Стиль
Вкус жизни
Отношения
Карьера
Звезды
Вдохновение
Еда
Анонсы

Леди Босс
Наши за границей
Моя жизнь
Мех дня
СуперМама
Советы адвоката

Тесты
Сонник
Гадание онлайн
реклама
реклама
реклама

Делай тело


15 октября — в Международный день борьбы против рака молочной железы — в пространстве «Кто такой Джон Голт?» прошла презентация проекта «Руками трогать». Проект создан для привлечения внимания к проблеме диагностики рака груди на ранних стадиях и к важности регулярного обследования.

На мероприятии выступили: директор социально-просветительского учреждения «Центр поддержки онкопациентов «Во имя жизни» Ирина Жихар и онкомаммолог РНПЦ онкологии и медицинской радиологии имени Александрова — Дмитрий Микулич. Также были представлены уникальные художественные работы, которые талантливые белорусские художники, фотографы и иллюстраторы создали специально для проекта. Акция организована РМОО «Некст Стоп Нью Лайф» при поддержке VONDEL / HEPTA и Беларуская Нацыянальная Моладзевая Рада.

Ирина Жихар об онкофобии и о том, как общаться с онкопациентами:

— Онкофобия — это навязчивый страх быть онкобольным. Как правило, это люди, которые посещают врачей и говорят «доктор, у меня рак». Их проверяют один раз, второй, третий, с ног до головы просвечивают, им говорят, что все в порядке, а они все равно твердят «я чувствую, что у меня рак». Таких людей немного. Есть такие «дремлющие» онкофобы. То есть когда у человека в семье заболевают родственники раком, такие люди могут запросто создать неприятную ситуацию. Случай из нашей практики: жена звонит мужу сообщить о том, что у нее рак, затем приезжает домой, а на пороге стоят чемоданы, и муж говорит: «Жена, ты меня заразишь, пожалуйста, уезжай к своей маме со своим имуществом». Такие ситуации возникают, когда человек из-за собственного страха мистифицирует болезнь.

Я хочу объяснить, почему наше общество все-таки воспринимает эту болезнь как приговор. Это «всемогущество» рака обусловлено, во-первых, тем, что рак медленное и скрытое заболевание. Каждый день в нашем организме рождается и умирает от 50 до 70 миллиардов клеток, он постоянно обновляется. Потом одна клетка внезапно «сходит с ума». И до того как эта клетка превратится в опухоль и начнется распространение на другие органы, пройдут месяцы и годы. Для того чтобы эти годы не были потеряны, как они были потеряны у меня, нужно заниматься собой. А наше общество к этому пока не готово. И это исторически обусловлено тем, что про этот диагноз пациенту начали говорить прямо только около 10−15 лет назад. Первый раз я болела в 1994 году, второй — в 2008. В первый раз мне сказали, что у меня предраковое состояние, а родственникам — что у меня рак. Человек не знает, что его лечат от настоящего рака, он думает, что врачи просто не хотят допустить образования болезни. Когда человек умирал, все понимали и говорили, что он умер от рака. Когда человек выздоравливал, только близкие знали, от чего он выздоровел. Из-за подобной скрытности и дезинформации и вырос стереотип, что рак это обязательно приговор.

До 2008 года я была абсолютно согласна с лозунгом этого проекта, потому что международное и белорусское медицинское сообщество считало, что самообследование молочной железы — это один из самых эффективных способов предупреждения рака. Но когда в 2008 году я у себя нащупала опухоль и она оказалась злокачественной, я ходила к врачу и настаивала на обследовании. Как сказал врач: «Если нащупал — это уже стадия». Поэтому самообследование важно для того, чтобы держать себя в тонусе. Чтобы не допустить стадии рака, необходимо каждый год ходить и делать УЗИ-диагностику. Ваша жизнь в ваших руках. Если вы думаете, что врач отвечает за ваше здоровье, вы сильно ошибаетесь. Оно нужно в первую очередь вам.

