/

Скорее всего, вы и не заметили, но вчера был Всемирный день борьбы с ненормативной лексикой. Идти свиньей на «нехорошие слова» или поднять белый флаг — рассуждает наш колумнист Александр Зантович.

Об авторе:

Фото: из архива Александра Зантовича
Фото: из архива Александра Зантовича

Александр Зантович — писатель, блогер, ведет колонку на LADY.TUT.BY с 2013 года. Работает в банке. В этом году Александр решил собрать свои искрометные заметки о женщинах, мужчинах и отношениях в настоящую книгу. Добрый и смешной сборник текстов можно получить, поддержав проект на краудфандинговой платформе Ulej.by

Мой тесть служил на флоте. Давно, в советское время. Примерно раз в месяц личный состав выстраивался на палубе, и мичман проводил среди него разъяснительную беседу о вреде мата. Чтобы суть речи дошла до матросов максимально полно, мичман не скупился на слова и выражения, которые усиливают любую человеческую мысль. От этих трехэтажных конструкций краснели даже боевые орудия, а случайно пролетавшие мимо судна чайки падали замертво в море.

Это все к тому, что 3 февраля отмечается день борьбы с матом, точнее с ненормативной лексикой. Честно говоря, не знаю, кто его придумал, этот день, но дело, черт возьми, правильное! И в этой непримиримой борьбе мы с упомянутым выше мичманом солидарны, ядрена вошь!

Скриншот со страницы писательницы Татьяны Толстой в Фейсбуке

Плохие слова — негодные, все это знают. Человек, рот которого — как помойка, воспринимается как необразованный, некультурный. Как будто ему недостаточно нормальных, легитимных слов для выражения своих этих, блин, как их там. «Ругается, как извозчик», говорят. Подразумевая, что это работник не самой престижной на свете профессии, которому и лошади нужно постоянно объяснять, куда ехать, и другим участникам движения.

И все же люди матерятся. Ладно бы только рабочие и крестьяне. Зачастую сквернословят вовсю вполне образованные и грамотные. Поговаривают, что даже некоторые политики говорят медленно и с паузами потому, что пропускают мат.

Американский комик Джордж Карлин, из-за выступлений которого в Штатах когда-то запретили ряд слов и выражений, в своем интервью объяснял, почему он ругается со сцены и с экранов телевизоров. Я способен, говорил он, выступать в течение шестидесяти минут без мата. Однако чувствую, что таким образом использую не всю широту английского языка. Некоторые моменты требуют эмоций, акцентов, которые можно расставить только с использованием обсценной лексики.

Фото: facebook.com/leprumus

Я вот тоже, внешне приличный и уравновешенный человек, бывает, ругаюсь. Причем происходит это в такие минуты жизни, когда я растворяюсь в моменте без остатка. На спорте, на рыбалке, с добрыми друзьями. И за рулем, конечно, тоже. Как говорится, если вы не материтесь за рулем, вы невнимательно следите за дорогой.

Люди вообще ругаются частенько в стрессовых ситуациях. Так мы сообщаем миру о своих сильных эмоциях: удивление, восхищение, удовлетворение, разочарование, сожаление, боль, радость, решимость, зарплата, коммуналка, новостные сводки, ранний подъем, похмелье, счастье…

Отчего же так порой хочется сквернословить, хоть это нас и не красит?

Есть несколько причин. Например, ученые говорят, что ругань снимает стресс. Если в жизни трудно, можно как следует выматериться, и как-то сразу легчает.

Фото: facebook.com/leprumus

Мат уменьшает ощущение боли или дискомфорта. Даже опыт такой проводили. Испытуемые должны были как можно дольше продержать руку в ледяной воде. Группа, которой позволили бурно словесно выражать свое отношение к авторам эксперимента, продержались заметно дольше.

