Елена Радион /

Наш колумнист Елена Радион убеждена, что бодипозитивное движение никак не поддерживает женщин, а, напротив, унижает их и на столетие отбрасывает в борьбе за свои права. Необычный взгляд на тему, которая редко оставляет кого-то равнодушным, — в этой колонке.

В последнее время нельзя открыть страницу в интернете без того, чтобы на тебя не посыпались бодипозитивные фотографии полуобнаженных девушек плюс-сайз. Подтекст всегда одинаков: «плюс-сайз — это сексуально, и мужчины, которые этого не понимают, — идиоты».

Я знаю, что не отношусь к целевой аудитории, поэтому мое мнение не следует принимать в расчет. Но тем не менее рискну сказать, что зачастую ликующая демонстрация женской упитанности производит совершенно противоположный эффект, и вместо жизнеутверждающего энтузиазма провоцирует скорее смущение и тоску за всех женщин, в целом.

Дело в том, что в моем представлении заявления вроде «я плюс-сайз, и я красавица» подрывают основы здорового феминизма и, как это ни парадоксально звучит, вообще противоречат сути бодипозитивного отношения к себе и к своему телу.

Я всегда считала себя феминисткой, стремилась жить так, чтобы моя жизнь была похожа на феминистический лозунг, даже был период радикального феминацизма в моей биографии, но, как ни стараюсь, я не могу увидеть в бравировании размерами и формами ничего хорошего для женщин. Более того, мне кажется, что в наше время трудно придумать более унизительное для достоинства женщины явление, чем полуголый плюс-сайз, сопровождающийся лозунгами вроде «я тоже достойна любви и секса, меня тоже можно хотеть».

Когда я вижу или слышу нечто подобное, на меня действительно накатывает тоска, потому что я-то всю сознательную жизнь думала, что любая женщина по умолчанию достойна гораздо большего.

Ведь право быть любимыми и желанными у женщин было всегда, и никто никогда не пытался его отнять даже в самые суровые для положения женщины в обществе времена. Просто в какой-то момент развития человечества история повернулась к женщине лицом и открыла для нее совершенно беспрецедентные возможности. Но если сейчас мы возвращаемся к тому, что обсуждаем, как должна выглядеть женщина, чтобы ее кто-то вдруг захотел, мне не понятно, за что же мы тогда все это время боролись?

 
 
 
 
 
 

 

 
 
 

 

 
 
 
 
 
 
 

Публикация от barbie ferreira (@barbieferreira) 16 Дек 2019 в 7:12 PST

Ваша объективация необъективна

Считается, что бодипозитив окреп в русле феминизма как протест против навязывания стандартов красоты и отношения к женщине как к товару или как к секс-объекту. Поэтому так уж повелось, что все разговоры о позитивном отношении к своему телу так или иначе связаны с феминистическим движением за равенство и с борьбой против объективации.

Давайте еще вспомним, что феминистки первой волны на заре XX столетия протестовали против того, чтобы их роль в обществе сводилась исключительно к детородной. Они мечтали, чтобы мужчины видели в женщине равноценного по уму и способностям человека, а не пустоголовый объект для удовлетворения мужских потребностей и желаний.

И вот, оказавшись в XXI веке и пройдя долгий и трудный путь от суфражистской борьбы за право считаться человеком и до законодательно утвержденного декретного отпуска для мужчин, что мы в результате имеем?

Женщины плюс-сайз показывают в интернете пышные бедра и отстаивают за собой право иметь яркий и полноценный секс? В одной из статей читаю мнение женщины о том, что она гордится тем, что она плюс-сайз, и ее тоже можно хотеть.

Что может быть позитивного, а тем более феминистического, в таком отношении к себе?

 
 
 
 
 
 

 

 
 
 

 

 
 
 
 
 
 
 

Публикация от Fluvia Lacerda (@fluvialacerda) 19 Янв 2020 в 10:16 PST

Ведь суть гендерного равенства изначально заключалась в том, чтобы женщины были выше того, хочет их кто-то или нет. Женщины так долго боролись за то, чтобы к ним относились серьезно, чтобы женское тело в идеале вообще перестало быть инструментом маркетинга и не использовалось в качестве товара или объекта для чьих-то желаний. А все свелось к борьбе за то, чтобы полных женщин тоже считали достойными глянца и роли секс-объекта?

Представьте себе, что животные на ферме затеяли революцию против фермера, и этот сюжет нам уже знаком по «Скотному двору» Дж.Оруэлла. Там тоже все закончилось не так, как все рассчитывали, но у Дж. Оруэлла животным все-таки удалось объединиться, прогнать фермера-алкоголика и даже наладить самостоятельное ведение хозяйства.

А у нас феминистическая борьба закончилась тем, что утки и индейки начали видеть дискриминацию в том, что мистер Джонс закусывает свой самогон многочисленной, местами модифицированной курятиной, хотя натуральные утятина и индюшатина — более вкусное и полезное мясо.

