Наста Захаревич /

Социальная проблема, рядовая медицинская процедура, символ современности и женской эмансипации — все это говорили об абортах в разные годы. Но есть ли в этом вопросе прогресс или мы просто ходим по кругу?

Споры об абортах в современной Беларуси не утихают, и пока формально побеждают сторонницы и сторонники свободного выбора, но ограничений в доступе к прерыванию беременности становится все больше. Так, в Беларуси проводятся недели без абортов, любой гинеколог имеет право написать заявление об отказе от проведения прерывания беременности по желанию пациенток (нельзя отказаться делать аборт по медицинским показаниям), перед абортом женщина должна пройти так называемое предабортное консультирование, цель которого — уговорить ее сохранить беременность.

А как к абортам относились раньше? Недавно Eclab пригласил в Минск исследовательницу Катерину Рубан с лекцией «Аборты в СССР и сейчас: 100 лет между социальной проблемой, политическим правом и медицинской процедурой». Мы сходили на лекцию и записали для вас самое интересное.

Фото: novayagazeta.ru

Аборт стал символом современности

В начале 20 века в медицину пришло понятие социального — стали говорить о социальных болезнях и социальной гигиене, но понятие было достаточно размытым, что мешало находить конкретные решения в вопросах лечения коллективных болезней.

В то же время менялась фигура врача. Создавалась государственная система здравоохранения, медицина должна была лечить население и решать социальные задачи: бороться с чрезмерным употреблением алкоголя, высокой материнской и младенческой смертностью, решать вопросы, связанные с искусственным прерыванием беременности.

В начале 20 века аборт стал символом современности, женской эмансипации и перехода от традиционной деревенской жизни к городской. Во второй половине 19 века Европа и США постепенно пришли к запрету абортов и любых препаратов контрацепции (в том числе и рекламы). В этом контексте советский пример особенно интересен из-за декрета 1920 года, который впервые в мире декриминализировал аборты и стал знаменем «прогрессивной коммунистической политики».

Впрочем, тема аборта была политизирована врачами Российской империи еще до 1917 года. Если в западных странах против запрета абортов выступали протестующие женские группы, то в Российской империи на эту тему говорили в основном мужские научные сообщества (врачи и юристы).

В 1913 году вопрос об аборте был поставлен на 12 съезде врачей Пироговского общества — самого авторитетного публичного врачебного голоса. Эти врачи продвигали свой проект модернизации России, и хотя большинство выступающих на съезде рассматривали аборт как зло, они выступали против сурового наказания за аборт как для женщин, так и для врачей. Под строгим наказанием подразумевалось лишение гражданских прав, ссылка или приговор к тяжелому труду.

Врачи говорили об аборте как о социальном явлении, а собственно медицинские аспекты обсуждали очень коротко. Они хотели, чтобы операция по прерыванию беременности была полностью в их компетенции и чтобы не было вмешательства полиции, адвокатов и в конечном итоге государства. Они требовали новый закон, который оставил бы принятие решения об аборте исключительно за женщиной и ее врачом.

В резолюции съезда говорится, что женщина, прервавшая беременность, и врач, который провел эту операцию, никогда не должны подвергаться уголовному преследованию. Интересно, что докладчики изображали женщину, идущую на аборт, как неопытную, испуганную и отчаявшуюся. Обязанность врача в этой ситуации — помочь такой женщине вместо того, чтобы толкать ее к опасным «бабкиным» методам или «несчастной жизни матери-одиночки»

Фото: anews.com

Тем не менее съезд предлагал бороться с абортами. Только делать это предлагалось не запретами, а с помощью широкомасштабных социальных изменений — введения экономической поддержки одиноких матерей и отмены понятия «внебрачный ребенок». Женщина объявлялась свободной гражданкой, равной мужчине, и не должна была «превращаться в репродуктивную машину».

Хвала хирургическому аборту

Декрет об охране здоровья женщин, который сейчас часто неверно называют Декретом об искусственном прерывании беременности, был издан 18 ноября 1920 года. Было принято решение узаконить искусственное прерывание беременности, потому что предыдущие репрессии не помогали бороться с абортами.

