Еда
Делай тело
Отношения
Стиль
Вкус жизни
Звезды
Вдохновение
Анонсы

Тесты
Гороскопы
Сонник
Гадание онлайн
Дневник веса
реклама
реклама
реклама
  • Леди Босс

    Леди Босс

    31 мая в галерее TUT.BY состоится благотворительная фотовыставка и розыгрыш лотов в помощь девушке, которая отчаянно сражается за полноценную жизнь. Стать участником мероприятия может каждый!

  • Наши за границей

    Наши за границей

    Если в гости к тебе не спешит даже мама, а разговаривать с кошкой стало невмоготу, самое время разместить у себя незнакомца.

  • Моя жизнь

    Моя жизнь

    Не самое обычное письмо и отличный психологический разбор.

  • Советы адвоката

    Советы адвоката

    Обсуждаем непростую ситуацию

  • Женские встречи

    Женские встречи

    21 апреля вы сможете узнать секреты успеха главных бизнес-леди нашей страны. Поспешите записаться на встречу, которая может навсегда изменить вашу жизнь!

  • Мудрость моей бабушки

    Мудрость моей бабушки

    Судьба, которая может стать достоянием нового поколения.

Все проекты

Карьера


Мы очень любим истории женского успеха — такие, которые вдохновляют. Во многом из-за любви к этим историям в прошлом году мы реализовали проект о белорусках, которые успешно сменили работу по найму на собственное дело.

Этой весной мы решили расширить тему и рассказать о наших соотечественницах, которые уже создали или создают карьеру буквально «с нуля» — в другой стране и в незнакомых условиях. Проект «Собралась и улетела» — это цикл материалов о белорусках, ставших успешными в эмиграции.

Швеция — страна, знаменитая стремлением к гендерному равенству, социально ориентированной экономикой и большим количеством мигрантов, которые стекаются сюда со всего мира. О том, как устроен быт обычной шведской семьи, почему мальчикам в детском саду разрешают наряжаться в платья и что представляет собой бесплатная языковая школа для мигрантов, рассказала наша соотечественница, уроженка Гродно Александра Маслова, которая живет в Стокгольме вот уже пять лет.

— Почему ты переехала в Швецию?

— Мне было 19 лет. Окончив первый курс университета, решила летом немного подзаработать. В Стокгольме живет моя тетя, я поехала к ней в середине июня, но очень долго не могла найти работу. Как оказалось, летом все поголовно уходят в отпуска, наступает мертвый сезон. В итоге месяц прогостила, а в Беларуси как раз произошло первое резкое падение рубля. Поняла, что нужно оставаться здесь, переходить на заочное, что-то искать и пытаться себя обеспечивать, а не тянуть из родителей.

Работу я нашла только к концу сентября — няней в семью, где жена белоруска, а муж швед. У шведов неплохой доход, работают, как правило, оба родителя, поэтому во многих семьях есть няни. Я присматривала за тремя детьми после садика — где-то 3−4 часа в день. В этой семье проработала 4 месяца, потом нашла другую, шведскую. Им помогаю до сих пор, у них я живу, но, правда, уже скоро переезжаю.

Зарплата няни порядка 350−450 евро в месяц, но если живешь с семьей, то не платишь за питание и жилье. Так, для сравнения, средняя зарплата в Швеции около 2 тысяч евро, однако минус большой налог (30%) и в результате не так и много остается, учитывая оплату квартиры и продуктов.

Александра вместе со своими подопечными.
Александра вместе со своими подопечными.

— Когда ты приехала в Швецию, то уже знала язык?

— Нет, языка я не знала вовсе, только английский. Вначале моя шведская семья оплатила курсы в обычной школе, но они мне не особенно понравились. В Швеции нужно получить свой персональный номер (ID), потом ты можешь пойти в школу для мигрантов и учить язык совершенно бесплатно. Как только появился ID — сразу же записалась на курсы. Я выбрала вечернее время, хотя можно учиться утром, днем и даже дистанционно. В школу приходят люди со всего мира, много разных традиций и культур — это очень здорово.

В языковой школе для мигрантов учатся люди со всего мира
В языковой школе для мигрантов учатся люди со всего мира

Вначале качество обучения, откровенно говоря, хромает. Нужно моментально влиться в поток. Объясняют все по-шведски, редко переходят на английский, многого не понимаешь. Учителя меняются часто, на начальном этапе каждую неделю-две приходят новые люди. В группе у всех разный уровень знаний: кто-то только-только пришел, кто-то уже месяц учит. Некоторые слушатели жили в Швеции и немного знают язык, но им нужен сертификат, чтобы пойти работать или поступить в университет. Только со временем формируются устойчивые группы.

Существует проблема, как ни странно, с практикой. Приходишь в кафе или магазин, хочешь попрактиковаться, но они понимают, что тебе сложно, и моментально переходят на английский. Приходилось быть очень настойчивой.

