Наста Захаревич /

Когда Наталья Водянова приняла участие во флешмобе, который агитировал открыто говорить о женском здоровье и физиологии, в том числе — о месячных, на нее обрушился шквал критики от русскоязычной аудитории. Почему эта тема все еще остается для нас табуированной? Рассуждает наш колумнист Наста Захаревич.

Фото: instagram.com/natasupernova

Женские дни, тетя из Краснодара, красный монстр, праздники, гости — когда-нибудь я составлю словарь эвфемизмов про менструацию. Это будет эдакий словарь позора — демонстрация того, как общество боится женской физиологии и с каким отвращением к ней относится. И это, кстати, то же самое общество, которое буквально бредит идеей, что женщина должна рожать, рожать и еще много раз рожать. Только вот про то, как в реальности работает женская репродуктивная система, оно ничего не хочет знать. И вообще, разве о таком можно говорить вслух?

Вот казалось бы: менструация — это рядовой процесс, с которым большинство женщин сталкивается ежемесячно на протяжении десятилетий. На этом можно делать (и делают) огромный бизнес — производство прокладок, тампонов, менструальных чаш и специального белья, таблеток для уменьшения боли, разработка приложений для отслеживания менструального цикла. Но эта тема, несмотря ни на что, остается жутко табуированной.

Месячные — это слово, которое нельзя произносить вслух, а симптомы, которые могут возникать во время менструации, — это вообще тайна за семью печатями. Да взять хотя бы тот факт, что шутки об особенной раздражительности во время месячных — это на самом деле шутки про ПМС, который, кстати, бывает далеко не у всех, проявляться может очень по-разному, но на который так принято списывать любую женскую агрессию и раздражительность.

Это, кстати, очень удобно: можно делать женщине какие угодно гадости, а когда она начнет возмущаться, то все быстро списывать на ПМС либо собственно на менструацию.

Фото: unsplash.com

И если учесть, что в среднем длина менструального цикла — 28 дней, из которых 3−5 (снова же в среднем) дней приходится на кровотечение, то периодически эти горе-психологи оказываются формально правы: у женщины, которая отказывается быть милой и доброй, несмотря ни на что, менструация действительно или вот-вот начнется, или проходит прямо сейчас.

Но ключевое слово здесь «формально», потому что во время ПМС и собственно месячных абсолютное большинство женщин не теряют рассудок и способность адекватно воспринимать реальность. Но какая удобная теория!

Кстати, объяснить что-то человеку, который свято верит в женскую менструальную неадекватность, практически невозможно. Это замкнутый круг: ты говоришь, что дело не в ПМС, что ты злишься, потому что человек делает что-то не так, но тебе отвечают, что ты вот прямо сейчас бесишься именно из-за ПМС.

Это как отсылка к бессознательному: на него все всегда можно списывать, потому что оспорить это невозможно. Если какой-то процесс происходит на уровне бессознательного, то ты его не осознаешь и, соответственно, не можешь отследить. Зато окружающие точно знают, что с тобой происходит и почему.

Но проблема, конечно, не только в словесных перепалках. Наличием у женщин менструаций пытаются оправдать дискриминацию на рынке труда и существование списка запрещенных для женщин профессий. Женщин отказываются брать на руководящие должности, потому что «на несколько дней в месяц они превращаются в неконтролируемый сгусток гормонов», и утверждают, что это не дискриминация по половому признаку, а «объективная реальность».

Впрочем, нам еще относительно повезло: в Непале женщин на время месячных вообще отправляют жить в специальные менструальные хижины, где они порой погибают. И это происходит просто из-за веры в то, что женщина во время менструации становится неприкасаемой.

Фото: Reuters / «Менструальные избы» в Непале

В Беларуси до такого, к счастью, не доходит: у нас все ограничивается тем, что женщинам в дни месячных нельзя заходить в храмы, чтобы не осквернять их своим присутствием, а также тем, что женщины тщательно скрывают, что у них сейчас менструальная фаза цикла.

Сказать коллегам, что у тебя болит голова из-за недосыпа или что живот крутит после вокзального чебурека, — это нормально. Но сказать, что из-за месячных ноет живот, голова кружится и подташнивает — нечто за гранью. Это стыдно и грязно примерно так же, как кормить грудью младенца в общественном месте.

По невероятному совпадению именно женскую физиологию принято считать чем-то мерзким и ужасным. Мы должны тщательно прятать не только сами физиологические жидкости, но и любые косвенные признаки того, что они у нас в принципе есть. Речь идет, конечно, не о всех жидкостях, ведь это общеизвестный факт, что из пореза на руке течет обычная кровь, а из вагины во время месячных вытекает смертоносная жидкость, от одного взгляда на которую окружающие мгновенно превращаются в пятиглавых тараканов.

Серьезно, я не знаю, как еще объяснить этот жуткий страх перед менструальными выделениями. Ведь если у женщины случается носовое кровотечение, царапина на шее или порез на руке, это считается вполне штатной ситуацией. Кровь, да, ну а с кем не бывает? Она при необходимости обработает порез хлоргексидином, заклеит пластырем и продолжит заниматься своими делами (если речь не идет о серьезной ране, конечно). Но что случается, если вдруг протекла прокладка или тампон? Да это же катастрофа вселенского масштаба.

Никто ни при каких обстоятельствах не должен увидеть следы менструальных выделений на одежде. А если увидели, то сообщить об этом женщине надо как можно скорее и как можно незаметнее для окружающих. Они же догадаются, что у нее месячные! Да как это вообще возможно.

Фото: pinterest.com

Все это выглядит просто абсурдно. О том, как женщины передают одна другой прокладку или тампон, можно снимать фильмы. Это невероятный уровень конспирации, который становится еще выше, когда женщине надо выйти в том же офисе в туалет, чтобы сменить средство гигиены. Прокладки и тампоны прячут в рукавах или карманах так, будто это наркотики.

Но женщины не сами придумывают себе повод для стыда. В тематических сообществах я видела сотни историй о том, как подросткам дома закатывали скандалы из-за того, что прокладки были недостаточно глубоко закопаны в мусорное ведро, и как даже упаковки с прокладками и тампонами требовали тщательно прятать, потому что никто не должен видеть это.

Фото: unsplash.com

На полу в моем туалете уже больше года стоит открытая корзина с тампонами. И за это время я заметила одну закономерность: женщины, приходящие в гости, говорят, что это классная идея, а мужчины спрашивают, зачем это там стоит. Взрослые неглупые мужчины удивляются, увидев в туалете на видном месте тампоны. В квартире, где живет женщина. И правда, зачем они там? Наверно, чтобы останавливать носовое кровотечение.

Я уверена, что когда-нибудь это табу обязательно исчезнет, ну а пока что мы живем в очень прогрессивном мире, где инстаграм удаляет фото женщины с пятном крови на пижаме, потому что это что-то очень неприличное. Чудны дела твои, цивилизация.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Хотите быть здоровым? Раз в неделю наш редактор будет присылать лучшие советы врачей и новости медицины
Пожалуйста, укажите правильный e-mail
-25%
-50%
-50%
-30%
-27%
-25%
-20%
-15%