• Делай тело
  • Вкус жизни
  • Отношения
  • Стиль
  • Карьера
  • Вдохновение
  • Еда
  • Звезды
  • Анонсы
  • Архив новостей
    ПНВТСРЧТПТСБВС
Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Моя жизнь


"Про анорексию писали и пишут много. Однако чаще всего – про анорексию девочек-моделей, которые доводят себя до истощения, а иногда и до трагического конца, лишь бы только быть востребованной на подиуме. Этот же рассказ пойдет о простой девочке-подростке, не модели, которая не смогла противостоять мнению общества…

фото
picship.com

Все началось в далеком 1988 году. У меня всегда была повышенная реакция Манту, и врачи порекомендовали моей маме давать мне специальные таблетки, которые помогут выработать иммунитет к туберкулезу. Про побочные действия никто не сказал.

Мама почти полгода кормила меня этим средством. Лекарство было очень горькое, таблетки приходилось растирать в порошок и добавлять во что-то сладкое. Постепенно я перестала обращать внимание на горечь: мама говорила, что эти таблетки помогут мне стать здоровой и сильной.

Глаза моей маме открыла врач-педиатр, к которой мы случайно попали на прием. Когда она узнала, что я принимаю это лекарство, категорически запретила давать его мне и велела избавиться от него. Главный побочный эффект лекарства заключался в том, что он негативно влиял на гормональный фон ребенка, менял обменные процессы в растущем организме и в будущем мог спровоцировать чрезмерное превышение массы тела. Не сразу, но лет через 5-10. Лекарство было новым и не до конца проверенным. Проверить его советские врачи решили на маленьких детях…

Прошло несколько лет. В детском саду я не очень отличалась от других детей. Была крепкой (не толстой), подвижной и активной девочкой. Первые звоночки появились, когда я уже пошла в школу. В 8 лет я начала достаточно много кушать. В 10 лет я ела на уровне взрослого мужчины с нормальным аппетитом. Мой вес рос и достиг в определенный момент 56 килограммов. Все чаще я слышала в свой адрес "пампушка", "толстушка", "пончик"… Потом к этим словам присоединились "сарделька", "жирдяйка", "жирная" и другие их производные. Понятное дело, я спрашивала у мамы, почему я такая, почему меня так называют. Мама отвечала мне, что я просто хорошо кушаю. И только спустя год-два она призналась мне, что это действие лекарства. Что оно во мне накопилось, потому я такая упитанная и много кушаю. Но скоро, совсем скоро оно из меня выйдет и я снова буду стройной и здоровой.

Мне было 13 лет. Я весила 75 килограммов при росте 160 сантиметров. Возгласы мне в спину или даже в лицо – "Ну и зад….ца!", "Жиртрест!", "Жирная свинья!", "Корова!" – ранили меня настолько глубоко, что иногда мне казалось, что я разорвусь от внутренней боли. Не физической – моральной. Ситуацию накаляли и замечания родственников и их рекомендации моей маме и мне непосредственно. "Ты очень толстая! Следи за фигурой! Разве можно так себя распускать!" – говорили они мне. "Ты что, не видишь, сколько и что она ест?" – говорили они моей маме.

фото
picship.com

Не могла же я каждому объяснять, что это все побочное действие таблеток! Что это они меня такой сделали. Что они скоро выйдут. Через какое-то время. Надеюсь…

Время шло. Мой вес потихоньку начал снижаться. В 14 я уже весила 64 килограмма. К 15 мой вес приблизился к 55. Мой организм постепенно сам изгнал все плохое и вредное. Я уже не кушала столько, как раньше. Много двигалась. Но я была настолько под влиянием общественного мнения, что не замечала: я стала симпатичной стройной девочкой-подростком. Мне по-прежнему казалось, что я ТОЛСТАЯ. И я решила худеть. Радикально.

Я перечитала много специализированной литературы. Составила график питания, из которого исключила практически все: мясо и его производные, жиры, мучное, сладкое, соленое. Разработала систему физических упражнений – я ведь буду худеть, кожа может обвиснуть, ее надо укреплять. И начала действовать.

Постепенно, примерно за полгода, я отказалась практически от всех продуктов. Мой ежедневный рацион был таким: на завтрак – 2 столовые ложки мюсли с обезжиренным молоком либо небольшое количество обезжиренного творога, кусочек черствого хлеба и кружка зеленого чая без сахара; обед – 2-3 столовые ложки постной каши (гречка, рис или овсянка), опять же кружка несладкого зеленого чая; полдник – 1 фрукт; ужин – либо 200 мл постного супа, либо стакан кефира и хлебный сухарик. В качестве источника глюкозы я позволяла себе чайную ложку меда. Иногда (точнее, достаточно редко) я кушала куриную грудку, кусочек размером со спичечный коробок. В качестве разнообразия и вместо каши. Все. Так продолжалось 3 года.

