102 дня за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. «Жесточайшим образом останавливать». Чиновники взялись за аптеки, которые подняли цены из-за НДС
  2. «Будет готов за три-четыре месяца». Частные дома с «завода» — сколько они стоят и как выглядят
  3. Один из главных претендентов на «Оскар» и еще пять премьер марта. Что идет в кино в этом месяце?
  4. С 1 марта заработал обновленный КоАП. Новшества затронут почти всех белорусов
  5. «Первый водитель приехал в 5.20 утра». Слухи о «письмах счастья» за техосмотр привели к безумным очередям
  6. В Беларуси ввели очередные пенсионные изменения. Что это означает для трудящихся
  7. «Думал, что это простуда. Оказалось, нужна пересадка сердца». История Вячеслава, пережившего трансплантацию
  8. «Меня потом знатно полили шампанским!» Первая белоруска с COVID-19 — о том, как прожила «коронавирусный год»
  9. «Подошел мужчина в одежде рыбака». Как судили пенсионерок, задержанных на выходе из электрички
  10. Экс-президента Франции Саркози признали виновным в коррупции и приговорили к тюремному заключению
  11. «Желающих помочь белорусам в их „хлопотном дельце“ много». Чем заняты «Народные посольства» за границей
  12. МВД добилось своего: свидетели по административным делам могут настаивать на закрытых судах
  13. Приход весны, борьба с частниками и акции солидарности. Что происходит в Беларуси 1 марта
  14. Читаете канал «Советская Белоруссия»? Говорим с его автором (нет, это не то же самое, что газета)
  15. Минчанка из списка Forbes отсидела 20 суток и рассказала о «консервативном патриархате» в Жодино
  16. Суды над журналистами, морозы и снег. Февраль-2021 — в фотографиях TUT.BY
  17. «Личная инфляция»: лекарства и отдельные продукты в феврале подешевели, но в целом цены растут
  18. Латушко ответил жене Макея: Глубина лицемерия и неспособность видеть правду и ложь просто зашкаливает
  19. Витеблянину с онкозаболеванием за насилие над милиционерами дали 3,5 года колонии
  20. Тихановский о приговорах журналистам и активистам: Ложь и несправедливость порождают озлобленность
  21. В Новогрудке кто-то расстрелял из пневматики собаку. Пес умер, волонтеры обратились в милицию
  22. «Проверяли даже на близнецах». В метро запустили оплату проезда по лицу. Как это работает
  23. Тихановская рассчитывает на уход Лукашенко весной
  24. Чиновники придумали, что сделать, чтобы белорусы покупали больше отечественных продуктов
  25. Убийца 79 белорусов, сжег пять деревень. Вспоминаем о Буром — в память о нем в Польше проводятся марши
  26. «Тут мы ощущаем жизнь». Как семья горожан обрела счастье в глухой деревне и открыла там бизнес
  27. Беларусбанк вводит лимиты по некоторым операциям с банковскими карточками
  28. Весна наступила, но зима не сдается. К выходным вновь похолодает
  29. Виктор Лукашенко стал генерал-майором запаса
  30. Лукашенко — главе КГК: Необходимо ввести ответственность и для тех, кто берет в конвертах деньги


/

Ануш Беглоян побывала в Минске дважды, она успела познакомиться с белорусами и составить свое мнение о том, что происходит в нашей стране в области национальной самоидентификации. Мы поговорили с ней о том, что нужно народу, чтобы ощутить себя единой нацией, почему о небольших странах так мало знают их большие соседи и какую роль играет культура в формировании политических и экономических альянсов.

Ануш Беглоян (Армения) имеет опыт более 13 лет работы в коммуникациях и PR. Исполнительный директор Public Communications Laboratory LLC, старший эксперт программы «Содружество мэров Востока» (CoM East) и эксперт программы Восточного партнерства «Культура и креативность» (EU-Eastern Partnership Culture and Creativity Programme), преподаватель French University of Armenia. Сотрудничала в качестве эксперта и консультанта по коммуникациям и PR с проектами Совета Европы, работала директором по маркетингу и коммуникациям Фонда IDEA, являлась исполнительным директором и вице-президентом Армянской ассоциации по связям с общественностью, имеет степень MBA Американского университета Армении.

