В Армении до сих пор соблюдается много древних свадебных традиций. Но среди них есть одна, которая вызывает наибольшее количество споров. Это традиция называется «красное яблоко» и проводится на утро после первой брачной ночи. Родственницы жениха должны проверить, была ли невеста девственницей. Подтверждением «целомудрия» девушки считаются пятна крови на простыне, рассказывает корреспондент «Настоящего времени» Мариам Самвелян.

Иллюстрации: "Настоящее время"

«Это очень унизительно. Мне как девушке, пришедшей в новую семью, было очень унизительно через такое проходить. Причем в нашем случае никто даже не договаривался, будет соблюдена эта традиция или нет. Так как испокон веков она соблюдалась, особенно в деревнях, мы априори уже знали, что эта церемония будет», — рассказывает Арминэ.

Она в браке уже два года, но свою церемонию «красного яблока» до сих пор вспоминает с ужасом. Сейчас Арминэ на девятом месяце беременности. У нее будет мальчик, и как будущая свекровь она не собирается соблюдать эту традицию: «Это больше делается для того, чтоб соседи и родственники не начали сплетничать. Абсолютно бессмысленная традиция. Все эти разговоры и повод, по которому на следующее утро все собираются, — это все очень неприятно».

Многие женщины, которым пришлось пройти «яблочный тест», считают это унижением. Мы решили узнать, как к этой традиции относятся мужчины.

«Институт девственности»

«Ужасная традиция, и я к ней отношусь очень плохо. Не знаю, как там с точки зрения культуры, но со стороны жизни прогрессивного общества „красного яблока“ быть не должно», — считает Акоп.

Акоп женат уже несколько лет. Его история не совсем типична для Армении, так как до свадьбы у него с будущей женой был секс. В Армении же до сих пор принято, чтобы у девушки до свадьбы половых контактов не было, а добрачный секс считается чем-то постыдным.

«В Армении все еще важен институт девственности. У нас народ очень гордый. Для мужиков это прям неприемлемо, что кто-то еще был до тебя. Для многих парней проблема даже то, если девушка встречалась с кем-то», — говорит Акоп.

В Ереване традиция «красного яблока» сейчас почти не соблюдается. В регионах же ситуация иная.

Саркис рос в традиционной армянской семье в Гегаркуникской области — в 130 километрах от столицы. В Ереван он переехал в 18 лет. Тут он получил высшее образование и решил больше не возвращаться в деревню. Разве что сыграть там свадьбу.

Наутро после свадьбы его мать не стала заходить в спальню к молодоженам, она лишь поинтересовалась у сына, «все ли нормально». Получив положительный ответ, она начала готовить корзину.

По традиции в корзину кладут те самые красные яблоки, символизирующие следы крови на простыне, коньяк, сладости и фрукты. Корзину в дом невесты относят родственницы жениха — исключительно женского пола. Мужчины в этом участия не принимают.

«Наши мамы заранее договорились, сколько человек от нашей стороны пойдут в гости к семье невесты, так как ее мама должна была дать подарки», — рассказывает Саркис.

В его доме к полудню собрались уже все соседки, а также тети и сестры. «В нашем районе все женщины, с которыми моя мама общалась, были приглашены. И все пришли. Это своего рода возможность похвастаться непорочностью избранницы сына. Такой же состав был собран в доме невесты, когда туда принесли корзины от нас».

Несмотря на то, что Саркис решил соблюсти «яблочную традицию», он эту церемонию называет бессмысленной: «Если пара друг друга любит и уважает, то остальных не должно касаться, был у них секс до свадьбы или нет. У большинства секс случается в первый раз именно в брачную ночь — для невесты это и так напряжение и волнение, а тут еще и проверка с утра».

Соблюдение традиции Саркис объясняет тем, что свадьба была в деревне.