Теперь аборты должны были быть бесплатными и делаться только врачом. Лицензированные акушерки, «бабки» и даже врачи, которые делали аборты за деньги, объявлялись вне закона. Хирургический аборт, сделанный образованным врачом, противопоставлялся старым методам «невежественных бабок» — траволечению и вагинальным инъекциям.

Главная задача социальной политики в то время — бороться с бедностью, необразованностью и политической отсталостью, и бесплатный аборт органично входил в эту повестку. Женщины рассматривались как универсальная категория отсталых и угнетенных, и им предназначалась помощь государства. Но женщины принадлежали разным классам, и конституция 1918 года лишала классовых врагов возможности получать какие-либо государственные пособия и субсидии. Тем не менее женщины, которые были классовыми врагами, все равно имели право на бесплатный аборт.

На съездах акушеров-гинекологов в начале 1930-х годов аборт был главным вопросом для обсуждения. Согласно статистике, представленной на таких съездах, аборт был самой распространенной гинекологической операцией.

Декрет 1920 года открыл для врачей возможность изучать аборт и проводить масштабные исследования. В самом тексте декрета была статистика, что в результате подпольных абортов 50% женщин заболевает и до 4% умирает, но абсолютно непонятно, откуда могла появиться такая статистика, потому что не было возможности ее собирать.

С легализацией аборта такая возможность появилась, и врачи смогли видеть, как часто случается перфорация матки и другие осложнения. Эти осложнения становились в свою очередь аргументом противников абортов. Тем не менее большинство исследований показывали, что аборт — это не самая трудная и опасная операция, а перфорация матки случалась лишь в 0,5% случаев.

Фото: rambler.ru

В 1924 г. были введены первые ограничения: разрешалось прерывать беременность сроком не более трех месяцев, а также появились понятия очереди и приоритетности очереди на бесплатный аборт. Плата за аборт зависела от социального статуса женщины и в очередной раз изменила отношение к аборту как процедуре: врачи спасают несчастных женщин или просто продают свои услуги?

Причины для бесплатного аборта были более и менее приоритетные. Так, первыми в очереди оказывались одинокие безработные женщины, за ними — одинокие женщины, у которых уже был ребенок. Следующими оказывались многодетные, а за ними — необеспеченные женщины. Впрочем, почти каждый год появлялись инструкции, в которых уточнялись понятия многодетности и необеспеченности.

Аборт как потеря радости советского материнства

В тридцатые годы медленно начинается борьба с абортами. Сначала это только риторическое противостояние в государственной прессе, которая постепенно перерастает в борьбу с подпольными абортами и частной практикой.

Но по стенограммам судов над «бабками» и врачами, нелегально делавшими аборты, видно, что государство говорит о важности заботы о женщинах, а также провозглашается, что безопасным для женщин является только аборт, проведенный в советском медицинском учреждении. То есть и дальше восхваляется декрет 1920 года как забота государства о женщинах и нет намеков, что декрет устарел.

В 1935 году учебники по гинекологии и газетные статьи продолжают восхвалять декрет 1920 года, но вместе с тем начинают восхвалять и радость советского материнства, которого «легкомысленные женщины лишают себя по пустяковым поводам».

Фото: marieclaire.ru

В 1936 году выходит знаменитый сталинский закон о запрете абортов, и его главный аргумент — это вред аборта для здоровья женщины, хотя все учебники по гинекологии в то время продолжали описывать аборт как практически безопасную операцию.

Прерывание беременности по медицинским показаниям все еще разрешалось, но за аборт «по желанию» женщина наказывалась публичным порицанием за первый аборт и штрафом в размере до 300 рублей за повторный. Врачам грозило от одного до двух лет тюрьмы за проведение аборта в соответствующих больничных условиях, а если прерывание беременности производилось в антисанитарных условиях или лицами без медицинского образования, за это было предусмотрено лишение свободы на срок до пяти лет.

