Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Вкус жизни


Ольга Уэльская признается, что судьба ее достаточно «побаловала» испытаниями. Глядя на эту красивую женщину с глубоким и внимательным взглядом, ловишь себя на мысли — откуда у нее так много сил для того, чтобы ломать стереотипы общества, воплощать самые смелые мечты, свои и своей дочери? LADY встретилась с мамой первой и пока единственной в стране модели с особенностью (Ангелины Уэльской), чтобы узнать о том, как рождаются мечты, что делать с ненужным чувством вины и что общего у медицинского диагноза и постдрамы?

—  Вы себя считаете героиней?

— Хотя меня так называют иногда, я себя не героизирую, так же, как и мою дочь Ангелину. Если в качестве аллюзии на «Героя нашего времени» Лермонтова — точно нет. Герои нашего времени — люди с более легкой судьбой и успешные в материальном и творческом плане. У нас все сложно, но мы идем к своей цели.

— И какая у вас цель?

— Сейчас цели у меня и у дочери совпадают. Я хочу увидеть ее на мировых подиумах, в том числе на подиуме Victoria’s Secret. Это совершенно серьезно, у Ангелины есть все задатки и способности, и она обязательно этого достигнет. Кому-то может показаться, что это мои мечты, но я уверена, что все получится.

Хотела бы, чтобы дочь реализовала себя и в театре: Ангелина окончила Академию искусств, она магистр по театральному искусству, защитилась блестяще — на 9 баллов. Тема диссертации — о постдраматическом театре. И тут можно провести параллель.

В постдраматическом театре ломаются классические устои, так и Ангелина ломает многие стереотипы: представление о том, какой должна быть модель на подиуме, каким может быть модный показ, да и по жизни у Гели не классика, а настоящая постдрама… Поэтому, видимо, и выбрала такую тему диссертации, писала о чем хотела.

— А вы всегда делаете только то, что хотите?

— Нет, нужно часто терпение, воля: в жизни не всегда делаешь, что хочется. И так не только у меня, у любого человека. Но в основном, конечно, Геля занимается делом, которое ей нравится. Я ее поддерживаю, она получила образование, которое хотела. Чего не получилось со мной в свое время.

— Как получилось у вас?

— В моем случае было сильное влияние родителей, такое «советское воспитание». Во мне сидит почитание и уважение к старшим, к преподавателям. Я благоговею перед учеными людьми, профессор заслуживает такого отношения. В Ангелине это тоже есть. Надо уважать труд, знания людей, которые тебя учат. Пришла в вуз - должна получить кусок знаний от грамотных людей, впитывать от них все лучшее.

— Вы все время говорите о дочери. Расскажите о себе, кто вы, где родились?

— Я из Минска, минчанка в третьем поколении. Окончила школу с музыкальным уклоном (СШ № 119), класс фортепиано. Потом поступила в педагогический — на учителя младших классов и музыки, такая была экспериментальная тогда специальность. Мне нравилось все, что было связано с музыкой, я писала музыку, показывалась белорусским композиторам… Но пошла в педвуз по настоянию родителей, они хотели, чтобы я получила высшее образование, минуя училище. Я собиралась уйти с третьего курса в консерваторию — поступать на композицию. Родители не разрешили. Когда моя учеба подходила к концу, я познакомилась с Ангелининым отцом, вышла замуж… Мне вручили диплом об окончании вуза — и на следующий день пошла в роддом.

— Вы общаетесь сегодня с первым мужем?

— Мы расстались, прожив 3 года, но поддерживаем отношения. Ангелина знает, что у нее есть отец, они общаются. Он сейчас живет в другом городе, у него семья, двое детей. Все нормально. У дочери есть осознание присутствия отца, я рада, что ничего плохого не говорила ей про бывшего мужа. Несмотря на все, что пришлось пережить без его помощи. Главное, что я не озлобилась сама и дочь не озлобила. Женщины часто совершают ошибку: говорят гадости детям об отце — и то, что было, и чего не было…

— Память человека работает по своим особым законам.

— Да, я замечаю, что сейчас многое не помню. Причем я не помню плохое. Но зачем это помнить? Ведь тогда тяжелее жить, когда тебя тянет назад. Все уже прошло и должно быть забыто.

— Живете будущим или все же настоящим?

— Будущим отчасти. Последнее время придерживаюсь принципа «здесь и сейчас». Все-таки так легче, потому что иногда мы делаем ошибки — настраиваем себя на плохое, как правило. Выстраивать негативный сценарий не нужно. И с возрастом мы еще обрастаем страхами. А вот дети рождаются без страха. И в этом их грандиозное счастье!

Я борюсь со своими страхами: зажалась — и вперед! Иначе как жить? Ведь тогда не почувствуешь счастья.

