170 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Пяць палацаў, якія можна купіць у Беларусі (ёсць і за нуль рублёў)
  2. Нарколог рассказала, почему стоит обращать внимание на состав алкоголя
  3. Эксперт рассказал, что можно посадить в длинные выходные, а что еще рано сажать
  4. Сколько людей пришло в ТЦ «Экспобел», где бесплатно вакцинируют от коронавируса
  5. «Баявая сяброўка». Як украінка набыла танк, вызваляла на ім Беларусь ад фашыстаў і помсціла за мужа
  6. «Шахтер» обыграл БАТЭ благодаря шикарному голу Дарбо. Чемпионская интрига убита?
  7. Что происходило в Минске в День Победы: Лукашенко с сыновьями, очередь за кашей и досмотры
  8. «Не доводите ногти до такого». Эти специалисты работают со стопами и показывают видео не для слабонервных
  9. День Победы в Минске завершили концертом и фейерверком. Посмотрели, как это было
  10. Инфекционист — о поставках в Беларусь вакцины от Pfizer и BioNTech и реакциях на прививку от COVID-19
  11. Лукашенко: «Давайте прекратим это не нужное никому противостояние»
  12. В Минске все-таки запустили в небо тысячи красных и зеленых шариков, против которых подписывали петицию
  13. «Хочу проехать по тем местам». Актер Алексей Кравченко — об «Иди и смотри» и съемках в Беларуси
  14. «Он меня слышит, реагирует на голос». Что сейчас с Ромой, который вынес из огня брата
  15. «Мама горевала, что не дождалась Ивана». Спустя 80 лет семья узнала о судьбе брата, пропавшего в 1941-м
  16. «Заходишь в город, а там стоит плач и кругом сотни гробов». История 95-летнего ветерана ВОВ
  17. 76 лет назад закончилась Великая Отечественная война. В Беларуси празднуют День Победы
  18. Декрет «о коллективном президенте». Объясняем, о чем он — коротко
  19. «Общество заточено на «откаты». Откровенный разговор с архитектором о строительстве частных домов
  20. Автозадачка на выходные. Загадка про легендарный автомобиль эпохи 70-х
  21. «Пленные взбунтовались — врача похоронили с оркестром». История и артефакты из лагеря в Масюковщине
  22. Ведущий химиотерапевт — о причинах рака у белорусов, влиянии ковида и о том, сколько фруктов есть в день
  23. «Ці баяўся? Канешне, баяўся». Дзесяць цытат Васіля Быкава пра Вялікую Айчынную вайну
  24. Освободилась белорусская «рекордсменка» по «суткам» за протесты. Она отбыла в изоляторе 105 суток
  25. Лукашенко подписал декрет о переходе власти в случае его гибели
  26. Арина Соболенко выиграла турнир в Мадриде, одолев первую ракетку мира
  27. «Когда войну ведут те, кто уже проиграл». Чалый объясняет «красные линии» и угрозы Лукашенко
  28. Какую из вакцин от ковида, которыми прививают в Беларуси, одобрил ВОЗ? Главное о здоровье за неделю
  29. В Лиде заметили странную очередь, в которой раздавали деньги. В исполкоме говорят о возможной провокации
  30. «Всех разобрали, а я стою. Ну, думаю, теперь точно расстреляют». История остарбайтера Анны, которая потеряла в войну всех


/ Фото: Ирина Шуст /

— Родственники, друзья, знакомые — вот, считай, и все клиенты. Если за месяц заработаем сто рублей — уже хорошо, — рассказывает Евгения Матарас. — В душе я художник! Вот эту елку, — указывает на элемент интерьера, — увидела в инстаграме. Подумала: «Ее можно оформить интереснее». Муж смастерил каркас, а я украсила! Почти все новогодние декорации сделаны мной и супругом.

Фото: Ирина Шуст

«Как красиво! Почему это заброшено?»

Здание лодочной станции в городском поселке Октябрьский семья Матарас приобрела в 2012-м году. Евгения по образованию библиотекарь с возможностью преподавания истории. По специальности практически не работала:

— Была педагогом-организатором в одной из местных школ больше года. До выхода в очередной декрет работала в ТЦСОН (территориальный центр социального обслуживания населения. — Прим. редакции). Заведовала отделением дневного пребывания инвалидов и граждан пожилого возраста, преподавала компьютерную грамотность.

Я не задерживаюсь долго на одном месте, если чувствую, что выросла. Таких людей в госорганизациях не очень любят, прыгунами называют. Я, выходит, из таких, — улыбается. — Всегда мечтала о своем деле, быть независимой в принятии решений.

Евгения родом из Старой Дубровы (деревня в окрестностях поселка. — Прим. редакции), муж — из Житковичей. Пара успела пожить в разных городах Беларуси, России. Искали свое:

— В Октябрьский мы приехали в 2008 году. Я повела мужа по местам моей молодости. Прогуливаясь около озера и лодочной станции, он сказал: «Как красиво! Почему это заброшено?»

