104 дня за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. «В школе думали, что приводит бабушка». История Даши, у которой разница в возрасте с мамой 45 лет
  2. Двухлетний ребенок полгода не видел папу. Посмотрите, как сын встречает политзаключенного
  3. Все магазины Bigzz и «Копилка» не работают. Компания ушла в ликвидацию
  4. «Мы с вами не допустили гражданского раскола». Лукашенко и Кубраков поздравили милиционеров
  5. «Утром ломились в подъезд». Что известно о массовых задержаниях блогеров и админов телеграм-чатов в Минске
  6. Беларусбанк начал выдавать потребительские кредиты. Какую сумму дадут при зарплате в 1000 рублей
  7. Что происходит в Беларуси 4 марта
  8. Носкевич: Уголовное дело Тихановского до конца месяца будет передано прокурору для направления в суд
  9. «За полтора месяца мое душевное рвение ушло в минус». Минчанка продала квартиру и купила синагогу
  10. Ловите весну. Как выглядит Минск в первые дни марта
  11. «Наш пессимизм не оправдался». Что сейчас происходит со стартап-сообществом в Беларуси
  12. В прошлом году год Беларусь продала за границу почти 40 тысяч легковых авто. И далеко не все из них Geely
  13. «Вместо 25 рублей — 129». Банк повысил предпринимателю плату за обслуживание в 5 раз из-за овердрафта
  14. Родители не пускали дочь на учебу из-за ковида — и ее отчислили. Колледж: все законно
  15. «Предложили снять, я отказался». Житель «Пирса» повесил на балконе БЧБ-флаг, а его авто забрал эвакуатор
  16. Для водителя, который прокатил на капоте гаишника, запросили 11 лет колонии усиленного режима
  17. Эксперт рассказал, как правильно посеять семена и что делать, чтобы они взошли
  18. Приговор по делу о «ноль промилле»: полгода колонии журналистке TUT.BY и два года с отсрочкой врачу
  19. Инициатива BYPOL выложила напутственную речь якобы экс-главы МВД по случаю его ухода с должности
  20. «Малышке был месяц, они ее очень ждали». Что известно о троих погибших в страшной аварии под Волковыском
  21. Медики написали открытое письмо главе профсоюза: «Мог ли врач промолчать и позволить опорочить имя убитого?»
  22. «Осторожно, тут могут быть бэчебэшники». Как в Купаловском прошел первый спектакль после президентских выборов
  23. Перенес жуткое сотрясение, но вернулся и выиграл два Кубка Стэнли. Хоккеист, которым восхищается весь мир
  24. На продукты рванули цены. Где сейчас выгоднее закупаться — на рынках, в гипермаркетах, дискаунтерах?
  25. Протестировали, как работает оплата проезда в метро по лицу, и рассказываем, что из этого вышло
  26. В Viber появилась функция, которая должна защитить белорусов от звонков мошенников
  27. Нет ни документов, ни авто. В правительстве объяснили, как снять с учета такую машину, чтобы не платить налог
  28. Уволился декан ФМО БГУ Виктор Шадурский. Он возглавлял факультет больше 12 лет
  29. «Парень выдержал полгода». История мотоциклистки, которая в 25 лет стала жертвой страшной аварии
  30. Как перекладывают «по карманам» долги госсектора и чем это чревато


Татьяна Сулимова / Фото: unsplash.com /

Колумнист Татьяна Сулимова возвращается на LADY с колонкой о том, как меняет жизнь фильтр «дети смотрят» и почему так важно прожить так, чтобы им не было за тебя стыдно.

  • Имя
    Татьяна СулимоваАвтор книги «Послушайте что!», радиоведущая, колумнист LADY.TUT.BY

До того как у меня появились дети, я многое за собой не замечала. Ем, себе и… ем. Хочу сутулюсь, хочу целуюсь, хочу, бывает, и скажу покрепче. А что? Правильно задействованное ненормативное слово здорово экономит время во время разъяснения ситуации и даже мотивирует.

Но дети завели во мне отдел цензуры. Теперь прежде чем что-то выразить этому миру, я включаю фильтр — «дети смотрят».

