107 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. «Молодежь берет упаковками». Покупатели и продавцы — о букетах с тюльпанами к 8 марта
  2. «Ушло вдвое больше дров». Дорого ли выращивать тюльпаны и как к 8 марта изменились цены на цветы
  3. Оловянное войско. Как учитель из Гродно преподает школьникам историю с солдатиками и солидами
  4. Как заботиться о сердце после ковида и сколько фруктов нужно в день? Все про здоровье за неделю
  5. Минздрав сообщил свежую статистику по коронавирусу в стране
  6. «Очень сожалею, что я тренируюсь не на «Аисте». Посмотрели, на каких велосипедах ездит семья Лукашенко
  7. «Прошло минут 30, и началось маски-шоу». Задержанные на студенческом мероприятии о том, как это было
  8. Госконтроль заинтересовался банками: не навязывают ли допуслуги, хватает ли банкоматов, нет ли очередей
  9. Генпрокуратура возбудила уголовное дело против BYPOL
  10. Еще 68,9 млн долларов. Минфин в феврале продолжил наращивать внутренний валютный долг
  11. 211-й день после выборов. Что происходит в Беларуси и за ее пределами 7 марта
  12. Где поесть утром? Фудблогеры советуют самые красивые завтраки в городе
  13. Кто стоит за BYPOL — инициативой, которая публикует громкие расследования и телефонные сливы
  14. На воскресенье объявлен оранжевый уровень опасности
  15. Россия анонсировала в марте совместные с Беларусью учения. В том числе — под Осиповичами
  16. На 1000 мужчин приходится 1163 женщины. Что о белорусках рассказали в Белстате
  17. Изучаем весенний автоконфискат. Ищем посвежее, получше и сравниваем с ценами на рынке
  18. «Если вернуться, я бы ее не отговаривал от «Весны». Разговор с мужем волонтера Рабковой. Ей грозит 12 лет тюрьмы
  19. На ЧМ эту биатлонистку хейтили и отправляли домой, а вчера она затащила белорусок на пьедестал
  20. «Хлеба купить не могу». Работники колхоза говорят, что они еще не получили зарплату за декабрь
  21. Что критики пишут о фильме про белорусский протест, показанном на кинофестивале в Берлине?
  22. Динаре Алимбековой не хватило секунды, чтобы выиграть медаль в спринте на КМ по биатлону
  23. «Кошмар любого организатора». Большой фестиваль современного искусства отменили за сутки до начала
  24. «Танцуем, а мое лицо прямо напротив ее груди». История семьи, где жена выше мужа (намного!)
  25. Лукашенко рассказал, что сделал бы, «если бы в стране была настоящая диктатура» и о своем «дворце»
  26. Оперная певица, которая троллит чиновников и силовиков. Кто такая Маргарита Левчук?
  27. Стачка — за разрыв договора, профсоюзы — против. Что сейчас происходит вокруг «Беларуськалия» и Yara
  28. BYPOL выпустил отчет о применении оружия силовиками. Сравниваем наши наблюдения с этим документом
  29. Минское «Динамо» в третий раз проиграло питерскому СКА в Кубке Гагарина
  30. Я живу в Абрамово. Как неперспективная пущанская деревня на пару жителей стала «модной» — и передумала умирать


Пассивная критика в виде обсуждения (и осуждения) недостатков окружающих — это еще полбеды, намного хуже, когда недовольные чьим-то внешним видом принимаются прямо-таки требовать срочно убрать с глаз долой «оскорбляющих» их взор людей. На одном из форумов стайка «пираний» громко возмущается ясно видимым целлюлитом стареющей звезды и призывают ее отправиться на покой, раз уж она не в состоянии поддерживать идеальную гладкость своих бедер; коллега, явно наслаждаясь звуком своего голоса, толкает целую речь с осуждением манеры одеваться ненавистных ему хипстеров; компания мамаш с детьми объявляют всех артистов-травести извращенцами и делятся способами объяснить своему ребенку то, что Кончита Вурст — это концентрированное зло. В споре со знакомым о правомерности проведения гей-парадов мы ходим кругами, потому что он неизменно возвращается к фразе: «Я не желаю смотреть на мужиков в розовых мини-шортах», и меня так и подмывает ответить: «Не нравится — не смотри, все просто». Все эти случаи объединяет одно: критикующие опираются на один тот же сомнительный аргумент: «Мне это не нравится, противно на это смотреть».

