104 дня за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. «Утром ломились в подъезд». Что известно о массовых задержаниях блогеров и админов телеграм-чатов в Минске
  2. В Витебске увольняют Владимира Мартова — реаниматолога, который первым в Беларуси честно говорил о ковиде
  3. Нет ни документов, ни авто. В правительстве объяснили, как снять с учета такую машину, чтобы не платить налог
  4. Уволился декан ФМО БГУ Виктор Шадурский. Он возглавлял факультет больше 12 лет
  5. Двухлетний ребенок полгода не видел папу. Посмотрите, как сын встречает политзаключенного
  6. Беларусбанк начал выдавать потребительские кредиты. Какую сумму дадут при зарплате в 1000 рублей
  7. Суд над физруком за удар школьника, закрывшиеся магазины и что с ценами на продукты — все за вчера
  8. «Малышке был месяц, они ее очень ждали». Что известно о троих погибших в страшной аварии под Волковыском
  9. Суд за надпись «3%» и пять лет колонии за «изготовление ежей». Что происходило в Беларуси 3 марта
  10. «Наш пессимизм не оправдался». Что сейчас происходит со стартап-сообществом в Беларуси
  11. «Предложили снять, я отказался». Житель «Пирса» повесил на балконе БЧБ-флаг, а его авто забрал эвакуатор
  12. «Осторожно, тут могут быть бэчебэшники». Как в Купаловском прошел первый спектакль после президентских выборов
  13. Ловите весну. Как выглядит Минск в первые дни марта
  14. Протестировали, как работает оплата проезда в метро по лицу, и рассказываем, что из этого вышло
  15. Перенес жуткое сотрясение, но вернулся и выиграл два Кубка Стэнли. Хоккеист, которым восхищается весь мир
  16. Какой будет погода весной и стоит ли прятать теплые пуховики в марте
  17. Был боссом Дудя, построил крутой бизнес в России, а сейчас помогает пострадавшим за позицию в Беларуси
  18. Жуткое ДТП в Волковысском районе: погибли три человека, в том числе новорожденный ребенок
  19. Кризис и волны релокейта не помеха? Резидент ПВТ пошел развивать технологические проекты в регионах
  20. Эксперт назвал главные причины, почему семена помидоров могут не взойти
  21. Кирилл Рудый — о жизни после госслужбы и проектах с Китаем. «Cперва кажется, ничего нельзя, а оказывается — все можно»
  22. Родители не пускали дочь на учебу из-за ковида — и ее отчислили. Колледж: все законно
  23. Все магазины Bigzz и «Копилка» не работают. Компания ушла в ликвидацию
  24. «После аварии никто не извинился и не помог». Уже два года 27-летняя мотоциклистка парализована
  25. Как Беларусь зарабатывает на реэкспорте цветов в Россию
  26. На продукты рванули цены. Где сейчас выгоднее закупаться — на рынках, в гипермаркетах, дискаунтерах?
  27. Для водителя, который прокатил на капоте гаишника, запросили 11 лет колонии усиленного режима
  28. Светлана Тихановская прокомментировала видео СК по ее делу
  29. «За полтора месяца мое душевное рвение ушло в минус». Минчанка продала квартиру и купила синагогу
  30. Приговор по делу о «ноль промилле»: полгода колонии журналистке TUT.BY и два года с отсрочкой врачу


/

Ларисе Семеновне Соусь через три месяца исполнится 80 лет. В это воскресенье во время районного марша ее задержали и увезли в РУВД, откуда после составления протокола отпустили домой. Про себя она рассказывает немного, скромничает и удивляется большому вниманию к своей персоне: «Все звонят мне и звонят, словно я какой-то герой, а я ведь ничего особенного не сделала».

Фото: из архива героини материала
Фото: из архива героини материала

До пенсии Лариса Семеновна преподавала экономику в техникуме. Живет с мужем, воспитала двоих детей, есть у нее и две внучки. На пенсию вышла еще в 1997-м году, у женщины — вторая группа инвалидности, думает, что травмировала позвоночник, когда ухаживала за отцом, участником Великой Отечественной войны.

Она и сейчас не может забыть те дни:

— До войны мне было три месяца, братику четыре годика. Конечно, я не помню военных событий, но помню маму, папу и их рассказы. Когда Минск бомбили, мама пешком со мной на руках и с братиком пришла в деревню к папиной сестре. Мама моя была еврейкой, все в деревне знали это. Она была очень хорошим, порядочным человеком, ее приняли, и никто не рассказал фашистам, что она здесь. Когда появился приказ о том, что все евреи должны прийти в гетто, мама пошла с нами в город, она боялась подставить сестру и ее семью. Та догнала ее, сказала, что детей сохранит, и забрала нас обратно. И снова — все в деревне знали, кто мы, но никто не выдал. Наоборот, приносили еду и помогали, чем могли.