— И у вас совсем нет страха перед будущим?

— Скорее, я боюсь за мою жизнь, жизнь дочери. Но что касается наших планов на будущее — тут страхов никаких нет. Может, Ангелина не только на подиум выйдет, но еще и на Марс полетит. Почему нет? Если бояться, так зачем все затевать было?

— Вы ломаете стереотипы общества в отношении особенных людей. Как все началось? Как случилось, что девушка, которой сложно двигаться, появилась на билбордах, на подиуме? Это был толчок с вашей стороны, как мамы?

— Еще в 2003 году меня посетила идея участия в моделинге людей с отличающимися возможностями. Ангелине тогда было еще лет 12. Я искала ребят, встречалась с их родителями, они соглашались. Искала партнеров, которые разделили бы работу: найти фотографов, спонсоров и т.д. От этой темы тогда бежали как от огня, не нашла почти никого. Фотограф Виктор Гончаренко тогда согласился, Игорь Божок (он работал на ТВ) тоже услышал меня. Я была в Академии искусств (тогда она еще была театрально-художественным институтом), мне там посоветовали: «Вы покажите жизнь инвалида в течение одного дня — вот он смотрит в окно с утра до вечера, сидит в одной позе, а жизнь меняется только за окном — и это будет интересно».

— И как вы отреагировали на такое предложение?

— Это ужас, конечно! Я внутри вся скукожилась-съежилась, мне стало так обидно за свою дочь! Я подумала «это ее так представляют люди!»

— Подстегнуло вас такое отношение тогда?

— Я оставила все как есть. Проект в то время не получился. Люди меня не поняли: «Что вы такое говорите, у нас засилье обычных моделей, им работы нет, а вы этих суете!» В их глазах я была дурой.

Правда, тогда мы сняли клип, я написала песню «К дочери», ее спела Инна Афанасьева. История дочери и матери там была показана светло, как я и хотела.

Но когда Ангелина выросла, я поняла, что пришло время действовать. Появился интернет, в мире уже развилась модная индустрия с участием людей с отличающимися возможностями.

К тому же Ангелине это интересно. Она смотрела по телевизору, в интернете все, что касается фэшн, Тайру Бэнкс «Топ-модель по-американски», это очень помогло, мы сидели и конспектировали ее советы. Вот это была школа! Потом тренировались перед зеркалом, потом по системе Станиславского… Наши же агентства отвернулись от Ангелины, ее как модель не воспринимают и по сей день, может быть.

С конца зимы мы вели переговоры об участии Ангелины в конкурсе красоты в Беларуси, были скромные обещания взять ее сниматься хотя бы в дневниках конкурса, но этого не произошло. Мы посмотрели недавно конкурс красоты по телевизору. Пожалели страну, так как все прошло очень скучно, неинтересно: я обращала внимание на лица зрителей. А люди сегодня хотят видеть шоу, «взрыв мозга». Чтобы через шок и эпатаж получался творческий продукт.

Очень жаль, что в 2016 году мы увидели неяркое, скучное зрелище на национальном конкурсе красоты. Организаторы не понимают, что если не развиваться, не придумывать что-то новое каждый раз, они непременно проиграют.

Считаю, что мое мнение можно учитывать как мнение профессионала. Хотя у меня нет специального образования, но за 6 лет моделинга я многому научилась.

— А вы сами хотели быть моделью?

— Моя красота здесь не прижилась. Когда телеканал ОНТ выбирал женщин-ведущих, я не подошла. Тамара Гончарова, когда делала фотосессию для Ангелины, сказала, что мой типаж модели ей очень нужен. Я в базе данных, но для меня пока нет места. Модная индустрия, конечно, должна обратить внимание на людей 40+, 60+ и так далее, и любых параметров.

Но у нас отбор идет только по внешним данным, требования стандартные. Надо, чтобы что-то шло изнутри. Нужно содержание, а не только форма. Модель может быть не красавицей, но она себя так подает, но там такие образы, и на выходе — коммерческий продукт, который успешен.

У нас — наоборот. Первична форма, не содержание. И не развита у нас модная индустрия, она в стадии формирования. Приезжают ли к нам в страну топовые модели? А это — показатель.

Я на фото в журналах только как мама первой и единственной у нас модели с особенностями. Но мне интереснее за кулисами, не на сцене. Хотя, может, еще и выйду на подиум лет в 80 (смеется).

— Есть у вас сейчас какая-то поддержка?

— Я замужем 10 лет. Это мой второй брак. Могу сказать только самые теплые слова в адрес мужа Сергея. Человек пришел в мою жизнь в очередной тяжелый период. Со мной нелегко, потому что таких сложных периодов много. Но почему-то судьба меня богато наградила испытаниями. Правда, когда что-то отнимает, сразу и что-то дает.