«Если бы свадьба была в городе, наши родители просто созвонились бы и обговорили все по телефону. Но так как все произошло в деревне, там, можно сказать, все только этого и ждут — результатов „проверки“. И если результаты не огласить, это станет причиной для сплетен. Эта традиция ставит в неловкое положение молодых. В этот момент становится стыдно», — говорит он.

В Армении молодожены очень часто предпочитают проводить свою первую брачную ночь в каком-нибудь отеле в городе Цахкадзор. Это один из главных курортных городов страны. Как правило, там арендуется коттедж или номер, который украшают к приезду молодоженов. Там пара проводит один-два дня.

«Я не уехал, потому что люди могли подумать, что первая брачная ночь у нас была еще до свадьбы, а мы не хотим, чтоб об этом узнали. Чтобы избежать этих разговоров, пришлось остаться», — отмечает Саркис.

Иллюстрации: "Настоящее время"

Добрачный секс: за и против

Акоп, о котором мы говорили выше, рассказывает, что сначала со своей девушкой просто хотели пожить вместе. Но ее родители были против этого.

«Мне, конечно, было легче, все-таки я парень. Девушке было сложнее. Какими бы прогрессивными ни были родители, все-таки все мы живем в консервативном обществе», — говорит он.

Чтобы избежать дальнейших проблем, пара решила зарегистрировать свои отношения.

«Секс до свадьбы — это нормально. Надо понять, насколько в этом плане подходят друг к другу партнеры, потому что это может привести к большим проблемам, вплоть до развода», — считает Акоп.

Такое мнение в Армении разделяют немногие. Для некоторых мужчин, особенно из регионов, секс до свадьбы или девушка, у которой уже были сексуальные отношения, абсолютно неприемлемы. Именно так считает 29-летний Артем.

«Я бы не хотел такую девушку приводить в дом. Это значит, что до меня в ее жизни уже был кто-то. Я общался с девушкой, в которую успел влюбиться. Через какое-то время она мне рассказала, что разведена. С этих пор я ее просто вычеркнул из своей жизни», — говорит Артем.

Нарек нормально относится к случаям, когда пары начинают жить половой жизнью до свадьбы. «Если кто-то занимается сексом до свадьбы, это не значит, что девушка испорченная или это стыдно», — считает он.

Тем не менее своих дочерей Нарек планирует «воспитывать в армянских традициях»: «Детей буду воспитывать так, что до свадьбы никакого секса. В своей семье я против секса до свадьбы. Меня воспитали так, что хорошо и правильно, именно когда девушка хранит девственность для мужа. Время идет, все меняется, и, может, потом я передумаю. Но если бы у меня сейчас была 18-летняя дочь, я был бы против секса до свадьбы».

Без «красных яблок»

Около 30% первых половых контактов у женщин не сопровождается кровянистыми выделениями, отмечают гинекологи. Это объясняется физиологией гимены (так называемой девственной плевы). Однако традиция требует: кровь на простыне обязательна.

В Армении были случаи, когда невесту возвращали в родительский дом, потому что во время первой брачной ночи простыня была чистой. Один из таких случаев произошел в городе Мартуни Гегаркуникской области несколько лет назад. Карина тогда работала медсестрой в больнице, куда привезли на «проверку» молодую девушку.

«Ужасный крик стоял в отделении. Как оказалось, на проверку к гинекологу привезли молодую девушку, чтоб узнать, почему у нее после первой брачной ночи не было крови», — говорит Карина.

В этой девушке она узнала свою родственницу, которая пришла в больницу в сопровождении мужа, свекрови и золовки. Новая родня прямо в коридоре обвиняла девушку «в непорядочности».

«Уже потом я узнала, что вся проблема была в анатомическом расположении плевы. Однако отношения молодой семьи были уже испорчены. Выйдя из кабинета гинеколога, девушка прям в коридоре ударила своего мужа по лицу и сказала его родне, что уходит от них. Сейчас она счастливая жена — вышла замуж во второй раз, а что случилось с тем парнем и его семьей, никто не знает. Они уехали», — рассказывает Карина.

