Со стороны сложно понять, почему женщины терпят домашнее насилие и годами не разрывают абьюзивные отношения. Правда ли, что в такую ситуацию могут попасть только люди с психологией жертвы? Блогер и журналист Влада Маршева поговорила с девушками, которые прошли через абьюз, ушли от агрессора и восстановили свою жизнь. Истории прокомментировал квалифицированный психолог.

Фото: unsplash.com
Фото: unsplash.com

Арина: «Он мог неожиданно назвать меня шлюхой»

— Мы с Димой познакомились на свадьбе у подруги. Он много шутил и сразу произвел на меня приятное впечатление. Наши общие друзья говорили о нем как о человеке с широкой душой. Я даже предположить не могла, что он может быть жестоким!

Мы начали встречаться. Первые полгода отношений все было хорошо, а потом пошло по нарастающей. Сначала он стал повышать на меня голос при ссорах, дальше — обзывать грубыми словами. Мог неожиданно назвать шлюхой.

Первую вспышку серьезной агрессии я помню хорошо. Это было в загородном доме. В момент ссоры я сидела на длинной деревянной лавке. Вдруг он схватил ее и подбросил вместе со мной так, что я подлетела в воздух, упала и ударилась.

Постепенно он стал провоцировать конфликты чаще. На пустом месте оскорблял, обвинял и ревновал, а когда я пыталась защищаться, за пару минут выходил из себя. Начинал ходить туда-сюда, громить все, швырять в меня предметами. Как-то в припадке ярости разбил стекло и толкнул меня на осколки — специально, чтобы я поранилась. А потом уже при каждой ссоре поднимал руку. Случалось это еженедельно.

Я многое из этого забыла. Мозг как будто стер болезненные воспоминания. Но один случай помню хорошо. В тот день он вез меня на работу в машине, и мы, как обычно, начали ссориться. На руке у него было кольцо-печатка. В припадке ярости он размахнулся и рассек мне лоб этим кольцом. Было ужасно больно, страшно… У меня в крови было все лицо. Он испугался, сразу остановил машину и стал просить прощения. Побежал в аптеку, а потом весь день не отходил от меня. Рана зажила, но шрам на лбу у меня остался до сих пор. Думаю, что обращусь к пластическому хирургу.

Почему я не ушла сразу? Это был первый подобный опыт. Каждый раз казалось, что все можно исправить. А еще было ощущение, что это я довела его, хотя он никогда не пытался меня обвинять. Я решала это сама.

После побоев он всегда молил о прощении: дарил огромные букеты цветов, носил на руках и становился очень нежным. Как-то после скандала в загородном доме я пошла пешком домой, и он полкилометра полз за мной на коленях, умоляя остаться. Было сложно его не простить! Ведь несмотря на плохое, было и много хорошего…

Фото: unsplash.com
Фото: unsplash.com

Окружающие ни о чем не догадывались: мне было стыдно рассказывать, что я позволяю парню поднять на себя руку. Думала, буду выглядеть жалко. Постепенно я перестала общаться почти со всеми подругами. Он не пытался изолировать меня, но незаметно настраивал против них. Ни одну подругу он не считал хорошей: одна «тупая», другая «шлюха». Общаться с друзьями можно было только вместе, в общих компаниях.

Мои родители тоже ни о чем не знали. Один раз во время серьезного скандала я позвонила маме в слезах и попросила меня забрать. Он начал меня успокаивать, и я сжалилась. Сама перезвонила маме и стала его выгораживать: убедила ее, что мы просто поругались. А маме хотелось верить, что у меня все хорошо.

Наши отношения продлились 2,5 года, из которых мы около года жили вместе. В какой-то момент я поняла, что не хочу больше терпеть, и ушла жить к маме. Хотела забрать с собой и кота, которого Дима подарил мне на Новый год, но он не дал. Я даже думала его выкрасть, но он догадался и забрал ключи от квартиры.

Все подруги убеждали меня, что Дима прекрасный парень, уговаривали вернуться. И он действительно производил такое впечатление! Делал все для меня, ничего не требуя взамен. Выполнял любую прихоть по движению пальца. Они и подумать не могли, что он меня бил.