Вообще, с биологической точки зрения восприятие нецензурной лексики проводится какими-то другими отделами мозга. Подключаются, говорят, глубинные слои, в которых зашиты наши базовые инстинкты. Именно этим фактом объясняется такой интересный феномен. Если человек получает повреждения мозга и теряет способность говорить, очень часто он продолжает исправно материться и петь песни. На своем родном языке. Именно так врачи определяют национальность людей, полностью потерявших память.

По легенде именно благодаря мату изобрели телефон. Помощник господина Белла соединил не те провода — и его матерные слова стали первыми, которые человечество услышало в телефонной трубке.

А еще мат на удивление информативен. Как в том анекдоте про прораба Степана, который фразой «твою мать!» может и поругать, и похвалить, и поздороваться и даже выразить соболезнования. Военные используют мат во время своих боевых операций. Пилоты используют мат, когда самолет падает, что хорошо потом слышно на записях черных ящиков.

Есть люди, которые с удовольствием ежедневно украшают матами свою речь, что иногда бывает достаточно смешно.

Автор иллюстрации: Линор Горалик

Некоторые любят сквернословить даже в постели, хотя мне и не кажется уместным взаимное оскорбление в этих обстоятельствах. Как потом объяснить жене, что ты называл ее грязной шлюшкой от большой и светлой любви?

Вообще, мат — очень интересная тема. Русский мат, которым гордится весь наш народ, оказывается, не самый-самый. По количеству матерных слов (точнее, корней) русский язык занимает третье место в мире. Всего лишь. А лидирует язык английский, в котором я в силу своей необразованности всего пару крепких словец знаю.

Зато русский язык, конечно, даст фору любому другому по числу вариантов дополнительного словообразования. На базе четырех основных корней, четырех, так сказать, столпов русскоязычной души, можно образовывать и образовывать. И глаголы, и прилагательные, и существительные, и наречия. Умопомрачительное количество приставок и суффиксов дают почти бесконечный простор для фантазии. А если потом начинаешь совмещать одно получившееся слово с другим, возникают просто-таки кружева, ажурные многоэтажные конструкции, емкие, точные, великолепные! Такими и про закат рассказать, и юной девой восхититься, и укорить товарища, что уронил тебе на пальчик лом.

Наверное, поэтому русский мат так хорошо прижился в странах бывшего СССР. Даже в неславянских вроде Литвы или Казахстана. Даже в Монголии его помнят и знают.

И нам, скромным, тихим, памяркоуным белорусам, тоже очень нужен мат. Но чуть-чуть. В меру.

У обсценной лексики есть такое любопытное свойство. Чем чаще она звучит, тем меньше эффект. Есть мнение, что исторически это были секретные, обрядовые слова, которые обращались к языческой детородной силе, заключенной в наших интимных органах. Когда мат начинает звучать отовсюду — из телевизора, радиоприемника, от студенток педагогического института, — он теряет свою древнюю силу. Даже если заменять слова на ни в чем не повинные хрен, писец и блин.

Поэтому я бы с матом не боролся. Я бы его оберегал от чрезмерного применения. Это как с удобрениями или лекарствами. Дашь много — будет обратный эффект. Дашь в меру — будет хорошо и в самый раз.

Надо беречь это любопытное, с какой стороны ни возьми, явление. Потому что нам очень нужно.

Чтобы, несмотря на дождь и слякоть, зарплаты и цены, бензин и дорожный налог, уголовные дела и аресты, АЭС и счета за электричество, суровые лица мужчин и женщин, давку в метро, шумных соседей, ремонт кольцевой, хмарь над головами, вирус гриппа и очередь в поликлинике, оставаться такими же тихими и терпеливыми, нужно иметь возможность хотя бы выговориться.

Недавно прогуливались с товарищем, молчали. И он вдруг громко так: «Б…ть!». Я оглядываюсь по сторонам, спрашиваю, мол, что случилось-то?

А он:

— Ненавижу февраль! Он такой, такой… в общем, б… ть!

-45%
-11%
-10%
-20%
-10%
-50%
-10%
-20%
-15%
-34%
-10%
-20%