«Каталась на велосипеде — лишилась девственности»

Некоторые девушки, у которых был добрачный секс, чтобы «не опозорить свою семью», решаются на гименопластику (операцию по восстановлению девственной плевы). В Армении эта операция может стоить от 100 до 400 долларов.

Гинеколог Елена Геворкова сама не делает этой операции исходя из личных принципов: «Это не болезнь. Я воспринимаю это как каприз».

Однако таких обращений немало, говорит Геворкова. По ее словам, девять из десяти девушек, которые к ней приходят, рассказывают одну и ту же историю: «В основном это сказка о том, что девушка каталась на велосипеде в детстве, упала и лишилась девственности, а сейчас надо выходить замуж. И вот как она теперь докажет свою невиновность. Ну не катаются на велосипеде в таком количестве в нашей стране».

Около трети девушек, которые решаются на такую операцию, приходят одни, рассказывает Геворкова. Еще около трети — приходят с матерью.

«Такое решение принимается сообща: девочка плюс родители, чтобы потом не слышать от мужа претензии типа „вот я взял у вас там девочку, а она-то не кристальная“. Этот момент особенно неприятен для меня, потому что это попахивает сутенерством. Если я понимаю, что это не только „желать добра“ девочке, но и попытка не вызвать на себя гнев, мол, не сумела воспитать достойную армянку, то для меня это еще более деформированные отношения».

Однако, продолжает доктор, бывали и случаи, когда за помощью девушка приходила в сопровождении своего парня.

«Такое происходит после того, как будущий муж понимает, что его мать к традиции „красного яблока“ относится достаточно консервативно и, в принципе, есть шанс, что на следующее утро будет исследована постель молодоженов. Чтобы не расстроить маму, парни решаются на такой шаг», — говорит Елена Геворкова.

Иллюстрации: "Настоящее время"

Обряд окровавленной простыни

Уже к концу XIX — началу XX века ритуалы по проверке девственности в Армении имели ряд вариаций. «Наиболее распространенным обрядом был показ окровавленной простыни», — пишет этнограф Гаяне Шагоян в книге «Семь дней, семь ночей» — панорама армянской свадьбы".

Эта традиция получила название «красное яблоко». Исследователи объясняют это тем, что именно яблоко, а не какой-то другой фрукт считается символом плодородия и начала жизни. Сок яблока белый, что символизирует чистоту. Также здесь идет отсылка к следам крови на белой простыне.

Обычно после первой брачной ночи простыню выставляли на всеобщее обозрение, а в доме жениха устраивали застолье. А уже после этого для матери невесты в качестве подарка отправляли красные яблоки и другие вещи: простыню с кровавым пятном, зарезанную или уже сваренную курицу, фундук и грецкие орехи, сушеные фрукты, гату (сладкая выпечка), свечу и ладан.

«В 1940—1950-х годах проведение этого ритуала в Капане (город на юге Армении. — НВ) происходило в узком кругу, поскольку девственность девушек можно было проверить в больнице до свадьбы, чтобы, как мне объяснили, «не пришлось тратить дополнительные деньги на свадьбу», — пишет Гаяне Шагоян.

Совершенно другая ситуация была в относительно изолированных, отдаленных районах Армении, например в приграничных деревнях. До сих пор проведение ритуала там сильно отличается от других районов. «В приграничных деревнях Ташира церемония «красного яблока» по сей день носит довольно публичный характер», — рассказывает Шагоян.

В 1960-х среди ереванской интеллигенции традиция «красного яблока» уже не соблюдалась. «Вопрос девственности девушки считался личным делом пары», — отмечает этнограф. Однако, продолжает она, уже через 10 лет ситуация изменилась: в столицу массово начало переезжать сельское население, и традиция опять возродилась.

Сейчас жители городов этой традиции почти не придерживаются, однако в регионах демонстрация крови на простыне все еще считается обязательной.

Имена героев изменены по их просьбе

-12%
-21%
-10%
-50%
-20%
-10%