Фото: unsplash.com
Фото: unsplash.com

Чтобы не видеть его и не поддаться на уговоры, я решила переехать в другую страну. Родители меня во всем поддержали и очень помогли с переездом. Он хотел ехать за мной, даже узнавал у друзей адрес и пытался вернуть меня до тех пор, пока не увидел фотографию с нынешним парнем. Тогда он прислал «пьяное» сообщение, что любит меня, а я с ним так поступила. Чуть позже от подруги я узнала, что мой кот «умер».

После расставания я много думала и анализировала. Спустя время обратилась к психологу. Больше я никогда не допущу в жизни абьюза. Сейчас у меня хорошая работа, я живу с парнем больше 4 лет, и за все это время он даже ни разу не повысил на меня голос.

Хочу сказать каждой девушке, что все начинается с малого. Никто не начнет вас избивать через неделю. Поэтому если на ранних этапах человек позволяет себе при ссоре лишнее, то нужно либо поговорить и заняться совместной терапией, либо сразу уходить.

Я никогда не думала, что окажусь в таких отношениях. Казалось, все эти истории не про меня. Но насилие может быть ближе, чем кажется.

Ирина: «Андрей убедил меня сообщить ему пароли от соцсетей и удалить из друзей всех мужчин»

Я познакомилась с Андреем (имя изменено), когда только рассталась с бывшим мужем после 10 лет совместной жизни. Со мной остались двое детей.

Я хотела развиваться, учиться, зарабатывать. А бывший муж так и остался человеком, который гонял на мотоцикле и торчал в гараже. Андрей казался его противоположностью. Он был напористым. Первым написал мне в соцсети и сразу начал выполнять все мои желания. Стоило мне сказать, что я чего-то хочу, как он через час мне это привозил. Казалось, он решит все мои проблемы. Меня это подкупило на контрасте с предыдущими отношениями, где инициатором всего была я. И вот — настоящее мужское плечо. Высокий, эффектный, старше меня на 6 лет. Он с самого начала понравился всем.

Через 3 месяца он предложил мне выйти замуж, и я согласилась. Мы стали жить в моем доме с моими детьми и родителями. Он был учтивым, помогал папе что-то починить.

А потом начались приступы агрессии и ревности. Поначалу они случались раз в месяц, потом каждую неделю. Он всегда выставлял меня виноватой. Даже если на меня посмотрел проходящий мимо мужчина, виновата была я. Я предлагала ему пойти к психологу, но он не соглашался и ревновал все сильнее.

Фото: pinterest.com

Андрей убедил меня сообщить ему пароли от соцсетей и удалить из друзей всех мужчин, даже одноклассников. Запретов с каждым днем становилось все больше. Мне нельзя было носить облегающие вещи, декольте, лосины в спортзале. Я менялась и старалась угождать, но он с холодным спокойствием доводил меня упреками, не давал выходить при ссорах и при этом даже не повышал голос. Он не ругался матом и унижал меня тонкими фразами вроде «я думал, ты умнее», «мое уважение к тебе сильно подорвано» или «только гулящие женщины могут себя так вести». А потом молчал и игнорировал меня днями. Я сходила с ума, ведь он выставлял все так, что я казалась истеричкой.

Через полгода я не выдержала и впервые сказала ему уйти. Он уехал в свою квартиру, и мы не общались два-три дня. Я переживала, и он как будто это почувствовал. Позвонил, пригласил погулять, взял за руку. Мне показалось, что это я истеричка, ведь он такой хороший человек. Как я могла так о нем думать!

Когда он хотел помириться, то вел себя очень правильно. Не извинялся, не признавал вину, а просто был таким мужчиной, о котором все мечтают.

Следующие полтора года можно поделить на равные отрезки, когда я его выгоняла, а потом принимала обратно.

Фото: Reuters
Фото: Reuters

Однажды мы приехали в город его родителей и пошли к друзьям. Он начал придираться ко мне. Увидел на ключе монетку с дырочкой и стал спрашивать, почему я ее повесила. Я ответила: чтобы водились деньги. Он стал обвинять меня при всех, что это чей-то подарок и поэтому я ее храню. Я пыталась уехать на такси, но он не выпускал меня. Потом жена друга сказала мне, что он со всеми женщинами себя так ведет. Оказалось, все друзья это знали.

