• Тело
  • Вкус жизни
  • Отношения
  • Стиль
  • Карьера
  • Звезды
  • Вдохновение
  • Еда
  • Анонсы
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС


Дарья Клюйко /

Оружие, жестокость, убийства и насилие — все это принято связывать с суровым миром мужчин. Однако история, как оказалось (и современная тоже), знает немало женских имен, обладательницы которых не знали, что такое милосердие, да и не стремились узнать: убивали, мучили и снова убивали. Жутко, но многие из этих «палачей» едва успели отметить 20-летие. Молодые, красивые и насквозь гнилые. Как они стали такими? Попробуем понять, обратившись к истории.

Ирма Грезе — легендарная надзирательница концлагерей. Едва ли ей исполнилось 18, когда она убила свою первую жертву, виновную лишь в национальности. Ее коллеги (такие же юные) — Доротея Бинц и Элизабет Фолькенрат, от злодеяний которых становятся дыбом волосы. И 21-летняя Антонина Панфилова — русская девушка, ставшая в годы Великой Отечественной войны «ангелом смерти» для более чем полутора тысяч своих соотечественников. В отличие от немок, возмездие настигло ее далеко не сразу после победы 9 мая.

Тридцать с лишним лет понадобилось, чтобы отыскать Антонину Панфилову и воздать ей по заслугам. Тем не менее наказание все равно нашло свою героиню. Как раз в августе, только 1979 года, ее смертный приговор привели в исполнение. Сегодня, 40 лет спустя, эта история все еще будоражит умы людей — история Тоньки-пулеметчицы.

Антонина Панфилова родилась в 1921 году в деревне Малая Волковка Смоленской области, в большой крестьянской семье Макара Панфилова. У отца с матерью кроме Тони подрастали шесть ребятишек. Когда Тоня-первоклассница пришла на свой первый урок, произошел курьезный случай, здорово повлиявший на всю ее дальнейшую жизнь. «Ты чья такая?» — с улыбкой спросила учительница. Тоня засмущалась и растерянно промолчала.

«Да Макарова она!» — загалдели ребятишки, имея в виду имя отца одноклассницы. «Что же, ты, Макарова, такая стеснительная? Бойчее надо быть. Давай садись», — сказала учительница и записала в журнал: Макарова Антонина.

Когда через довольно-таки продолжительное (грамотных людей в Малой Волковке было совсем немного) время выяснилось, что Макарова — никакая не Макарова, а Панфилова, фамилию в школьных документах решили не менять. «В самом же деле — невелика разница, — говорил Макар. — Панфилова, Макарова — пусть лучше учится хорошо».

Училась Тоня неплохо. Звезд с неба не хватала, но слыла прилежной и старательной ученицей. Любила историю и географию. Были у малышки и свои герои, кумиры. Особняком среди всех стояла Анка-пулеметчица — революционная героиня, прославленная в фильме «Чапаев» (1934). «Вот бы и мне совершить подвиг. Я бы смогла стать за пулемет и уничтожить всех-всех врагов», — мечтала Тоня. Бойтесь своих желаний.

После окончания восьми классов, Антонина Макарова вместе с семьей переехала в Москву. Здесь она окончила школу и поступила в медицинский техникум — решила стать врачом. Но началась война, и Антонина отправилась на фронт добровольцем. Служила буфетчицей, а потом санитаркой. Уже осенью 1941-го Тоня поняла, что романтики в войне — ноль целых ноль десятых. Судьба забросила ее в самое жерло «Вяземского котла». Она была одной из немногих, кто выжил во время этой операции. Попала в плен, но смогла сбежать вместе с солдатом Николаем Федчуком. Они долго бродили по лесам, питаясь тем, что удастся украсть.

— Я была слишком напугана, и поэтому сама пошла с Федчуком, предложив ему себя в качестве так называемой походной жены, — расскажет она позже на одном из допросов. Может, и вправду была напугана, а может, Николай ей понравился, ведь когда в январе 1942-го они вдвоем доберутся до села Красный Колодец, где жили жена и дети ее попутчика, Тоня будет умолять его не бросать ее. Но он останется глух к ее мольбам и уйдет к супруге.

 
 
 
 
 
 

 

 
 
 

 

 
 
 
 
 
 
 

Публикация от world_mirag_ (@world_mirag_) 5 Ноя 2017 в 1:04 PDT

Пребывание в плену не так надломило Макарову, как то, что она осталась совсем одна. Говорят, что именно тогда она повредилась рассудком. Местные женщины поддерживали девушку. Но вскоре и они отвернулись от нее: желая отомстить Федчуку и вызвать его ревность, Тоня начала встречаться со всеми подряд мужчинами, жившими в деревне. Бойкот женского населения вынудил ее покинуть Красный Колодец.

