечаянно свалиться с кровати или просто расстроиться.

— У него еще тот характер. Воюю с ним одна. Чуть хочу отлучиться в магазин — сразу обида начинается, — выдает отца дочка. Тот начинает смущаться и тяжело дышать.

Марина приходит к дедушке, чтобы проверить давление и проконтролировать прием лекарств. Она может посидеть с подопечным, пока дочка сбегает в магазин. Также медсестра ходит в поликлинику за рецептами и покупает лекарства. Пролежней и трофических язв у дедушки нет: дочка по несколько раз за ночь встает и переворачивает папу то на бок, то на спину.

— Дачка мяне любіць, масаж робіць. У мяне рукі слабыя. Сам ужо не накрыюсь і не раскрыюсь, — говорит дедушка мало. От долгого лежания его мучает частый кашель. Да и после еды дочка достает его зубы, чтобы не подавился вставной челюстью. А без зубов говорить трудно. Остается только слегка приоткрывать рот и учащенно дышать.

Марина признается, что до конца еще дедушку не раскусила. Он очень молчаливый и замкнутый в себе. В душу медсестра предпочитает не лезть, если человек сам этого не хочет. Возможно, со временем Эдвард Адамович поделится своей историей.

Работа Марины и ее помощь пожилым людям стала возможна благодаря проекту «Патронажная служба в регионах». Рассказываем, как можно помочь

Пока что медико-социальной службы по уходу за тяжелобольными людьми на дому нет в 74 регионах страны. Шаг за шагом неравнодушные белорусы могут помочь Красному Кресту охватить все районы. А это значит, что еще больше нуждающихся в медицинской и социальной помощи людей смогут прочувствовать на себе конкретные изменения в лучшую сторону.

Нуждающихся в постоянной помощи на дому слишком много, а медсестер — мало. Благодаря усилиям Красного Креста сегодня 184 медицинские и младшие сестры милосердия ежегодно помогают около 1500 человек.

Чтобы помощи было больше, вы можете поддержать совместный проект «Имен» и Красного Креста «Патронажная служба в регионах», все подробности о котором можно прочесть по этой ссылке.

-21%
-5%
-30%
-28%
-10%
-17%
-15%
0073062