И он уже не выключается, даже когда детей рядом нет. Эта обратная связь, кстати, дала возможность понять, сколько во мне есть положительных примеров. Я спортивная. Инициативная. Креативная. Но у каждого человека есть своя тайная жизнь…

У каждого есть тайны. Не криминальные, может, но достаточно интимные. Вот вы едите сыр? И он выпал. Быстро поднятое не считается упавшим, как известно. Но это сыр. К нему что-то прилипло. Но он сыр — он мой. Я, как ворона, не могу смириться с потерей кусочка, и если уж никакая лиса не была с ним такова, иду к раковине и мою. Сыр.

— Мама моет сыр!

— Мама, ты зачем моешь сыр?

— Мама! Папа, мама моет сыр.

Меня разоблачили. Застукали. И так по несколько раз на дню.

— Наша мама ковыряла в носу!

— Мама бегала по дому в грязных кроссовках и искала свой телефон!

— Мама не нашла одинаковые носки и надела разные!

На все мои достоинства падает тень. Я не идеальная. Мои дети в курсе. Без них можно было бы скрыть свою неаккуратность и рассеянность, даже от себя самой. Но они фиксируют каждый промах. И если не говорят мне об этом, то я вижу, что от их глаз не ускользает ни одна правда обо мне.

— Мама, ты заставляешь нас есть суп, а сама лопаешь в обед креветки из "Мака".

— Мама, ты не читаешь тоскливые книги, только потому что они входят в список обязательной к прочтению литературы.

— Мама, ты ложишься спать за полночь.

На все это у меня есть древний аргумент:

— Я уже взрослая!

И следующий за этим главным паровозом вагон:

— Сама решаю!

Дети возмущены такой несправедливостью. И хотят вырасти, чтобы наконец-то уже расправиться со всеми ограничениями, потому что, ясное дело, все счастье этого мира носит пометку «18+».

Дети смотрят. Это их основной инстинкт. Они смотрят, чтобы копировать, наивно полагая, что раз такие авторитетные люди, как папы и мамы, дожили до столь зрелых лет в этом безумном, безумном мире, то и им, детям, нужно обзавестись всеми уловками и привычками предков. И их друзей, и друзей друзей.

Вот и выходит, что мир — это копия копий. Представьте себе, что один художник повторил картину Леонардо да Винчи. Другой, не видя оригинала, списал Джоконду с того рисунка. Третий под настроение перерисовал волшебную улыбку себе в блокнот. Четвертый увидел и зафиксировал на своем полотне по-своему. Я ж художник, я так вижу! Пятый, шестой… миллион повторов.

— Что это за прекрасный шедевр?

— Это смайлик!

— Wow!

И я, блин, чувствую ответственность! Ответственность за то, каким этот мир останется после меня и пойдет дальше. И перестаю употреблять это слово — блин. Потому что он вреден.

Ровняю спину за столом. Не осуждаю. Не сплетничаю. Не ленюсь. Не выбрасываю хлеб. Не зависаю в интернетах. Не выражаю недовольство мужем. Не грызу ногти. Не ем чипсы. Не грублю маме. Не рву ландыши, а грибы срезаю, оставляя грибницу. Не сорю и убираю с газона за собакой. Не обзываю нерасторопных водителей и тех, кто меня подрезал. Сама не нарушаю ПДД, не езжу на желтый. Не перехожу дорогу в неположенном месте. Не злюсь, когда очередь в кассу замирает из-за того, что кто-то забыл взвесить банан. Не пью воду прямо из бутылки, всегда ищу стаканчик. Не ною и не жалуюсь на обстоятельства. Не хожу по дому босиком, а хожу в тапочках. Убираю за собой. Помогаю тем, кто нуждается. Волосы укладываю, футболки глажу. Не чихаю, не прикрывшись. Не курю. Не выпиваю. Не флиртую с незнакомыми парнями. Не раздаю им свой инстаграм. По крайней мере при детях…

Но всякий раз мне кажется, что они все равно смотрят.

И в этот момент я становлюсь лучше. И все меньше во мне пороков, а положительного примера больше. Отдел цензуры рукоплещет. А дети смотрят еще пристальнее. Ждут, когда проколюсь. И радуются, если вычисляют мои тайны.

— Мама закрылась. Мама, открой! Что ты там делаешь?!

-50%
-12%
-15%
-33%
-15%
-15%
-10%
-5%
-10%
-12%