Какое-то время она еще поплутала по окрестным селам, подолгу нигде не задерживаясь. Пока наконец не оказалась в деревне Локоть, на территории новообразовавшейся Локотской республики. Подумала было примкнуть к партизанам, но немного поразмыслив, решила, что это будет слишком рискованно.

Тем более что сотрудничающие с войсками вермахта сельчане жили превосходно. Антонина Макарова остается в деревне. Молодая женщина приглянулась местным полицаям и воспользовалась этой возможностью. Какое-то время занималась проституцией, а потом добровольно поступила на службу в локотскую вспомогательную полицию.

— По прибытии в Локоть я поступила на службу в локотскую полицию. После чего меня назначили рядовой. Поступая на службу в полицию, я понимала, что это карательный орган противника, но поступила туда сознательно. В тот момент мне просто нужно было как-то устраиваться.

В голове у полицаев возник абсолютно дьявольский по своему коварству план: они решают сделать Тоню палачом советского народа. Молодая девушка (прошедшая курсы пулеметчиц перед тем, как отправиться на фронт) станет, по их мнению, идеальным средством устрашения не согласного с новой политикой населения, а также позволит им самим не замарать руки в крови. Сказано — сделано. Обер-бургомистр Бронислав Каминский поселил ее в комнате на местном конезаводе (он и до сих пор стоит на том же самом месте) и выдал ей пулемёт максим для исполнения расстрелов.

Первая «акция» далась Тоньке нелегко. Она накачалась спиртом почти до потери пульса и легла за пулемет. Зато во второй и все последующие разы все прошло для нее легко.

— Я не знала тех, кого расстреливаю. Они меня не знали. Поэтому стыдно мне перед ними не было. Бывало, выстрелишь, подойдешь ближе, а кое-кто ещё дёргается. Тогда снова стреляла в голову, чтобы человек не мучился. Иногда у нескольких заключённых на груди был подвешен кусок фанеры с надписью «партизан». Некоторые перед смертью что-то пели. После казней я чистила пулемёт в караульном помещении или во дворе. Патронов было в достатке… Все приговорённые к смерти были для меня одинаковые. Менялось только их количество. Обычно мне приказывали расстрелять группу из 27 человек — столько партизан вмещала в себя камера. Я расстреливала примерно в 500 метрах от тюрьмы у какой-то ямы. Арестованных ставили цепочкой лицом к яме. На место расстрела кто-то из мужчин выкатывал мой пулемёт. По команде начальства я становилась на колени и стреляла по людям до тех пор, пока замертво не падали все…

 
 
 
 
 
 

 

 
 
 

 

 
 
 
 
 
 
 

Публикация от Tanyy 🐾🌹 (@tanyy_z) 15 Янв 2015 в 2:59 PST

Кадр из сериала «Палач», снятого по мотивам этой истории

Тонька одинаково хладнокровно стреляла как в мужчин, так и в женщин. Младенцы, дети, старики — возраст и пол не имели никакого значения. С каждым новым расстрелянным человеком росло и мастерство. Со временем Макарова научилась стрелять так, чтобы не портить вещи убитых.

— А что? Пропадать хорошим вещам?

Со временем она стала приглядываться к людям, отправленным на смерть заранее: чтобы выбрать вещи поинтереснее. Никаких угрызений совести при этом она не испытывала: приказ есть приказ, война есть война. Ее героиня Анка расстреливала врагов, а она — Тонька — расстреливает всех, кого отправляет к ней командование. Невелика разница. Зато жизнь теперь сытая и счастливая. За каждый расстрел, а это считай каждый день или даже два-три раза в день, платят по 30 рейхсмарок.

— С утра она вставала, завтракала и шла «на работу», — рассказывал профессор, доктор исторических наук Борис Ковалев, — потом чистила оружие, перебирала трофеи. Чинила продырявленную пулями одежду.

А вечерами отправлялась в местный музыкальный клуб, где напивалась до потери пульса и по старой памяти занималась сексом за деньги с полицаями или солдатами.

Количество убитых Тонькой людей приблизилось к полутора тысячам. По округе ползли страшные слухи про Тоньку-пулеметчицу. Это были не просто сплетни, они также подтверждались словами очевидцев. Раз или два Макарова допустила «брак» в своей работе: нескольким детям удалось уцелеть. Из-за маленького роста пули прошли поверх их голов. Несчастные малыши сообразили что к чему и затаились рядом с трупами родителей. Местные жители, которые хоронили убитых, передали ребятишек партизанам. Так ужасные рассказы про женщину-палача распространились далеко за пределами деревни Локоть.