Я раньше думала, мы видим цель в том, чтобы получить возможность распоряжаться фермой, а оказалось, что мы просто переживаем за разнообразие на столе мистера Джонса. Вместо того чтобы пожалеть куриц, которые первыми пошли в расход, мы решили скорректировать хозяйские планы по убою домашней птицы в сторону большей вариативности.

 
 
 
 
 
 

 

 
 
 

 

 
 
 
 
 
 
 

Публикация от t a r a l y n n (@taralynn) 2 Май 2019 в 11:44 PDT

Гордый женский поход за равноправием начался как яростная война, а закончился возней в гареме. То есть мы теперь не против мужской объективации, а против того, что мужская объективация недостаточно объективна?

Я думаю, с феминистической борьбой против объективации происходит приблизительно то же самое, что и с научным социализмом Карла Маркса, когда нашлись желающие воплотить «теоретическое выражение пролетарского движения» в жизнь в отдельно взятой стране. А именно: изначально интересная и хорошая идея постепенно исказилась, не выдержав напора беспощадного маркетинга и силы человеческой природы.

В результате оптимистические женские претензии на равноправный доступ к управлению миром постепенно стали превращаться в унизительную очередь за сексом. Поскольку меня смущает само явление очереди, я вижу проблему не в том, что в гламурных глянцевых журналах мало плюс-сайз, а в том, что даже если плюс-сайз там есть, чести это им не делает и достоинства не прибавляет.

Считаю, что для начала женщинам любых размеров пора прекратить задавать дурацкие вопросы.

Вопрос 1. Разве я хуже, чем...?

Чем кто? Чем все стройные и молодые девушки? Чем Джессика Альба? Чем соседка, у которой есть богатый ухажер?

Когда мы стараемся быть не хуже, получается, как в анекдоте, когда у кандидата в депутаты спрашивают: «Почему вы хотите стать депутатом?». Он отвечает: «Надоела коррупция и разврат!» — «Вы хотите с этим бороться?» — «Нет, я хочу в этом участвовать!». Происходит та самая подмена понятий, о которой я уже говорила, и начинается борьба за статус секс-объекта более высокого порядка.

 
 
 
 
 
 

 

 
 
 

 

 
 
 
 
 
 
 

Публикация от Denise Bidot (@denisebidot) 30 Ноя 2019 в 9:31 PST

Но молодость всегда была, есть и будет лучше старости, а накачанный пресс — лучше отвисшего живота. И если видеть в позитивном отношении к своему телу только лишь противостояние весовых категорий, то давайте честно: у плюс-сайз в этой борьбе нет шансов.

Кроме того, нужно понимать, что общественное мнение — это понятие относительное, связанное скорее с экономической ситуацией в стране, чем с объективной оценкой.

Например, во времена моих родителей худоба ассоциировалась не со здоровым образом жизни, а с бедностью и нездоровьем. Так что хорошо это или плохо, но я выросла с пониманием того, что худая девушка — это, в первую очередь, несчастная девушка, которой нечего есть.

Потом, гораздо позже, к нам пришли ценностные ориентиры западной культуры, мир изменился, но людям старшего поколения было не так просто принять идею о том, что костлявая худощавость, которая сразу навевает мысли о блокадном Ленинграде, может иметь какое-то отношение к красоте.

А современная политкорректность и разговоры о равных возможностях — это вообще хрупкий лед, который существует только в условиях социальной безопасности и благополучия.

Приведу громоздкий, но, по-моему, уместный пример. Однажды мне довелось присутствовать на одном психологическом тренинге. Помимо прочего участникам нужно было решить моральную дилемму: представить, что каждый из них находится в падающем горящем самолете и у него есть один парашют для себя и еще три, которые он может раздать другим людям, находящимся в самолете. Всем был выдан список пассажиров, которые представляли собой разные расы, национальности, социальные классы, были разного пола и возраста. Нужно было выбрать тех, кому они отдадут парашюты, а потом объяснить почему.

Только один человек сказал, что он отдаст и свой парашют тоже, чтобы спасти беременную женщину. Остальные участники предпочли спастись сами, но запасные парашюты однозначно отдали женщинам детородного возраста и детям. При этом озвучивались мысли, абсолютно противоречащие современным идеям о равенстве и толерантности.

 
 
 
 
 
 

 

 
 
 

 

 
 
 
 
 
 
 

Публикация от barbie ferreira (@barbieferreira) 14 Июл 2019 в 12:42 PDT

Все в один голос отказывались спасать персонаж одинокой пожилой бабушки, потому что «она все равно скоро умрет» и «по ней никто плакать не будет». Или предпочитали спасти красивую белую девушку, а не толстую и чернокожую. Скажи кто-нибудь подобные вещи при других обстоятельствах, его тут же заклеймили бы за расизм, эйджизм, шовинизм и фэтшейминг.

