Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Вкус жизни


Три года назад в СМУ, отдаленном районе Пружан, не было уличной торговли. Пенсионеры, которых здесь много, вынуждены были ездить в центр города, чтобы купить зелень, овощи или, наоборот, продать урожай. Волонтер Красного Креста Любовь Шерикова, которой тогда было под 70, взялась за дело: провела опрос среди пожилых и подняла проблему. Подготовили обращение в райисполком, председатель ответил: построим. Теперь здесь идет торговля, а Любовь Алексеевна уже задумала новые перемены для пожилых людей. Продолжаем рассказывать об активных женщинах в проекте LADY.TUT.BY и Швейцарского Красного Креста «Третий возраст».

— Пенсионеры знают, что я волонтер, и обращаются ко мне, — рассказывает женщина. — «Люба, — говорят, — как хочешь, но надо медицинский кабинет. Нужен хотя бы раз в неделю был прием. Потому что в поликлинику далеко, а без рецепта никак». Есть бабушки, которые ходят с одной палочкой, с двумя палочками, говорят: «Как тяжело! Люба, сделай!» Я говорю: «Хорошо, постараюсь».

Время на активную общественную жизнь у Любови Алексеевны появилось только несколько лет назад, когда она вышла на пенсию. Но отзывчивость и желание помочь были всегда — слишком много она сама испытала. С полутора лет Люба росла в детском доме. Невероятно, но помнит, как ее туда отвезли.

— Помню дорогу, помню, как меня и какого-то мальчика везли с железнодорожной станции. Была пурга. Нас накрыли тулупом, и мы заснули.

Помнит и маму Таису, литовку с русой косой на плече. Свои, прежде длинные, волосы Люба заплетала также. Отец в свидетельстве о рождении не записан.

— Я родилась в 46-м. Мамина молодость пришлась на военные годы. Она служила в армии, работала поваром в воинской части, в авиагородке в Барановичах. В декабре 1947-го она уволилась по собственному желанию. В этом же месяце меня отвезли в детский дом.

До школы Люба воспитывалась в Несвижском детском доме. Там мама еще навещала ее, а в Слониме, где девочка пошла в школу, уже нет.

Затем Люба поступила в швейное училище и уехала в Брест.

— Шить я не любила. В детском доме нас заставляли, говорили: вы же будущие мамы, вам надо учиться шить! А я не хотела и говорила: я буду в ателье отдавать!

Однако в училище нелюбимое шитье ей понравилось. Способной выпускнице предложили остаться в Бресте. Люба отказалась.

— Подумала: здесь я уже была. Поеду в Горки, там студенческий городок.

Так и сделала, но вскоре неожиданно для себя вернулась в Брестскую область, где живет и сейчас. Поработав в Горках, Любовь решила съездить в отпуск к подружке в деревню Семенчу Пружанского района. Там познакомилась с парнем, за которого вышла замуж. Фамилию Люба оставила мамину — большая редкость для тех времен.

Родились погодки, Наташа и Рита, а через 12 лет — младшая дочь Аня. Семья жила в Пружанах. Муж Любы работал то трактористом, то токарем, то механиком, а сама она 25 лет трудилась в ателье. Ее поставили «на брюки», и именно к Шериковой обращались те, кто хотел одеваться по последней моде.

— Мне одна клиентка сказала: Люба, у тебя такие золотые руки! Ты всегда сделаешь то, что хочется нам, и именно так, как нам надо.

А самыми модными в округе были сама красавица Люба и три ее дочери.

— Дочкам никогда ничего из одежды не покупала до тех пор, пока они не поступили учиться. Сестра мужа отдавала детские вещи, а я перешивала. И говорила потом: вот нравится мне, конфетку сделаешь! И аккуратно, и модно.

Когда ателье закрыли, Любовь перешла на Опытную [в Пружанах находится Республиканское унитарное предприятие «Брестская областная сельскохозяйственная опытная станция Национальной академии наук Беларуси». — Прим. авт.], чтобы доработать до пенсии. Но задержалась и еще 12 пенсионных лет трудилась на сельхозработах. После этого Любовь Алексеевна забрала трудовую книжку домой — и начались большие перемены.

Нашлось время для тех любимых дел. Например, ей всегда нравилось петь. У Любови первое сопрано, и с третьего класса она выступала на сцене детского дома. В швейном училище была солисткой. Художественную самодеятельность там преподавала директор Брестского музыкального училища. Она заметила талантливых девушек и позвала к себе.