 
 
 
 
 
 

 

 
 
 

 

 
 
 
 
 
 
 

Публикация от Maria Bannaya (@bannaya_maria) 23 Авг 2018 в 2:14 PDT

Поселок Локоть

Летом 1943 года Тонька пребывала в самых расстроенных чувствах. От кого-то из своих кавалеров она подцепила сифилис и была откомандирована в немецкий тыловой госпиталь. Болезнь спасла ее от красноармейцев, которые 5 сентября освободили деревню, в которой работала Макарова. Непотопляемая барышня переехала в Украину, а потом в Польшу. Правда, бывшие до этого благосклонными к ней немцы почему-то отправили пулеметчицу в концлагерь в Кёнигсберге.

Заключение, как и сифилис, тоже оказалось к лучшему. Совсем скоро в 1945 году Красная армия захватила город, и Макарова оказывается на свободе. Мало того, она крадет документы, в которых указано, что их обладательница с 1941 по 1944 год работала в 422-м санитарном батальоне. Так она попадает на работу в советский передвижной госпиталь медсестрой. Здесь она познакомилась с юным сержантом Виктором Гинзбургом, получившим легкие ранения в ходе штурма города. По злой иронии судьбы вся его семья была убита карателями, а он, сам того не зная, влюбляется в ту, которая могла бы привести приговор в исполнение. Виктор делает Антонине предложение руки и сердца, а она немедленно соглашается. Так на родину возвращается Антонина Макаровна Гинзбург — героиня войны и жена бравого офицера.

Пара приезжает в белорусский Лепель, откуда Виктор был родом. Здесь она устраивается на фабрику швеей. У нее рождаются две дочери. Антонина слывет прекрасной работницей и примерной женой. Ее фото частенько красуется на Доске почета. На всех праздниках ведет себя очень чинно: не прикасается к алкоголю и старается уйти пораньше. Частенько вместе с супругом ходили на встречи со школьниками, где делились историями о боевом военном прошлом. Фотография Тони вместе с ее героической биографией демонстрировалась в местном музее. По ночам Тонька спала спокойно.

— Невозможно постоянно бояться. Первые десять лет я ждала стука в дверь, а потом успокоилась. Нет таких грехов, чтобы всю жизнь человека мучили, — позже поделится она.

В дверь не стучали не потому, что о ней забыли, а потому, что не могли отыскать. О женщине-палаче было известно очень немногое: «Звали Тонькой-пулемётчицей. Тяжёлый и пронзительный взгляд, возраст примерно 21 год, вероятно, москвичка, темноволосая, со складкой на лбу».

Вот, собственно, и все. Но полторы тысячи трупов, найденных в братских могилах под Локтем с тонькиной пулей внутри не давали следователям покоя. В середине 50-х стало известно имя Тоньки. Кто-то из бывших подельников рассказал, что в тюрьме на должности пулеметчицы работала некая Антонина Макаровна Макарова. Тогда ее объявили во всесоюзный розыск, проверили 250 женщин с такими же фамилией, именем и отчеством, но все было тщетно. Настоящая Тонька числилась по метрике как Панфилова. Зато отыскался немецкий документ, в котором говорилось, что некая Макарова была расстреляна в 1943-м. Дело отправили в архив.

В марте 1977 года брат Антонины Макаровой заполнял документы на выезд за границу. В числе близких родственников он указал сестру Антонину Макарову, по мужу Гинзбург. Следователи не могли поверить своей удаче.

Чтобы не спугнуть пулеметчицу, они установили за ней слежку и незаметно для нее устроили несколько личных встреч с очевидцами событий тридцатипятилетней давности. Все они сразу же опознали женщину-палача. И это несмотря на то, что Макарова уже была пожилой женщиной, которая только-только вышла на пенсию.

Новость о своем аресте Тонька восприняла спокойно. Правда, удивилась, что через столько лет ее собираются судить за дела давно минувших дней. Сокрушалась только, что после заключения придется покинуть любимый Лепель, ведь «позор-то какой, сидела в тюрьме». Но вот с мужем своим видеться отказалась сразу. А он все бегал, хлопотал за нее, пока не узнал, за что именно задержали его жену. Этот немолодой, но все еще полный сил мужчина поседел за одну ночь. Спустя некоторое время он вместе с дочерями навсегда покинул Лепель.

20 ноября 1978 года 59-летнюю Антонину Гинзбург приговорили к высшей мере наказания — расстрелу. На суде документально доказали её вину в убийстве 168 человек. Это только тех, чьи личности удалось установить. Ещё более 1300 так и остались неизвестными жертвами. С приговором Тонька была категорически не согласна, она рассчитывала на условный срок:

— Война же была… Жизнь так сложилась. А сейчас у меня глаза больные, операция нужна — неужто не помилуют?

Не помиловали. В августе 1979 года приговор привели в исполнение. Антонина Макарова вошла в историю как женщина, собственноручно лишившая жизни наибольшее количество соотечественников.

-90%
-25%
-20%
-10%
-10%
-40%
-50%
-20%
-50%
-10%
0071926