Инна Малаш /

Минимум раз в сутки в Сети появляется очередная новость о состоянии актрисы Анастасии Заворотнюк. Примерно то же в свое время происходило с Дмитрием Хворостовским, позже — с Жанной Фриске. Градус страха перед онкологией невероятно высок, а мифов вокруг этого диагноза все больше. Мы обратились к онкопсихологу Инне Малаш, чтобы в серии публикаций она объяснила, можно ли избавиться от этого страха, а если нет — как научиться с ним жить.

Инна Малаш — психолог, онкопациентка, основатель группы помощи людям с раковыми заболеваниями «Жить»

— Зарегистрированных случаев онкозаболеваний за год в Беларуси около 50 тысяч. И если представить, что у каждого есть минимум два близких человека (например, 1 родственник и 1 друг), то получается, что ежегодно 150 000 человек впервые сталкиваются с переживаниями, связанными с онкологической болезнью. Если прибавить к этому онкопациентов за предыдущие годы, состоящих в канцер-регистре, и их близких, то по грубым подсчетам получается так: как минимум каждый седьмой житель Беларуси столкнулся так или иначе с онкологией.

За долгие годы борьбы с онкологическим заболеванием люди наделили рак таким могуществом, как ни одну тяжелую болезнь. Страх велик и, проявляясь по-разному, оставляет одинаковое ощущение безысходности, бессилия и внутреннего оцепенения перед словом «рак».

Что поможет снизить градус страха перед онкологической болезнью? Что чувствуют онкопациенты и их близкие? Что происходит в обществе, когда мы читаем про рак и почему? На эти и другие вопросы важно отвечать честно и откровенно, без мифологизации и обесценивания, без манипуляций и стереотипов.

Что такое онкофобия?

Важно отличать страх от фобии. Страх заболеть раком может испытывать практически каждый человек, который сталкивался с онкологическим заболеванием: онкопациент, его близкие, медперсонал онкологических диспансеров от санитарок до врачей. Но когда страх становится неконтролируемым и навязчивым, можно говорить о фобии.

Любое физическое недомогание от боли до усталости, от головокружения до снижения аппетита сразу приписывается онкологическому заболеванию, мысли о болезни и смертельной опасности становятся практически ежедневными, столкновение с информацией об онкологии вызывает повышенное сердцебиение и упадок настроения — так проявляется онкофобия.

Если мы имеем дело со страхом, он ослабевает, когда мы регулярно проходим медосмотры, делаем какие-то профилактические мероприятия. Фобия же — иррациональна. Что бы вы ни делали: осмотры, отказ от вредных привычек, генетические анализы — ничто не успокаивает. Более того, при онкофобии некоторые настолько не могут справиться со своими чувствами, что вообще перестают ходить к врачу и, как правило, если у них действительно диагностируют рак, то на поздних стадиях.

Или наоборот: начинают постоянно ходить к врачу и просто истощать себя исследованиями и поисками специалистов.

Для чего нужен страх?

Любые изменения во внутреннем или внешнем мире вызывают эмоцию, которая нужна человеку для какого-то действия.

Основные функции эмоций — оценочная, мотивирующая и мобилизующая. То есть мы чувствуем страх (дрожь в коленках, учащенное сердцебиение, потоотделение), оцениваем это как опасность, стараемся избежать угрозы и ищем способ, как это сделать. Мобилизуем себя на действие, потому что хотим удовлетворить свою потребность в безопасности.

Что бы было с человечеством, если б не страх? Оно бы просто-напросто вымерло. Древний человек вышел бы бесстрашно на дикого зверя и погиб. Но он изучил повадки, знал, как себя защитить, обучился каким-то навыкам. Так страх помог ему выжить. Более того, свой опыт и опыт других помог ему много узнать о том, как обезопасить себя.

Тем не менее с чувством страха не все так просто. Каждый человек прошел путь социализации, и у каждого есть своя личная история отношений со страхом. Например, в детстве мы получили послание от взрослых, которое вносило запрет на эмоцию страха: «Мальчишки не боятся!», «Боятся только трусы и малыши!», «Такой ерунды испугался!».

Если в ответ на испуг нас высмеяли или пристыдили, мы учимся сдерживать страх и не разбираться, почему нам страшно и что мы можем сделать, чтобы прожить этот страх. В теле страх есть, а эмоционально мы можем даже его не чувствовать.

А еще в ситуации, когда нам в детстве не сказали, что нас, например, ведут на укол или к зубному, мы перестаем доверять реальности. И тогда наша оценочная функция страха будет искажаться. И, как следствие, мотивационная и мобилизующая — тоже.

Так вот: когда мы говорим об онкологии, нам сложно адекватно оценивать свой страх, потому что мы окружены мифами и искаженной информацией.

Мифы о раковых заболеваниях. Почему они существуют?

Мифы основаны на страхе перед непонятным или необъяснимым явлением и воспринимаются человеком некритично. Как аксиома, не требующая доказательств. Как сформировались мифы об онкологическом заболевании? На мой взгляд, есть несколько причин:

1. Люди и раньше испытывали бессилие и обреченность перед смертельно опасными болезнями

Испанка, тиф, туберкулез уносили огромное количество жизней. Прошло менее сотни лет, когда открытие пенициллина помогло лечить болезни, от которых люди веками умирали. И тогда врач стал для многих больных почти что богом. За небольшой промежуток времени медицина стала так быстро развиваться, что это увеличило продолжительность жизни. И у людей стала появляться иллюзия всемогущества врача. Порой люди забывают, что врач — прежде всего человек и вылечить все заболевания, особенно запущенные формы, для него непосильная задача. Но человеку проще поверить, что врач может все, чем принять ограничения собственной жизни и то, что люди по-прежнему смертны.