Когда кончилась война, мы с семьей поселились на улице Ленинградской, и рядом с нашим домом пленные немцы работали на стройке. Папа, участник битвы под Сталинградом, носил им еду. Он оставался человеком, проявлял сочувствие к тем, кто еще вчера был его врагом. Я всегда думала, что человечность — у белорусов в крови.

Откуда же взялись эти люди с оружием, которые так поступают со своим народом? Как они смогли вырасти среди белорусов, которые видели все ужасы войны? — задается вопросами женщина.

Обычно Лариса Семеновна ходит на марши пенсионеров по понедельникам, говорит, что на другие акции выходить ей физически сложно, а вот пройтись вместе с ровесниками в знак протеста против насилия она считает своим долгом.

— Это моя принципиальная позиция: не могу сложить руки и молча смотреть на то, что происходит в стране, — объясняет свою мотивацию женщина. — В это воскресенье я никуда не собиралась. Конечно, я знала, что люди будут выходить на марш, но у меня была своя «программа». В силу проблем с позвоночником мне нужно каждый день около двух часов ходить. Живу я на улице Левкова и придумала себе маршрут: хожу по Воронянского, Жуковского и так далее. Делаю несколько кругов и возвращаюсь домой. Вообще, активность в нашем возрасте — это обязательно. Я все время стараюсь ее как-то поддерживать, и на даче много хожу, и по городу.

Фото: из архива героини материала
В руках Лариса Семеновна держит портрет отца, Семена Андреевича Нехая, участника Великой Отечественной войны. Фото: из архива героини материала

Женщина вышла на свою традиционную прогулку около полудня, походила некоторое время по району, недалеко от новой станции метро «Ковальская Слобода» она увидела скопление людей.

— Я остановилась отдохнуть и посмотреть, что же там происходит. Люди стояли мирно, выражали протест, как вдруг подъехали микроавтобусы и из них выпрыгнули силовики. Вы представляете, что такое пожилому человеку видеть вооруженных людей в своем городе, почти на своей улице? Это шок! — вздыхает Лариса Семеновна. — Все стали разбегаться, началась погоня за протестующими. А потом их начали выводить из дворов. Одного парня вели с руками, сложенными за спиной. Я думала, что его наручниками сковали, а потом оказалось, что это пластиковый шпагат. Он просил его развязать, но ему ответили, что это не развязывается, его можно только «раскусить». Когда я увидела, что еще одного парня ведут в бус, то не выдержала и стала кричать: «Возьмите меня вместо него! Мне 80 лет!». Я была согласна поменять его свободу на свою, но в итоге и его, и меня забрали.

В микроавтобусе, по воспоминаниям Ларисы Семеновны, было четверо задержанных, а не опознанных ею людей в черном — примерно столько же. Обращались с ними корректно, в автобусе не били, хотя она отмечает, что у мужчины с завязанными руками очень быстро оплыл глаз и образовался синяк.

— Нас долго возили по городу, потом пересадили в автобус побольше и отвезли в Октябрьское РУВД. Там задержанных посадили в актовом зале, я заметила, что было много побитых. Я села недалеко от парня, которого забирали на моих глазах. У него была рана на бедре (Лариса предполагает, что от резиновой пули, — Прим. редакции). Я где-то четыре часа просидела в РУВД, и все это время из его ноги капала и капала кровь. Я гладила его по голове и старалась поддержать, как если бы это был мой сын или внук. В конце концов ему вызвали скорую. Еще одному мужчине было плохо, он постоянно говорил, что не может отвечать на вопросы и терял сознание во время допроса.

Фото: из архива героини материала
Вместе с дочкой, внучкой в 2018 году. Фото: из архива героини материала

Ларису Семеновну повели на допрос из актового зала на пятый этаж. Почему, она не знает. Допросили, составили протокол.

— Следователь (вероятнее всего, речь идет не о следователе, а о представителе милиции, — Прим. редакции) спрашивал, почему я в свои годы так поступаю. А что я ему могу ответить? Пусть бы меня посадили на «сутки», я готова. Что написали в протоколе — не знаю, у меня не было очков с собой, и прочитать я не смогла. Наверное, теперь мне надо ждать SMS с вызовом в суд, а может быть, просто письмо.

Страшно мне не было, никаких наркоманов в РУВД не встретила. Наоборот, люди с высшим образованием, аспиранты, врачи — атмосфера была очень интеллигентная. Боялась ли я милиции? Я прожила жизнь, воспитала детей, видела всё, что могла видеть. В моем возрасте боишься потерять только совесть, а я ее точно потеряю, если не буду поддерживать молодежь.

-40%
-15%
-50%
-20%
-99%
-10%
-15%
-65%
-5%