Здание по документам построено в 1990—1991 годах. Оно принадлежало ДОСААФ (добровольное общество содействия армии, авиации и флоту. — Прим. редакции) и было создано, чтобы поддерживать в жителях стремление к здоровому образу жизни: картинги, катамараны, байдарки. Помню, как ребенком с папой катались на этих катамаранах. Фотография даже сохранилась, — делится Евгения. — Объект закрыли в 1994 году.

А в 2006-м в Октябрьском пускали природный газ. По этому поводу прилетал Александр Лукашенко. Торжественное мероприятие происходило недалеко от лодочной станции, поэтому здание попытались привести в порядок.

Власти нашли заинтересованных, начались работы по благоустройству. После визита Лукашенко оказалось, что новым хозяевам развернуться на объекте не дадут. Может, были и другие причины, но с тех пор здание опять оказалось невостребованным. Пока на него не упал наш взор, — улыбается Евгения.

«Мы понимали, что будет сложно, но не представляли реальных масштабов»

Фото: Ирина Шуст

В 2010 году балансодержатель ДЮСШ (детско-юношеская спортивная школа. — Прим. редакции) решился продать здание. Первоначальная цена была слишком высокой, но в течение нескольких лет снизилась до одной базовой величины.

— Но, представьте, даже за эту цену на здание лодочной станции никто не претендовал. Два аукциона прошли вхолостую. К третьему я открыла ИП (физлица не могли претендовать на подобное имущество). Муж на тот момент работал в Октябрьском райпо (районное потребительское общество. — Прим. редакции) главным инженером. Мы с супругом внесли требуемый задаток в 10 рублей (до деноминации — 100 тысяч рублей, одна базовая величина на тот момент. — Прим. редакции) и поехали на аукцион в Гомель.

Там нас ждал сюрприз в лице конкурента на здание. Мужчина долго держал табличку, не сдавался. Остановился на сумме, которая по тогдашнему курсу была равноценна трем тысячам долларов.

Выплата таких денег далась семье Матарас тяжело. К тому же нужно было выполнить три обязательных условия по Указу Президента Республики Беларусь от 27 февраля 2007 г. № 108 «О некоторых мерах по вовлечению в хозяйственный оборот неиспользуемого государственного имущества»:

  • ввод объекта в эксплуатацию в течение двух лет;

  • осуществление предпринимательской деятельности не менее трех лет после купли-продажи;

  • создание не менее двух рабочих мест.

— В случае невыполнения — возврат объекта и выплата стоимости продажи. То есть ты отдаешь бывшему собственнику его имущество и платишь столько же, сколько уже заплатил. Затраты на ремонт никто не компенсирует. Поле чудес! — возмущается женщина. — Мы понимали, что будет сложно, но не представляли реальных масштабов.

Пара начала готовить объект ко вводу в эксплуатацию. Первая трудность, с которой столкнулись, — подключение здания к электрическим сетям:

— Местная энергоорганизация насчитала, что это обойдется в районе 5 тысяч долларов. Мы стали предлагать альтернативные варианты. Муж сделал свою смету — получилось 500 долларов. Полгода отстаивали свой вариант в разных инстанциях — добились. Ситуация, которая растянулась на шесть месяцев из двух данных нам лет, показала, что местная власть не настроена помогать.

Евгения с супругом выполнили все условия покупки. Летом 2014-го года лодочная станция приняла первых посетителей. Катамараны, батут, лодка с моторчиком, мячи, бадминтон, настольный футбол — здесь предлагали всё для активного отдыха на свежем воздухе. Гости отмечали свадьбы, дни рождения.

«Раньше тут был пляж, белый песок. Сейчас на это место нельзя смотреть без слез»

— Основная проблема, которая мешает нашему развитию, — нарушение водного баланса водоема. Причина — неисправность гидротехнических сооружений, которые регулируют уровень воды, отсутствие своевременного обслуживания и расчистки мелиоративных каналов. Чиновники говорят: «Нет денег». А озеро к середине лета мелеет, зарастает водорослями, появляется неприятный запах. Какой клиент захочет любоваться этой грязью? — возмущается Евгения. — Мне непонятно поведение властей, ведь не каждый райцентр сегодня может похвастаться таким местом и подобными услугами.

— Это искусственный водоем, он подпитывается от русла реки. В нем стоят шлюзы, которые в летнее время закрываются для заполнения акватории чистой водой. Раньше тут был пляж, белый песок. Райский уголок! Сейчас на это место нельзя смотреть без слез. Мы сами не можем регулировать шлюз, местным властям до него нет дела. Страдают черепахи, утки, бобры, цапли. А сколько тут рыбы! Жалко природу. Мы вызывали специальные службы за деньги, чтобы очистить водоем, сами на катамаранах руками траву рвали. Но, увы, одних наших усилий недостаточно, — пожимает плечами Евгения. — Хотя сколько мы мусора с территории станции вывезли!