— Сказала: девчонки, поступайте, я вас беру! Только чтоб на двойки не сдали. Меня отговорила замполит нашего училища. И вы знаете, я всю жизнь жалею. Я теперь всё свободное время пою.

Любовь Алексеевна ходит на вокально-хоровой кружок, поет вместе с инициативной группой пожилых людей «Ветераны» при Красном Кресте и солирует в народном хоре ветеранов «Красная гвоздика» при Пружанском городском Дворце культуры. Именно в старшем возрасте Шерикова, которую с юных лет называли артисткой, стала ездить на гастроли по республике и за рубеж. Музыка в ее жизни присутствует ежедневно: она напевает, даже когда ездит на велосипеде — то есть постоянно. Наверстывает упущенное: в детстве покататься не довелось, и освоила велосипед Любовь Алексеевна только в 48 лет.

— Свекровь жила в Семенче, а мы в городе. И вот муж едет на велосипеде, а я бегу. А в низине на багажник сажусь. Потом говорю: нет, давай, учи меня ездить на велосипеде. Первое время приеду — то колени, то локти побиты, то юбка разорвана, то туфли. Свекровь говорит: кидай дурное дело! Я говорю — нет! Я сказала, что я научусь. Лягу спать — мне снится, что я еду на велосипеде. Короче, научилась. И благодаря этому велосипеду я сейчас веду здоровый образ жизни.

Не испугала Любовь Алексеевну даже серьезная травма — в 2013 году машина сбила ее по дороге на работу. Водитель вышел и сказал: «Дайте я помогу присесть». В больнице выяснилось, что поврежден позвоночник. Если бы Любовь Алексеевна не села, а осталась лежать до приезда скорой на месте происшествия, возможно, удалось бы избежать смещения. В больнице пришлось провести месяц, не вставая, и еще три оставаться дома.

— Врач пришел, и я первое, что спросила: могу ли я ездить на велосипеде? Он сказал: «Забудьте!» — «А у меня ж, — говорю, — дача». — «Забудьте про дачу!» — «Вы мне просто скажите, когда можно сесть на велосипед?» — «Не раньше трех месяцев». Я ж отсчитала эту дату и ровно через три месяца села на велосипед! И поехала на дачу.

Так и ездит Любовь Алексеевна на дачу на велосипеде ежедневно. Старшие дочери, которые живут за несколько километров от Пружан, предлагают маме добраться к ним на автобусе, но она непреклонна: только «двухколесная машина». Велосипед служит для поездок на гимнастику, компьютерные курсы, кружки итальянского языка и рукоделия. Рукодельничает Любовь Шерикова и дома. Последнее увлечение — квилинг, или бумагокручение. Эта техника считается простой, но трудоемкой. Любовь Алексеевна освоила ее несколько месяцев назад, незадолго до своего 71-го дня рождения. Узнав о нашем приезде, всего за два дня каждому приготовила квилинговые поделки в подарок.

— Я людей без подарков не отпускаю. Надо хоть что-то на память.

А главная ее память — мама, которую Любовь Шерикова ищет всю жизнь. Ездила в Минск на передачу «Жди меня», писала в Москву, отправляла запрос в архив.

— Никаких следов. Ничего. Понимаешь, я просто хотела узнать корни свои хотя бы. Она литовка по национальности, Шерикова Таисия Петровна. Домашний адрес ее дали: Каунас, Чюрлёниса, 1. Я ездила туда — никто ничего не знает. Пусть даже ее и нет в живых, но должны же быть какие-то родственники! Моя меньшая дочь, по моей памяти, на нее похожа.

Младшая дочка, похожая на бабушку, которую она никогда не видела, работает в Минске. Уехала учиться в столицу и младшая внучка Маша. Ее сестра Влада окончила вуз и работает в Бресте. Муж Шериковой умер, внук погиб. Любовь Алексеевна живет одна и полна энергии и вдохновения. День ее всегда расписан, и все удивляются: как всё успевает?

— У меня нет свободного времени. Не люблю сидеть без дела. Смотрю телевизор — я что, просто смотреть его буду и ничего не делать? Когда реклама, я читаю. А когда передача идет или кино, делаю бумажные модули для квилинга.

Тепло попрощавшись, Любовь Алексеевна отправляется к своему велосипеду. Пристраивает сумки на руль, легко садится и уезжает, — как всегда, по делам.

Нужные услуги в нужный момент
-15%
-10%
-15%
-50%
-10%
-10%
-10%
-10%