108 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Где поесть утром? Фудблогеры советуют самые красивые завтраки в городе
  2. Минское «Динамо» в третий раз проиграло питерскому СКА в Кубке Гагарина
  3. Россия анонсировала в марте совместные с Беларусью учения. В том числе — под Осиповичами
  4. «Молодежь берет упаковками». Покупатели и продавцы — о букетах с тюльпанами к 8 Марта
  5. Минздрав опубликовал свежую статистику по коронавирусу: снова 9 умерших
  6. Стильно и минималистично. В ЦУМе появились необычные витрины из декоративных панелей
  7. BYPOL выпустил отчет о применении оружия силовиками. Изучили его и рассказываем основное
  8. На 1000 мужчин приходится 1163 женщины. Что о белорусках рассказали в Белстате
  9. «Очень сожалею, что я тренируюсь не на «Аисте». Посмотрели, на каких велосипедах ездит семья Лукашенко
  10. Что критики пишут о фильме про белорусский протест, показанном на кинофестивале в Берлине?
  11. Изучаем весенний автоконфискат. Ищем посвежее, получше и сравниваем с ценами на рынке
  12. Еще 68,9 млн долларов. Минфин в феврале продолжил наращивать внутренний валютный долг
  13. «Хлеба купить не могу». Работники колхоза говорят, что они еще не получили зарплату за декабрь
  14. «Прошло минут 30, и началось маски-шоу». Задержанные на студенческом мероприятии о том, как это было
  15. «Ушло вдвое больше дров». Дорого ли выращивать тюльпаны и как к 8 марта изменились цены на цветы
  16. Лукашенко рассказал, что сделал бы, «если бы в стране была настоящая диктатура» и о своем «дворце»
  17. Суды над студентами и «Я — политзаключенная». Что происходит в Беларуси и за ее пределами 7 марта
  18. Госконтроль заинтересовался банками: не навязывают ли допуслуги, хватает ли банкоматов, нет ли очередей
  19. «Кошмар любого организатора». Большой фестиваль современного искусства отменили за сутки до начала
  20. «Если вернуться, я бы ее не отговаривал от «Весны». Разговор с мужем волонтера Рабковой. Ей грозит 12 лет тюрьмы
  21. На ЧМ эту биатлонистку хейтили и отправляли домой, а вчера она затащила белорусок на пьедестал
  22. Стачка — за разрыв договора, профсоюзы — против. Что сейчас происходит вокруг «Беларуськалия» и Yara
  23. Оловянное войско. Как учитель из Гродно преподает школьникам историю с солдатиками и солидами
  24. Как заботиться о сердце после ковида и сколько фруктов нужно в день? Все про здоровье за неделю
  25. Помните, сколько стоили машины на авторынке в Малиновке 20 лет назад? Сравнили с современными аналогами
  26. «Танцуем, а мое лицо прямо напротив ее груди». История семьи, где жена выше мужа (намного!)
  27. Кто стоит за BYPOL — инициативой, которая публикует громкие расследования и телефонные сливы
  28. На воскресенье объявлен оранжевый уровень опасности
  29. Я живу в Абрамово. Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать
  30. «Можно понять масштаб бедствия». Гендиректор «Белавиа» — про новые и старые направления и цены на билеты


Дарья Клюйко /

Это не он открыл мазохизм, но тем не менее подарил ему свое имя. Рассказывая в своем творчестве о наслаждении, которое он получал от подчинения, боли и унижения, этот человек, сам того не зная, создал огромную субкультуру (которая позже обзавелась своей индустрией), а также обрел миллионы приверженцев. Сегодня исполняется 185 лет со дня рождения австрийского писателя Леопольда Захер-Мазоха.

Леопольд Риттер фон Захер-Мазох родился 27 января 1836 года во Львове — тогда он назывался Лемберг и был столицей королевства Галиции и Лодомерии. Его мать — Шарлотта Мазох, была дочерью профессора и тогдашнего ректора Львовского университета Франца фон Мазоха. По его просьбе, чтобы не угас древний род, и с разрешения императора отец будущего писателя присоединил девичью фамилию жены к своей. Так малыш Леопольд фон Захер стал Захер-Мазох.

Уже будучи взрослым, Леопольд всегда говорил, что считает себя украинцем и очень этим гордится. Хотя кровей в нем было намешано немало. Любовь ко всему, что связано с Украиной, он впитал буквально с молоком, правда не матери, а сельской кормилицы, которую наняли его родители:

— С ее молоком я впитал любовь к украинцам, впитал в себя украинский язык и любовь к краю своего рождения, к своему отечеству. Благодаря моей кормилице украинский язык стал первым, которым я овладел. Именно она рассказывала мне волшебные украинские сказки или пела, убаюкивая.

Много лет спустя Захер-Мазох напишет множество этнографических очерков и художественных описаний быта Галиции, воспевая восточнославянскую культуру и культуры других народов, которые в то время населяли регион: «Новеллы русского двора», «Галицинские рассказы», «Еврейские истории».

На его сочинения также повлияли и занятия ближайших родственников. Например, тот самый дед-профессор был автором очень странного, но популярного в то время метода лечения холеры. Больного человека избивали, и с мученическим потом уходила и холера. Этот способ применялся для лечения тяжелых случаев.

