177 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. ГПК: сбор за выезд за границу на машине надо будет оплачивать с 1 июня
  2. «Молодежи здесь заняться нечем». История о вынужденном переселении в деревню — по распределению
  3. «Все средства будут использованы». Сколько денег белорусы уже собрали на восстановление костела в Будславе
  4. Лукашенко говорил, что «несогласных» студентов нужно отчислить, а парней отправить в армию. Где эти ребята сейчас?
  5. «С такой болезнью живут до 30 лет». История Кати и ее сына Вани с миопатией Дюшенна
  6. Тысячи человек пришли на первый за 30 лет концерт «Кино» в Москве. Показываем, как это было
  7. Фура и микроавтобус столкнулись под Смоленском — пострадали 13 белорусов, один в крайне тяжелом состоянии
  8. Посмотрели цены на рынке «Валерьяново», куда приезжал Лукашенко, и сравнили с Комаровкой
  9. Что сейчас происходит в Индии, которая шокирует мир смертностью от COVID-19? Рассказывают белоруски
  10. «Шахтер» обыграл «Неман» и установил новый рекорд чемпионата. БАТЭ добыл волевую победу над «Рухом»
  11. Белорусы «без государства ни черта не сделают»? Собрали примеры, которые доказывают, что это не так
  12. Ваш народ от рук отбился. Почему у власти уже сбоит система распознавания «свой-чужой». Мнение
  13. Матч между хоккейными сборными Беларуси и Казахстана отменен
  14. «Одна из нас умерла от отека мозга». История девушки, которая с друзьями отравилась мухоморами
  15. Лукашенко подписал законы о недопущении реабилитации нацизма и противодействии экстремизму. Что изменится?
  16. Генпрокурор обвинил сопредельные государства в попытке внедрить в Беларусь «коричневую чуму»
  17. Открыли TikTok-парк, в планах — расчетно-справочный центр. Как пробуют «оживить» торговый центр «Столица»
  18. «Расходы превышают доходы, нужно еще 10−15 млн». Олексин может выкупить торговый центр «Валерьяново»
  19. В программе белорусских каналов на следующую неделю нет «Евровидения». Попробовали разобраться, что это значит
  20. Какая боль в шее особенно опасна и что при этом делать нельзя
  21. Мангал под навесом уже не в тренде. Вот как круто белорусы обустраивают свои террасы и беседки
  22. Рост ВВП, долгов и заветные «по пятьсот». Кратко о том, как развивалась экономика в последние 10 лет
  23. Депрессия и 20 лишних кг почти похоронили ее карьеру. Фигуристка, которая была одной из лучших в мире
  24. В обвинении по «делу студентов» прокуроры говорят о санкциях ЕС и США
  25. Суд по делу задержанной журналистки TUT.BY Любови Касперович не состоялся. Она остается на Окрестина
  26. Проект указа: садовые товарищества могут стать населенными пунктами. Но не сразу
  27. Медики больше не будут прививать от ковида всех желающих в ТЦ «Экспобел»
  28. По центру Минска ранним утром гулял бобр. Рассказываем, что с ним приключилось
  29. В Гомеле из-за вылетевшего на тротуар авто погибла девочка. Поговорили с экспертами и ГАИ, как защитить пешеходов в таких ДТП
  30. «50% клещей заражены». Врач — о клещевом боррелиозе и первой помощи при укусе


Юлия Макаревич / Фото из книг "У войны не женское лицо" и "Жанчыны ў Другой сусветнай вайне: гісторыя барацьбы і выжывання" /

Все истории о войне — с привкусом горечи. Поломанные судьбы, загубленное здоровье, разбитые мечты. И тем не менее жизнь продолжалась — во многом, благодаря женщинам, которые в это трудное время, оставшись без поддержки мужчин, делали для своего дома и детей все возможное… А иногда и невозможное.

О том, как белоруски выживали во время войны и устраивали свой быт — читайте в нашем материале.

Салат из одуванчиков и вилки из упавшего самолета

Узницы лагерей вспоминают свой небогатый рацион так: 150 граммов хлеба, брюква, кольраби, штыльмус и шпинат… Но и тем, кто остался на воле, было непросто. Все, что удавалось вырастить своими силами в тылу, приходилось отдавать немцам, солдатам, партизанам. Женщины изголялись в приготовлении еды как могли: шинковали ботву растений, делали салат из одуванчиков и щавеля, варили солянку только лишь на капусте и картошке, распаривали сушеную воблу. Запасы картофеля зарывали в ямы далеко в поле. Боялись, что в случае поджога деревни пропадет последнее пропитание.

Кухонную утварь мастерили из подручных вещей, а в Гомельской области помнят, как делали ложки, тарелки и вилки из упавшего самолета. Такие, кривые и покореженные, они долго лежали в кухонном серванте, выбросить их не поднималась рука.