— Белорусскому народу удается сохранять себя, благодаря тому, что он не любит излишнего к себе внимания. Вы не пытаетесь навязать свое видение мира внешним силам, потому и не вызываете искушения помешать вам оставаться самими собой. Ваша нация не пытается навязать окружающим какой-либо диалог: она не молчит, но она разговаривает сама с собой больше, чем с внешним миром. Как только ты начинаешь интересоваться тем, о чем думают твои (белорусские) друзья — ты получаешь огромное количество интересных и глубоких выводов, которые ты не ожидаешь услышать из-за относительно сдержанного поведения. Внутренний диалог не всегда можно разглядеть со стороны. Возможно, белорусам надо быть более открытыми и высказываться, а с другой стороны, остальной мир тоже должен уметь вызвать на диалог людей, которые живут в этой стране, для того чтобы понять, о чем они думают и кто они.

— Беларусь пытается проводить политику открытых границ, недавно введен безвизовый режим на 5 дней… Вы считаете этого достаточно?

— Это хорошее начало. Весь вопрос в том, что народы, живущие на постсоветском пространстве, открывают себя миру и начинают ощущать себя частью глобальной цивилизации сравнительно недавно. И на этом пути главное — не испытать разочарований, быть готовым к долгой и упорной работе. Небольшие страны, такие, как Беларусь, не могут позволить себе роскошь ждать, когда мир обратит внимание на то, насколько богата и уникальна их национальная культура, какой скрытый интеллектуальный потенциал существует в стране, и оценит то, что может предложить страна так, как она того заслуживает.

Информационная конкуренция между странами и народами очень жестока. Крупные геополитические образования, крупные страны давно существуют в мировом информационном пространстве, а небольшие национальные образования сталкиваются с одной и той же проблемой: неизбежно попадают и подвергаются влиянию информационных полей больших соседей. С одной стороны, это приводит к тому, что информационная «громкость» событий, взглядов, идей неизмеримо ниже в мировой инфосфере, с другой стороны, несоизмеримо ниже и степень их влияния на умы и сердца. Причин этому несколько, во-первых, наши страны вступают в нее с гораздо меньшим стартовым финансовым и организационным капиталом, меньшим опытом независимого присутствия на арене мировых событий. Во-вторых, все постсоветские страны страдают комплексом, который я называю синдром «жемчужного моллюска»: мы, наша культура, желания, взгляды настолько значимы, что все вокруг априори просто обязаны понимать нас и восхищаться нами.

Мы воспринимаем свой обмен информацией с окружающим миром как симметричный и равноправный процесс: поскольку мы легко можем быть в курсе всех ведущих мировых новостей, культурных событий, книг, политики, экономики, спорта, нам кажется, что и мир точно так же сосредоточен на нас и при желании может легко понять, что и как устроено в наших странах. Это не совсем так.

В коммуникации есть понятие коэффициента информационной значимости: и если посмотреть на ситуацию трезво — то степень осведомленности нас о мире, и, наоборот, мира — о нас определяется не доступностью этой информации, а количеством и качеством источников, в которых эта информация содержится. Преодолеть такой информационный разрыв, просто генерируя информацию на уровне местных СМИ невозможно. А первый шаг на пути решения этой проблемы — это осознание простого факта — невозможно требовать от окружающего мира полного понимания и отношения, сравнимого с нашим отношением и пониманием самих себя. Параллельно с этим необходимо четко понимать, что посредством коммуникации, информационной работы проблему не решить по причинам, описанным выше.

Позиционировать себя в мировой политике и культуре народам исторически удавалось при помощи политики культурной дипломатии. После Второй мировой войны все крупнейшие экономические и политические альянсы создавались на базе взаимопроникновения и диалога культур и народов. Культурная дипломатия — это продвижение культурной и национальной идентичности одной страны в обществе, с которым и необходим диалог. Это тщательная, детальная и адресная работа. Я предпочитаю именно адресную работу, направленную на лидеров мнений, людей, определяющих мнение отдельных обществ и социальных групп. Не нужно пытаться завоевать симпатии и интерес всех и сразу: первым делом у нас возникает искушение провести какую-нибудь «глобальную» информационную кампанию: как говорят, «направленную на продвижение национальной культуры во всем мире». Однако нужно помнить, что даже при бесконечно большом финансировании степень интереса и информационная значимость постсоветского пространства в мире сильно уступают тем игрокам, которые уже давно находятся в центре мировых культурных новостей. Любая глобальная инициатива должна осуществляться на уже подготовленной почве, иметь преданных сторонников вне национальных границ, и тогда она имеет шанс стать действительно востребованной и интересной широким массам.