Теперь у врачей была новая роль: они должны были бороться с абортами и контролировать женщину. Главной задачей Наркомздрава стала борьба с подпольными абортами и их последствиями. Когда женщина попадала в больницу с выкидышем, врач должен был определить, это выкидыш или искусственное прерывание беременности. Это была очень трудная задача, поскольку если во время искусственного прерывания беременности не было допущено серьезных ошибок, то искусственный выкидыш происходил как спонтанный, и врач не мог определить разницу.

Все это привело к развитию отдельной медицинской дисциплины — судебной гинекологии. Она сформировалась еще в конце 19 века, но запрет абортов в 1936 году был для нее очередным толчком. Ее главной задачей был поиск доказательств, что в конкретном случае имел место именно аборт. Но в каждом учебнике по судебной гинекологии подчеркивалось, что разница между выкидышем и абортом весьма условна, что часто вводит врача в заблуждение, так что окончательный ответ может дать только психологическое обследование женщины и ее собственное признание. Более того, инструкция Наркомздрава 1937 года четко говорит, что нет таких объективных данных, согласно которым врач может отличить выкидыш от аборта.

«Аборт лишит вас счастья»

Информации об абортах во время Второй мировой войны практически не сохранилось, а в ранний послевоенный период аборты снова попали в центр внимания Минздрава, который ужесточил контроль над врачами, делающими аборты — были даже созданы специальные комиссии. В конце 1940-х годов врачи продолжали делать незаконные аборты (не по медицинским показаниям), и число таких абортов было стабильно высоким, несмотря на все меры министерства. Следователь становился частью работы больницы, врачи и прокуроры должны были вместе работать над каждым случаем выкидыша, но отчеты показывали, что это сотрудничество не было эффективным.

Изображение: gallerix.ru / Агитплакат за сохранение беременности

И если раньше главным злом считались «бабки», делавшие аборты несчастным женщинам, то сейчас фокус сместился, а преследоваться стали главным образом пациентки. Число осужденных за незаконные аборты росло. В 1949 году было осуждено около 6000 врачей и 34 000 пациенток, а в 1951 году (на самом пике преследованй) — около 6000 врачей и 56000 пациенток.

В начале 1950-х годов аборт полностью исчез из поля зрения как политическая и медицинская тема. Полностью замалчивался декрет 1920 года. В популярных брошюрах о женском здоровье закон, который когда-то признавался символом борьбы за женское освобождение, даже не упоминался. Редкие непубличные исследования подпольных абортов не помогали ответить на вопрос, почему женщины хотели прерывать беременность. Аборт стал рассматриваться как часть личной жизни.

После смерти Сталина в 1955 году запрет на аборты был снят. Аборты были разрешены «с целью предоставления возможности женщине самой решать вопрос о материнстве». В 1960—1970-х годах борьба с абортами продолжается, и сам аборт в этой борьбе показывается как личное горе женщины. Был популярен слоган «Аборт лишит вас счастья».

Фото: Владимир Соколаев / Источник: bigpicture.ru

Новая волна абортной паники начинается в конце 1980-х годов, когда на всех уровнях начинают активно обсуждать проблемы советской жизни. Но в центре демографической заботы государства был не плод, не эмбрион, не будущий организм, а сама женщина — ее репродуктивное здоровье и возможность рожать. В этом был большой контраст с борьбой против абортов в других странах.

Сейчас женщины могут прерывать беременность в государственных и частных клиниках, а распространенность контрацептивов уменьшила число абортов с начала 1990-х годов практически в 10 раз. Аборт «по желанию» разрешен на протяжении первых 12 недель беременности. Официальная государственная политика — это поощрение материнства вообще и многодетности в частности. С 2016 года в Беларуси существует город без абортов: в Логойске врачи не производят прерывание беременности «по желанию пациентки».

Хотите быть здоровым? Раз в неделю наш редактор будет присылать лучшие советы врачей и новости медицины
Пожалуйста, укажите правильный e-mail
-65%
-10%
-10%
-20%
-70%
-20%
-50%
-10%
-50%