Отголоски приступов невозможно было скрывать от родителей и моих детей. Он доводил меня до полного душевного бессилия. Я могла по 2−3 дня быть в прострации и не общаться с детьми. Они не трогали меня, знали, что мама болеет.

Я часто плакала и терла опухшие глаза. Кожа под ними стала ужасно тонкая и не восстановилась до сих пор. Мои родители все видели, но не вмешивались. Наверное, потому что я всегда была самостоятельная.

За эти полтора года я отказалась от всего и потеряла всех друзей. Но потом он замахнулся на мою работу фотографа. Сказал, что она «слишком социальная», что мне нужно бросить инстаграм и больше не быть «у всех на виду». Хотя тогда я и так редко размещала фото.

Именно это для меня было как холодный душ. Я поняла, что окажусь в руках одного человека даже без источника дохода, и сказала, что никогда этого не сделаю. Он устроил большой скандал. К тому времени у меня были расшатаны нервы, я кричала, у меня тряслись руки. Сейчас в ужасе вспоминаю свое состояние.

Фото: unsplash.com
Фото: unsplash.com

Тогда я выгнала его окончательно и прекратила общение. Он пару раз угрожал мне и писал, какая я плохая. А через 2,5 года мне написала его новая девушка. Спросила, виновата ли она в его странном поведении. Я рассказала, что происходило со мной, но предложила ей решать самой. Ведь я тоже возвращалась к нему семь раз. Понимаю почему: после агрессии он становился очень нежным и заботливым.

После разрыва отношений я восстанавливалась около года. От нервного истощения у меня были высыпания и волдыри. Кожу под глазами нужно восстанавливать пластическими операциями. Высыпания после стресса появляются и сейчас. Иногда мне снятся страшные сны, что я снова с ним и строю планы побега.

Теперь я вспоминаю, что сразу заметила неладное. Посоветовала бы другим девушкам бежать от таких мужчин. Но понимаю, что сама никого не слушала, пока не дошла до дна. Никто извне не мог на меня повлиять.

К психологу я не обращалась. Меня поддержала мама, захватила работа и творчество. Я быстро воспряла духом. Когда почувствовала, что запретов больше нет, то стала замечать море возможностей и старалась их поймать. Попробовала надеть облегающее платье, накрасить губы яркой помадой. Мне это понравилось. Жизнь без него заиграла яркими красками. Через год я была уже абсолютно здоровым человеком и даже смогла снова полюбить.

Я живу в маленьком городе. Дважды развелась: нехорошо! Но это моя жизнь, и только мне решать. Я была уверена, что лично я никогда не попадусь на такую удочку. Какое-то время назад я бы даже согласилась с Тодоренко в том, что домашнее насилие может терпеть только женщина-жертва. Но я никогда не была жертвой. И сейчас понимаю, что это может случиться с каждой. Оказывается, каждую можно сломать.

Комментарий психолога

  • Имя
    Евгения НемковаПсихолог, гештальт-терапевт, сертифицированный коуч ICTA, основатель образовательного центра

— Почему женщины не уходят сразу от таких мужчин?

— Во-первых, абьюзеры не сразу проявляют физическое и эмоциональное насилие. Поэтому женщина обычно не до конца понимает, что происходит (особенно в случае неявного психологического насилия). Абьюзер убеждает ее, что она сама виновата в конфликте.

Вторая причина — надежда. В каждом из нас живет ребенок, который хочет верить в то, что ему обещают. Раз мужчина пообещал исправиться, это так и будет.

Третья причина — страх. «Если я уйду от него, он найдет меня, изобьет, причинит вред». Абьюзеры могут угрожать расправой или даже самоубийством, если женщина пытается уйти.

Многих держит финансовая зависимость. Они боятся, что не смогут обеспечить себя и детей. Бывает и так, что пойти просто некуда.

Есть и такое понятие, как стокгольмский синдром, когда жертва сопереживает агрессору, хочет ему помочь. В случае с абьюзом этому подвержены женщины, к которым были холодны родители. Они подсознательно пытаются заслужить любовь тех, кто их отвергает и обижает.

Не последнюю роль играет мнение общества. Женщинам стыдно рассказывать, что они позволили мужчине так с ними обращаться. Как будто они в этом виноваты.