— Швеция — страна, которая принимает тысячи беженцев. Много ли их на улицах Стокгольма и как к ним относятся сами шведы?

— В тот момент, когда я начинала учиться в школе, беженцев не видела. Были те, кто получил работу, создал семью, по учебе приехал, очень много студентов из Китая и Японии.

Все началось буквально год назад. Теперь постоянно узнаешь, что кого-то ограбили или изнасиловали. Недавно прочитала, как в метро залетели два парня и выхватили сумку у женщины. Она бежала за ними, падала, но все-таки смогла вырвать свои вещи. Такими новостями заполнены все ленты в социальных сетях. Не винят именно беженцев, а людей с определенным типом внешности. Были изнасилования, может, не так много, как в Германии, но были. Теперь все эти случаи активно транслируются в медиа. Я живу в центре, но для своей же безопасности стараюсь не гулять поздно.

Сами шведы разделились на три лагеря: одни резко против такого потока приезжих, вторые, наоборот, хотят помогать, третьи относятся к этой ситуации совсем нейтрально.

— У тебя есть вторая работа?

— Уже полтора года я работаю рекрутером в сфере строительства. Моя компания — самая большая в Швеции с таким профилем, ей 16 лет. По сути, это такое кадровое агентство для строительной сферы. Человек оставляет заявку на нашем сайте, мы смотрим CV, и если кандидат нам подходит, то вначале мы должны получить одну рекомендацию с предыдущего места работы. После проводим интервью, самостоятельно формируем профиль о человеке и предоставляем компании, которая обратилась к нам.

Александра вместе с коллегой в центре занятости. Встреча с соискателями.
Александра вместе с коллегой в центре занятости. Встреча с соискателями.

— С поиском работы мне помогла шведская семья. Вначале я прошла стажировку, мне рассказали, какие существуют профессии, как происходит подбор кандидатов. Потом я наблюдала за процессом интервьюирования и знакомилась с документацией. Сложнее всего было с терминологией. Я по-русски в строительстве слабо понимала, а тут нужно понимать по-шведски. Очень многому нужно было учиться. Но мне кажется, что я быстро справилась. Прошло примерно два месяца, как я без посторонней помощи стала собеседовать, при этом работала по 4 часа в день. С недавних пор начала подбирать высококвалифицированные кадры — инженеров, проектировщиков.

Другим компаниям проще обращаться к нам, потому что мы будем заниматься как приемом, так и увольнением сотрудника — а с этим в Швеции не так и просто, есть много организаций, которые защищают права работников. Например, поэтому в случае сокращения тут действует правило: те, кто пришел последним в компанию, уходят первыми. Вне зависимости от того, хорошо работаешь или плохо. Конечно, если сам уходишь — то проще, ты должен отработать один месяц, в течение которого ищут замену.

— Как происходит разделение труда в обычной шведской семье?

— В шведских семьях принято разделять уход за детьми. Сегодня папа смотрит за ребенком, завтра — мама. Уборкой часто занимаются наемные люди, как, например, в той, где я живу.

В русскоязычных изданиях любят писать, что шведы используют определения «Родитель 1» и «Родитель 2» для мам и пап. На самом деле, это не распространено. Главное отличие — свободное воспитание. Девочкам и мальчикам не прививают истинно «мужские» или «женские» привычки, ценности, способы поведения. Подстраивается в какой-то степени даже язык. В шведском есть «хун» — это она, «хан» — это он, но сейчас все чаще употребляют «хен», что переводится как «она или он». Такая формулировка встречается в новостях, в деловой переписке. Если не знают, какого конкретно пола кандидат, то пишут и говорят «хен».

Нет стереотипов, например, девочке только розовое, а мальчику только голубое. Если мальчик захотел надеть платье, играя в садике, — он наденет. Если захотел бабочку на щеке нарисовать — он нарисует. Ребенку не говорят, что это неправильно, боятся травмировать его психику. У одного из моих воспитанников есть друг, который любит играть с куклами и пони. А мой подопечный любит машинки. Он как-то спросил: «Ему нравится розовый цвет. Розовый же цвет может всем нравится?» Я отвела: «Да, ведь мы все разные и у всех разные интересы».

— Согласна ли ты с мнением, что шведские дети очень разбалованные?

— Да-да, есть такое. К детям относятся очень лояльно. У нас могут шлепнуть по попе, а там нельзя. Если вдруг ребенок скажет, что ты его ударил, даже случайно, в садике или школе, а это услышит учитель, то у родителей могут быть неприятности. Ими заинтересуются социальные службы. Но я пока с таким не сталкивалась. Здесь такой подход: ребенок плачет — ну пусть поплачет, он же ребенок. У нас сразу начинают успокаивать, потому что чувствуют себя неловко. В ресторан пришел, ребенок заплакал ─ у нас все цокают, начинают недовольно поглядывать.

Меня мама всегда учила, что с детьми нужно говорить как с взрослыми, не повышая тона. Ты просто берешь за руки ребенка, концентрируешь на своем взгляде и объясняешь, как нельзя. Такая модель воспитания характерна и для Швеции.

