Наста Захаревич /

Наш колумнист Наста Захаревич сегодня рассматривает ситуацию с жителем Гродно, который избивал бывшую жену, а впоследствии забрал общего сына и увез на два месяца из Беларуси. Об однобокой гуманности и уязвимости жертв домашнего насилия — в этой колонке.

Гуманность — понятие ой как растяжимое. Вот, например, лишать свободы человека со второй группой инвалидности — это негуманно, потому что он очень болен, а в тюрьмах условия содержания не очень приятные. Ну и что, что ему хватило сил избивать жену. Ну и что, что он тайно вывез ребенка из страны и скрывался с ним. Ну и что, что раньше заявлял, что не собирается являться на суд. Сейчас же явился!

И это всё — не моя больная фантазия, а абсолютно реальная история, которая происходит в Беларуси прямо сейчас. Мужчину по состоянию здоровья освободили от уголовной ответственности за избиения теперь уже бывшей жены, от которой он совсем недавно скрывал ребенка в другой стране. Проявили гуманность 80-го уровня.

Фото предоставлено: ПСО "Ангел"
Фото предоставлено: ПСО «Ангел» / Витольд с сыном Михаэлем, которого вывез за пределы страны

Наверно, нам всем его надо пожалеть, понять и простить. Ему ведь нужна трансплантация сердца, а разве можно быть жестокими по отношению к такому больному человеку? Но вот как интересно получается: избивать и скрываться ему болезнь не мешала, а как коснулось того, что надо отвечать за свои поступки, так сердце вот-вот остановится.

И да, этот аргумент работает.

Так вышло, что хороший по своей сути закон оказался ловушкой для женщины, пострадавшей от домашнего насилия. Закон-то действительно гуманный: пытать людей нельзя, а содержание в колонии для человека с серьезными проблемами со здоровьем может быстро превратиться в пытку. Долго прожить по установленному в тюрьме режиму человек с очень больным сердцем вряд ли сможет.

В общем, хотели как лучше, а получилось снова против жертв домашнего насилия. Увы, ничего нового.

Женщине на суде напоминали, что на любом этапе она может примириться с тем, кто ее избивал, и спрашивали, простила ли она его. Предложение мириться в такой ситуации — это почему-то гуманно, этично и просто хорошо.

Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY
Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY / Мама Михаэля, пострадавшая от домашнего насилия

Мне вспоминается история одной знакомой, которая тоже добивалась, чтобы уже бывшего мужа привлекли к уголовной ответственности за то, что он ее избивал. И ее на суде абсолютно серьезно спрашивали, понимает ли она, что судимость отца может помешать в будущем их детям. Самому отцу этот вопрос почему-то не задавали. Это не он виноват в том, что бил, а женщина виновата, что не стала с этим мириться.

Вынесла сор из избы, пошла против народных мудростей в стиле домостроя. А вот молчала бы, так и дети не были бы в будущем ограничены в выборе профессии.

В том случае, кстати, уголовное дело было прекращено по истечении срока давности. Мужчина не понес никакого наказания и не выплачивал никаких компенсаций. Боль в колене после избиения у женщины так и не прошла.

Почему зачастую выходит так, что на компромиссы и уступки вынуждена идти та, кого избивали, а не тот, кто бил? Это жуткий замкнутый цикл, состоящий из собственно домашнего насилия и государственной политики, в которой домашнее насилие — не то чтобы настоящее преступление. Потерпевшие могут надеяться только на человеческий фактор: а вдруг повезет с милиционерами, следователем и судьей? Вдруг они отнесутся к делу серьезно, не будут спрашивать, чем жена спровоцировала агрессора, и не станут шутить о том, что милые бранятся — только тешатся?

Но как-то такой подход не очень успокаивает. Потому что а вдруг не повезет? И вот что тогда делать? Записываться на курсы самообороны, покупать газовый баллончик? Переезжать, менять номер телефона, место работы, переставать общаться со всеми общими знакомыми и надеяться, что нигде и никогда случайно с бывшим не столкнешься? А что, если у вас общие дети, с которыми он по закону имеет право общаться?

Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY
Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY

Надежных способов защиты просто нет.

И даже призрачная надежда, что именно в вашем случае сработают существующие законы, тает на глазах, если у агрессора есть справка о том, что он болен. Это его бессрочный абонемент с круглосуточным доступом и неограниченным списком возможностей. Преследовать бывшую? Пожалуйста! Угрожать или шантажировать? Да на здоровье! Избивать? Хоть каждые выходные!

И ему ничего за это не будет. Он же болен, у него инвалидность.

Но я вот что понять не могу: как проблемы с сердцем мешают выплачивать штрафы и компенсации? Неужели мы так беспокоимся о том, чтобы ни в коем случае не расстроить больного человека? Но это уже просто людоедство по отношению к потерпевшей. И, снова же, карт-бланш агрессору: он может продолжать над ней издеваться, и ему ничего за это не будет.

А вот она, если однажды решит дать отпор, то, вполне вероятно, сядет за превышение самообороны. Или за умышленное причинение тяжких телесных повреждений. Или даже за умышленное убийство по «внезапно возникшей неприязни». Она-то здорова, так что ее можно и в колонию отправить, и компенсации обязать выплачивать.

Так что курсы самообороны, газовые баллончики и электрошокеры могут, конечно, помочь, но не надо строить иллюзий: если что — я сяду за самооборону, а он за насилие не сядет.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

-30%
-20%
-30%
-30%
-30%
-20%
-24%
-10%
-20%