— Откуда еще берете силы строить планы и их реализовывать?

— Из литературы. Близка философия Фихте и Гумбольдта, он говорит об истине очень интересно, еще современная психологическая литература. Ну и Фрейда полезно почитать иногда. Последнее время читаю не художественную, а научную литературу.

К Богу тоже обращаюсь. В православии принято, что болезни даются за грехи. Наверное, в каждой религиозной системе есть понятие «отработка». Но это так страшно: ты ничего плохого не совершил, а вот «отрабатываешь» за родственников… Не надо навешивать лишнюю порцию вины на себя.

В Библии есть место, когда пришли ученики к Иисусу, спросили — почему тот человек слеп? Его наказали за грехи родителей? Иисус ответил — не грешны, он не грешен, а на слепом человеке вершатся дела Божьи.

Существование людей с отличающимися возможностями или людей с тяжелой инвалидностью доказывает существование Бога. Многие по вере своей исцеляются… Но даже глубоко верующий не всегда может исцелиться: у Бога свой промысл на этого человека, значит, так нужно.

— Он становится инструментом для воспитания общества?

— Абсолютно верно. Мир спасут эти люди. Не красота (не девушки на подиуме), а сострадание. Сострадая, милосердствуя и помогая им, остальные, как бы здоровые, люди этим и спасают себя.

Я не согрешила так, чтобы меня надо было наказывать таким образом, и дочь моя не грешила… Через нее кто-то изменит свою жизнь в лучшую сторону, сделает хотя бы одно доброе дело. Когда я поняла это, мне легче стало жить.

Я уважаю церковь и священнослужителей, но когда приходишь в храм и слышишь «ты грешна, и твой ребенок, вы расплачиваетесь» — так тяжело это. Прихожу, помолюсь, мне легче, я говорю с Богом, не со священником. Не могу сказать, что я глубоко верующий человек. В монастырь бы не пошла. Я хочу просто жить простой человеческой жизнью.

Кто-то скажет, что моделинг — «мир пошлости, грязи и разврата», кто-то говорит, что Ангелина должна жить как святая… Она хочет жить такой же жизнью, как все, она обычная девчонка! Иметь интимные отношения, семью. Она получает столько писем. Ей говорят спасибо за улыбку на билборде, пишут, что от ее посыла им хочется жить. А это оттого, что нам хочется жить.

— Вы вырастили себе друга и единомышленника?

— Я горжусь тем, что мы партнеры, у нас взаимно обогащающие отношения. Я понимаю, чего она хочет.

— Какая вы мама? Какой мир вы показывали дочери?

— Моя ситуация изначально требовала ответственности, сконцентрированности и принятия правильных решений.

Ангелина всегда чувствовала себя хорошо, я имею в виду психологическое самочувствие. Я старалась дать ей детство. Все радости: играть в снежки, лепить снежную бабу, кататься на лыжах (при том, что ребенок не стоит на ногах), кататься на роликах, на велосипеде. В парке мы катались на каруселях. С 6 лет я водила ее на дискотеки! Нет ни одной детской фотографии, где Ангелина в инвалидной коляске. Я всегда ее доставала, сажала себе на руки, ставила на ноги, только чтобы не в коляске! И она на всех фотографиях улыбается. И рисунки она рисовала очень светлые и солнечные.

Детский рисунок Ангелины

— Планы какие на ближайшее будущее?

— Гоша Куценко заинтересовался историей Ангелины, хотел бы снять фильм. Сейчас ждем ответа из Греции, планируется фотосессия. Осенью запускается продолжение московского проекта «Вдохновлен тобою», лицом которого является Ангелина. Он начался в 2014 году. Мы будем говорить о том, что модели с отличающимися особенностями могут составить конкуренцию обычным моделям. И еще осенью в Минске состоится шведский проект «Софит», будут перформансы, и Ангелина в них будет участвовать. И еще хотим съездить на море!

Показ в рамках дней итальянской моды в Минске

— Уэльская — слишком красивая фамилия, это псевдоним?

— Это реальная, моя девичья фамилия. Когда я развелась, то перевела дочь на свою фамилию. А я всегда была и буду Уэльской. Наша фамилия произошла от географического названия места, где жили наши предки, они покинули Уэльс во время гражданской войны (Англия воевала с Уэльсом). Были они небедными людьми. Знаю, что прадедушки-прабабушки приехали в Беларусь из Польши. Учим английский, с такой фамилией стыдно было бы его не знать (смеется). И надеемся, конечно, однажды увидеть родину наших предков.

Нужные услуги в нужный момент
-50%
-10%
-10%
-20%
-35%
-50%
-10%