Самый страшный позор — умереть в мужских трусах

В воспоминаниях ветеранов можно найти рассказы о том, что даже на войне женщины оставались женщинами: варили мыло из растений (ромашка, полынь, иван-чай, зверобой, подорожник, мать-и-мачеха) и костей умерших животных; румянили щеки глиной со стен избы, а если удавалось протопить баню — кипятили белье, которого вечно не хватало.

Страшным позором считалось носить длинные широкие мужские трусы из сатина. Переживали, что некрасиво: «Вот умрешь за Родину, а на тебе мужские трусы». И не было большего счастья, когда спустя четыре года сражений начали выдавать женское белье.

Приходилось женщинам и вытравливать вшей. Они были повсюду: и в волосах, и в одежде, и в постельном белье. Счастливицей считалась та, кому волосы не состригали, а обрабатывали жгучей смесью. Волос становилось в два раза меньше, но они все-таки были.

Вместо прокладок можно взять газеты. Главное не использовать первую полосу с портретом вождя

Из-за постоянных стрессов и голода у многих женщин прекращался менструальный цикл. Месячные могли отсутствовать не только месяцами, но и годами. Воспринималось это только как плюс, потому что выживание требовало концентрации внимания совсем на других вещах.

В то время не было не только прокладок, но даже обычные тряпки из старого постельного белья были в дефиците. Женщины с жгучим стыдом вспоминали то время. Особенно те, кто воевал, испытывали жуткий дискомфорт:

«Мы же свои особенности имели, девочки… Армия об этом не подумала… Хорошо, если старшина был пожилой человек и все понимал, не забирал из вещмешка лишнее белье, а если молодой, обязательно выбросит лишнее. А какое оно лишнее для девчонок, которым надо бывает два раза в день переодеться. Мы отрывали рукава нижних рубашек, а их ведь только две. Это только четыре рукава…».

«Мы сторожили: когда солдаты повесят на кусты свои рубашки. Пару штук стащим… Они потом уже догадывались, смеялись».

Использовали в критические дни и газеты. Важно было только не брать первые страницы с портретами вождя или же старательно прятать от всех отходы. Если не было газет, использовали листья лопухов.

Понимая, что терять нечего, брызнула в лицо офицеру грудным молоком

Несмотря на тяжелое время, женщины беременели и рожали. Количество изнасилований зашкаливало, причем насиловали и чужие, и свои. Вопрос контрацепции был более чем актуальным.

Как противозачаточное средство использовали небольшие кусочки ткани, пропитанные смальцем, которые вводили глубоко во влагалище. Это был импровизированный прототип влагалищной диафрагмы. Конечно, уровень защиты был невысоким…

Во время войны женщины часто не могли выносить ребенка, на ранних сроках случались выкидыши. Показатели материнской и детской смертности были огромными. Беременности и роды пленниц концлагерей — особенно трудная тема. В некоторых концлагерях на молодых и беременных женщинах проводились нечеловеческие эксперименты по стерилизации самыми разными методами.

Но вместе с тем, в воспоминаниях военного времени можно найти много невероятных историй о родах со счастливым концом: а ведь рожали в поле или в санях по пути к акушерке, а из инструмента был лишь тазик с горячей водой.

Вырастить и выходить ребенка в условиях военного времени было сложно, но женщины старались изо всех сил. Из воспоминаний жительницы Могилева:

«Белорусскую молодежь угоняли на работы в Германию. Та же участь ждала и 19-летнюю Надю, мою прабабушку. Зная, что женщин с детьми оставляли на Родине, прабабушка показала грудную малышку. Но ей не поверили, что это ее дочь. Мол, слишком молода. Тогда отчаянная девушка, понимая, что терять ей нечего, брызнула в лицо офицеру грудным молоком. Так ей удалось спасти жизнь себе, моей бабушке и дать жизнь всей нашей семье».

Работали женщины с утра и до ночи, порой детей не с кем было оставить. Поэтому малыши взрослели быстро:

«На руках у меня осталась дочка, жили мы все время в лагерях. Я с утра ее закрою, дам каши. А с четырех часов утра мы уже летаем. Возвращаюсь к вечеру, а она поест или не поест… Вся измазанная этой кашей. Было ей три годика».

Да и сами молодые девушки повзрослели не по годам, пропустили свое девичество и время мечтаний. И все же иногда можно было увидеть, как боец, наперевес с автоматом, заходит в лавку и просит продать ей конфет. Или, звеня медалями, вскакивает на стол, увидев маленькую мышку.

В душе каждой из этих женщин жила маленькая ранимая девочка, которой просто нельзя было плакать, пока не кончится война.

Для подготовки материала, помимо историй, рассказанных семьями женщин, живших во время Великой Отечественной войны, автор использовал следующие источники:

  1. «У войны не женское лицо», Светлана Алексиевич;
  2. «Жанчыны ў Другой сусветнай вайне: гісторыя барацьбы і выжывання», Гістарычная майстэрня ў Мінску;
  3. Пост Елены Березовской о воспоминаниях своей семьи, опубликованный в Facebook.
-5%
-20%
-30%
-20%
-40%
-5%
-10%
-10%
-10%
-40%
-25%