2. Не так много времени прошло в нашей стране с тех пор, когда врачи стали сообщать пациенту об онкологическом диагнозе

Раньше говорили близким, и они между собой обсуждали болезнь на кухне — пугая и пугаясь. Сами пациенты зачастую догадывались, но не решались говорить о своих переживаниях открыто. Каждый остался со своим страхом и бессилием наедине. Именно тот фактор, что раньше диагноз не сообщали пациентам, не может успокоить канцерофоба даже после обследований. Иррациональный страх позволяет ему подозревать, что врачи и родственники скрывают от него правильный диагноз и что, скорее всего, он обречен и ему поздно лечиться. Усугубляет ситуацию то, что о таких темах, как смерть, многим в принципе страшно говорить. Словно ты гонец из древней Греции, которого казнили, если он приносил плохую весть. Но вся наша жизнь состоит из рождения, развития и умирания, даже если мы никогда не заболеем онкологией.

3. Зачастую пациенты скрывают свою историю выздоровления, в то время как истории смерти обсуждаются бурно

Так уж сложилось на постсоветском пространстве: о своих чувствах не принято говорить. В послевоенные годы мир хотел видеть сильных и смелых людей, а в последние десятилетия — успешных. А успешные люди счастливы, здоровы, сильны, бесстрашны и красивы. И этот образ слишком резонирует с тем, что чувствует онкопациент, вызывая в нем чувство стыда. Именно стыд и неуважение других людей к чувствам больного заставляет закрываться и молчать.

4. Осознание того, что человек внезапно может заболеть тяжелой болезнью, сталкивает его с экзистенциальными переживаниями

А именно: с поиском смысла, ответственностью, одиночеством, конечностью жизни. Нагруженные чувством несправедливости и собственным бессилием, люди пытаются найти хоть какое-то логическое и понятное объяснение. Эти объяснения дают иллюзию если не контроля над ситуацией, то хотя бы логического обоснования. Так появилось представление о том, что «болезнь выбирает» и что болезнь «дается как наказание». Эта идея стала такой привлекательной, что была подхвачена множеством различных псевдонаучных теорий о «раковой личности» и обиде как причине онкологического заболевания. Примечательно, что даже у положительных явлений, которые выводят рак из тени — например, фильмы, книги с онкобольными, — есть и обратная сторона. Они укрепляют мифические представления как об этой болезни, так и о людях, ею страдающих. Человек, победивший болезнь, показан как особенная личность, с сильным характером и несгибаемой волей, отчаянно смелый и жизнелюбивый.

5. Нет точной причины возникновения рака. Профилактические меры повышают процент того, что вы не заболеете, но гарантий нет никаких

Тревога, беспокойство и страх — спутники неопределенности. И попав в этот замкнутый круг, мы начинаем обращать внимание на публикации преимущественно негативного содержания. Усиливает неопределенность ряд факторов: недостаток знаний о лечении и симптомах рака, новости о болезни и смерти известных людей, неумение справляться со своей тревогой и навязчивыми мыслями. В этом случае важно обратиться к специалисту и разобраться, какие мысли запускают этот процесс. Также важно обратить внимание на то, что в своей жизни вы точно можете контролировать, научиться фокусировать свою жизнь на «здесь и сейчас» (страх нас отправляет либо в прошлое, либо в будущее), заняться теми вещами, которые вам доставляют удовольствие (музыка, физическая активность, общение с друзьями, хобби).

Замечайте даже мелкие хорошие моменты, которые у вас есть за день, и благодарите за них.

6. Мало медицинских сайтов, где есть достоверная информация о раке, о лечении и реабилитации после онкологического заболевания

Чтобы снизить чувство неопределенности, соблюдайте 4 правила безопасности информации для себя. Первое — выбирайте достоверные и проверенные источники информации. Второе — читайте об онкологии утром или днем, чтобы было время не только самому осмыслить прочитанное, но и с кем-то обсудить. Третье — важно помнить, что информация — это просто информация, а не конкретно ваш случай. И последнее: прежде чем кликнуть на заголовок, который вас заинтересовал, ответьте себе на вопрос: «Для чего я буду читать это?».

7. Онкопсихология насчитывает только около 40 лет

Поначалу она имела дело с двумя аспектами болезни: психоэмоциональными реакциями пациентов, их семей на всех стадиях болезни и психологическими, социальными, поведенческими факторами, которые способствуют возникновению рака и выживаемости.

Сегодня онкопсихология объединяет медицину, психологию и социологию, она включает в себя также поддержку пациентов, находящихся в ремиссии, и работу с их психосоциальными проблемами. Благодаря развитию онкопсихологии можно значительно улучшить качество жизни пациентов. Правда, предстоит много сделать, чтобы онкопсихология в нашей стране развивалась, чтобы каждый специалист работал в рамках научно обоснованной практики. И это поможет оказывать квалифицированную помощь онкопациентам и их близким.

В следующей колонке Инна Малаш расскажет о том, что с нами происходит в тот момент, когда мы читаем про рак, и о том, как быть более бережными к себе в информационном потоке.

Хотите быть здоровым? Раз в неделю наш редактор будет присылать лучшие советы врачей и новости медицины
Пожалуйста, укажите правильный e-mail
-10%
-24%
-50%
-10%
-10%