Так что, как только мы даже не оказываемся, а просто пытаемся представить себя в ситуации смертельной угрозы, мы снова возвращаемся к тому, что считаем правильным спасти более генетически перспективных женщин и маленьких детей, ждем от мужчин средневекового благородства, а от «второсортных» для выживания вида женщин — самопожертвования и смирения. И если наш самолет, Боже упаси, начнет падать, поверьте, мы сразу начнем говорить об этом открыто, прямо в глаза, не думая о толерантности.

Так что позитивное отношение к своему телу — это не яростный вызов человечеству с целью убедить всех в своей привлекательности, это не противостояние толстых и худых. Напротив, это воспитание в себе чувства внутренней и внешней самодостаточности. Если женщине для того, чтобы убедиться в своей полноценности, нужно чье-то мнение, то это не бодипозитив, а крик отчаяния.

Вопрос 2. Мужчины думают обо мне, что я...?

Толстая? Худая? Плюс-сайз? Минус-сайз? Красивая? Некрасивая?

Любопытным фактом здесь мне кажется то, что мужская философская мысль в течение нескольких тысяч лет была очень невысокого мнения о женщинах. Аристотель — великий философ, родоначальник системы философского мировоззрения, чьи взгляды имели огромное влияние на развитие человеческой мысли, считал женщину биологически более низшим существом. Ничего удивительного в таких взглядах, конечно же, нет, если учесть, что статус женщины в Древней Греции был ниже плинтуса, и даже гениальный мыслитель не видел в этом ничего необычного. А Гегель, который смог объединить достижения диалектической мысли человечества, поэтому по праву считается автором последней системы «мировой философии», отзывался о женщине буквально как о растении, «живущем в неопределенности чувств и не созданном для высших наук».

Женщину считали недоразвитым существом, чем-то между гортензией и инфузорией-туфелькой. И только в последние сто лет философская мысль стала снисходительно воспринимать нас как полноправных участников бытия, обладающих сознанием, мышлением и душой.

Я пытаюсь сказать, что лишь относительно недавно у женщин вполне официально появились душа и мышление, а не только тело. Впервые за несколько тысяч лет никто не оспаривает формальное наличие у нас признаков, которые все это долгое время считались исключительно мужскими атрибутами.

Так что, с одной стороны, давайте не будем обольщаться: должно пройти еще пару тысяч лет, чтобы новые качества окончательно закрепились за нами. Хорошая новость здесь в том, что теперь женщина может думать о самых разных вещах, а не только о том, насколько она конкурентоспособна как секс-объект. Что может быть более бодипозитивным и жизнеутверждающим, чем свобода думать о чем-то другом, кроме своих собственных сисек?

 
 
 
 
 
 

 

 
 
 

 

 
 
 
 
 
 
 

Публикация от T E S S H🍒L L I D A Y (@tessholliday) 20 Ноя 2019 в 10:20 PST

Недавно я провела импровизированный соцопрос: попросила своих друзей и знакомых назвать несколько знаменитых женщин. Конечно, я услышала в ответ самые разные имена, начиная от Валентины Терешковой и заканчивая Жанной д’Арк. А потом я спросила: как вы считаете, эти женщины были худые или толстые?

Никто толком не смог ответить. Во-первых, сохранившиеся фотографии дают плохое представление о том, как выглядели Мария Склодовская-Кюри или Роза Люксембург. Во-вторых, когда речь заходит о выдающихся женщинах прошлого, никому и в голову не приходит оценивать их с точки зрения веса.

Допустим, королева Виктория была довольно упитанной и невысокой, причем, насколько известно, она сама критически относилась к своей внешности. Тем не менее этой женщине удалось стать самым долгоправящим монархом в истории человечества (ее рекорд был побит лишь недавно королевой Елизаветой), а «викторианская эпоха» стала периодом расцвета Британской империи.

Так что чаще всего люди просто пожимали плечами: «А какое это имеет значение?». Действительно, какое значение имеет худоба или полнота, если есть что-то еще? Тем более в наше время, когда за женщиной признается право на мыслительную деятельность?

Следовательно, в типичных женских вопросах «Думают ли мужчины обо мне? Хотят ли они меня?» звучит тысячелетний женский комплекс и жизненная позиция, на которой никуда дальше депрессии не уедешь.

Впервые в истории у нас есть возможность на общественно приемлемых основаниях думать: «Чего хочу я сама?» и «Стоит ли думать о мужчинах сутками, если вокруг есть такое количество интересных, захватывающих дел для моих новообретенных души и мышления?».

Я не призываю всех женщин выйти из инстаграма и перестать делать селфи в трусах перед зеркалом. Просто, во-первых, я знаю точно, что нет более неуверенного в своей внешности человека, чем тот, который требует от окружающих подтверждения своей привлекательности. А во-вторых, считаю, что женщинам пора бы уже начать пользоваться тем спектром возможностей, которые на них свалились, потому что если ты чем-то не пользуешься, то окружающие решают, что тебе это не нужно, — и забирают обратно.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Хотите быть здоровым? Раз в неделю наш редактор будет присылать лучшие советы врачей и новости медицины
Пожалуйста, укажите правильный e-mail
-30%
-10%
-10%
-15%
-50%
-10%
-15%
-10%