FashionGum.com

У знакомой на работе шефиня, внезапно воспылавшая ненавистью к ярким лакам для ногтей, запретила всем своим сотрудницам любой маникюр, кроме естественного, объяснив это тем, что, мол, красные или синие ногти на работе — это непрофессионально и неэстетично. Но так как работа девушек не подразумевала никакого общения с клиентами, было очевидно, что это ее личный каприз, основанный на единственном аргументе: «Мне не нравится». Еще более наглядный пример: повторяющиеся волны бодипозитива, которые следуют за еще более высокими волнами агрессивной критики в адрес полных девушек или тех, у кого «неправильная», по мнению критиков, фигура. Например, наделала шума история о девушке «плюс сайз», которая, выложив в соцсети фото в купальнике, получила в ответ пару сотен комментариев в духе: «Если ты так выглядишь, то не имеешь права раздеваться на людях» и «Оденься немедленно, на тебя мерзко смотреть».

Что не так с подобными претензиями? В первую очередь, никто не имеет права требовать у других выглядеть так, а не иначе, навязывать им свои эстетические рамки и тем более пытаться насильно втиснуть живых людей в эти ограниченные представления о прекрасном. Настроенные критически люди все пытаются обложить других более высоким «эстетическим налогом», но по факту мы должны обществу совсем немного: во-первых, не причинять окружающим никакого фактического вреда, во-вторых, соблюдать общие правила взаимоуважения. И эти самые правила подразумевают не «разрешенные» цвета ваших волос или размер одежды, а такие вещи, как взаимопомощь в сложных ситуациях, вежливость, поддержание чистоты и все в этом духе. Вывод? Критики чужой внешности требуют у окружающих то, на что не имеют права, а именно соответствия всех и каждого их запросам. Запросам, которые целиком и полностью — их собственная проблема. Что, кстати, особенно актуально в наши дни, когда понятия «красиво» и «некрасиво» сильно размыты, а готовность людей пересмотреть свои собственные идеалы привлекательного и признаки уродливого как никогда велика.

Модель Винни Харлоу

И потом, критика ведь работает в обе стороны. На моих глазах девушка с размером XL, молниеносно среагировав на шпильку в адрес ее — цитата — жирных ног, «похвалила» внешность своего критика витиеватой фразой, в которой фигурировали сравнения походки с утиной, а ног — с колесом обозрения. И действительно: сколько найдется людей, имеющих безупречную внешность, которая позволила бы им носить «белый плащ» критика без риска нарваться на ответную реакцию? У одной — лишний вес, у второй — плоская грудь, у третьей — впившиеся в бедра брюки неудачного цвета, у четвертой — нос «картошкой», у пятой — горячая любовь к кричащим оттенкам лимонного и леопардовому рисунку. Каждый имеет право выглядеть так, как хочет, как у него получается, а тот, кому не нравится на это смотреть, имеет право… отвернуться. Конечно, он может и прокомментировать, и покритиковать, но в этом случае он фактически открывает двери для ответной критики. И вроде бы все логично, симметрия восстановлена, но кому нужен такой обмен любезностями, после которого у каждого остается неприятный осадок?

Актриса Ванесса Паради

Умение промолчать — вот та скромная жертва, которая требуется от каждого, кто не хочет превращать взаимодействие с окружающими в обмен колкостями, критикой и плохо завуалированными оскорблениями. А начинается это искусство взаимной лояльности, этот негласный договор об отказе от критики в обмен на взаимную любезность, с базового осознания того, что твое личное мнение — оно и есть личное, и только твое, а не эстетический императив, под который все вокруг должны подстраиваться. Ну и еще старый добрый принцип симметрии: не хочешь, чтобы критиковали твою — не правда ли, не такую уж и идеальную? — внешность, не критикуй других. Лучше пойди и покрась в приятный цвет облупившийся забор, чтобы было куда глядеть, когда придется отвести взгляд от слишком тесных и абсолютно безумных шорт соседки по даче.

-5%
-30%
-30%
-20%
-10%
-35%
-10%