— Что нужно, чтобы люди стали определять себя единым народом?

— Вопросами национальной идентичности занимаются социология и физическая антропология. С середины 19 века и до конца Второй мировой войны эти науки пережили и отринули множество лжетеорий, большинство из которых были окончательно заклеймены Нюрнбергским процессом… В 50-х годах исследователи наконец согласились с тем, что национальная идентичность формируется несколькими факторами: проживанием на одной территории, в одних и тех же климатических условиях, общей исторической памятью и общим языком общения.

Согласно еще одной теории, условиями образования нации считали наличие общего языка, религии, истории и общих взглядов на морально-этические проблемы и соответствие определенным нормам поведения (например, какое-то общество не приемлет крикунов и людей, носящих широкополые шляпы). Эта теория была отвергнута разными философскими и социологическими школами, однако именно она по-прежнему процветает в постсоветских странах. Порочность подобного подхода состоит в том, что он искусственно ограничивает этнос кругом людей, согласных жить по определенным канонам. Круг правил, определяющих принадлежность к этносу, может меняться в зависимости от политической и исторической конъюнктуры, это приводит к тому, что этнос еще более сужается, дестабилизируется и разрушается.

Если мы отрицаем принадлежность к этносу людей, имеющих иные религиозные взгляды или предпочтения, не совпадающие с официальными, и вычеркиваем всех, кто как-то отличается от общепринятого стандарта, в какой-то момент окажется, что этому стандарту соответствует очень мало людей. За этим придет запрет на браки с «неверными», «чистка рядов», и таким образом этнос сам себя губит. Даже первобытные общества и государства древности так не поступали. А мы, отягощенные философскими теориями и страхами перед многообразием идей и взглядов, все пытаемся еще более усложнить и запутать.

В современном мире этнос определяется общей исторической памятью, географией места, общим опытом выживания, привычками, физиологическими особенностями, которые появляются при жизни в этом месте (блондины живут на севере — там не нужна темная сетчатка глаза для защиты от яркого солнца) и — язык. Эти элементы составляют основу национальной самоидентификации.

Для понимания содержания этих элементов нужна глубокая научная и философская дискуссия в обществе. Чтобы требовать от общества национальной самоидентификации, надо, чтобы общество ощущало, в каких точках оно является единой сущностью.

Все то, что может наполнить содержанием элементы самоидентификации, надо вычленить из массива опыта и знаний, из культурного багажа, который накоплен государством и нацией за века.

Процесс этот требует совместной работы общества и государства. Постановка проблемы, инициирование дискуссии, инвентаризация национального культурного багажа — только первый этап. Необходима мобилизация групп профессионалов и заинтересованных государственных лиц в тесном сотрудничестве и при поддержке общества. Функция подобных групп в данном случае — это просветительская и информационная работа, создание широкой коалиции экспертов, сбор и анализ информации и продвижение результатов, ведущее к национальному консенсусу в вопросе национальной самоидентификации народа.

— Нет ощущения, что многие белорусы чувствуют себя частью абстрактного «советского народа»?

— Ну вы понимаете, даже в период существования СССР советский народ был единством различных культур, которые сосуществовали в едином государственном образовании и взаимодействовали на границах отдельных культурных пространств. Я не вижу противоречия между исторической памятью об СССР и современным желанием культурного позиционирования. Скорее всего, это можно рассматривать как следующий шаг. Ощутить себя особенным белорусским народом, неповторимым в своей культурной уникальности — естественное желание. Стереть прошлое — невозможно и неправильно. Как мы говорили выше, это неотъемлемая часть исторической памяти, и нужно всего лишь обогатить ее новыми сведениями, переработать в новые, направленные в будущее концепции.

И напоследок, возвращаясь к идее формулирования и сохранения национальной идентичности — не могу не отметить, насколько важна в этом процессе культура.

Именно культурологический код — тот базис, на основании которого со временем меняется мышление, мировоззрение и характер народа. Вначале было Слово, говорится в Библии. Думаю, что Слово было в том числе и идеей. Сначала приходит Идея, а после нее — действия, претворяющие ее в жизнь. А идеи всегда рождаются из культуры и философии. Именно философия и культура меняют мировоззрение поколений и меняют реальность вокруг.

-5%
-10%
-5%
-50%
-30%
-12%
-70%
-50%