Начальная школа очень «расслабленная», в неделю учат одну букву, все остальное время играют и занимаются творчеством. Часто по новостям можно услышать: плохие результаты по математике или другим предметам. У нас с детства формируют чувство ответственности. Это мое наблюдение. Ребенок получает задание — и он ответственен за него. А там вот этому изначально не учат. Слишком много дозволенности тоже плохо.

— Шведы — все очень спортивные. Ты занимаешься спортом?

— В Стокгольме действительно все без ума от спорта — от детей до очень пожилых. Я думала, что буду бегать. Купила себе красивую спортивную форму. И пока думала-думала, мой молодой человек сказал: бегать по твердому асфальту вредно для суставов, лучше ходить или бегать по мягкому покрытию. По ценнику следующая картина: абонемент в самый модный зал — 50−60 евро в месяц, в самый простой — около 25 евро. Помимо безлимитных тренировок, сюда включены групповые занятия по йоге, танцам. Работают тренажерные залы 24 часа в сутки. Пока я не приобрела абонемент. Зато очень много хожу пешком и, когда тепло, занимаюсь на тренажерах, которые установлены на открытых площадках.

— Хватает ли тебе твоего дохода для безбедного существования?

— В тот момент, когда я работала только няней, мне реально помогало то, что я не покупала проездной (80 евро) — почти четвертая часть зарплаты. Сначала я переводила цены в белорусские рубли, а сейчас все в кронах считаю. Теперь намного проще: куда ни едешь — везде дешевле.

У меня две работы, поэтому в очень многом я себе не отказываю. В Стокгольме на двоих ужин обойдется в 30−40 евро, ланч в 9−10 евро, кофе с пирожным — 7−8 евро. В кино или музей сходить — 12−15 евро. Переехав в Швецию, я стала гораздо больше путешествовать, несколько раз в год. Одежда дешевле, чем в Беларуси, и выбор больше. Алкоголь я не пью, поэтому по ценам не могу сориентироваться, но знаю, что довольно-таки дорого. Замечаю, как шведы часто ездят на паромах в Ригу, Таллин или Хельсинки и закупаются там алкоголем.

— Ты скучаешь по дому? Планируешь ли возвращаться в Беларусь?

— Первое время, когда приезжала домой, мне буквально через час хотелось обратно. Скучаю по семье, но не скучаю по месту. Гродно очень красивый летом, но в другое время года — все уныло, серо, грустно. Люди недовольные. В Швеции живут с установкой: у всех есть проблемы — у кого-то большие, у кого-то маленькие. Если будешь переживать, наоборот, ничего не решится, только хуже себе сделаешь. Поэтому там не чувствуешь негатива от каждого человека.

Дома я обычно провожу время с родными и близкими друзьями. Последние два раза в центр Гродно даже не выезжала. Иногда подумаешь: приехали бы туристы, а нет ведь ничего. Никто не может по-английски говорить, нет вывесок и указателей. Хотя шведам интересен наш регион, у меня всегда спрашивают по Путина и Лукашенко.

Больше всего в Швеции Александра скучает по семье. Вместе с сестрой.
Больше всего в Швеции Александра скучает по семье. Вместе с сестрой.

— Мне иногда не хватает вкусных белорусских продуктов. Часто хожу в русский магазин: селедки и огурчиков купить, сало с мясом, сырки творожные, пряники и вафли. Из Беларуси всегда привожу конфеты, они отличаются по вкусу от местных. Нравится всех угощать. Мои друзья и коллеги любят «Аленку» и «Грильяж».

— Что тебе больше всего нравится в Швеции и шведах?

— Мне удивительно подошла эта страна по образу жизни и даже стилю одежды… Там не любят каблуки — и я их особо никогда не любила, а вот популярные в Швеции резиновые сапоги готова носить не снимая. Я белоруска, и всегда подчеркиваю, что я из Беларуси, не из России, но Швеция — это однозначно моя страна.

На мой взгляд, там все очень красиво: и архитектура, и люди. Все настолько свободны в своих мнениях и мыслях, что ты не встречаешь негатива. Или же просто его не замечаешь, не думаешь об этом абсолютно.

Со временем поняла, что перестала куда-то спешить. В Беларуси в очереди стоишь, тебя подгоняют «быстрее-быстрее», а у них кассирша может заговорить с покупателем, никто не нервничает. Еще они могут кого-то встретить на узкой дороге, остановиться и начать разговаривать. Прохожие спокойно обходят, никто не возмущается. Это их главная черта — всегда избегать конфликтов. Начинаешь голос повышать — они стараются как-то нейтрализовать напряжение, не любят всего этого. Пожив в Швеции, я сама стала, как Швеция, ─ спокойная и размеренная.

Если вы хотите поделиться с читателями LADY своей историей о карьере за рубежом, пишите нам на apr@tutby.com