фото
picship.com

Постепенно я отказалась от ужина. Есть по утрам приходилось в любом случае, потому что завтракали всей семьей, нужно было делать вид, что я ем. И не вызвать никаких подозрений. Все остальное время мои родители не могли контролировать, так как находились на работе. Поэтому контроль над собой я вела самостоятельно. Ужин я совместила с обедом, но не количественно. А просто совместила – то есть просто от него отказалась. И упорно занималась спортом. Домашними делами. Учебой. Всем, что помогало отвлечься от постоянного чувства голода и угрызений совести, что я позволила себе покушать.

Я научилась мастерски готовить. Причем для родителей я готовила иные блюда, отличные от моего рациона. Именно за время своего похудения я стала асом в приготовлении разнообразных супов и борща, вторых блюд и гарниров, десертов и выпечки! Но ничего этого я не ела. У меня была единственная мысль – надо сжечь все лишние калории. И я сжигала их, а вместе с ними – себя.

Мне нравилось наблюдать, как мой организм меняется. Как я худею. Я вела дневник похудения, где отмечала все свои достижения. Так, за полгода мне удалось "убрать" 5 килограммов. Еще через полгода – еще 5 кг. На удивленные, а порой обеспокоенные вопросы "ты болеешь?" или "это ты так из-за постоянной учебы?" я не обращала внимания. Я находилась в эйфории – Я ХУДАЯ!

Это потом мне мама расскажет (а я ее услышу!), что я была постоянно злая, раздражалась от малейшего замечания или вопроса, вела себя как религиозный фанатик (в другой, правда, сфере)… Сколько вытерпела моя мама – это отдельная история.

Я довела квартиру до состояния хирургической операционной, то есть до состояния полной стерильности, так как уборку делала постоянно. Не потому что было грязно. Вдобавок я каждый день по часу-полтора делала физические упражнения. Открыла в себе возможности, о которых раннее даже не подозревала. Наш школьный учитель по физкультуре был шокирован моими результатами. Я, кроме природной гибкости, никогда спортивными успехами не отличалась. А тут и пресс, и бег, и акробатический мостик…

Начало конца

фото
picship.com

В итоге к 18 годам я весила 43 килограмма. Но… вместо бури к комплиментов и восторженных возгласов я только слышала: "Боже, что ты сделала?", "дитя Освенцима", "Неужели твоя мама не видит, что с тобой что-то не так?"… Одноклассники и просто сердобольные люди приносили мне статьи про девушек, страдающих или страдавших (употреблено в прошлом времени, потому что многие скончались от экспериментов над собой) болезненной худобой и нервным истощением. Как будто специально по телевизору шли программы, где часто звучали термины "анорексия" или "булимия", а также показывали реальные истории из жизни людей (чаще всего – подростков, чаще всего – девочек), страдающих этими болезнями. Я начала задумываться. Но программу похудения продолжала. У меня ведь не все так серьезно. Разве нет?

В свои 18 я напоминала 12-летнего подростка. Очень худого. Как будто страдающего от какой-то серьезной болезни. Ни о какой красоте и речи не было. Но я этого не понимала. Вперед и только вперед! Остается добавить – на мины.

Итоговой точкой в моем издевательстве над собой и близкими стал один день. Точнее, ночь. Я проснулась от того, что рядом со мной кто-то рыдает. Рыдает так, как рыдают по покойнику или по тому, кого не можешь спасти и вынужден наблюдать за его гибелью. Рыдала моя мама. Я никогда не забуду этот горький плач! Я проснулась, но не показала, что вижу и слышу, как она плачет. Я тихо плакала сама.

А утро я начала с того, что попыталась НОРМАЛЬНО позавтракать. Не получилось. Но я старалась. Мне действительно стало страшно, что я могу умереть и мама не сможет вынести такого горя. Про то, что я могу умереть, я никогда не думала. Мне даже в голову это не могло прийти.

Постепенно я начала привыкать к пище. Это был долгий и сложно-мучительный процесс. Мой желудок не хотел ее принимать и иногда грозил все (то немногое, что я туда отправляла) отдать обратно. Я продолжала. Теперь моей целью было обратное – хотя бы немного поправиться. Мамины слова, точнее ультиматум – "либо ты начинаешь есть и я отпускаю тебя в столицу учиться, либо я кладу тебя в больницу под капельницы!" – еще сильнее подстегивал меня. Я должна, должна, должна была восстановиться. Я прилагала все усилия, чтобы уехать из этого города, оставить его общество, закрыть дверь в прошлое, полное боли и слез. Я долго еще не могла избавиться от жгучей ненависти к этому городу. Городу, который смог довести меня до смертельной грани.