Отец Леопольда фон Захера служил в полиции, участвовал в подавлении локальных восстаний, в том числе знаменитой Галицийской резни (1846) — бунта крестьян в Западной Галиции. Приходя домой, он в подробностях рассказывал о том, с чем ему приходилось сталкиваться на работе. Но всех переплюнула его тетка — графиня Ксенобия. Однажды мальчик стал свидетелем того, как она поколотила собственного мужа, его друзей и любовника за один присест. А затем досталось и самому Леопольду — за то что подглядывал.

— Я изо всех сил стискивал зубы, слезы подступили у меня к глазам. Но следует признать, что, корчась под жестокими ударами прекрасной женщины, я испытывал своего рода наслаждение.

Уже в 19 лет прилежный и умный Леопольд стал доктором права с местом приват-доцента в Грацском университете. Но гораздо больше его привлекали литературные опыты. Он пишет свои первые рассказы, а в 1858 году выпускает, правда анонимно, свой дебютный роман: «Одна галицийская история. Год 1846».

В 1870 году свет увидел еще один роман автора — знаменитая сегодня во всем мире «Венера в мехах». На его создание Леопольда вдохновила собственная любовная история. У него была связь с некоей Фанни фон Пистор, подкрепленная весьма странным соглашением:

«Г-н Леопольд фон Захер-Мазох своим честным словом обязуется быть рабом г-жи Фанни фон Пистор, безоговорочно исполнять все ее желания и приказания в течение шести месяцев кряду. Г-жа Фанни фон Пистор со своей стороны не имеет права домогаться от него чего-либо бесчестного (лишающего его чести как человека и гражданина). Она, далее, должна предоставлять ему ежедневно 6 часов для его работы и никогда не просматривать его письма и записи. При каждом его проступке, упущении или оскорблении величества госпожи (Фанни фон Пистор) она может наказывать своего раба (Леопольда фон Захер-Мазоха), как ей заблагорассудится. Словом, ее подданный должен повиноваться своей госпоже с рабским покорством, принимать изъявления ее милости как восхитительный дар, не предъявлять никаких притязаний на ее любовь, никаких прав в качестве ее возлюбленного. Со своей стороны, Фанни фон Пистор обещает по возможности чаще носить меха, особенно тогда, когда она выказывает жестокость. По истечении шести месяцев обе стороны должны рассматривать эту интермедию рабства как не имевшую места и не делать на нее никаких серьезных намеков, а все, что имело место, — забыть и вступить в прежние любовные отношения. Эти шесть месяцев не обязательно должны следовать друг за другом, они могут на долгое время прерываться, кончаться и вновь начинаться по прихоти госпожи».

Точно такое же соглашение заключили между собой главные герои «Венеры в мехах» — Северин фон Куземский и Ванда фон Дунаева. Что было дальше — можно узнать, прочитав данную книгу до конца или посмотрев одну из трех экранизаций. Кстати, эксплуатация собственных любовных переживаний — прием, которым Захер-Мазох пользовался довольно часто. Отношения с Анной фон Коттвиц стали основой романа «Разведенная женщина» (1870).

Настоящая популярность пришла к Леопольду после публикации «Дон Жуана из Коломыи» (1872), когда его имя узнала вся Европа, а новеллы из-под пера писателя разлетались как горячие пирожки. Им восхищались коллеги по цеху: Эмиль Золя, Гюстав Флобер и оба Александра Дюма — отец и сын. Президент Франции вручил Захер-Мазоху  орден Почетного легиона, а психолог Крафт-Эбинг официально ввел термин «мазохизм» в науку.

Однако великим литератором он стать не сумел. Супруга и мать двоих его сыновей Аврора фон Рюмслин требовала от своего мужа огромных заработков: приходилось один за другим кропать порнографические рассказы. История окончилась разводом и полным банкротством автора «Венеры в мехах». Народная слава исчезла, как и деньги, издатели уже не так охотно хотели публиковать его произведения. Женился, было, во второй раз на гувернантке своих детей на 20 лет младше его самого, но и этот союз долго не просуществовал.

В последние годы жизни Леопольд находился под постоянным медицинским надзором, лежал в психиатрическом стационаре. До своих 60 лет он не дожил — скончался 9 марта 1895 года от сердечного приступа. Тело писателя после смерти кремировали. А три десятка лет спустя огонь уничтожил прах автора повторно — во время пожара в его доме.

— Истинные мазохисты любят, чтобы их кремировали дважды, — пошутил кто-то над этой историей.

После себя прозаик оставил 80 повестей, свыше 100 новелл и рассказов, восемь пьес, сотни статей и эссе для газет и журналов. К сожалению, многие современные читатели путают сочинения Захер-Мазоха с произведениями другого автора — Маркиза де Сада (подарившего свое имя понятию «садизм») — хотя на самом деле, между ними нет ничего общего. У Захер-Мазоха не найти той «чернухи», которая, несомненно, есть в книгах де Сада. Больше того, множество произведений Леопольда — легкие, комедийные и вовсе лишенные мазохистской подоплеки.

Память писателя увековечили в его родном Львове, установив статую Леопольда фон Захер-Мазоха перед входом в «Мазох-кафе» (где, поговаривают, официантки носят с собой плетки). Если запустить руку в карман скульптуры — можно нащупать интимную часть тела писателя.

-5%
-25%
-30%
-20%
-10%
-31%