Шлюз. / Фото: Ирина Шуст
Шлюз

«Ученикам и учителям запретили посещать нашу «Пристань»

В 2015-м году, чтобы работать не только летом, пара открывает антикафе. Площадь здания — 140 квадратных метров. Семья сделала ремонт в одном из помещений. Остальные — для служебного пользования. Помещение отапливалось твердотопливным теплогенератором типа «буржуйка».

— В тайм-клубе «Пристань» мы предлагали настольные игры, кино, чай, кофе, печенье. Проводили тематические дни рождения, вечеринки. Конкурентов в маленьком поселке не было. Все наши вложения, 50 млн неденоминированных рублей (5 тысяч рублей сейчас. — Прим. редакции), окупились менее чем за год. Час в клубе стоил один рубль с человека.

Наша аудитория — старшеклассники, студенты, работающая молодежь. Хотелось вытащить ребят из интернета, перевести на живое общение. Мамы некоторых подростков даже благодарили нас за это в комментариях, — гордится владелица.

В 2016-м году о семейном бизнесе писали в местной газете, показывали по гомельскому телевидению. В «Пристань» приводили детей из школьных лагерей. Евгения устраивала различные мастер-классы, например по макияжу, тематические классные часы.

Несколько лет подряд в тайм-клуб приезжали ребята из приютов, Евгения участвовала в социальном проекте «Твори добро».

— Через год в районе открывается «Чайкофф». Тоже антикафе, только государственное, в здании местного кинотеатра. Это в двухстах метрах от нас. Туда вложили немалые деньги. В штате было 9 человек, — с грустью продолжает Евгения. — Как нам рассказывали ученики и учителя, им запретили посещать нашу «Пристань». Всех сгоняли в «Чайкофф». Началась травля. Некоторые чиновники открыто называли наше заведение гадюшником, — утверждает Евгения. — Государственное антикафе просуществовало несколько месяцев. Но под давлением мы тоже сломались. С 2016 года опять перешли только на летние услуги. К тому же стали родителями во второй раз, а потом и в третий — времени на развитие дела стало меньше. Этим летом лодочная станция проработала всего два месяца. Один месяц был дождливым — а мы очень зависим от погоды. Налоги заплатили, а не отбили, — вздыхает женщина.

«Ответы из райисполкома ссылаются на законы, которые написаны не для людей»

Тайм-клуб «Пристань». / Фото: Ирина Шуст
Тайм-клуб «Пристань»

— По нашему бизнес-плану проект мог окупиться за 10−15 лет, но это было актуально в самом начале истории. С нынешней экономикой это невозможно. Хотя если такой же проект запустить в Гомеле, например, у него будет шанс на жизнь. В нашей глуши никому это не надо. Мы, получается, обуза. За время моей предпринимательской деятельности в районе сменилось пять председателей. И каждый из них делал вид, что старается помочь. Собирает комиссию из своих помощников, они приезжают на место, разводят руками, дают отписки — и вновь мы один на один со своей проблемой, — рассказывает Евгения. — По-прежнему пишем письма-просьбы чиновникам, а они их считают жалобами: «Что носитесь с этой лодочной, как с дитем? Не получается — бросайте! Не ваше это!» А мне лодочная станция и правда как дочка. У меня три сына и она.

Тайм-клуб «Пристань». / Фото: Ирина Шуст
Тайм-клуб «Пристань»

Ответы из райисполкома ссылаются на законы, которые, на мой взгляд, написаны не для людей, — с сожалением говорит героиня. — Нас причислили к оппозиционерам после того, как супруг обратился за помощью по поводу озера к местному блогеру. Это была последняя надежда спасти водоем!

Недавно назначенный председатель райисполкома пообещал, что до 30 января произведут расчистку отводных каналов. Пока там техники никакой не видно. Хоть мы уже и относимся скептически к подобным заявлениям, но продолжаем надеяться, что нас услышат и помогут.

Фото: Ирина Шуст

Евгения признается, что эмоциональные кризисы случаются постоянно, да и желание всё бросить проскакивает. Но сдаться после такого пути просто нельзя:

— Понимаю, что взяла на себя большую ответственность. Страдает прежде всего моя семья. Но я не теряю надежды, что всё изменится! Верю, что я и мои идеи будут нужны. В большой город не тянет. Мы люди деревенские, нам в тишине и спокойствии привычнее. И созидать хочется именно здесь. Нужно оставить потомкам что-то достойное. Развалить — дело нехитрое.

-9%
-25%
-49%
-10%
-20%
-30%
-40%
-10%
-12%
-23%
-70%