У меня 2 года не было месячных, сильно выпадали волосы, я не могла нормально ходить в туалет, меня постоянно мучили кошмары, как я ем, ем, ем, ем, ем…

фото
picship.com

Я окончила школу с золотой медалью (хотя весь педагогический состав, включая завуча и директора, в течение последнего учебного года, особенно во время выпускных экзаменов, находились в постоянном шоковом состоянии и нервном напряжении – боялись, что со мной произойдет что-то непоправимое, что мое сердце не выдержит нагрузки, я потеряю сознание и уже не смогу прийти в себя). Я поступила в столичный вуз. Уехала. Поселилась в общежитии. Соседки по комнате взяли надо мной шефство и буквально заставляли меня есть. Есть – утром, днем и вечером, а также в промежутках. Причем не диетическую и постную пищу, а покалорийнее, понаваристее. Если кашу – то со сливочным маслом. Если булочку – то самую большую.

Мой настрой на выздоровление и одновременные приступы диких угрызений совести за то, что я СТОЛЬКО ем, менялись с такой быстротой, что я не успевала перестраиваться. Было очень, неимоверно тяжело самой бороться с последствиями собственного похудения. Но я до ужаса боялась идти к врачу, потому что была уверена – меня обязательно положат в больницу, поставят капельницы, будут давать таблетки, от которых меня может снова "разнести". Никаких больниц! Никаких таблеток!

Мой Ангел Хранитель тогда явно работал на износ. Я не давала ему ни секунды покоя.

Но рядом со мной оказались нужные люди. Нужная обстановка. Меня захватила новая жизнь. Почти взрослая. Студенческая. Новые друзья, преподаватели, учеба, сессия, каникулы… Если только в мою голову закрадывались мысли о похудении, я сразу вспоминала мамин плач в ночи. Больше никакие доводы мне не были нужны.

И я начала восстанавливаться. Медленно, но начала. Через полгода (снова полгода!) я набрала несколько килограммов.

Когда я стала замечать на себе заинтересованные взгляды парней и мужчин, я поняла, что победила болезнь. Я снова научилась радоваться жизни, наслаждаться ею, пробовать ее на вкус… Я снова выглядела как девушка, а не как "узник Освенцима". Я жила!

фото
picship.com

Сейчас мне 26. Я вешу 53-55 килограммов. Мне удалось (с долгим и упорным трудом и все-таки с помощью грамотных врачей-специалистов) восстановить нормальную работу своего организма. Конечно, долгие годы самоистязаний и муштры не исчезли бесследно. Я до сих пор иногда ловлю себя на мысли, что я ТОЛСТАЯ. Даже если мой вес превышает норму всего лишь на 1 килограмм. Это болезнь, скажете вы. И я соглашусь. Избавиться от этого окончательно невозможно, но теперь мне хватает здравого смысла не подвергать себя смертельной опасности. Мы рождены, чтобы жить и давать жизнь, а не самоуничтожаться.

Я веду здоровый образ жизни. Не курю, не злоупотребляю алкоголем (могу выпить бокал-два хорошего вина), не ем все подряд, но то, что нужно мне в данный момент. Я научилась слушать и слышать свой организм. Если я чувствую, что мне хочется мяса, – я его ем. Но это будет чистое мясо, куриное или индюшиное, например. Полуфабрикаты и копчености, фаст-фуд, газированные напитки, искусственные соки и все иные "достижения" современной пищевой промышленности я не признаю. Я не завишу от сладкого и выпечки. Могу позволить себе кусочек торта, зефир или печенье, но постоянную тягу не испытываю. В моем рационе много каш, овощных блюд, кисломолочных продуктов, фруктов. А еще я люблю сало. И по утрам на хлеб мажу сливочное масло. Кушать – это здорово! А получать от этого удовольствие – еще круче! Главное – не переусердствовать. Золотая середина и мера должны быть во всем.

Мой организм вернулся к своим идеальным для него пропорциям. Я просто стараюсь их поддерживать. Без фанатизма.

И соблюдаю правило Майи Плисецкой – "Не жрать!". Но кушать, чтобы поддерживать энергию и силы. Чтобы радоваться жизни. Чтобы жить!

Жить, несмотря ни на что".

Наташа

Будем рады услышать вашу историю! Ждем ваших писем на адрес oka@tutby.com с пометкой "История". Степень анонимности вы определяете сами.  



Нужные услуги в нужный момент
20170619