— Можно ли распознать абьюзера на ранних этапах?

— Абьюзеры хорошие притворщики. Поэтому абьюз может случиться с каждой. Даже с теми женщинами, которым не свойственно жертвенное поведение. Часто абьюзеры используют газлайтинг: убеждают жертву, что ей все это показалось, что этого не было. Так они искажают ее понимание реальности.

Первый признак, который должен вас насторожить, — это забота, которая переходит в навязчивый контроль обычных вещей: что ты будешь есть, как одеваться, куда ходить. Абьюзер посягает на ваши права и ресурсы, отбирая кусочек за кусочком. Сначала под запретом юбка, потом — подруги, потом — работа.

Партнер нарушает физические (например содержимое вашей сумки и телефона) и эмоциональные (обвинения, приказы, обесценивание) границы. Вам могут внушать, что вы недостаточно хороши, что с вами «ни один нормальный мужчина не уживется». Любой чрезмерный контроль — это звоночек, который не стоит игнорировать.

Второй признак — способность быстро перевоплощаться. После конфликта абьюзер превращается в милого и прекрасного человека. Он полностью подстраивается под девушку и какое-то время ведет себя идеально.

На этапе ухаживаний — это «сверххорошесть». Вас осыпают лепестками роз, угадывают желания. Все происходит стремительно: мужчина сразу предлагает пожениться, переехать к нему, уйти с работы, родить ребенка. Вам кажется, что это идеальный человек и никто, кроме него, вас так не понимает. Это уже признак созависимых отношений, на почве которых может развиваться абьюз. Все, что слишком хорошо, чаще всего — неправда.

Третий признак — эмоциональные качели в отношениях (хорошо-плохо, хорошо-плохо). Ссоры становятся бурными, а примирения — все более экзотическими (как в истории Арины, когда парень полз за ней на коленях).

Еще важный признак — постоянное ощущение стыда и вины. «Со мной что-то не так», «мне стыдно говорить про отношения». Чем больше вы терпите, тем сложнее будет рассказать.

— Можно ли сказать, что психологическое насилие, как в истории Ирины, не менее опасно?

— Его тяжелее распознать. Если человек поднял руку — остался синяк, шрам, пошла кровь. Психологическое насилие не имеет явных свидетельств. Поэтому его проще отрицать: «Тебе показалось, я этого не делал». Абьюзеры часто применяют газлайтинг: отрицают, искажают факты. Если у жертвы неустойчивая самооценка и не развит контакт с эмоциями, она может не до конца понимать, что происходит. По факту абьюзер расщепляет ее реальность. Она чувствует насилие и агрессию, а ей говорят: «Тебе показалось, я же тебя люблю. Как ты могла подумать, что это не так?». Наряду с этим женщина подвергается обесцениванию, приказам, гиперконтролю и неявным оскорблениям («кому ты, кроме меня, нужна»). Она не понимает, чему верить, и теряет контакт с собой и реальностью. Так газлайтинг доводит до психических расстройств.

— Как уйти от абьюзера?

— Как только у вас возникло подозрение на абьюз, я рекомендую сразу обратиться к психологу (даже если мужчина вас не бьет). Можно к бесплатному, из кризисного центра (горячая линия кризисной комнаты (017) 317−32−32). Важно, чтобы у вас была возможность получать личную поддержку от человека, который отражает реальность, потому что с абьюзером она искажается: вы уже не знаете, чему верить. Терапевт помогает развить доверие себе и устойчивость. В ходе работы вы поймете, что абьюз — это правдивая реальность, и выйдете из детской позиции «а вдруг он изменится».

Продумайте план ухода. У вас должны быть деньги (возможность зарабатывать) и место, куда вы будете уходить.

Не стыдитесь своей ситуации. Расскажите обо всем родителям, близким и друзьям, если они есть. Заручитесь их помощью. Договоритесь о возможности пожить у них. Запаситесь телефонами служб доверия, читайте книги, получайте психологическую поддержку.

Я не рекомендую уходить от абьюзера на эмоциях. Чем быстрее вы принимаете это решение, тем больше вероятность, что вы вернетесь. План поможет вам сделать это осознанно.

-10%
-20%
-20%
-50%
-50%
-20%
-10%
-20%
-20%
-25%
-10%