Многие курят и не задумываются о предупреждающих надписях на сигаретных пачках. Я не могу назвать таких людей храбрыми и уверенными. Я могу назвать их халатными. Они ошибаются, когда думают «я имею вредные привычки, делаю много чего для себя вредного, и ничего не происходит, пронесло». Я тоже думала, что меня пронесло. Но в 27 лет случилось то, что случилось. Моя беспечность стоила мне разрушения моего привычного мира. И эти разрушения на каждом человеке сказываются по-разному. Пока тебе не поставят онкодиагноз, ты не знаешь, сильный ты или слабый человек. Даже если в жизни ты кажешься очень уверенным, диагноз может показать, что в тебе нет этой моральной силы. Или ты можешь быть очень слабым, а болезнь активизирует всю внутреннюю силу, потому что вокруг тебя много любящих людей и ты понимаешь, что нужно бороться до конца.

Я сама болела и была рядом со своей мамой, когда она болела, уходила. Это два разных опыта, и очень трудных. Если вы хотите кому-то помочь, сначала помогите себе. Помогать кому-то очень просто. Очень просто, не имея собственных целей, встраиваться в чужие. Я благодарна своему онкодиагнозу в одном: в 28 лет я поняла, что живу чужой жизнью, я разделяю чужие цели, я отказываюсь от себя. Это не значит, что я перестала кому-то помогать. Наоборот, я стала больше помогать другим, но с той разницей, что я понимала, зачем я это делаю. Это очень важный момент. Если хотите научиться любить другого, научитесь сначала любить себя.

Лечение второго рака у меня длилось шесть с половиной лет, 1,5 года из которых — стационарно. И я очень благодарна своим близким, которые очень хотели мне помочь, но никогда не делали больше того, что я им позволяла, они готовы были принять мои желания ровно настолько, насколько мне было нужно. И никто из них не позволял себе переступить черту личного пространства. Мы часто сталкиваемся с ситуацией, когда приходят родственники (особенно жены) болеющих мужей, и им кажется, что они найдут волшебный рецепт, который принесут домой и создадут условия, при которых их любимый человек выздоровеет. А он говорит «я не хочу». И это очень важный момент — научиться слышать другого человека. Вы не можете лучше него самого знать, что ему надо. Если человек вас просит ничего не делать, не делайте. Важно не только слышать, но и слушать другого человека. Если хотите помочь близкому, лучше спросите что ему приготовить, во сколько к нему завтра прийти. Это очень простые вещи. И главное, никогда не говорите болеющему человеку «держись!». Нас это очень раздражает.

Дмитрий Микулич о важности и методах скринига:

— Проблема рака молочной железы (РМЖ) очень актуальна в Республике Беларусь. Многие годы РМЖ продолжает удерживать первые места в структуре онкологической заболеваемости: 9% среди населения РБ и 17,6% отдельно у женщин. Несмотря на все проводимые врачами и общественными организациями мероприятия, процент первичных пациенток больных РМЖ с запущенной стадией заболевания — 24%. Около 77% случаев РМЖ у женщин выявляется после 50 лет. Это возрастная категория, которая входит в группу риска.

Скрининг — это обследование абсолютно здоровых женщин. Врачи предлагают пройти скрининг женщинам, которые попадают в группу риска.

Методы скрининга:

  1. Обследование молочной железы врачом с помощью пальпации
  2. УЗИ
  3. МРТ
  4. Маммография — основной скрининговый метод раннего выявления рака молочной железы.

У молодых женщин преобладает железистая ткань, но с возрастом она заменяется жировой тканью. Когда у женщины много железистой ткани, маммография будет неэффективна, рентгеновский луч не пробьет плотную железу и не покажет образований, поэтому УЗИ - это более эффективный и чувствительный метод диагностики для женщин молодого возраста.

Обследование повторяется каждые два года и на протяжении многих лет, потому как реально снизить смертность от рака молочной железы при качественно организованном методе скрининга можно спустя примерно 5−6 лет.

Есть четкое руководство по организации скрининга. Мы не можем провести эту программу на национальном уровне, потому что сначала мы проводим его на отдельно взятом районе города Минска (Советский район). И только потом на основании полученных данных мы будем определять возрастную категорию заболеваний, интервал проверок. Задача врачей — убедить женщин в необходимости этих проверок.

Беларусь, как и наши близкие соседи, относится к странам среднего риска. Как правило, рак молочной железы — это болезнь развитых стран, социума с высоким уровнем жизни. Все это исходит из факторов риска. К сожалению, в этих странах люди больше подвержены стрессу. Ведя активную жизнь, они зачастую мало и плохо питаются, мало спят. Но соотношение смертности к заболеваемости у них ниже.